Рождественская история

«Этим летом стояла жуткая жара. Беспощадно палило солнце, не оставляя жителям мегаполиса возможности спрятаться в тени, которой и так было мало на улицах центра, новый асфальт плавился под подошвами пешеходов и велосипедистов, а пот тёк ручьём. Одним словом, Берлин пылал. Только у фонтанов -»       Крупные пальцы переключили аудиокнигу на обычную радиостанцию с незамысловатыми песнями и подкрутили печку. Водителя передернуло от холода, и, шмыгнув носов, он прибавил газу. Дворники на лобовом стекле работали как сумасшедшие, сметая мокрый снег вперемешку с дождем.       Припарковавшись у коричневого старого зданьица, мужчина запахнулся в пальто, взял зонт с пассажирского сиденья и, попутно его раскрывая, вылез из машины. В ту же секунду жутчайший порыв ветра вырвал из крепких рук зонт и унес в неизвестном направлении, оставив ошарашенного мужчину смотреть ему в след. Сиротливо вздохнув, он перевел взгляд вниз и понял, что стоит в луже по щиколотку. Громко ругнувшись, мужчина резво, насколько позволяла его крупная комплекция, поскакал к крыльцу здания, не пропустив ни одной грязной лужи. - Доброе утро, капитан! – поприветствовал его усатый старичок, не отрываясь от кроссворда, когда мужчина зашёл внутрь. - Ага, - крякнул тот в ответ и поспешил к лифту.       Капитан отдела уголовной̆ полиции Берлина, Тилль Линдеманн, старался поддерживать форму, поэтому предпочитал ходить по лестнице. Тем более, лифт, вокруг которого, казалось, и строилось это здание, доверие не внушал, и пользовались им в основном новички или посетители, и те потом спускались на своих двоих.       Но сегодня мужчина хотел быстрее добраться до своего кабинета, чтобы снять мокрые ботинки, мокрые носки и выпить горячего чая. Не успел лифт закрыться, как чья-то длинная нога втиснулась между дверей̆, тряхнув и без того шаткий̆ механизм так, что непробиваемый̆ капитан мысленно перекрестился. Вслед за ногой̆ в лифт вплыло тело потенциального убийцы. Им оказался Кристоф Шнайдер, который̆ зашёл с улыбкой̆ от уха до уха, не обратив внимания на побледневшего Тилля и жалобно скрипучий̆ лифт. Неделю назад его повысили до звания капитана за успешное задержание банды грабителей̆ банка, и он до сих пор прибывал в прекрасном расположении духа. - О, привет, Тилльхен! – радостно поприветствовал он своего друга, осматривая с ног до головы. – А ты в курсе, что купальный сезон уже закрыли?       Тилль закатил глаза к потолку с мигающей лампочкой и нажал на нужный этаж; Кристоф довольно гоготнул над своей шуткой. - И тебе привет. Ты видел, что на улице творится? Слякоть, грязь, снег. - А ты не на машине? - На машине. - Ааа, - сочувственно протянул Шнайдер и похлопал друга по плечу, не совсем понимая, что же произошло. - А ты почему не на рабочем месте? – перевел тему Тилль. – Зоран узнает, что мы еще и опаздываем, и распустит отдел совсем. Тут нам никакие курсы повышения квалификации не помогут.       У мужчин пробежал холодок по спине при упоминании тех самых курсов повышения квалификации, которые они договорились никогда не обсуждать. - Нет, до такого не дойдет, я надеюсь, - неуверенно произнес Шнайдер. – Я за кофе ходил на первый этаж, а то на нашем автомат сломался. - И где кофе? - Так я его уже выпить успел, пока ждал, когда этот дурдом закончится, - ответил мужчина. – Сейчас стихло всё, вот и решил подняться. - А что случилось? - озадачено спросил Тилль, первым выходя из лифта и отодвигая заедающие двери. - Сейчас увидишь.       Поняв, что больше ничего не добьется от новоиспечённого капитана, Линдеманн прошел к кабинету и открыл дверь, из которой слышалась какая- то непонятная возня. Мужчина и слова не успел сказать, как ему в лицо прилетела мишура ярко-зеленого цвета. Когда он убрал этого колючего монстра с лица и отплевался, капитан увидел в последнее время привычную для отдела сцену, но уже в рождественских мотивах.       