Не мой

"В какой же момент все пошло не так, как хотелось бы? У алтаря омега светился счастьем, протягивая свою тонкую дрожащую ручку. На безымянном пальце красовалось колечко, купленное после долгих раздумий. Кругом суетились родственники, радовавшиеся за нас. Меня, дождавшегося своего счастья, и его, после торжества кардинально изменившего всю свою жизнь. Что случилось? Что я сделал не так? Этот вопрос никогда не перестанет меня мучить."

Этот мальчишка долго и стыдливо отводил взгляд, не желал смотреть на меня. Впрочем, я делал то же самое, не давая гневу вырваться на свободу. Супруг мой, как ни в чем не бывало, обнимал вечернего гостя за шею, словно закадычный друг. Вода стекала с темно-русых волос юноши, прилипающих ко лбу. В отличие от него, Лис даже не промок. Наверное, шел под зонтом. - Кто это? - лишь спросил я, вытирая руки полотенцем. Вероятно, наша годовщина будет не такой веселой, как ожидалось. Пропихнув гостя вперед, в гостиную, мой омега расположился в своем кресле, закинув ногу на ногу. Все идет своим чередом. Ежедневно после работы Алоис всегда отдыхал в нем, пока сыновья крутились вокруг. Сейчас их нет - предвкушая хоть небольшую благодарность за любовь, старание, ужин, я отправил детей к своему отцу. - Это мой тебе подарок, - довольным тоном протянул Лис, склоняя голову в сторону. Мягкие волосы пшеничного цвета коснулись плеча. - Будешь с ним трахаться. Это так, чтобы ты мне больше в трусы лишний раз не лез. Думаю, бесплоден он, бракованный. Так что не волнуйся. Развлекайся и приходи ко мне. И моя любовь ушла в спальню, на ходу напевая песню из своего любимого сериала. А я стоял с открытым ртом, не понимая, что происходит. Я ожидал любого объяснения - дальний родственник, которому негде жить, бродяжка, которого Лис пожалел. Все, но только не уличную шлюшку. Нет, это не шутка. Алоис не умел так шутить, за долгие годы растеряв не только весь свой тонкий юмор, но и нежность. Вместо страстного супруга, омега превратился в ленивое существо. Может быть, тяжелые роды близнецов спровоцировали глубокую депрессию, затянувшуюся на долгие годы. Я люблю его, моего милого Лиса. Но его неадекватные выходки начинают раздражать. - Алоис, открой дверь. Омега промолчал. Наверное, лежит себе в постели и листает купленный журнал. Это уже слишком. Впечатав кулак в дверь, я стал ждать, когда мой супруг созреет поговорить. В гостиной сидит трясущийся мальчишка, закрывшийся широкой подушкой. Холодно, наверное, и голодно. Гость отмалчивался, смотря только в одну точку - на вазочку с фруктами на столе. Помимо этого, я слышу тихие всхлипы. Ему страшно от одного присутствия в чужом доме. - Лис, я хочу с тобой поговорить! Дверь со скрипом открылась - появилась взъерошенная голова омеги, одетого в домашнюю одежду. Сердце мое разрывалось, но я все равно прижал любимого к стене. Отрезал все пути к отступлению. Серые глаза буравили насквозь, не скрывая презрения. Не в первый раз, все так привычно. - Что случилось, Алоис?- спрашиваю я его мягко, затем жестко, ведь он никогда ничего не понимает с первого раза. Лис мило улыбается в ответ, стараясь казаться ангелом во плоти. Раньше я трепетал, видя такую нежную мордашку, но в последнее время все чаще стал натыкаться на эту маску. - А разве что-то произошло? - вопрошает он, пытаясь шмыгнуть куда-то. Удалось - Лис смылся на кухню, где на столе остывал ужин. Даже не посмотрел на мой кулинарный шедевр, но в душе не осталось места для обиды. С холодильника молча беру пачку сигарет. - Не кури, - резко говорит Лис, зажимая нос двумя пальцами. Стоит ему затянуться - все обязаны засунуть свое мнение куда подальше, а мне запрещено. - Что случилось с тобой, Лой? Зачем ты так поступаешь? - Хм, - призадумался он, - Вроде как обычный омега.. Удар кулаком по столу должен был привести его в чувства. Лис только вытянул из моей пачки сигарету, но я вовремя её отобрал. - Надоело мне все это. Надоело. Ласки твои надоели, рутина ежедневная надоела... - Ты понимаешь, что несешь, Лой?! - чтобы наш гость не слышал ругательств, я захлопнул дверь на кухню. Кажется, тот мальчишка даже не шелохнулся.