Королева Севера

Мороз жжёт, Жиенна. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет его до тех пор, пока у человека не остаётся сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, всё словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море тёплого молока, в мир и покой. — Что значит этот холод, Бран Старк? Почему я? — Жиенна смирилась с незванным гостем в своих снах. Она знала, что «красная магия» ей подвластна и влияние прабабки Майеги обернулось проклятием предсказательницы. — Судьбу не изменить, Жиенна. Вестерос обречён на кровопролитие, но буря мечей, что надвигается на нас — ничто по сравнению с белым холодом. — Я слышала сказки про Белых Ходоков. Неужели речь идёт про них? Чего они хотят, Король Ночи и Дня? — Жиенна желала съязвить, но в её случае собеседник — полубожественная сущность, и для юмора не было времени. — А чего хочет дождь? Чего хочет ветер, сдувающий листву? Разве у ночи есть особая цель, чтобы сменить день? Иные — это часть древнего цикла мироздания. Бран широко раскрыл ладони. Жиенна заметила двух птиц, гнездящихся на руках Полубога — хищную ворону и мелкого пересмешника. Трёхглазый ворон искал многих мечтателей, и Бран Старк был последним из них. Но далеко не первым. Есть ещё один, кто жаждет вознесения.

***

— Ты мне обещал, Нед! Грамкины и снарки, ты мне обещал, что избавишь своих детей от военных походов! — рёв Серсеи был слышен далеко за пределами покоев Старка. Хранительница Севера редко когда сдерживала свои эмоции. — Я помню, каким ты ко мне пришёл после Пайка! Раздосадованная львица бросила в своего мужа подушку. Если бы миледи Старк взглянула на себя со стороны, то ахнула бы от ужаса. Её безупречная причёска была уничтожена, а косметика испорчена слезами. Но Серсея довольно быстро сменила гнев на милость и заключила своего супруга в крепкие объятия. — Ты рассказывал мне, через что проходил во время Восстания Роберта. А когда железнорождённые разграбили Ланниспорт, я так боялась. Я не хочу тебя потерять, Нед. И тем более Робба, — женщина тихо сопела, рисуя заметные узорчики на груди своего мужа. — Я сдержу своё обещание, милая. Но, если я хочу подарить Северу мир, я не могу отмахиваться от писем из Ночного Дозора. Одичалые объединились в единую орду, а дозорные не смогут справиться с ними самостоятельно, — Нед пытался успокоить свою львицу, хотя за столько лет брака он уже должен был понять бессмысленность данной затеи. — А что, если за Стеной правда водятся монстры? И Робб ещё хочет отправиться с тобой на войну? Нед, ты его отец! Просто запрети ему! К тридцати годам Серсея не растеряла свою девичью красоту. Она осталась в истории как самая прекрасная и могущественная Хранительница Севера. Её прозвали Зимней Львицей, покровительницей женщин и веры в Семерых. В холодные края Севера прибывали западные купцы, и многочисленные родственники Ланнистеров стали частыми гостями в Винтерфелле. Зимний городок вокруг древнего замка сильно разросся в последние годы. По приказу Серсеи купеческий квартал стал также именоваться «Львиным». Но женщина обрела достаточно благоразумия, чтобы не перечить авторитету своего мужа. Возможно, она правда полюбила его. — Да, я могу запретить. Но Робб всё равно не послушает. Он сам вызвался в поход, и только взгляни на его горящие глаза. Лорды Севера будут довольны, если он отправится со мной. Это повысит его престиж в глазах дворян! — убеждал супругу Нед. Хранитель Севера не желал, чтобы его сыну пришлось пережить тяготы военного времени, но Старк гордился волей наследника. — Попробуй переубедить его, Серсея. Роббу уже пятнадцать лет, и он достаточно взрослый, чтобы самому принимать решения. — Почему все мужчины такие болваны?! Пока вы сражаетесь и умираете ради чести, подвигов и прочей глупости, что насчёт нас — женщин? Мы что, обречены просто ждать вас дома и смотреть вдаль? — Серсея не привыкла показывать слёзы. Даже перед своим мужем. Но Волк понимал, что женщине тяжело произносить эти слова. — Кстати