Вдруг стали летать самолеты...

Прежде ей не приходилось встречаться с ней, но она сразу узнала ее, мгновенно! Это… ощущалось, внутренне чувствовалось. Это могла быть только она. Ее ровесница. Немного повыше, полудлинные волосы и длинная разноцветная, сдержанных тонов, юбка до самых лодыжек. Цвет ярко подведенных глаз не разобрать, слишком далеко стоит. Приготовилась выходить на следующей станции метро. Взгляд никак не поймать. А как подойдешь, что скажешь?.. «Привет. Это я. Ты тоже узнаешь меня?». Не это ведь. Стройная, красивая, веселая, чему-то про себя улыбающаяся. В следующий раз она столкнулась с ней в давке автобуса. И снова узнала в ту же секунду! Это была она. Ничем абсолютно на себя прежнюю не похожая. Невысокая девчонка в джинсах, волосы не прямые больше, а какой-то пушистый шар, золотистым одуванчиком вокруг лица. Вся она была какая-то кругленькая, сплошные полушария, вызывающе обтянутые вырвиглазной расцветки и убийственного фасона одеждой. Макияж, как если бы утонченная в прошлом девушка с головой забралась в косметичку и как следует узюзюкалась. Она стояла совсем близко, всего-то через человека, но от нее хотелось держаться еще подальше. Какая-то она была… Чем-то опасная. Злая, наглая. Напрочь безбашенная. В третий раз она ее увидела вновь ничем на себя не похожей. Не на красивую молодую женщину, не на бунтующего против всего вчерашнего ребенка. Она была старше нее. Она была очень уставшей женщиной. Выглядела совсем замученной, хотелось сказать, что самой жизнью. Краска на волосах наверняка скрывала раннюю седину. Телосложение иначе как болезненно-худощавым не назовешь. Теперь она была с головы до пят в черном. Простые джинсы, никаких больше украшений, хотя бы цепочки или колечка. Ее было ужасно жаль… Ее хотелось пожалеть, как маленькую. Всякий раз это был другой человек, но это была она, не перепутаешь. Даже при различных совершенно чертах лица, росте и телосложении. В тот раз глаза были светло-карими, на этот оказались зелеными, какими же они были в их первую встречу, когда ей не удалось их разглядеть, может голубыми? Или серыми? Или серо-голубыми, как у нее самой... Но это всегда была она. Не ошибешься. Когда точно знаешь. Она протянула к ней руку и погладила ее по руке. Сидящую рядом в трамвае женщину. Она полюбила ее. Как самое себя. *** - Привет. Это я. Ты тоже меня узнала?