- Я работаю в поте лица, чтобы кормить семью. Мне плевать, увольняйся, лежи целыми днями на диване. Единственное, что от тебя требуется - любить меня и детей. Все. Лис хотел что-то сказать, но надул щеки, будто ожидал услышать совсем другое. Он снова поднял на меня свои грустные глаза, намекая, что пора сдаваться и смириться с этой ситуацией. Я заправил мешающуюся прядь волос за ухо, не отступил. Хватит на сегодня подобных "унижений" - такое ощущение, что меня в скором времени сделают предметом интерьера. - Лой, мы живем с тобой десять лет. Ровно десять лет прошло с того момента, как мы с тобой стояли у алтаря и обменивались кольцами, обещая друг другу манну небесную. Я сразу же сказал, что не нужно себя напрягать, ибо могу обеспечить и тебя, и Рейта, и Найре. Говорил, что можешь хоть целыми днями лежать на диване и заниматься своими делами, но как любой омега ОБЯЗАН любить детей и своего супруга. - Обязан? - переспросил он, ухмыляясь. Нет, детей он любит всем сердцем, в этом я уверен. Но не меня. Слишком отдалился от меня мой омега. - Обязан, если хочешь вести счастливую семейную жизнь. - Ты украл мои таблетки, и я залетел! - крикнул Лис, начиная истерику. Где-то в гостиной мальчишка, наверное, шарахнулся в сторону, думая, что из двери сейчас вылетит горящий стул. Как никак - сейчас Алоис напоминал дракона, а я не слишком благородного рыцаря. - А я хотел детей, - тихо сказал я, отправляя сигарету за ухо. До лучших времен. Медленно Лой начал понимать, что сглупил. Такое слишком редко с ним случается, чаще он стоит на своем до конца. Он потупил взгляд, придвинув к себе пустую тарелку. Как маленький ребенок, которого отругал родитель. Ей Богу, это невыносимо! Лис до сих пор не научился понимать свои ошибки. Словно ошпаренный, любимый дернулся в сторону, когда я хотел его обнять. Всего лишь обнять, а уже такая реакция на супружескую легкую близость. - Этому мальчишке некуда идти, - резко сказал он, отправляя в рот кусок сыра, - Родители вышвырнули его на улицу, ибо уже не в силах были мириться с его постоянными болезнями. - И он ушел на панель? - Почему именно на панель? Его задница еще девственна. Сказал, как отрезал. Хотя, в наше время этим еще можно гордиться. На ходу собирая себе на тарелку еду, Лис что-то еще сказал, но я не расслышал. Слишком сильно тот чавкал, как какая-то невоспитанная свинья. Я сел на стул и уткнулся лицом в ладони. Как мы до такого дошли? Выходит, я слишком противен ему. Чуть не забыл о мальчишке. На ходу закуривая, я выскочил в гостиную. Словно зомбированный, подросток сидел на краю кровати, прижимая к себе мягкую подушку, раскачиваясь взад-вперед. Так похож на неваляшку. Не дал он мне коснуться своего плеча - отпрыгнул в сторону, едва не перевернув маленький столик. Голубые глаза наполнились страхом. Как хорошо, что он больше не плакал. Слезы раздражают. Складывается ощущение, что в их появлении виноват только я. - Не бойся. Мальчишка только похлопал глазами. Вот, щеки раскраснелись - когда тот плакал слишком сильно натер кожу. Странно, что он мне ничего не говорит. - Как тебя зовут? - поинтересовался я из вежливости, надеясь, что в скором времени отправлю эту персону в родной дом, а Лисом займусь до приезда детей. Однако, юноша не спешил говорить его. Полез зачем-то