о женщинах… Арья тоже хотела присоединиться, — Нед вновь попытался успокоить супругу. Эта новость точно должна была снять напряжение. — Папина дочка, — раздражённо вздохнула Серсея и уткнулась лицом в мужскую грудь. — Арья всегда была папиной дочкой… — львица не удивилась этому позыву. — Не волнуйся. На этот раз она останется с мамой. Я ей запретил даже думать о военном походе за Стену, — ответил Нед, поглаживая её по золотистой гриве. — Ты уверен, что она не сбежит за тобой, Нед? Когда Серсея наконец родила волчицу, она надеялась, что сделает из неё настоящую леди. Мечтала, как поздними вечерами будет расчёсывать волосы своей дочурке и слушать её рассказы про парней. Но некоторым желаниям просто не суждено сбыться. Арья была неугомонной девочкой и всегда предпочитала папино общество. — Без Нимерии она никуда не сбежит. А ты держи её на привязи, — время для дельных советов. Серсея была категорически против затеи с детёнышами лютоволков, однако подчинилась воле Эддарда и требованиям своих детей. Старки из Винтерфелла всегда были друзьями Ночному дозору. Только Север понимал значимость Стены и поддерживал Чёрных братьев тем, чем мог. Нед Старк всё чаще слышал от своего брата Бенджена о том, что Король-за-Стеной набирает силу, а редкие одичалые перебирались через Стену и нападали на жителей близлежащих земель. В конце концов Эддард Старк перестал откладывать поход за Стену и начал собирать войска. Бенджен, отправляясь после последней встречи с братом на Стену, взял с собой Джона Сноу — бастарда лорда Старка. Парень давно помышлял о том, чтобы пойти в Ночной дозор, так как с малых лет восхищался своим дядей и его рассказами, да и на что ещё мог рассчитывать бастард? Это Робб будет править, станет грандлордом, а ему — чёрный плащ да клятва. Самого Эддарда не пришлось долго уговаривать, он принял решение сына благосклонно. Так будет лучше для всех. Робб помнил предсмертные слова дезертира из Ночного Дозора, гласящие об угрозе Белых Ходоков. Никто не поверил словам бывшего браконьера и насильника, который позабыл о своём долге. Больший интерес вызвало предостережение Бенджена Старка насчёт угрозы Манса Налётчика. Король-за-Стеной, что раньше был дозорным, а теперь руководил крупнейшими ордами одичалых. Говорили, что ещё во время службы в Ночном Дозоре Манс бывал в Винтерфелле и однажды даже встретился с малолетними Джоном Сноу и Роббом Старком — в тот раз мальчики вообще ничего не запомнили. Лишь то, что незнакомый дядя обнаружил над воротами гору снега, которую дети собирались скинуть на кого-нибудь из прохожих, развеселился и пообещал, что никому не скажет. Молодой Волк и не предполагал, что встретит будущую угрозу в лице Манса Налётчика. Окончательно в необходимости похода Неда убедила вылазка одичалых, которая чуть не обернулась смертью Брана. Одичалую Ошу приставили служить и оберегать малыша, но, раз варвары научились опускаться так далеко от Стены, что могут грабить окрестности Винтерфелла, что будет дальше? Может, Нед и не верил в страшилки бабки Нэн, но отмахиваться от громадного воинства за Стеной он не собирался. Молодой Волк горел желанием проявить себя как командующий, возглавить армии и добиться славы. В нём горел энтузиазм, и Роббу Старку было невозможно отказать, ведь это была его первая война. Джон Сноу уже решил, что наденет чёрное, и Нед лишь помогал юноше с принятием этого решения. В течение месяца собирались войска и стягивались к стенам Винтерфелла. За это время Джон успел привыкнуть к Чёрному замку, но так и не нашёл там друзей. Его не принимали, называли Лордом Сноу, но парень держался, прислушивался к советам, пытался стать своим среди этих мрачных людей. Конечно, сомнения всё равно его не покидали. Ещё спустя две недели лорд Старк и его люди прибыли к Стене. Робб пришёл с отцом, смело заявив, что обязан участвовать в этом походе. Серсея была против, упрашивала мужа оставить её драгоценного первенца, но мужчины были непреклонны. И отец, и сын.

