His black mind, her white soul

Джиджи волновалась. Даже не так — её всю буквально трясло. Во-первых, проснувшись с утра, она заметила сообщение от парня, который сегодня должен был присутствовать при встрече иноземной делегации в качестве переводчика. Он написал, что не сможет приехать с самого утра, а подтянется ближе к обеду. Искать нового синхрониста у девушки попросту не было времени, поэтому за завтраком она пыталась успокоиться и втолковать самой себе, что в университете учила французский, и что этих скудных знаний обязательно должно хватить до приезда переводчика. Во-вторых, она просто боялась, что что-то пойдет не так. Что самолет опоздает, или что багаж потеряется, или что её секретарша вновь что-то напутала и не забронировала номера в отеле, или что приезжие бизнесмены не будут довольны качеством обслуживания. В общем, была миллион и одна вещь, что могла пойти не так, и, хоть Хадид и понимала, что не может взять контроль над всеми сферами жизни и предугадать все наперед, от осознания этого ей не ставало легче. Она с нетерпением ждала момента, когда передаст приезжих бизнесменов в руки мэра и со спокойной душой отправится готовится к свиданию с Зейном. Кстати о Зейне. Девушка открыла их вечернюю переписку и перечитывала, улыбаясь экрану. Вчера Зейн, казалось, был особенно веселым. Неужели его так обрадовало её согласие пойти с ним на ужин? Или такое впечатление на него произвел тот детский поцелуй? Джиджи, не переставая сиять улыбкой, написала своему… Другу. From: Gigi To: Zayn 08:12 Доброе утро! Уже не спишь? Ответ пришел едва ли не мгновенно. From: Zayn To: Gigi 08:13 А, да нет. Уверен, ты сейчас пьешь кофе. Не поделишься? У меня кончился сахар. From: Gigi To: Zayn 08:13 Не угадал. Решила бросить эту вредную привычку. Теперь только чай. Зеленый. Без сахара. From: Zayn To: Gigi 08:15 Как ты за ночь стала такой занудой? Может, еще предложишь на ужин пойти в ресторан для вегетарианцев? From: Gigi To: Zayn 08:16 Может, и предложу. Прости, но уже должна бежать. Внезапно появилась куча работы. До вечера. From: Zayn To: Gigi 08:17 Ех, не у тебя одной. Увидимся вечером. Целую хх P. S. Ты же не против? From: Gigi To: Zayn 08:20 Работа, милый, работа. P. S. Ответ на свой вопрос получишь вечером. Зейн ухмыльнулся, потирая уголок губ. Он не мог думать о предстоящем вечере без фантазий на тему того, чем бы этот вечер мог закончиться. «Господи, Зейн, возьми себя в руки. Пубертатный период у тебя закончился лет 10 назад, в чем проблема?» Проблема была далеко не в этом. Просто Джиджи ему действительно очень нравилась. Не сказать, что он прямо по уши втрескался, нет. Ему нравилось проводить время в её компании, нравилось получать такие милые сообщения каждого утра, нравилось то разнообразие и краски, которые она приносила в его жизнь. Лет так 5 назад Зейн убедился, что такого чувства, как «любовь», в природе и в помине не существует. Может быть лишь симпатия, физическое влечение, партнерство, но никак не любовь. Сейчас он не то, чтобы в корне изменил свое мнение. Просто начал сомневаться в том, что его предположение не подразумевает исключений. Ведь к Джиджи он чувствовал все и сразу: желание оберегать её, целовать каждый миллиметр её кожи, необъяснимое помешательство контролировать каждый её шаг. Он хотел, чтобы её улыбка была первым, что он будет видеть, проснувшись. И чтобы эта улыбка предназначалась только ему, и больше никому. И нет, он не втрескался по уши. Пока что. Позавтракав сухими тостами и горьким кофе (в доме помимо сахара не было еще и масла), Зейн начал собираться в аэропорт. На своей работе таксиста он сегодня взял отгул, надеясь, что если сможет удачно провернуть этот фокус с оружием, то непосильно работать водителем ему больше не придется, ведь такие операции обычно подразумевали под собой какое-то денежное поощрение. К слову об оружии. После вчерашнего визита Лиама Зейн обнаружил под подушкой на диване в гостиной свой пистолет, который у него изъяли ранее, перед тем, как отправить в Англию. Он проверил магазин — пуль должно быть достаточно для предстающего дела. К пистолету прилагалась записка: «Бос попросил передать тебе — считает, что у тебя кишка тонка убить человека холодным оружием.  — Л.П.» Зейн закатил глаза. Их бос, и сомневается в нем? Это, скорее, Стайлс заставил его так думать, хотя самого начинает едва ли не трясти при виде крови. Малик оделся как можно более не примечательно, натянул бейсболку, наушники, спрятал под худи пистолет. Кинул взгляд на пепельницу. Сейчас бы покурить, чисто так, чтобы успокоиться. «Зачем переживать? Что может пойти не так?»