в небольшую сумку, принесенную с собой и... Черт! - Да ты немой... И тут мальчишка начал тихо плакать. Не хотелось задевать его за живое. Вероятно, это и была та "болезнь", о которой вкратце упоминал Лис. Я, не зная что делать, сел рядом на диван, придвинул к себе сотрясающегося в беззвучном плаче омегу, аккуратно взъерошивая его мокрые волосы. Прикосновения к кому-то необычайно приятны. К тому же, к омеге, обладающим легким ароматом, напоминающим микстуру от кашля. Нет, я не вру. С детства помню этот запах, сладкий и приятный. Краем глаза я увидел, как мальчишка что-то строчит в раскрытом блокноте. Мелкий, аккуратный почерк - чтобы все понимали. Меня зовут Мистраль, сэр. - Редкое имя. Поздравляю, что тебя наградили им. Я же просто Даниель. Мистраль быстро освободился из импровизированных объятий, отсаживаясь на другую сторону мягкого дивана. Его мимолетная слабость могла слишком многого стоить. Вытирая мокрые щеки, этот зашуганный мальчуган что-то снова написал в блокноте и протянул мне. На фаланге одного из пальцев правой руки омеги образовалась большая мозоль. Видимо, слишком часто пишет. Вы отправите меня в бордель? Голубые глаза затянуло пеленой. Любой, оказавшийся на его месте, посчитал бы работу и жизнь в притоне для проституток настоящим адом. Наглые посетители, лапающие обнаженные тела, оставляющие чаевые на столе, перепачканные спермой и кокаином... - Не знаю, малый. Я не мог ему отказать, но старался придумать какой-то компромисс. Его взгляд притягивал. Такой невинный, чистый, еще никем не тронутый. Альфа во мне зашевелился, мягко намекнул на отсутствие секса последние... Пять лет? А за стеной лежит на кровати мой супруг, ест приготовленный ужин из тарелки, будто набрал себе продуктов понемногу из холодильника и положил в большую миску. - Не смотри на меня так, - пробормотал я, старательно отводя взгляд, - Это нервирует. Тихий всхлип. Все же, мальчишка мог совладать с собой, чтобы совсем не раскваситься. Какое-то время даже старался выглядеть более-менее веселым, будто все не так уж и страшно. Но, все же, снова начинал грустить. Хорошо, что шарахался от меня не так сильно, как Лис. Коснувшись пальцами пушистой макушки, я похлопал Мистраль по голове, стараясь подбодрить. - Хорошо, поживи здесь, пока я не разберусь с Алоисом. В тот момент я не понимал, что это за собой повлечет. Все еще расстроенный мальчишка благодарно посмотрел на меня, но не решился обнять. Только протянул руки и сразу же убрал за спину, будто извиняясь за свой поступок. Я мог бы зарычать и благим матом послать своего супруга на все четыре стороны, выставив его за дверь вместе с этим юношей. Десятилетний брак коту под хвост. Не хочется травмировать маленьких детей. Быть может, все еще можно изменить. Хотя, зная характер омежки, сложно будет что-то предпринять. Юноша все еще терялся, не понимая, что же теперь делать. Я молча пригласил его за накрытый стол, усадил на стул, принадлежащий Лою, придвинул тарелку. Дальше мальчишка сориентировался сам, только долго смотрел прямо на меня, будто не решаясь. Пришлось несколько раз повторить ему, что все не так страшно, что я не собираюсь насиловать его в аппетитную попку. Хотя так хотелось заняться сексом. Просмотр журналов уже не вдохновляет. *** А почему не в постели с хозяином? - Потому что мы в ссоре, - сказал я, вытаскивая из кладовки старый матрас. Конечно же мне придется спать на нем, ибо Алоис меня разозлил настолько, что... Боюсь, я просто спихну его на пол при помощи смачного пинка.