***

Владыке Семи Королевств, Защитнику Государства, Королю андалов, ройнаров и Первых людей, Роберту Баратеону, первому этого имени

Мой король и верный друг. Я обращаюсь к Вам с тревожными новостями. Уже много лет Ночной Дозор испытывает нужду во всём: боеприпасах, снабжении, новых бойцах. Чёрное Воинство сильно ослабло и уже не в состоянии отражать набеги одичалых. С каждым годом набеги эти проходят всё чаще. Совсем недавно они чуть не оборвали жизнь моего сына — Брана. Мне известно, что в Королевской Гавани проходит семидневный траур из-за кончины Лизы Талли. Но прошу Вас, Ваше королевское Величество, серьёзнее отнестись к угрозе Манса Налётчика. Как Хранитель Севера, я намерен снабдить военный поход за Стену, чтобы разгромить Короля-за-Стеной. Мой брат — Бенджен Старк, главный разведчик Ночного Дозора — поможет мне в организации похода. Жду Вашего скорейшего ответа. Хранитель Севера, Эддард Старк

***

Когда в жизни Серсеи появилось три прекрасных ребёнка, жизнь её приобрела новые краски. Как только в жизни женщины появляются дети, покой навсегда оставляет её душу. Она страдает, когда её дитя болеет, и искренне радуется, когда видит успехи своего чада. Серсея гордилась своими детьми, и никто не мог сравниться с ними хоть в чём-то. Гордый и достойный Робб, который уже стремился проявить себя как будущий лидер. В детстве он не отрывался от матери, но после десяти лет старался быть возле отца. Как старшего сына и наследника Эддарда Старка, Робба с детства готовили к роли лорда Винтерфелла. Мейстер Лювин учил его наукам, а мастер над оружием сир Родрик Кассель — тому, как держать меч. Он полностью унаследовал характер Неда, его силу воли и благородные принципы. Дерзкая и свободолюбивая, с детства предпочитающая оружие и лошадей занятиям вышивкой, Арья была полной противоположностью своей матери. Она, вроде, напоминала сестру Неда — Лианну. Ох, как же Серсея мечтала о маленькой львице, чья красота будет подобна материнской: те же золотые волосы будут обрамлять нежное лицо, а зелёные глаза Ланнистеров пленят сотни сердец. Ну и, конечно, Бран — её любимец. Он оказался чем-то усреднённым, ведь унаследовал черты внешности обоих родителей: тёмно-каштановые волосы Старков и яркие, зелёные глаза Ланнистеров. Правда, старуха Нэн слишком сильно пугала малыша своими жуткими сказками. Как часто он приходил в родительские покои (когда Серсея так хотела согреться) со страшилками про Белых Ходоков. Госпожа Старк сидела на крыльце Винтерфелла, усадив своего любимого сына перед собой, заботливо расчёсывая его спутавшиеся локоны. Смех Брана вносил радость в будни львицы, оберегая её мысли от тревог и забот, которые были неизменной частью жизни Серсеи Старк. Неугомонный Бран, столь прекрасный в свои десять лет — его доброты и чистоты хватало на всех. Бран был младшим из семьи Старков, но он также был мальчиком, за которым поклялись присматривать каждую минуту. Он часто залезал в кишащую зверями чащу без охраны, облазил все стены и башни родового замка и спускался в крипту. Суетливый мальчишка выбегал поздно ночью ради того, чтобы забраться на очередное дерево в саду или же побродить по пещерам, находившимся неподалёку от Винтерфелла. Он готов был поклясться: не осталось ни одного дерева в этой роще, на которое мальчик бы не забрался в годы своего беспечного