Пятый

      Утро выдалось по-летнему солнечным и богатым на сюрпризы. «Майк, прости меня, Майк! Я не могу сейчас к тебе. Будь рядом, пожалуйста, я не могу без тебя. Завтра все закончится, и мы вернемся! Не бросай меня». Это сообщение вызвало бурю эмоций: его разрывало от злости на себя, что уснул, не дождался — а вдруг бы смог ответить. И одновременно где-то под сердцем росло нечто горячее, пылкое, как быстрый танец в огненном вихре. Оно вызывало желание рыдать от нежности нахлынувших чувств и, тут же, пинать ногами стену или хотя бы разбить окошко. Словно на одном плече сидел золотоволосый ангел и напевал победную песнь всепобеждающей любви, а на другом — темнокрылый демон, нашептывающий холодным речитативом о неисследимых глубинах ненависти ко всему сущему. Он не бросит, никогда. Только когда уже наступит это недосягаемое завтра, когда они просто будут рядом?        Пока Уилер утихомиривал непримиримые сущности, гоняя их по кокону из одеяла, экран юнифона мигнул и выдал сообщение, дикое, словно весь идиотизм мира тихой сапой собрался и переполз в чат. «Трой: Офигенно, Брат! Сработало! Представляю рожи этой черни, когда узнают, как ты их поимел! Первое место! Сегодня в девять ждем возле школы! Макни их и возвращайся, король Майкл!»        Майку настолько захотелось промыть с мылом глаза и «развидеть» это, что он выполз из своей норы и в самом деле умылся. А когда эмоции немного улеглись, сначала решил просто забыть. Не получалось никак, и пришлось непостижимым образом уложить это в голове. Как раз было чем заняться по дороге к дому шерифа, где они с ребятами договорились встретиться.       Разумеется, и речи не шло о том, чтобы пойти к школе общаться с местным Троем. Судя по сообщению, он одинаковый гнус во всех измерениях. Мало того, Майк решил не говорить об этом и ребятам. Они скоро вернутся домой, и пусть его двойник сам разгребает свое дерьмо. И все-таки, он, Майк, король? Это он вразвалочку входит в школу, а все разговоры смолкают. Девчонки оборачиваются, и смущенно отводят взгляд, если он улыбнулся, а потом их щеки наливаются пурпуром, как яблоки поздней осенью. А глаза блестят, как новогодние гирлянды. Парни приветствуют, а он небрежно кивает, но общается только со своими. Да нет, это просто бред, так не бывает. Как же так вышло, что они такие разные с двойником? Ночью казалось наоборот… Что же такого сделал здешний Майк, чего не сумел он сам? Очень хотелось верить, что ничего плохого. В голову даже закралась совсем шальная мысль: вот бы встретиться и спросить. И заодно посоветовать напинать Трою как следует, раз уж он на пьедестале. « На пьедестале? О боже, а если сейчас тот Майк в нашем измерении? Думает и понять не может, как я докатился до жизни такой?» Майка передернуло и обдало жаром. Пару капель скатились на лоб из-под шляпы. Еще эта дурацкая одежка. Как можно быть «королем» в такой одежде? «Какой вы совсем взрослый юноша стали, мистер Майкл» — мысленно передразнил он Рейчел. Ага, совсем взрослый, в пиджачке и коротких штанишках. Он обыскал весь шкаф, но длинных брюк не нашел. Попробовал попросить у Рейчел вчерашние брюки от фрака, но куда там… — О, Майк! Наконец! — донесся до него звонкий вопль Дастина.       Майк зажмурился, боясь, что сейчас на него обрушится ушат смеха, а когда открыл глаза, не удержался, и прыснул хохотом сам. Лукасу как-то вполне шел такой же, как у него самого наряд, только серый в полосочку. И широкая серая кепка. Но Дастин! Он был без пиджака. В белой рубашке и бриджах на широких подтяжках. И ко всему этому галстук и, конечно же, шляпа. Не удержались все. Хохот становился все заразительнее и громче. Когда в проеме ворот появился насупленный Уилл и неловко повел плечами в аналогичном пиджачке, на его осунувшемся лице сразу блеснула улыбка. А через пару секунд он хохотал вместе со всеми.       