- И не надо звать его хозяином. Это слишком... Странно. Мистраль кивнул, запоминая сказанное мною. Какой смышленый мальчик. Подчистив салатницу своими набегами, омега чувствовал себя удовлетворенным. Это читалось в его полуприкрытых глазах. Устал с дороги. - Откуда ты родом? Из Дании, сэр. - Без "сэр". Я не слишком для этого стар, - ухмыльнувшись, я швырнул подушку на матрас, а следом теплое одеяло. Как никак, на улице осень. - Из Дании, да? Был там когда-то на экскурсии в школе. Мы молча лежали. Точнее, я в странной позе обнимал одеяло, так и не раздевшись, а мальчишка сидел на своем спальном месте, диване, прижимая к себе подушку. Не спалось ему, нервничал сильно. Мистраль рассказал мне немного о себе. Родился в Оденсе, жил там до какого-то периода времени. Никогда не говорил. Совсем. Только издавал какие-то нечленораздельные звуки, когда пытался привлечь к себе внимание. Мычал, урчал, как какое-то животное. Родителям не нужен был дефектный омега. Пусть он и был привлекательным, но этим ограничивалась вся надобность в сыне. Не готовит, не убирает, плохая успеваемость в школе для "одаренных" детей. Ему в декабре было семнадцать лет. Последний День Рождения вместе с отцом и матерью, после чего они мягко попросили съехать Мистраль из дома, чтобы тот попытал удачу в обществе, нашел себе любовь, работу и прочие людские надобности. Вот только получилось так, что немой работник никому не был нужен, на встречах с потенциальным парнем мальчишка смущался, не зная, что писать в блокноте. Пару месяцев пришлось жить в приюте, пока на его пути не появился Лой. - Что он такого сказал, что ты помчался сюда? Предложил бесплатное жилье, тепло и кров. Еду. - Я бы тоже пошел, не волнуйся. Найдем твоих родителей и объясним всю ситуацию. Краем уха я слышал, как открывается дверь в нашу с Алоисом спальню. Сонный омега пошел в туалет, оттягивая на себе длинную рубашку. Мою рубашку. Не знаю, нашел ли он на тумбе мой подарок или нет. Потом сунулся в гостиную, чтобы посмотреть, чем мы занимаемся. Я даже не посмотрел в его сторону, услышав недовольное фырканье. Мальчишка заерзал на месте - отказался переодеваться в предложенную сухую одежду, поэтому испытывал дискомфорт. Даже в ванну не сходил. - А я думал, что вы тут резвитесь, - протянул мой омега обиженным тоном. Как никак, он все равно спал исключительно со мной и не мог поверить, что из-за какого-то "пустяка" будет мерзнуть в одиночку. - Что-то еще хотел сказать? - устало спросил я, уткнувшись лицом в подушку. Алоис рассерженно топнул ножкой и ушел в спальню, понимая, что план не удался. Я не занимался ничем незаконным с этим несовершеннолетним мальчишкой, кутающимся в пушистый плед-покрывало. Хотя так хотелось прижать его к себе, обнять, представляя Лиса. С чего вдруг такие безумные мысли? Я просто чувствую себя одиноко, получая хоть какую-то доброжелательную отдачу от маленьких детей, еще почти ничего не понимающих в этой жизни. Два моих маленьких омежонка, воспитываемых в любви. Где-то под утро я только сумел заснуть. Как хорошо, что на работе мой напарник был предупрежден о моей отлучке на два-три дня. Можно будет не волноваться за то, что Джозеф продолжит заполнять документы за меня. Главное, чтобы не просчитался в какой-нибудь графе. Под боком появился теплый комок. Вытянув ноги, я довольно улыбнулся, прижимая к себе подушку и торчащую макушку из-под одеяла. Не белобрысую, русую. Мальчишка перебрался с дивана на матрас, чем несказанно удивил меня. Тихо сопит, ручками обхватил свою подушку. Слегка пихнув его под бок, я кашлянул. Мистраль открыл глаза, испуганно оглядываясь по сторонам. Нет, не приступ лунатизма это был. Виновато посмотрев, как собака, которую пару раз ударили сапогом, омега вернулся на диван. Я все понимаю. Большей поддержки у него сейчас нет. Но запах заставлял кипеть кровь в жилах, заранее говоря мне с утренним стояком "Привет!".