Истинный

      — Нет, не умирай, пожалуйста. Что сниться Чимину? Он просыпается и быстро садится. С тяжелой отдышкой оглядывается. Фантазия разыгралась из-за столь страшных для него снов. Привиделось два чёрных глаза в тени, и как что-то падает. Пак ложится в постель и полностью накрывается одеялом. Сон был настолько реалистичен, что кожа Чимина стала холодной, как у мертвеца. Пак не мог уснуть, прокручивая у себя в голове этот сон. Он подрывается с места и выбегает из комнаты. Он в зале, где стоит диван, на котором спит Мин. Чимин на цыпочках подходит к дивану и ложится перед лицом Юнги.       — Плохой сон? — говорит Мин, не открывая глаз, будто бы во сне разговаривает.       — Я думал, ты спишь.       — Спал, пока не услышал твои вопли. Тебе холодно? Ты весь дрожишь, — Юнги посмотрел на Чимина, и их взгляды встретились. — Подвинься ко мне, — Мин взял за край одеяло и поднял его, чтобы Пак смог лечь рядом. Чимин перевернулся на другой бок и подвинулся к Мину. Спиной он ощущал тёплое, даже горячее тело Юнги. Мин накрыл его и положив руку на талию Пака, придвинулся ещё ближе. Теперь не только край спины Пака ощущал теплоту Юнги, но и все тело, начиная с затылка и заканчивая ногами, которые упирались ступнями в ноги Юнги, чтобы согреться. — Не бойся, — Мин заметил, как тело Чимина дрожит.       — Мне не страшно. Просто… ты… так близко, — сказал Пак и уткнулся в подушку, пытаясь остановить своё смущение своё сердце. Юнги улыбнулся, и Чимин почувствовал эту улыбку.       — Спи, малыш. За всю ночь Чимин больше не просыпался, ему не снились плохие сны. Было больше одиннадцати, когда Пак пробудился. Юнги же ещё спал. Чимин, чтобы не будить его, не двигался. Он взял телефон, который лежал под подушкой и начал листать галерею, где были видео с выступлений его группы. После он включил аудиозапись, которую они вчера записали. Записи двух песен, которые сочинил Тэхен.       — Вы — неплохая группа, — Юнги разбудила песня, которую включил Чимин.       — Я тебя разбудил? Прости, — Пак повернулся, чтобы убедится, что Мин не спит.       — Неважно, раз уж я уже проснулся. Это песня Тэхена?       — Да, она. У него такие прекрасные песни. Когда он встречался с Чонгуком, песни были о любви, мне так нравилось их петь.       — Спой мне.       — Спеть? Я не настроен и…       — Не ломайся, спой, — перебил Мин Чимина. Пак набрал воздуха в легкие и напел припев одной из песен, сочиненной Тэхеном. Юнги был потрясён, и казалось, он ещё больше влюбился в Чимина. Пак посмотрел на него, в надежде услышать похвалу или критику.       — Это шикарно. Мне нравится твой голос.       Чимин улыбнулся на мгновенье, а потом задумался.       — Что?       — Я не знаю, как сказать ребятам. Мы только потеряли Тэхена, теперь ещё Бао и Лихун. Нам не найти таких гитаристов как они и человека с таким голосом как Тэхен. Как им сказать? Что делать? Распустить группу? Я не знаю.       — Делай, как считаешь нужным. Парни, все, прекрасно поют. Они найдут, чем заняться, не пропадут. Вы можете играть без них, но не уверен, что после того как они узнают что случилось, кто-то будет в состоянии играть. В любом случае, тебе придётся им сказать, но не сейчас. Я голоден, — Юнги встал с дивана и накинул на себя рубашку. — Пойдём, быстрее вставай. — Он ушёл на кухню. Вслед за ним зашёл Чимин, в одних шортах.       — Чем мы будем завтракать?       — Не знаю, может, пиццы закажем? — Юнги повернулся к Паку, который стоял возле входа в кухню. — Ух, ты. Ты бы одел что-нибудь, выглядишь слишком сексуально, — он оглядел Чимина с ног до головы, тщательно рассмотрев каждый кубик пресса на его теле, тот же раскрасневшись, наблюдал за Мином. Юнги откашлялся для виду. — Твоя одежда в стирке, на ней были пятна крови. Можешь выбрать что-то из моей, — он быстро развернулся к раковине.       — Хорошо. Но не нужно заказывать пиццу, я приготовлю что-нибудь.       Чимин направился к шкафу с одеждой. Найдя там фиолетовую футболку, он одел ее. Пак любил фиолетовый цвет и все его оттенки. Он вошёл в кухню и подошёл к холодильнику. Открыв его, он увидел шесть яиц, помидоры, приправы для кимчи, колбасу, майонез и кетчуп, кастрюлю с рисом, молоко, зелёный лук, сыр и стейк. Пак достал все что увидел и жестом приказал Юнги сесть на стул, чтоб не мешать. Он нарезал стейк на маленькие квадратики и кинув на сковороду, слегка поджарил. Потом взял яйца, смешал их с молоком, вылил на сковороду, перемешал со стейком и дал приготовиться, после добавил нарезанный зелёный лук, приправы и сверху наложил толстые ломтики сыра. Чимин накрыл все это крышкой, чтобы сыр расплавился. Юнги же тем временем налил кофе и достал тарелки. Приготовленный омлет Чимин разделил на две порции, добавил чуть чуть риса и поставил на стол. Юнги нарезал хлеб и поставил кофе.       — О-о-о, Чимин ты бог, — сказал Мин, попробовав кусочек омлета Пака.       — Я ангел.       — Не спорю. Ты богоангел.       В двери раздался стук, прирывая идиллию.       — Кто? — спросил Юнги, хотя прекрасно знал, что там почтальон из полиции. Но не дождавшись ответа, он открыл дверь. — Здравствуйте. Это мне? — он вырвал два конверта из рук почтальона.       — Вы Мин Юнги? Тогда, это вам и передайте Пак Чимину.       — Спасибо. Мин закрыл дверь прямо перед лицом почтальона и побежал на кухню.       — У меня сюрприз, — он кинул конверт в Чимина.       — Приглашение на допрос? Сегодня? — Пак распечатал конверт и уже прочитал что там.       — Ты расстроен?       — Просто не хочу. Мы можем не пойти?       — Думаю, что нет. Но это ненадолго. Давай собираться. — сказал Мин, встал из-за стола и направился к шкафу с одеждой, чтобы выбрать что надеть, более приличное.       — Уже? — Пак побежал за Юнги, — Почему так рано? Тут же написано в 16:00.       — А ты время видел? Без десяти три. Нам ещё к тебе заехать надо. Ты же не поедешь в моей панковой майке? — Чимин скорчил недовольную гримасу и сел на диван, смотрел, как Мин переодевается. Было больше половины четвёртого, когда Юнги и Чимин вышли из общежития и направились в отдел полиции, на допрос. Мин надел чёрный джинсы, белую футболку, чёрные туфли и чёрная кепка с кольцами на козырьке. Чимин был одет почти так же, только вместо футболки была белая рубашка с рукавом в три четверти, а кепки вовсе не было. Как они вдвоём выходят из общаги, нужно было снимать в замедленной съёмке и подставить музыку на подобие «Rainism».        — Чимин, я пойду первый? — спросил Мин, когда они поднимались по ступенькам в здание полиции.       — Как хочешь. Я могу пойти. Мне не страшно.       — Уверен? В любом случае, скажи им то, что говорил мне. Если попросят запись звонка, дай послушать, но телефон не отдавай, понял?       — Хорошо, понял. Но почему?       — Делай как я говорю. Углубись в воспоминания, как это было вчера, если захочешь плакать, плачь. Когда будут спрашивать, не трясись, не мямли, веди себя как обычно.       — Ты нагоняешь на меня страх. Мне становится не по себе.       — Помни, что когда ты выйдешь, я буду рядом.       — Ты уже был на допросах? Там так страшно? Я начинаю нервничать.       — Ничего страшного. Давай я пойду первый. — Юнги подошел к железной двери и постучал. Посмотрев на Пака, он зашёл в комнату для допроса.       — Я Мин Юнги. Можно?       — Садитесь. Вы знали убитых парней? — сразу начал следователь. Никаких манер, на то он и полицейский.       — Нет, это были друзья моего друга. — Юнги не колебался, вёл себя спокойно. Хотя он и слегка нервничал, но этого совсем не было заметно. Он хорошо держался, будто, был на допросе не в первый раз.       — Тогда, что вы делали там ночью, испачканный в крови?       — Я же говорю, это были друзья моего друга, ради него я приехал.       — Как вы узнали, о том, что ваш друг там?       — Он мне позвонил.       — И вы сразу приехали?       — А вы бы не приехали, если бы вам позвонила заплаканная омега?       — Вопросы тут задаю я.       — Ваши вопросы глупы и не имеют смысла. Я считаю, что вы узнали все, что нужно было, разве нет? — О мой бог, этот взгляд, эта настойчивость, будто допрос ведёт не следователь, а сам Мин.       — Позовите следующего, — работник уткнулся в тетрадь и что-то записывал. Юнги встал из-за стола, со скрипом отодвинув стул. Он вышел из допросной и его уже ожидал Чимин.       — Ну что?       — Иди, я подожду тут, — сказал Юнги, и сел на стул возле двери. Чимин медленно открыл дверь и так же медленно зашёл. Он сел напротив следователя и нетерпеливо ждал вопросов. Он нервничал, но старался не подавать виду.       — Полагаю, вы Пак Чимин.       — Да       — Это был не вопрос. Я знаю все про вас. И так, как вы оказались на месте преступления?       — Мне позвонил друг, но, видимо, его телефон выпал у него из рук, и я слышал, что там происходило. Прошло некоторое время, а потом он крикнул «клуб» и я понял, где он. Я пошёл туда, не дослушав до конца.       — Когда вы пришли, убийц уже не было?       — Да, их не было. Бао уже был мертв, а Лихун ещё дышал, но как только я собрался позвонить в скорую помощь, его дыхание прекратилось, — Пак всячески избегал встреч глаз со следователем.       — Вы обязаны были позвонить в скорую помощь. Вы же не врач, чтоб ставить диагноз. Так, почему, на самом деле вы не позвонили?       — Я… я… — Чимин запнулся и растерялся. На самом деле, может, если бы он позвонил 911, его друзья были бы ещё живы? Следователь заметил смущение Пака, но он готов биться за своё, ведь Чимин главный подозреваемый, пока что.       — Вам есть, что скрывать?       — Нет, — выкрикнул Пак. Его будто осенило, и он вспомнил про запись звонка, — у меня есть запись, — он достал телефон и включил.       — Почему я должен быть уверен, что вы это не подстроили? Мне нужно узнать, откуда был совершён звонок и когда, мне нужен ваш телефон. Чимин снова растерялся. Юнги говорил не давать телефон, но что тогда сказать?       — Почему вы подозреваете меня?       — Вы первый оказались на месте преступления. На их одежде и теле есть ваши отпечатки пальцев. Вы быстро уехали, как только приехала полиция. Причин много.       — Там не только мои отпечатки. Проверьте, отпечатки на пакетиках. Я вам все сказал. Извините, — Чимин встал со стула и быстро вышел из комнаты допроса. Увидев его, Юнги поднялся и распрямился.       — Ты как? Все хорошо?       — Уйдём отсюда, быстрей. — Чимин схватил Мина за руку и вперёд него выбежал из отделения.       — Скажи мне, как все прошло? — остановил его Юнги, когда они спустились с лестницы.       — Это было страшно. Я чуть не сказал лишнего, — Пак мялся, но его руки до сих пор держали Мина. Юнги заулыбался и не прекращал смотреть на Чимина.       — Мне нравится, что мы стали ближе, — сказал Мин.       — Что?       — Сходишь со мной на свидание?