Всем сердцем

Мне кажется, что я сплю, и всё это какой-то кошмарный сон. И, чтобы всё закончилось, мне всего лишь нужно открыть глаза. - Скоро прозвенит будильник, я проснусь, и всё будет хорошо! – я киваю головой, соглашаясь со своими словами. Но опустив свой взгляд вниз, я вновь вижу неподвижное тело Ягыза и, всхлипывая, шёпотом произношу, - ты будешь в порядке! В порядке! Всё пройдёт! – я зажимаю рот рукой, задыхаясь от подступивших слёз, чтобы не закричать. Постепенно осознавая то, что всё это происходит на самом деле, я вспоминаю о том, что в кармане моего пальто лежит мобильный телефон. Я на ощупь нахожу его и дрожащими пальцами, которые полностью озябли от холода, набираю номер скорой помощи. - Всё будет хорошо! Всё будет хорошо! Ты поправишься, - повторяю я, слыша длинные гудки в трубке. - Хазан? – я ищу глазами человека, из которого исходит этот звук, - Хазан… Сквозь частые капли дождя я различаю силуэт Синана. По его лицу, которое в данный момент не выражало ничего, кроме злобы, я понимаю, что он всё слышал. - Что это значит, Хазан? - Ягыз…его сбила машина, - я нерешительно смотрю на своего бывшего парня, продолжая сжимать телефон в руке. Только не сейчас Синан. Только не сейчас. Я готова сгореть со стыда, готова понести наказание, но прошу тебя, ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС! - Синан, Хазан? – меня спасает Нихан, которая появилась внезапно и очень вовремя, - что слу…- она обрывается на полуслове, увидев Ягыза с окровавленной головой. - Вы вызвали скорую? – она подбегает, наклоняется, осматривает рану, нащупывает пульс и повторяет свой вопрос, - скорую вызвали? - Да, - я киваю головой, - они уже едут. Синан продолжает отстранённо смотреть на нас. Мне кажется, он не осознаёт, что случилось. У него шок! Другого объяснения у меня нет. ____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ Я сижу на лавочке в холле больнице, уставившись в одну точку. Нихан сидит рядом со мной и теребит рукав кофты, периодически поглядывая на часы. Мы ждём врача, который зашёл в реанимационный зал более часа назад. Синан стоит в нескольких метрах от нас, оперевшись о серую стену, и искоса смотрит на меня. За всё это время мы не перекинулись даже парой слов, но в его карих глазах читался немой упрёк, который, как мне казалось, вот-вот вырвется наружу. - Держи, - Нихан протягивает мне платок, - всё будет хорошо! Ты же знаешь это! – она берёт меня за руку, слегка сжимает её и подбадривающе улыбается натянутой улыбкой, что стоит немалых усилий. Но она делает это для меня, чтобы хоть как-то поддержать. - Спасибо, - выдавливаю я каким-то не своим голосом, - я знаю, - по моим щекам вновь текут слёзы, я старательно вытираю их, но тут же замираю, вспомнив про палец-салфетку. В голове всплывают картинки: Ягыз, я, набережная…. - Я так не могу! Я выйду на свежий воздух, - не выдержав, я вскакиваю со своего места и выбегаю на улицу. Я не могу до конца осознать, что произошло. Все мои мысли перепутались. - Так не должно было быть, - я сажусь на корточки рядом с зданием и обхватываю голову руками, - это всё я! Это я во всём виновата! – я почти ничего не вижу от нахлынувших слёз, - что же я наделала? Что наделала? Я сейчас не могу думать ни о чём, кроме того, что случилось. Мне совершенно всё равно, кто и что подумает, кто и что узнает. Всё, что важно это – Ягыз! Ягыз и его здоровье. - Хазан? – я слышу голос мамы и звук приближающихся шагов, - дочка? Подняв голову, я вижу перепуганную Эдже, госпожу Фазилет с перекошенным лицом и господина Хазыма, который тут же принялся осматривать меня с головы до ног, ища хоть какой-то ответ на ещё незаданный вопрос. - Сестра, - Эдже обнимает меня и