***

В аэропорте Сити было относительно не много народу. По крайней мере, Джиджи удалось сразу найти нужных ей людей. Лили, как верная подруга, к тому же обладающая каким-никаким знанием французского, тоже согласилась пойти. Кроме того, Хадид сопровождали несколько охранников, которых мэр предназначил для приезжих бизнесменов, водители, четверо человек из администрации города, и двое журналистов. Вполне себе ничего. Французская делегация состояла из восьми мужчин и двоих женщин, около каждого её участника находился человек из личной охраны. Все серьёзнее, чем казалось. Джи бросила беглый взгляд на Лили, на что та ободряющее улыбнулась.  — Они такие же люди, как и мы. К тому же, тебе ведь не впервые.  — Да, но… У меня просто какое-то дурное предчувствие, — Джиджи покачала головой, будто отгоняя лишние мысли. — Ладно, пошли, они, кажется, уже забрали вещи.

***

Зейн был приятно удивлен, найдя в прихожей своей квартиры ключи от машины. В тот же час, это было странно, поскольку ключи от своей рабочей он оставил в офисе, а это значит… From: Zayn To: Liam 08:54 Каких же сюрпризов мне от тебя еще ожидать, а, Пейн? За пушку благодарить не буду — она по праву моя, а вот за эту тачку большое спасибо. Малик отправил сообщение, затем вставил ключ в замок зажигания, и черный Кадиллак неспешно выехал из стоянки. Как в старые добрые времена. Правда, пришлось немного постоять в пробках — это тебе не Лос-Анджелес, где жизнь начинается только ближе к вечеру, здесь, в Лондоне, постоянные движения. Малику удалось приехать в аэропорт почти вовремя. Он припарковался около главного входа, и наблюдал за всем из салона — нечего светиться раньше времени. Ждать пришлось довольно долго и он уже пожалел, что не купил по дороге сигарет. Было желание самому пойти внутрь и проверить, что там происходит. Но такой потребности не было: на горизонте показалась толпа мужчин в костюмах — явно телохранители, затем несколько человек, что несли сумки и чемоданы, парень с камерой, девушка, которая пыталась, кажется, взять интервью у одной из участниц делегации, сами, собственно, бизнесмены и… Джиджи. Зейн напрягся и между его бровями появилась морщинка. Он вглядывался, пытаясь понять, точно ли это она, и, к сожалению, его зрение его не подводило. Мгновенно одернув себя и напомнив, что личная жизнь не должна вмешиваться в работу, как его всегда учили, Малик попытался вспомнить лицо того самого Натаниэля Лорана, о котором вчера толковал Лиам. Кажется, он даже скинул ему фотографию. Быстро проверив телефон и удостоверившись, как выглядит этот мужчина, Зейн поднял взгляд. Чтобы увидеть, как Джиджи и Лоран садятся в одну машину.

