Однострочники

Сэм замечает, что на запястьях брата то и дело появляются синяки. Они расплываются уродливыми пятнами, желтеют, и лишь в сердцевине остается черно-синий цвет. Дин пытается скрывать их, но не слишком усердно. Он просто делает вид, что их нет. Когда Сэм спрашивает, откуда это появилось, Дин лишь отмахивается: вчера на охоте ударился. Сэм хочет ответить, что вчера до Дина никто не дотрагивался: он не позволил приблизиться к себе ни одному существу. Но вместо этого Сэм молча кивает. Может быть, он бы больше волновался о брате в какой-нибудь другой день, но сейчас дни все как один: убить как можно больше тварей, выпить за спиной брата демонскую кровь, научиться управляться со своей силой. Не до Дина сейчас. Однажды Сэм возвращается в номер раньше, чем обычно. В душе шумит вода, и он заглядывает в ванную, собираясь сказать, что он здесь, но застывает возле чуть приоткрытой двери. Дин стоит к нему спиной, и в зеркале отражаются его крепко зажмуренные глаза. Дин почти обнажен, по коже стекают капли воды, волосы еще мокрые. Дин проводит ладонью по россыпи уродливых синяков на груди, и на его лице расплывается блаженство. Сэм неслышно делает несколько шагов назад, скорее пытаясь убраться из номера. Он чувствует себя так, словно застал брата за дрочкой. В следующий раз Сэм просыпается от быстрого и почти неслышного шепота: - Боже, да, Кас… Он открывает глаза, пытаясь не двигаться, и старается не вскочить с кровати, заорав. Он говорит себе, что сейчас всем нелегко. Он пьет кровь у своей девушки с черными глазами. Дин просит ангела выкрутить ему руки. - Кас, сильнее, пожалуйста… - Дин едва не задыхается. Он обнажен и распластан на кровати в неудобной позе: щека вжимается в подушку, руки сцеплены за спиной, и ангел, полностью одетый и стоящий за Дином на коленях, перевязывает их ремнем. Кастиэль наклоняется, кусает Дина за бок, и человек хватает ртом воздух. Сэм догадывается, что от этого укуса наутро останется синяк. Сэм смотрит, как Кастиэль, разогнувшись, облизывает два пальца и, отодвинув одной рукой ягодицу Дина, медленно вставляет их в него. Потом он снова наклоняется и лижет мышцы ануса, словно пытаясь засунуть в него еще и язык, и Дин слегка всхлипывает. По комнате разносится негромкий голос Кастиэля: - Дин, будь тише. Ты сам просил сегодня не усыплять твоего брата… Сэм превращается в каменное изваяние. Он не хочет верить своим ушам. Он не хочет верить своим глазам. Он ничего не хочет. У него не остается ни на что сил, кроме как смотреть. Он смотрит, как Кастиэль расстегивает ширинку, вытаскивает член и пристраивается к Дину, входя одним движением. На глазах брата блестят слезы. Это продолжается недолго: ангел вбивается в открытое перед ним человеческое тело, и Дин покачивается ему навстречу, изредка чуть всхлипывая от боли, но его член стоит, почти прижимаясь к животу. Потом Сэм наблюдает, как по бедрам Дина стекает сперма. Как ангел переворачивает его на спину, так и не развязав руки и причиняя дополнительную боль. Как ангел неторопливо дрочит Дину, сжимая его горло, а Дин придушенно шепчет из последних сил: - Боже, Кас… Кас… люблю тебя… - и кончает, толкаясь бедрами в кулак ангела. Сэм закрывает глаза. Он говорит себе, что сейчас всем нелегко. Он пьет кровь у своей девушки с черными глазами. Дин любит ангела, причиняющего ему боль.