Отсмеявшись, они облюбовали небольшую лужайку за домом шерифа. Там раньше было нечто, напоминающее игровую площадку, а теперь остались лишь обломки металлических конструкций, которые парни и облепили, как вороны. Трава была достаточно вытоптана, чтобы сделать вывод, что их двойники, очевидно, пользуют это место по тому же назначению. — Я хотел надеть свое, но мама сказала, лучше здешнее. Я боялся, что один такой из вас буду, — смущенно признался Уилл. — Да они все так ходят, как педики, лет до пятнадцати или четырнадцати. Ты прикинь, а зимой в чем? Никогда не догадаешься! Они под эти шорты поддевают чулки девчоночьи, только темные, я по телеку вчера видел! — Лукас сплюнул от возмущения. — Раз все ходят как педики, значит и надо ходить как педики, иначе ты один и будешь казаться педиком. Это закон отрицания отрицания. — С умным видом произнес Дастин. — К тому же, мама сказала, мне очень идет шляпа. Я себе такую дома куплю. — Закон отрицания отрицания? Он так и звучит? Ты ничего не путаешь, дамочка? — Ну, почти так. Но это не точно. — И здесь забор! — Майк скривился. — Даже у шерифа, у нас вообще форт Нокс! И чего они все боятся так? — Бандитов! Мой отец говорил вчера, что от них спасу нет, и полиция ни хрена не делает! И Хоппер типа тоже. — И где эти бандиты, Лукас? Тихо, как ботаническом саду. Бред какой-то! А где Хоппер? Он приехал? — Приехал. Ночью, один, без Оди. — Уилл замялся. — Но уже и уехал, пока я спал. — Вот он точно педик! — в сердцах топнул Майк, соскочил с железки и начал расхаживать взад вперед. Трава под его ногами жалобно шелестела. — Обещал же нас взять! И ничего не говорил? Или ты все проспал? — Не совсем. Понимаешь, он приехал вообще совсем пьяный и с разбитым лицом. Мама расстроилась, а потом его уговаривала там спать идти… — Он что, дрался с вами? Маму твою обижал? — Нет, ты что, нет… Просто какой-то злой был. А Джонатан еще злее. Я думал, он выбежит драться с Хоппером. Но мама как-то всех уговорила. И еще этот Гилфорд здешний. А потом… неважно… Утром, в общем, я проспал, как он уехал, вот кретин я! Но мама говорила, что у Оди все в порядке и Хоппер ее привезет. Уилл опустил голову и виновато теребил пальцами пуговицу. — Не переживай так, я тоже все проспал. — Майк показал сообщение Оди на юнифоне. — Сомневаюсь, что все хорошо, и что он привезет. Хоппер вообще не пойми где и с кем был. А про Оди так просто мог сказать, пьяный же. — А я сомневаюсь, что Оди вообще хочет нас там видеть! И зачем было звать с собой! — Лукас так активно жестикулировал руками, что аккуратный галстук выбился из-под жилетки. И парень принялся недовольно запихивать непослушный уголок, громко сопя. — Нет, нет, там что-то не так. Хоппер же был в Саммервиле, правильно? Значит надо просто самим туда поехать и все выяснить! — Поехать, ага! Ты знаешь, чем тут ездят? Где автобусы? И у тебя есть деньги здешние? — У меня есть! Мне мама подарила за первое место. — Дастин достал из кармана несколько монет и все жадно склонились над ними, пытаясь вырвать их друг у друга и рассмотреть. — Так-так-так! Мистер Уилер решил расплатиться со своими холопами? Они и не заметили в пылу возни, как прямо за спинами со стороны дороги нарисовалась компания — посредине Трой, а по бокам двое рослых парней. — А мы тебя возле школы ждем! Не пришло сообщение? — Трой отделился от своих попутчиков и приблизился к Майку, норовя его…обнять? Майк инстинктивно брезгливо отскочил в сторону. Его друзья едва не пороняли челюсти от неожиданности. — Чего уставились, дебилы? Ваш новый друг еще не сказал вам, что он просто на вас выехал на первое место, а теперь плюнет и разотрет? А мы поможем! Чего пялишься, беззубый уродец? Вы что, серьезно думали, что высокородный король Майк будет дружить с нищебродным мусором? Вся троица весело загоготала. — Давай Майк, макни их поглубже, и пойдем, там дамы уже ждут твоего возвращения, какой-то пикник приготовили. — Я не нищеброд, понятно? Ты дом наш видел? — Лукас стиснул кулаки. — Конечно, нововыскочка! Только тебе все равно не светит нормального университета, туда не берут безродных! Еще бы беззубый выступал, он то приличного рода, только нищий, ха-ха-ха!       