Помощник начальника отдела, Рихард Цвен Круспе, пытался задушить красной гирляндой лейтенанта Пауля Ландерса, который истерично отбивался от своего противника пластиковой еловой веткой. Всё это сопровождалось нецензурной бранью и спором, как правильно повесить венок. Когда один потянулся за перьевой ручкой, а другой подобрал нож для бумаги, капитан понял, что это пора прекращать. - Что происходит? - громко гаркнул Линдеманн.       В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием «бойцов». Уперев руки в бока, мужчина переводил взгляд с одного на другого; Кристоф с любопытством выглядывал из-за его плеча.       Первым опомнился Круспе. Он одернул пиджак, пригладил идеально уложенные волосы и обратился к Тиллю: - Лейтенант не выполняет приказ начальства, перечит и угрожает! - Да, ты бы только знал, что он хотел сделать! – возмущался Ландерс, снимая рождественскую удавку с шеи. – Он хотел повесить венок на окно! На окно, Тилль! Когда все нормальные люди вешают венки на дверь, он хочет повесить его на окно!       Молча наблюдавший за этой картиной Кристоф прыснул в кулак, удостоившись уничижительного взгляда Рихарда. Тилль обречённо вздохнул, сжав переносицу. - Вот только на двери этот венок никто не увидит! Поэтому его надо вешать на окно, чтобы было заметно с улицы! - Да кому это надо...       Конфликт разгорался заново. Не придумав ничего лучше, капитан Линдеманн быстрым шагом пересёк комнату, взял со стола венок раздора и выбросил его на улицу через открытое окно. Рихард ахнул, Пауль ойкнул, Шнайдер хмыкнул, а Тилль также молча ушёл в свой кабинет.       Наконец дойдя до своего рабочего места, капитан полиции, скинув пальто и сев с противным скрипом на потертый кожаный стул, стянул мокрые ботинки и носки и придвинулся ближе к батарее. Отогревая свои медвежьи лапы, Тилль задумался, в какой момент его жизнь пошла по... этому пути. Выпустившись из полицейской академии, он и подумать не мог, что в свои 35 будет занимать должность капитана в самом неадекватном отделе уголовной полиции. Ситуация осложнилась после одной операции, когда за очень серьёзный косяк начальство чуть не расформировало их маленький отдел. Майору Зорану тогда пришлось очень сильно потрудиться, чтобы сохранить им работу. Они даже те самые курсы повышения квалификации окончили. От одной этой мысли Тилль вздрогнул.       А пока мужчина силой мысли пытался телепортировать чашку горячего чая в свой кабинет, в дверь постучали, и появился Ландерс, который сообщил о срочном собрании в кабинете начальника.       Капитан печально посмотрел на сохнущие у батареи ботинки и носки. Ему совершенно не хотелось ни надевать их заново, ни идти на собрание. Там точно не ожидалось ничего хорошего. - Может тебе тапочки принести? - хихикнул Пауль, глядя на страдания капитана. Оказалось, что лейтенант никуда не ушёл и даже успел стянуть мятный леденец со стола мужчины. - Откуда у тебя тапочки? - Да, давно у меня лежат, ещё когда в отделе ночевать оставался. Не всю же ночь в ботинках куковать.       Линдеманн понимающе кивнул. Он сам не раз ночевал на работе, особенно когда работал над очень сложным делом. Поэтому махнул рукой и согласился на тапочки. Ландерс шустро вернулся с заменой, широко улыбаясь. Капитан чувствовал, что будет какой-то подвох, и вот он: тапочки оказались белыми пушистыми монстрами с кроличьими ушами. - Ты не смотри так, они очень удобные и тёплые! - заверил мужчину коллега.       Примерив находку и пару раз продефилировав во кабинету, капитан удовлетворительному кивнул. Тапочки были действительно очень удобными. Еле сдерживая смех, Ландерс быстро покинул кабинет.