детства. И принц далеко не дурак. Он знал, что, если хоть один волос упадёт с его головы, десятки тысяч солдат и наёмников выжгут весь лес, а его мать превратится в огнедышащего дракона. Когда родители отчитывали Брана за очередную вылазку, он отвечал, что намеревается стать рыцарем Королевской Гвардии, когда вырастет. Да, Бран точно подружится с дядей Джейме. Серсея даже размышляла над тем, чтобы попросить брата обучить его фехтованию, и Нед не возражал этой затее. Правда, надо скрыть это от Арьи: она гарантированно захочет присоединиться. — Дядя Тирион! — восторженно закричал Бран и радостно побежал ему навстречу. — Вы принесли мне ту браавосскую игрушку дракона? Лютоволк Лето, который уже был гораздо больше этого мерзкого карлика, обогнал владельца и уже облизывал лицо Полумужу. Серсея разозлилась и решила сразу же отправиться на кухню, отчитывать прислугу. Она старалась игнорировать присутствие Беса в Винтерфелле, чтобы не начинать бесчисленные споры и истерики. Ланнистеры могли не пересекаться неделями, полностью игнорируя существование друг друга и даже не пытаясь это скрыть. Но её дети были дружны с дядей Тирионом, и Нед решил не препятствовать их дружбе с маленьким дядей. — Привет, мой великан! Как я мог забыть, Бран? — Карлик довольно достаёт из своей походной сумки заморский механизм. Милая безделушка, способная даже изрыгать крохотную искорку пламени. Ходят слухи, что купцы из И-Ти использовали эту штучку, чтобы зажечь табак. Тирион уже вдоволь попробовал табачные листья из Вольных Городов, и они оставили весьма неплохое впечатление. Но Брану пока было рано знать о таких вещах. — Ого! Деревянный дракон! Вот бы мы увидели настоящего дракона, как в сказках Нэн, дядя Тирион? — пролепетал Бран, довольно играясь с новой игрушкой. Главное, чтобы малыш случайно не обжегся. Грамкины и снарки, Тирион же буквально дал ребёнку игрушку с огнём! — Ты только, пожалуйста, не играй с огнём. Меня твоя мама на куски порвёт, если увидит хоть один ожог, — Бес хлопнул его по плечу. Уже года через два он не сможет себе это позволить. Пока он одного роста с племянником, надо пользоваться. Тириону нравилось возиться с Браном, который заразился от него страстью к драконам. Мальчик увлечённо слушал все истории про валирийских огнедышащих чудовищ и пересказывал истории бабушки Нэн. — Конечно, дядя Тирион. Будет сделано, — улыбнулся Бран и крепко обнял своего дядю. Семеро, а у мальчика довольно крепкие мускулы! — Лорд Тирион. Рад Вас видеть, — Джон Сноу подкрался совсем бесшумно. Он тоже старался не видеться с госпожой Ланнистер. Половину года бастард проводил в Сероводье, где обучался у Хоуленда Рида, чтобы не возиться с Львицей Утёса. И пусть леди Ланнистер не желала видеть бастарда Эддарда, законные дети Старков считали Джона своим братом. Тирион всегда испытывал слабость к калекам, заложникам, бастардам и сломанным вещам, поэтому и благоволил Джону Сноу. В Винтерфелле лучшим другом Джона был лишь островитянин — Теон, заложник. Два изгоя быстро нашли общий язык и стали верными соратниками в охоте и прогулках вдоль Винтерфелла. — Джон, ты видел, что подарил мне дядя Тирион? Настоящего дракона! Он тебя сожжёт и съест, — усмехнулся Бран и побежал дальше возиться с новой игрушкой. Бастард лишь довольно улыбнулся и слегка погладил малыша по макушке, прежде чем он