Троица заржала еще сильнее. Майку до ужаса захотелось врезать по радостной физиономии своего злейшего врага, волею судьбы здесь оказавшего другом. Так вот как, значит, становятся королями? Он еще больше разозлился на своего двойника. «Подумаешь, высокородный говнюк. Так, значит, авторитет зарабатываешь? Вот я тебе сейчас его испорчу» И осекся на этой мысли. А имеет ли он право принимать решения за другого? Это хоть и он, но и не он. А если кто-то там за него наворочает дел, как потом разгребать? Он лихорадочно думал, как поступить и вспомнил — его двойник затолкал бейсбольную форму куда подальше и убрал фотки с «лучшим» другом Троем. Значит, другой Майк сделал выбор сам, значит, они все же одинаковые! Ему стало невероятно легко, будто крылья выросли. — Да пошел ты, Трой! Они мои друзья, а ты вали куда хочешь! На Троя эти слова произвели странное впечатление. Он как-то поник, съежился. — Да, валите отсюда! — Дастин стал рядом с Майком и тут же к ним пристроились Лукас с Уиллом. — Ты серьезно? Ты вообще понимаешь, что мы тебя исключим из Лиги? Отец говорил, что у них так тоже исключили предателя. Ты не поступишь ни в один Университет Лиги! Не сможешь работать в правительстве. Майкл, мы рождены управлять смердами, подумай в последний раз! — Ты что ли исключать будешь? Обойдусь без вашей Лиги, если там такие уроды командуют! Троя как плетью хлестнули. Он сжал губы и вдруг схватил Майка за шею одной рукой, притянул к себе, развернув спиной, и достал из кармана нож. — Ты думаешь так просто уйдешь? Нет, говнюк, предателей никто просто не отпускает! Посмотри, как твои новые дружки обосрались!       Майк пытался вывернуться, но Трой держал крепко, и лезвие блестело уже прямо перед глазами. Даже громилы Троя неуверенно застыли, явно не одобряя агрессии своего вожака. — Эй, говна кусок, охренел? Думаешь, один тут пером махать умеешь? А ну, отпусти та вали колбаской, пока я добрый! За спиной у ребят стоял рыжий кучерявый парнишка в широких черных штанах и рубашке навыпуск с расстегнутым воротом. Он улыбался во весь рот, весело помахивая пистолетом. — Комптонское отродье! Ты еще и с ними дружбу водишь, да, Майкл Уилер? — в голосе Троя одновременно слышалось и презрение, и страх и даже непонятная зависть. Но Майка он все же отпустил, толкнув в спину. Тот с трудом удержался на ногах, едва не нырнув в траву под ноги своим друзьям и неожиданному спасителю. — Вас скоро всех в асфальт закатают! — с ненавистью бросил Трой рыжему парнишке и плюнул под ноги. — Тебе ангина дала осложнение в виде поноса на мозги? То может тебя наперед, а? — Парнишка щелкнул чем-то в пистолете и навел ствол на Троя. — Так шо за танцы скажешь, ваше высокородие? — Не посмеешь! — голос Троя заметно дрожал. — Та ты шо? Набор костей и банка гноя строит из себя амбала. Оглушительный выстрел ударил по перепонкам. Где-то невдалеке поднялась встревоженная стая птиц и резко упорхнула в сторону леса. В полуметре от лакированных туфлей Троя вздыбился песок неровным фонтаном. Ребята заворожено наблюдали, как по стильным бежевым штанам недруга медленно потекла извилистая темная струйка. — Трой опять обоссался! Иди, лечи недержание! Телохранители Троя переглянулись и, развернувшись, быстро припустили куда глаза глядят. Обескураженный, тот вытер рукой брызнувшие слезы и побежал, грозя на ходу полицией, отцом, тюрьмой и прочими карами. — Ага, пой мне за тюрьму! Та я там уже был! — А если в самом деле поймают? Выбегут сейчас на выстрел? — В вашем Хокинсе? — Парень откровенно захохотал и запихнул пистолет за пояс штанов. — Та кто бежать будет? Похаваются по норам, экскаватором не вытянешь. Но он ошибся. Из-за поворота показалась встрепанная Джойс, за ней бежал седой Гилфорд, держа правую руку в кармане. — Мама, все в порядке, мама, ну отпусти меня, это колесо лопнуло вон там, на дороге! Они наперебой принялись убеждать Джойс, что так и было. И, кажется, преуспели, но не Гилфорда. На его морщинистом лице читалось недоверие, а красноречивый взгляд на рыжего заставил даже неугомонного парнишку опустить голову. Но, к счастью, все обошлось. — Так ты шерифа сынок? Молодца, а я ночью с ним за дела решал! Я вообще у Берчика, почитай, почти правая рука, мне все доверяют. Он протянул руку с обгрызенными ногтями Уиллу, и тот с чувством ее пожал. — А ты, значицца, и есть Майк Уилер? Меня твоя девчонка попросила до тебя заскочить. Она у тебя ого какая! — Думаешь, я недостоин? — Та не, ты шо. Я за тебя плохого не думаю, нормально стоял под пером. Меня Микки зовут, промеж прочего. — Парнишка дружелюбно оскалился и с видимым удовольствием пожал руки всем остальным.