***

      В кабинете начальника было достаточно шумно, хотя говорил только Ландерс. Начальник отдела Зоран Бихач сидел во главе длинного стола, сцепив руки в замок на своем огромном животе. Мужчина взирал на лейтенанта с надеждой, что тот наконец прекратит трещать и давать ненужные советы. Остальные собравшиеся не обращали на Пауля никакого внимания, ведь они привыкли его игнорировать. Рихард читал кулинарный журнал, прикрыв его каким-то отчётом, Шнайдер бездумно пялился в стену, барабаня пальцами по колену. Как только Тилль зашёл в кабинет, Зоран радостно вскрикнул фальцетом, прерывая речевой поток лейтенанта. - Тилль, наконец-то! Мы только тебя и ждём. Теперь можно перейти к главной повестке дня.       Собравшиеся посмотрели на начальника. Тот прочистил горло и суетливо закопался в бумагах на столе. - И так, у меня для вас две новости: хорошая и плохая, - начал мужчина. – С какой начать? - Давайте с хорошей. - Начну с плохой, - продолжил Зоран. – Плохая новость заключается в том, что начальство ещё помнит ваш прокол и до сих пор не довольно работой нашего отдела.       Кабинет возмущенно зажужжал. - Хорошая… - повысил голос Бихач. – А хорошая – нам дали задание, которое поможет вам реабилитироваться.       Кабинет радостно загалдел. - А что за дело? - спросил Тилль. - Сейчас, сейчас, - торопливо пробормотал Зоран, пытаясь отыскать нужное дело на столе.       Круспе очнулся и, скрытно переложив журнал на колени, открыл дело на нужной странице и зачитал: - 13 декабря 1998 года на улице N был совершён ряд краж в трёх магазинах по соседству, а на владелицу пекарни, по её словам, было совершено покушение, однако отделалась она лёгким испугом. Опрошенные свидетели говорят, что грабитель - мужчина, рост примерно 175 см, одет был в чёрные спортивные штаны, водолазку и куртку с капюшоном, - послюнявив палец, он перевернул страницу и замолчал. – Эм, это всё. - Как всё? – встрепенулся начальник отдела.       Шнайдер заглянул в отчет и подтвердил отсутствие информации и наличие пустых страниц. - Значит, они решили не заморачиваться перед праздниками и оставили это разгребать нам сроком до Рождества, - вздохнул Бихач и закрыл лицо пухлыми ладошками. - Да, ладно, шеф, - весело сказал Ландерс и ткнул Тилля в бок. - Всего-то кража, мы с ней на раз-два!       Все дружно закивали. Начальник немного успокоился и слабо улыбнулся, глядя на своих ребят. Сколько лет их знал, они постоянно его удивляли. Иногда, правда, не очень приятно. Можно даже сказать, часто. - Ну, хорошо, - в конце концов, сказал Зоран. – На том и порешили. Теперь еще одно дело, но оно касается только тебя, Ландерс.       Пауль навострил уши, приготовившись внимательно выслушать начальника. Индивидуальное дело может помочь ему получить повышение, о котором мужчина так давно мечтал. - Отдел по борьбе с наркотиками наслышан о твоей удачной операции по поимке педофила в прошлом году, - из далека начал Бихач.       Та операция была очень серьезной, ведь на кону стояли жизни детей. Однако она оставила Паулю психологическую травму: он теперь видеть не может ледерхозе. Маньяка ловили на живца три месяца. Паулю пришлось похудеть, перекраситься в блондина, носить на лице макияж, скрывающий мимические морщины, но самое страшное - побрить ноги. Участники операции, да и сам Ландерс до сих пор не поняли, как педофил смог клюнуть на этого подростка-переростка. Скорее всего, на руку сыграла ночь или небольшая слепота насильника. - Так вот, отдел по борьбе с наркотиками попросил нашей помощи в поимке мелкого наркоторговца, который терроризирует район Z вот уже целый год, - продолжал Бихач. – Они будут очень признательны сотрудничеству именно с вами, лейтенант. Глаза Пауля горели, он был доволен. Однако в воздухе висело недосказанное «но». - А в чём подвох? - У этого наркодиллера очень узкий круг распространителей, которым он доверяет. И в основном это… - замялся Зоран. – Женщины за тридцать.       От дикого хохота трёх здоровых мужиков содрогнулись хлипкие стены. Тилль лёг на стол, Рихард сполз со стула, а Кристоф, не стесняясь, тыкал пальцем в бедного Пауля, который потерял дар речи. - Пауль… в юбке, - сквозь смех сумел произнести Шнайдер. - Подождите! - вскочил с места Ландерс. - Я ещё ни на что не соглашался! - Конечно, конечно, - примирительно поднял руки начальник. – Я тебя не заставляю. Только знай, что это дело у них уже в печенках сидит, и они будут очень благодарны за помощь.       Мысль о быстром повышении вновь пронеслась в голове Ландерса. - Я могу подумать? – уточнил он шепотом, косясь на своих коллег. - Разумеется, - ответил Зоран. - Так, раз все вопросы решены, приступайте к работе.

***

      Мужчины собрались у Крусе, чтобы обсудить дальнейшие действия. Сам хозяин кабинета заваривал чай для Линдеманна, пока Ландерс крутился в кресле, а Шнайдер перечитывал дело. - Почему так мало информации по делу? - не унимался Рихард. – Есть вероятность, что нам могли что-то не передать? - Возможно. Придется связаться с их отделом и уточнить, - ответил Тилль, благодарно принимая горячую чашку из рук Круспе. - Я могу позвонить им, - вызвался последний и сел за свой стол, согнав Пауля. - Тогда, чтобы не тратить время, надо съездить на место преступления и заново опросить свидетелей, - предложил Кристоф. - И потерпевшую, - вставил своё Ландрес. – Я зайду к нашему технику, возможно на камерах слежения есть какие-нибудь зацепки. - Я тогда поеду с тобой, Шнай, - отозвался Тилль из-за чашки. - Отлично! - хлопнул в ладоши лейтенант и с улыбкой посмотрел на Линдеманна. - И, капитан, не забудьте тапочки вернуть.       Все опустили глаза на ноги капитана, созерцая пушистую обувь, и в который раз маленькое здание отдела тряхнуло от громкого смеха. Довольный своей выходкой, и что объектом насмешек теперь стал не он, Ландерс быстро выскочил из кабинета.