ускакал. — Слышал, что ты намерен вступить в Ночной Дозор, Джон. Неплохой выбор. Многие бастарды становились даже Лордами-Командующими, — Тирион одобрил это решение. — Я всегда хотел увидеть Стену. Может, отправлюсь вместе с тобой, Джон? — Наверняка Тайвин сам думал сбросить карлика в Дозорные, чтобы не видеть низкорослую мерзость вблизи себя. — Да, и мой отец поведёт поход против Манса Налётчика. Я решил присоединиться к ним и Роббу. Но простите, Вы не выглядите как крепкий воин в предстоящей битве с одичалыми, — Джон позволил себе лёгкую шутку, но одумался. Не стоило задевать внешность Тириона Ланнистера или чем-либо оскорблять его. — Не бойся, дружок. Когда вы, храбрые вороны, перебьёте всех мужчин одичалых, кто займётся женщинами? Вот тут, согласно плану, на сцену выхожу я. Кто знает, может, найду себе горячую рыжую дикарку и испорчу наследство одичалым. Через поколение за Стеной будут жить лишь одни лилипуты, — Тирион громко рассмеялся. Его не задевали подобные комментарии, он принял их на вооружение. Тем более Джон Сноу никогда не желал оскорблять Беса, ибо сам вырос в гонениях. — Дядя Тирион, Вы действительно гений военной стратегии. Вас точно надо взять за Стену, и люди будущего будут благодарить вас, — Джон даже засмеялся от этой шутки. Надо потом рассказать её Арье. Она заценит. — Кстати, о твоём отце. Где он сейчас? Я пришёл в составе посольства из Западных Земель, обсуждать скучные и нелепые вещи вроде торгового сотрудничества и действий Золотого Банка Кастерли-Рок, — Тирион тяжело вздохнул. Ему правда было тягостно решать вопросы счетоводов и банкиров на Севере. — Отец вместе с вассалами обсуждают дальнейший план похода на Север. Робб тоже вместе с ним. Теперь он не пропускает ни одно из совещаний и всегда сидит по правую руку от отца, — Джон произнёс это с заметной гордостью. Его брат стремился всем доказать, что он будущий лидер и с ним следует считаться. Амберы и Мормонты уже восхищались «северным принцем», и признавали в нём вождя. Робб будет достойным Хранителем Севера, правда многих пугает присутствие Серого Ветра на этих собраниях. Но никто так и не смог переубедить юношу отослать лютоволка от себя подальше. — Значит, придётся подождать. Передай отцу и брату, что я остановлюсь в Зимнем Городке. Надеюсь, бордель там ещё не разорился без меня… С тех пор, как у Тайвина увели сладкий пост Десницы, он всеми силами пытался вернуть утерянное влияние через Золотой Банк. Браавос был сильно ущемлён и пытался надавить на Роберта Баратеона через своего союзника в Малом Совете — Петира Бейлиша. Но королю Роберту было плевать, пока он трахал шлюх и охотился на кабанов. Десница Джон Аррен предпочёл заступиться за «родных вестеросцев — Ланнистеров», чем иметь дело с чужаками из Браавоса. Но никто не думал, что Железный Банк Браавоса просто пустит дело на самотёк. Следовало готовиться к возможным провокациям со стороны браавосцев. А бескрайние ресурсы Севера вызвали большой интерес у Западных торговых компаний. После помолвки Серсеи и Эддарда купцы из Ланниспорта решили освоить богатства холодного края. Среди Первых людей было мало торговцев и горожан, и лишь дом Мандерли изначально обнаружил выгоду в сотрудничестве с Ланнистерами. Они приветствовали уроженцев Утёса в Белой Гавани, проводили общие ритуалы в септах и заключали выгодные