***

Зейн сам не понимал, что заставляло его так бешено гнаться по забитым лондонским улицам, пытаясь не потерять с поля зрения тот злосчастный автомобиль, где ехала Джиджи. Его Джиджи. Он просто не задумываясь вжимал педаль газа в пол, и ему было абсолютно плевать, какие чувства им двигали в тот момент. Она ведь говорила ему, и не раз, что ей предстоит работать с какими-то важными людьми из Франции и будь он чуточку повнимательнее, может быть, и услышал бы её.  — Черт возьми, почему эти женщины всегда все усложняют? — в голос выругался Зейн, стоя в пробке. Нужная ему машина стояла чуть впереди, в ряду правее. Может, стоит просто пойти туда и забрать Хадид? Пусть даже силой. Она ведь поймет, когда он ей все детально объяснит. Но ведь тогда придется и посвятить её в то, каким образом он, Зейн, в это замешан. Нет, такой план не подойдет. Пока он думал, пробка более-менее рассосалась и автомобили двинулись. Выехав на главную улицу, пять машин, в которых ехала делегация, стремительно вырвались вперед и Зейн едва успевал за ними, пытаясь ехать быстро, но так, чтобы со стороны это не походило на погоню. У него, кажется, неплохо получалось (еще бы, столько лет опыта), потому что таким образом Малику удалось доехать до ресторана, который Джиджи посчитала подходящим для завтрака. Их автомобили остановились немного поодаль от нужного заведения, и Зейну пришлось идти пешком, чтобы не упустить их. К счастью, напротив ресторана находился небольшой сквер, где он и собирался ждать. Он видел, как лучезарно Джиджи улыбается и открыто общается с этими людьми и его едва ли не брала злость. Они как раз обосновались за столиком на веранде; Джи быстро объясняла что-то официантке, а когда собралась присесть, Лоран учтиво отодвинул для нее стул. Как мило с его стороны. Понимая, что ждать придется долго, Зейн достал наушники, но внезапно его телефон зазвонил — у Лиама, видно, не хватало терпения просто сидеть в порте, без всяких вестей.  — Алло, Зейн, ну что там у тебя?  — Ни тебе привет, ни доброе утро. Оно у меня, кстати, совсем не доброе, если тебе интересно, — в привычной манере проговорил Малик.  — Я очень сожалею, но могу я, пожалуйста, узнать, как идут дела с тем, что тебе поручили? — нарочито вежливым тоном произнес Пейн.  — Французы завтракают, тут какой-то ресторан, на Джойвуд-стрит.  — Как много людей их сопровождают?  — Четверо охранников, предоставленных городом, плюс у них у каждого по одному. Еще водители, двое журналистов и, видимо, переводчики.  — Еще должен быть кто-то из городской администрации, разве нет?  — Да сидят тут какие-то, не знаю. Уж прости, они себе на грудь банеры не повесили, — небрежно сообщил Зейн, пытаясь не заострять на этом внимания, чтобы не втягивать Джи в этой разговор. — У тебя там что, кстати?  — Наши парни взяли в оцепление ту часть порта, куда должен прийти наш корабль. Кроме того, тут работает лондонский клан, — поставил до ведома Лиам. На заднем фоне слышался шум моря и крик чаек, что невольно заставило Зейна вспомнить о своем доме на теплом Калифорнийском побережье.  — Лондонский клан? Не думал, что они берут в этом участие.  — Благодари босса, он наладил с ними контакт только ради тебя. А так-то они давно перебрались на север. Зейн почувствовал какой-то укол совести. Их названный отец так печётся о нем, несмотря на все, что он сделал, нянчится, как с маленьким ребенком. Он должен быть ему по гроб жизни благодарен, за то, что вытянул его из того дерьма, в котором он было погряз по уши, но Зейн никогда не любил быть искренним. Поэтому вместо ожидаемого «спасибо» только и прошипел в трубку:  — Пусть лучше утирает слюни Стайлсу, этому консильери недоделанному.  — Брось, Зейн, ты же знаешь, что он не конс…  — Я мог бы им быть, если бы не этот кудрявый засранец. А сейчас прости, я должен идти. Зейн раздраженно сбросил трубку, натянул на глаза бейсболку и сидел обиженно на скамейке, пока Джи во всю наслаждалась компанией Лорана. Она от всей души смеялась с его шуток и даже не возражала, когда он, как бы случайно, касался её руки. «Успокойся, Зейн, это её работа — быть милой и улыбчивой» Малик вдохнул и прогулочным шагом направился за делегацией, которая тем временем уже покинула ресторан. Ему не составляло особых усилий слиться с толпой но, в любом случае, происходящее Зейна страшно бесило, поскольку такую грязную работу он привык доверять своим подчиненным, а не исполнять самому. Это же чертовски унизительно. «Нет, я определенно должен обьяснить ей рамки её работы» — решил Зейн, заметив, как Лоран положил руку Джиджи на талию, чтобы не потерять её среди потока людей. Она, кажется, немного посерьёзнела и кинула слегка опасливый взгляд на темненькую девушку, идущую рядом. Судя по всему, её подруга, потому что они вместе стояли в аэропорту. Та только едва заметно покачала головой. Кто их поймет, этих женщин? Вот что она этим хотела сказать? Малик незамеченным дошел до машины и скрылся в нагретом солнце салоне. Весь день проходил приблизительно также — иностранные гостьи останавливались около самых значительных достопримечательностей, Хадид что-то быстренько рассказывала, они садились в машины и ехали дальше. Малику даже стало как-то скучно. А где же все веселье? Почему этот Натаниэль ничего не может делать по-людски, даже преступником нормальным не может побыть? У Зейна даже проскользнула мысль, что это все — масштабная и абсолютно не смешная шутка Гарри, которому удалось подкупить Лиама. Да нет, чушь какая-то — Пейн бы никогда не стал рисковать человеческими жизнями ради розыгрыша, а ведь подразумевалось именно это. Зейну предстояло остановить сегодняшний взрыв и сделать так, чтобы больше подобного не повторялось. Наконец машины начали ехать в направлении мэрии, и Зейн этому был несказанно рад: там-то Лорану точно придется держать руки при себе. К сожалению, Малик не мог попасть внутрь, чтобы наверняка в этом убедиться. Он оставался в машине под учреждением, ведь собирался действовать точно так, как вчера было согласовано, без излишней импровизации: он просто поедет в отель и уже там разберется с Лораном, то-то и всего.

