Пираты Карибского моря: Рождественское безобразие

      Яркие огни многочисленных фонарей встречали любой корабль, гостеприимно приглашая его в Бухту Погибших Кораблей. «Чёрная Жемчужина» не была исключением. Судно величественно вошло в бухту, миновав все препятствия, состоящие из морских скал и рифов. Команда собралась у борта, с интересом наблюдая за всё прибывающими кораблями, рассматривая ожившую крепость, где издавна собирались пиратские бароны и проводились Советы Братства. Снежные хлопья различных размеров размеренно опускались вниз, устилая собой всё, что только можно было, кружили в воздухе, перелетали с места на место при малейшем дуновении холодного зимнего ветра. Огни переливались, плясали, изображали в воздухе неведомые фигуры и, казалось, никогда не собирались потухать. Кораблей было огромное количество, на веку пиратов такое многочисленное сборище было лишь единожды: когда всего несколько месяцев назад пираты были вынуждены объединиться, дабы дать отпор набирающей силу Ост-Индской торговой компании вместе с «Голландцем».       — Ну что, Джек, недоволен тем, что мы прибыли сюда? Такое количество пиратов... Ты ведь стараешься избегать подобных мероприятий? — злорадно улыбнулся Барбосса, подходя сзади к барону Карибского моря. Джек Воробей стоял мрачнее тучи. Что-что, а его союзник (или соперник?) был абсолютно прав. Скопления пиратов никогда не манили его, особенно если учесть, что каждому он что-то должен, будь то некоторая сумма денег либо же целый корабль. И каждый, несомненно, желал ему верной гибели.       — Гектор, ну как я могу быть недоволен, когда сюда нас любезнейшим образом пригласила сама королева?! — натянуто улыбнулся Воробей. В ответ Барбосса хмыкнул и достал из кармана сложенный вчетверо лист, развернул его.       — «И если вы, трюмные крысы, не соизволите притащить сюда свои задницы, я лично прибуду за вами, насильно притащу на Совет и заставлю просидеть там ровно столько, сколько посчитаю нужным. А потом прикажу протащить вас под килем, чтобы и впредь знали, как ослушаться приказа королевы пиратов.       P.S. С любовью. Элизабет. Счастливого Рождества».        Это если дословно. Так что, да, Джек, я полностью с тобой согласен. От этого, — пират потряс в воздухе письмо, — так и веет любезностью и радушием, — Гектор осклабился, наблюдая за тем, как его собеседник поморщился. «Черт бы её побрал, эту Элизабет с её праздником!» — невольно подумалось Джеку.       — Знаешь, ты мог бы не читать мне это, — как бы невзначай заметил Воробей. Он уже потихоньку начал жалеть о его опрометчивом решении выбрать миссис Тёрнер королевой пиратов. И всё же, сделанного назад не воротишь. Тем более, эта гордячка вряд ли бы теперь уступила своё место хоть кому-либо.       — Тебя что-то смущает? — продолжал издеваться Гектор. — Уже жалеешь, что выбрал эту взбалмошную девчонку предводителем пиратов?       — Вовсе нет, — резко ответил Джек. — Наоборот, мне кажется, что отпраздновать вместе Рождество — вполне интересная затея...       — ...которая может закончится простой попойкой и пальбой из пушек, — бесцеремонно прервал его собеседник. Воробей злобно на него посмотрел, всей душой желая пристрелить на месте. Но нельзя. По крайней мере, не сейчас. Элизабет жаждет увидеть всех баронов в сборе.       — Кэп, мы прибыли, — оповестил только что подошедший старпом, мистер Гиббс. Он произнёс это так, смотря куда-то между двумя пиратами, словно и сам запутался, кто здесь капитан. И всё же, он скорее обращался к Джеку, чем к Гектору.       — Замечательно. Бросьте якорь, — первым ожил Барбосса.       — Стоп-стоп, капитан Жемчужины я, — затараторил Джек. — Так что, да, бросьте якорь, мистер Гиббс, — закончил он, не придумав ничего получше, чем просто вторить за своим соперником. Старпом удалился исполнять приказ.       Команда Жемчужины сошла на пристани. Все вместе они направились в сторону крепости. Впереди всех гордо шествовали Гектор с Джеком, то и дело норовя ткнуть друг друга локтём или же пихнуть посильнее. Дойдя до двери, они также стали соревноваться, кто быстрее войдёт внутрь. И, по законам, вселенной, сделали это одновременно, застревая в проёме. Джек, как более вёрткий, уловчился и пролизнул первым, оставляя товарища с носом. Но и тот был не так прост. У Гектора тоже имелась парочка козырей. И одним из них был капуцин, тёзка капитана Воробья. Зверёк, уловив настрой своего хозяина, тут же спрыгнул с его плеча и поспешил за Джеком, мешая ему идти. Обезьянка обвила ноги пирата, и тот рухнул на пол, громко ругаясь и проклиная своего противника. Гектор с величественным видом прошагал мимо, но тут же был свален Джеком, который поставил ему подножку. Оба были до предела раздражены и непременно набросились друг на друга, не поспеши к ним Элизабет.       — А, вот вы где! Я вас уже заждалась, — с улыбкой проговорила она, останавливаясь возле баронов и ожидая, пока те соизволят подняться.       — Лиззи, детка, ну как мы могли опоздать? — наигранно удивился Джек, отряхиваясь от падения. — А что, другие бароны ещё не прибыли? Или с ними тебе не так интересно, как с нами? — улыбнулся он.       — Все они надутые и алчные гордецы, которые до сих пор не могут признать, что я их король, — девушка скрестила руки на груди, якобы обидевшись и разозлившись одновременно. «Под стать тебе», — подумал Воробей, но счёл нужным промолчать.       — Итак, мисс... миссис, вернее, что вы намерены делать теперь, когда все пираты в сборе? — поспешил вставить своё слово Гектор, хитро улыбнувшись. Глаза девушки так и загорелись.       — Ну, я хотела, чтобы все хоть раз в жизни отпраздновали Рождество по-настоящему. Мы будем украшать ёлку, веселиться, гулять и пить, — Джек заметил, что уже слышал эту фразу ранее, но она была произнесена далеко не Элизабет и явно не таким весёлым тоном. Но пират тут же поспешил отогнать от себя ненужные мысли. Мысли о том, сколько будет выпивки, вытеснили собой всё остальное. — Но для начала я хочу, чтобы ты украсил ёлку... — королева запнулась, выбирая свою жертву для наряжания рождественской красавицы, — Джек, — уверенно закончила она. Позади Воробья послышался сдавленный смех. Его противник откровенно посмеивался над ним.       — Но, цыпа, разве я похож на того, кто хоть раз в жизни занимался подобной... — он хотел сказать «ересью», но тут же прикусил язык, — занятием? — невинно похлопал он ресницами.       — Нет. Но я уверена, что у тебя получится, — с этими словами Элизабет взяла пирата под руку и потащила по направлению главного зала, где, собственно, и проводились Советы Братства.       Когда они вошли внутрь, Джек отметил, что тут ничего не изменилось. Хотя, чему же тут меняться? Поэтому ему не пришлось утруждать себя осмотром помещения, которое он и так уже выучил наизусть ещё тогда, когда мальчиком переворачивал крепость вверх дном. Единственное изменение заключалось в том, что стол был немного сдвинут в сторону, предоставляя больше места лесной красавице, которая уже дожидалась своего рыцаря, который отважится её украсить. К несчастью Джека, именно ему выпала участь в праздничнои колпаке скакать перед ней и искать, куда же можно прицепить очередной шарик и впихнуть очередную свечку, чтобы всё это поскорее сгорело к чертям.       Пират обречённо выдохнул и подошёл поближе к дереву. Он внимательно осмотрел его снизу доверху, обернулся назад, встречаясь взглядом со смеющимися глазами Гектора, который как назло потащился следом за ними, чтобы не упустить возможности в очередной раз подколоть его. Рядом с ним стояла Элизабет и мило улыбалась.       — И это я должен украсить? — вопросительно изогнул одну бровь Джек. Девушка молча кивнула. Воробей ещё раз тяжело вздохнул и принялся лениво расхаживать вокруг ели, рядом с которой уже покоились ящики со всевозможными украшениями. Пират поставил ящики на стол и стал копошиться в их недрах в поисках чего-то неопределённого. Он выудил красный шарик и, развернувшись лицом к ёлке, повесил его на первую попавшуюся ветку.       — Я бы сделал это лучше... — послышался сзади издевательский голос Барбоссы. Джек вздрогнул от неожиданности.       — Дорогой Гектор, я всего лишь повесил один шарик... — устало закатил он глаза.       — И всё же, это вышло бы у меня лучше, и наша королева осталась бы довольна мной, — прошептал собеседник так, чтобы Элизабет не услышала.       — Это вызов?       — Возможно.       — Цыпа, нам нужно ещё одно дерево! — неожиданно вскричал Джек, оборачиваясь. Девушка в недоумении посмотрела на мужчин. — Ну что ты смотришь? Гектор тоже изъявил желание украсить сие красавицу. Так что иди распорядись, чтобы нам притаранили ещё одну, — с этими словами Воробей вытолкал Элизабет в коридор и захлопнул за ней дверь.       Оба барона остались дожидаться зелёного пополнения, иногда бросая друг на друга косые убийственные взгляды.