сделки. Толстый лорд Виман горячо чествовал день свадьбы Эддарда и Серсеи, ведь после объединения Львицы и Волка его дела пошли в гору. Белая Гавань и Ланниспорт находились на противоположных краях Вестероса, но связь между ними только росла. Ходили слухи, что Виман Мандерли искал способы, чтобы породниться с одной из младших ветвей Львиного семейства. Вдруг все златовласые зеленоглазки приносят деньги? Многие из северян не любили перемены и видели в них «южный образ жизни». Они плевались в сторону чужеземцев с Запада, но не отказывались от их товаров. Русе Болтон долго отмалчивался. Но когда до него дошли слухи о растущих доходах Вимана Мандерли, он призвал к себе ещё больше Западных купцов и для удобства новых партнеров даже выстроил септу в Дредфорте. Русе Болтону было плевать на традиции, пока он получал деньги от торговли с Западными землями. Рольф Спайсер — выскочка из Западных земель, продавец пряностей, благодаря торговле с северянами быстро наварил денег. Ранее он убедил Гавена Вестерлинга жениться на Сибелле, а теперь заставил дворянина следовать за ним и охранять его. Коренастый торгаш со сломанным носом и коротко подстриженной седой бородой быстро стал наводить свои порядки в Львином квартале. Он и его сестра стали частыми гостями в Дредфорте, где заключилось множество выгодных сделок. Ранее Рольф торговал пряностями в Утёсе. Здесь, в Северных Землях, никто не мог соперничать с ним. А перевоз пушнины и мехов Болтонов в Утёс оказался настоящей золотой жилой. Рольф всё надеялся, что Тайвин Ланнистер вознаградит его замком, землями и прислугой за верную службу. Зачем ждать теперь, когда он мог просто выкупить всё? Единственное, ему приходилось сопровождать мерзкого карлика и наблюдать за этой нелепой сценой с младшими Старками. Спайсер боялся подходить близко к лютоволкам. Эти дикие звери злобно рычали и норовились напасть, стоило Спайсеру оказаться рядом. — Лорд Тирион, может, мы просто явимся на их Совет? — проворчал Спайсер, врываясь в чужой разговор. Невесть откуда появился альбинос Призрак, оскалив свою пасть. — Чтобы твою тушку разорвал на части Серый Ветер? Меня-то он не съест, я крохотный и невкусный. Зато тобой лютоволк насытится, — усмехнулся Тирион и отправился в сторону Зимнего городка. Рольф был недоволен, но, с другой стороны, посетить бордель — хорошая альтернатива. Ему пришлись по вкусу северянки, и это того стоило. — Моя племянница, Жиенна, убедила меня взять её с собой. Не понимаю, чего ради? Это же не Вольные города или Старомест, — проворчал Спайсер, оглядываясь вокруг. Да, Север подарил ему богатство, но ему не нравилось находиться здесь. Возиться с жуткими Болтонами, вздрагивать от каждого шороха лютоволков, постоянно мёрзнуть. Но девочка была так настойчива, что пришлось её взять с собой. — Может быть, она найдет себе тут крепкого северянина? Об этом не думал, Рольф? — Тирион не позволил себе упустить новый подкол. — И где сейчас твоя племянница? — Я оставил её в Львином квартале, вместе с другими торговцами и эмиссарами Золотого Банка. Вместо того, чтобы поговорить со Старками, им придётся возиться с Жиенной. Просто отлично! У Рольфа были тяжёлые отношения с племянницей. Она была не в ладах и с матерью, но постоянно жила нелепыми сказками и надеждами. Жиенна до сих пор верила в чудеса, хотя выросла в жестоком мире.