***

 — Прошу прощение, мисс Хадид, так Вы говорите, никогда не посещали Лувр? — поинтересовался мистер Лоран, пока официанты подавали десерт. Атмосфера, на первый взгляд, была очень деловая и благоприятная для переговоров. Бизнесмены размеренно обсуждали что-то с мэром — Джи не напрягалась, чтобы узнать что именно, ведь переводить больше не было потребности — наконец-то явился непутевый переводчик. Вместо этого она постоянно пыталась перехватить взгляд Лили, ведь ту усадили на другой конец стола. Джиджи же была вынуждена сидеть возле Лорана. Ей он показался весьма приятным и симпатичным мужчиной, хотя и немного подозрительным и навязчивым.  — Нет, мистер Лоран, никогда. Я была в Париже всего раз, да так, проездом.  — Быть честным, я тоже не очень люблю столицу, — сидя чересчур близко к девушка, произнес Натаниэль. Джи надеялась, что он отодвинется хоть немного, чтобы не привлекать внимания остальных, но им, судя по всему, было все равно.  — Слишком много людей и шума, — согласилась Джи. — Я предпочитаю что-то более тихое.  — Тем не менее, Вы живете в Лондоне, — изогнув одну бровь, заметил Лоран, не переставая дразняще улыбаться. Возможно, этими жестами он напомнил бы Джиджи Зейна, если бы только они не были такими приторными. И глаза у Лорана были какими-то тусклыми, а не такими, как у Зейна. И улыбка… Он не был Зейном и поэтому Джи наверняка знала, что все его попытки флирта не увенчаются успехом.  — А Вы — в Париже, хоть и не любите его, — ответила девушка немного резче, чем следовало.  — Люди — странные существа, не думаете? — все с той же лукавой ухмылкой, будто его радовала её строптивость, спросил Лоран. — Мы делаем то, что нам не нравится, живем в месте, что нам не по душе, с людьми, которых предпочли бы никогда не знать.  — Не приводите все под один знаменатель. Везде бывают исключения.  — Они и создают правила. Джиджи еще несколько секунд всматривалась в лицо сидящего напротив нее мужчины и не знала, что ему на это ответить. К счастью, мэр как раз собрался говорить очередной спич и все присутствующие обратили свое внимание к нему.