***

      Жертву Барбосе предоставили примерно через час. Её тут же установили возле первой, предоставляя баронам право начать творить. Гектор уже с решительным видом направился к ели, как его жестом остановил Джек.       — Одну минуту. Мы ещё ничего не обговорили, — заявил он.       — А что ещё обговаривать? — раздражённо бросил мужчина.       — Например, что же послужит призом, когда я выиграю? — улыбнулся Воробей. Барбосса посмотрел на него с видом а-ля «Ты неисправим», но всё же задумался.       — На кону Жемчужина, — коротко отозвался он. Воробей тут же запротестовал:       — Жемчужина не предмет выигрыша. Да и вообще, ставить на кон корабль — это так...       — По-пиратски, ты хотел сказать? — усмехнулся Гектор. — Или ты боишься проиграть? — с вызовом спросил он.       — Ещё чего. Хорошо, я согласен. А что получу я, когда выиграю? — прищурившись, поинтересовался Джек. Барбосса опять задумался.       — Мою свободу. Если проиграю я, ты можешь целый месяц распоряжаться мной, как тебе вздумается, — уверенно проговорил он, заранее зная, что ни за что не уступит победу этому дураку. Воробей согласно кивнул, загоревшись этой идеей, и пираты рьяно принялись украшать каждый своё дерево. Джеку на ум уже стали приходить картинки вселенского позора его противника. Он уже предвкушал, как заставит его зубами драить палубу или ещё чего похлеще.       Каждый из них старался опередить своего противника, забрав себе лучшее украшение. Они препирались, толкались, бились, гонялись друг за другом, при этом неистово крича. Малыш Джек сидел на столе и непонимающе смотрел на двух взрослых мужчин, иногда воркуя что-то на своём зверином языке и ворочая головкой.       — Отдай, это моё! — кричал Джек, стараясь дотянуться до шарика, который Барбосса высоко поднял над головой.       — Ещё чего вздумал! Я его первый взял! — отвечал Гектор.       — Неправда!       И они опять принялись носиться по залу. Иногда они запрыгивали на стол, бегали по стульям, пару раз чуть не повалили ёлки. Но ничто не могло остановить резко сошедших с ума баронов.       — Джек, дружок, лови! — вскричал Барбосса, обращаясь к своему верному питомцу, когда пираты валялись на полу. Капуцин что-то пискнул и бросился к своему хозяину. Через секунду гладкий и круглый синий шарик покоился в его лапках, а сама обезьянка запрыгнула на люстру и стала раскачиваться на ней.       — Ах ты, это нечестно! — воскликнул Джек и, резко достав из-за пояса пистолет, выстрелил в обезьяну. Пуля пролетела мимо и попала в люстру, отрикошетив от неё. Она отскочила и полетела в сторону дерева Барбоссы, разбивая шарик. Гектор взбесился от этого. Он рыкнул что-то невразумительное и опять набросился на своего противника. Катание по полу возобновилось.       — Я тебе покажу, как стрелять по моему добру!       — Сам напросился! Скажи спасибо, что я твою ёлку не повалил!        Пираты мгновенно замерли, обдумывая последние слова Джека. Одинаковая идея посетила их одновременно, и они бросились каждый к своему дереву.       — Ещё один шаг, и я уничтожу то, что тебе так дорого! — театрально проговорил Воробей, держа наготове хлопушку, чтобы в любой момент зарядить ею в лицо соперника. Барбосса расхохотался и со скрежетом достал шпагу из ножен, желая перерубить ею ёлку противника. Джек, не ожидая такой наглости со стороны Гектора, возмутился, но последовал его примеру и тоже оголил свой клинок. Не долго думая, оба противника сделали шаг вперёд, скрещивая шпаги. Послышался лязг металла, пираты начали кружить по залу. Но вдвоём им оказалось слишком мало места, отчего они запрыгнули на стол и продолжили свой поединок там. Малыш капуцин что есть мочи желал подсобить своему хозяину: кричал что-то непонятное, словно это сможет приободрить Гектора; топал на месте, скакал, извивался. Но вскоре до него дошло, что такими темпами он мало чего добьётся, а потому решил применить свой проверенный метод, а именно, просто стал путаться под ногами у Джека. Долго эксцентричный пират не выдержал и свалился со стола, с грохотом распихивая стулья в разные стороны. Барбосса направил на него остриё шпаги.       — Ну, что ты, Гектор, разве ты убьёшь старого друга из-за какого-то там спора? — стал идти на попятную Воробей.       — На кону Жемчужина... — напомнил ему «друг».       В этот момент Джек резко вскочил на ноги и, пальнув в шляпу соперника, бросился бежать. Барбосса, раздражённо рыкнув, направился за своей шляпой, которая отлетела далеко назад. Подняв её, мужчина тотчас бросился догонять беглеца.       Когда они в очередной раз пробегали мимо заждавшихся их деревьев, Джек ненароком зацепил ель противника. Та качнулась и, вопреки всем попыткам Воробья предотвратить падение, приземлилась прямо на своего дизайнера. Тот задрожал от переполняющей его злости. Он одним движением скинул с себя колкую уже не красавицу и медленно направился в сторону испуганного виновника сей случайности. Джек спрятался за елью. Барбосса обошёл дерево и встретился с ним взглядом.       — Стой! — вскричал Воробей, тот даже не услышал его. — Хорошо, хочешь, я сам повалю свою? — и, не дожидаясь ответа, пират ногой толкнул своё дерево. То, жалобно заскрипев, упало на первую «счастливицу». На Гектора такой «благородный» поступок никак не подействовал. Он набросился на собрата и принялся душить его. Джек стал вырываться. Они оба споткнулись о ствол дерева и упали прямо на иголки.       Сколько бы продолжалось всё это, неизвестно, если бы их не остановили. В воздухе послышался выстрел.       — А ну, прекратить! — голос Элизабет звучал звонко и властно. Пираты тут же обернулись на звук, оставаясь в своих позах: руки Гектора крепко сжимали шею противника, а Джек что есть силы отпихивал от себя взбесившегося мужчину. — Я сказала, прекратить! — гаркнула девушка, от чего бароны нехотя отлипли друг от друга. Они вдвоём встали и отряхнули одежду, которая оказалась ужасно пыльной от долгого качания по полу. Джек мило улыбнулся, Гектор последовал его примеру, но у него это вышло намного страшнее, словно он состроил звериный оскал.       — Милая... — начал Воробей.       — Молчать! Что вы тут устроили? Вы оба? Вы хоть понимаете, что всё это уже переходит всякие рамки? — вскипела девушка, перебивая мужчину. — Живо всё убрать, и поживее. Я приду через полчаса. Если всё останется, как было, пеняйте на себя. Вам ясно? — прошипела она, ужасно злая, что идея с украшением символа Рождества провалилась. Мужчины потупили взгляд и произнести что-то типа «Да, мэм» и принялись выполнять приказ. Элизабет направилась к двери.       — И ещё, если услышу ещё нечто подобное... — она развернулась и многозначительно посмотрела на баронов. — Не вынуждайте меня приставлять к вам охрану, — закончила она и окончательно покинула помещение, оставляя двух противников в гробовом молчании разгребать всё то, что сами и натворили...