***

— Это было ошибкой, и впредь этого не повторится, Петир! — Кейтилин перешла на крик. И плевать, что её могли услышать. Дядя Бринден оторвёт голову любому, кто обидит Кэт. — Ты повторяла это очень много раз, милая Кэт. И пока наш славный король ебёт всех подряд кроме тебя, что же делать миледи Баратеон? Я знаю, что ты женщина и ты хочешь ласки не меньше, чем кто-либо ещё. А может, и больше? — Петир и не желал отойти от неё. Мизинец воспользовался своей королевой, когда она страдала под натиском супружеских измен. Он лгал и манипулировал в угоду королеве Кэт. Вином и сладкими речами он принудил Кошечку к измене. И это было отвратительно. Кейтилин презирала себя за то, что позволяла его рукам так к себе прикасаться. Но каждый раз, когда она видела самодовольное лицо Роберта, она мстила. Талли верила, что рождение могучего Джендри и прекрасной Алейны изменит поведение короля, но всё было ошибкой. И она позволила Мизинцу взять себя. Каждый раз она лишь закрывала глаза и представляла кого-либо другого. Например, молодого Роберта, прежде чем его испортила выпивка и пиршества. Кейтилин лгала самой себе, но ей нравилось. Нет, не ласки, которые предоставлял ей Мизинец, а скорее чувство расправы над Баратеоном. Она знала, что Томмен был не от семени Роберта Баратеона. Но также Кейтилин выяснила, что и малыш Робин, которого зачла Лиза Талли — также сын Мизинца. — Ты счастлив? Счастлив от того, что поимел обеих форелей, мерзавец? Я понимаю, это из-за твоих слов Лиза покончила с собой? Что ты будешь делать дальше? Как собираешь использовать меня в своей Игре Престолов? — Кейтилин выдала мужчине грубую оплеуху. Она доверилась Бейлишу. Поверила, что он друг семьи Талли и поможет ей отомстить за гибель Лизы. А вышло всё наоборот. — Робин будет официально усыновлён и будет воспитываться как мой сын. Я не отступлюсь от мальчика. И с этого момента не смей показываться мне на глаза, Бейлиш! — Кейтилин осточертели эти прикосновения. Королева-Форель при желании могла найти более подходящего любовника. Может, какого-нибудь молодого и грозного рыцаря из Королевской Гвардии. Адюльтер в правящей семье — обыденная вещь. — Осторожнее, Кэт. Я тебе нужен! — добавляет Петир, прикладывая руку к своей покрасневшей щеке. Он входил в число самых опасных людей Вестероса, хоть и выглядел весьма невзрачно. — И не смей смотреть на Алейну, грязный извращенец. Я не позволю даже прикоснуться к ней! — Кейтилин видела, как Мизинец смотрел в её сторону, и это пугало женщину. — Если ты так печёшься о своей дочурке, то спроси у неё, почему она так часто стала общаться с уродливым воином Сандором Клиганом из Западных земель? О, так ты не знала? — Мизинец не мог оставить дело незавершённым. Нужно было задеть гордость форели в очередной раз, чтобы позже она сама вернулась к нему и слёзно молила о прощении. Бейлиш покинул покои королевы. Ничего, скоро настанет время хаоса и новых возможностей. Как для него, так и для королевы Кейтилин, слишком сильно зависящей от своего Мастера над монетой. Тихо Несторис уже говорил с Петиром насчёт проблемы Утёса. Тайвин Ланнистер был опасным конкурентом, и для его устранения требовались тонкие методы. Мизинец и Железный Банк сотрудничали очень долго, и их партнёрство было выгодным во всех отношениях. В Семи Королевствах было достаточно лиц, готовых поддержать Браавосскую партию за звонкую монету. Война уже давно началась. Пусть она ещё тянулась в скрытой форме, но Золотой Банк Кастерли-Рок и Железный Банк Браавоса начали смертельную схватку. Упущенные возможности и страх потерять финансовое влияние — это вещи, заставившие морского владыку Браавоса очень сильно обеспокоиться. Соперничество банков спровоцировало и торговую войну. Западные моряки перестали быть желанными гостями в Браавосе, и пираты Узкого Моря очень сильно излюбовали корабли Утёса. Но по географическим причинам в Узкое Море редко вводились западные корабли. Несторис планировал визит к Грейджоям, но решил отказаться от затеи. Кракенов сложно было назвать надёжными партнерами. От них могло выйти больше проблем, чем пользы. Чтобы раздавить Ланнистеров и вернуть господство Железного Банка, необходимо ввергнуть все Семь Королевств в хаос… И никто с этим не справится лучше, чем Петир Бейлиш.