***

Только распрощавшись со всеми гостьями и благодаря Лили избежав длительного прощания с Лораном, Джи покинула мэрию. Девушки решили зайти на кофе — в любом случае в офисе у них сегодня выходной. Лили сказала два слова о том, как мило она побеседовала с двумя пожилыми дамочками из состава делегации, а потом вынудила Джиджи в деталях пересказать ей все, о чем они беседовали с Натаниэлем. Хадид не особо-то горела желанием делиться этим — ей было как-то стыдно за себя — но она была в долгу перед подругой, за то, что та так оперативно спасла её от компании Лорана.  — Он, как бы это сказать… Довольно импозантный мужчина, но не мой типаж. К тому же, когда мы ехали в машине, он пытался незаметно снять кольцо с безымянного пальца. О чем тут еще толковать?  — Как же я не люблю таких типов, просто кошмар, — и в подтверждение своих слов Лили скривилась. А потом опять оживилась: — А что там с этим твоим Маликом?  — Во-первых, его зовут Зейн, Лил, запомни, — Джиджи закусила губу, чтобы не начать улыбаться, как умалишённая. Её так и распирало рассказать каждую мелочь, ведь о Зейне говорить было приятно.  — Ох, вижу, ты настроена серьезно.  — У нас с Зейном все в порядке. Сегодня вечером идем ужинать.  — И ты говоришь об этом таким обыденным тоном? — едва не вскрикнула Лили — впечатлительность явно её конек. — Я хочу знать все. Абсолютно все.  — Касательно? Лили оглянулась по сторонам и, убедившись, что около них никто не сидит, через стол перегнулась к подруге.  — Что ты собираешься делать? Вы поедете к нему после ужина? Или разъедаетесь по домам? Или, может, будете гулять по городу? — заговорщицки прошипела девушка.  — Что? Господи, Лил, я не думала об этом. И вообще, мы это не обсуждали, — слегка смутилась Джиджи.  — И он даже не намекал? Ни взглядом, ни какой-то шуткой? — засомневалась Лили, подозревая, что подруга от нее что-то скрывает.  — Слушай, Лил, ну мы же взрослые люди… Думаешь, он бы стал намекать на что-то такое?  — Послушай, во всем, что говорят парни, есть какой-то скрытый подтекст. И Зейн не особенный. Просто… Может, ты не видишь этого?  — Или не хочу видеть. В любом случае, мне нравится думать, что у нас может получится что-то серьезнее мимолетной интрижки. Ты ведь меня поддерживаешь?  — Всегда и во всем. Только будь осторожнее.  — Как никогда, — согласно улыбнулась Джи и откинулась на спинку стульчика, давая понять, что не намерена продолжать этот разговор.

***

Когда в жилах кровь будто застывает. Когда что-то невыносимо давит в солнечное сплетение. Когда все органы, кажется, скрутились в тугой узел. Люди называют такое чувство волнением. Тревогой. Беспокойством. Страхом. Но Зейн никогда в жизни не признал бы, что когда-либо испытывал хоть одно из них. Он никогда не боялся и не переживал. Даже когда беззвучно шагал по выстеленном коврами коридоре дорогого отеля, направляясь точно в ту комнату, куда несколько минут назад вошел Натаниэль Лоран. Рукоятки спрятанных пистолета и ножа больно давили в спину, а в горле ужасно пересохло. Зейн ненавидел это жуткое предвкушение. Кроме того, он знал, что не сможет просто прийти и сделать свою работу — никогда не мог, по крайней мере. Сначала последует долгий монолог — чтобы, скорее, совладать собой, чем запугать Лорана, затем, по сценарию, тщетные попытки преступника найти какой-то компромис, выпросить себе еще несколько лет бездарного существования. Так было всегда. И этот раз не стал исключением. Зейн сделал все быстро, хоть и сам от себя не ожидал такой оперативности. Один легкий взмах руки, предсмертный крик, до сих пор звенящий в ушах и немного крови на белоснежной стене.  — Говорят, у вас, аристократов, голубая кровь. Что-то не заметно, — ухмыльнулся парень, отпил шампанского из стоящего на комоде бокала и удалился из комнаты. Уже покинув отель через черный вход, Малик позвонил Лиаму.  — Я все сделал. К слову, можешь передать боссу, что я использовал нож, а не пистолет. Ему не стоило меня недооценивать.  — Он никогда не сомневался в тебе, как и я. К тому же, ты знаешь, что он постоянно нам говорит…  — «Лучший способ вас, халявщиков, заставить делать что-то — сказать, что вы этого не сможете», — в точности перекривив интонацию, произнес Зейн. — Знаю я, знаю. У тебя там как?  — Парни из лондонской семьи обнаружили бомбу, сейчас работают над тем, чтобы обезвредить её.  — Не вызывали профессионалов?  — Все придерживаются мнения, что не стоит впутывать цивильных.  — Ты прав. Мне нужно подъехать к вам?  — Нет, мы справимся. Свою часть ты выполнил. Малик слегка замялся — а в прочем, что терять, или сейчас, или опять идти работать таксистом.  — Лиам, а… Мне что-то полагается за это дело?  — Ох, черт, забыл. Стайлс разморозил твои счета. Можно считать это за достойную плату?  — Сейчас не совсем то время, чтобы перебирать, так что… Спасибо. Спасибо большое.  — Не исчезай, ладно? Нам предстоит еще много работы, — вместо прощания сказал Лиам.  — Конечно. До скорого.