тут же начинает плакать, - что случилось? – я обнимаю её в ответ, кладу голову на плечо и шумно выдыхаю, закрыв глаза. - Где мой сын? Что с ним? – голос старшего члена семьи Эгемен заставляет меня вздрогнуть, - эта кровь – кровь моего сына? – он смотрит на мои руки и хватается за область сердца. - Хазан, ответь же, что-нибудь, дочка? – три пары глаз уставились на меня, ожидая от меня пояснения случившейся ситуации. - Я…Я… - я не могу ничего сказать, не могу ничего ответить, язык будто одеревенел. Я бегло смотрю на присутствующих и только сейчас замечаю, что все мои руки перепачканы кровью…кровью Ягыза. Я отталкиваю Эдже, хватая воздух ртом, и, выбежав на проезжую часть, останавливаю проезжающую мимо машину. - Куда едем, госпожа? – спрашивает мужчина с тёмно-каштановой шевелюрой, смотря на моё отражение в зеркале. - В мечеть, - не задумываясь, говорю я. Я никогда раньше не молилась…но вдруг это как-то поможет. Я ничем не смогу помочь находясь в больнице. Всю дорогу я думаю только о том, как там Ягыз. Неустанно смотрю в телефон, гипнотизируя его взглядом, но он так и не звонит. Спустя 20 минут мы подъезжаем к небольшому зданию на окраине города. Расплатившись, я спешу внутрь. Не зная ни одной молитвы на память, я мысленно ругаю себя. Папа мне всегда говорил, что слова, которые идут от сердца – самая лучшая молитва от всего. От всех бед и от всех болезней. Вспомнив эти слова, я решаю воспользоваться его советом. Сначала буквы выходят из меня с большим трудом, но потом, когда голова полностью отключается, остаюсь только я и моё сердце, я начинаю говорить. - Самое важное в жизни каждого человека, чтобы все его родные и близкие были живы и здоровы. Чтобы с ними всё было хорошо. Чтобы всё было в порядке. Чтобы их сердца бились, а на лице была искренняя, светлая улыбка. Чтобы глаза горели огнём, чтобы не знали слёз. Чтобы руки были сильными, крепкими и никогда не опускались. Чтобы всё плохое обходило их стороной. Чтобы не было на их пути препятствий и преград. Чтобы боль, обида, злость и разочарование никогда не встречались на их пути. Чтобы их жизнь была долгой, счастливой и наполненной смыслом… Я никогда и ничего не просила, никогда не приходила сюда…Я впервые обращаюсь к тебе. Я не знаю, как правильно молиться. Я не знаю, какие слова нужно говорить. Но я искренне хочу, чтобы Ягыз поправился. Всем сердцем! Время пролетает незаметно, я не замечаю, как проходит час, и на моём телефоне раздаётся долгожданный телефонный звонок. - Нихан… - я останавливаюсь, не решаясь задать вопрос. - Ягыз в порядке. Все жизненно-важные показатели в норме. Он сейчас под действием сильных препаратом, но врачи обещают, что ближе к вечеру, он придёт в себя. - Слава, Аллаху! – выдыхаю я, и по моим щекам стекает несколько слезинок. - Приезжай! Он захочет тебя увидеть, когда придёт в себя, - Нихан улыбается в трубку. Кажется, она совершенно не злится на меня, - он нуждается в тебе. - Я..я скоро буду! – не пререкаясь, соглашаюсь я. - Он в порядке! Ягыз в порядке! – я улыбаюсь, не веря своему счастью. Мне вдруг стало неважно всё, что было до. И всё, что будет после. Я не хочу и не могу думать о том, что будет завтра. Я могу думать лишь о сейчас. И с этими мыслями я, вернувшись в больницу, подхожу к палате Ягыза. Эдже сидит в коридоре и читает книгу «Для будущих мам». Заметив меня, она тут же встаёт и подходит ко мне. – Хазан? Где ты была, милая? – она берёт меня за руку, - я не могла тебе позвонить, мама не оставляла меня ни на минуту. Только сейчас вышла с Хазымом в кафе за кофе, - сестра закатывает глаза при упоминании нашей матери, - как ты? - Всё хорошо. Я была в мечети, - мы садимся на лавочку, - не спрашивай, - отвечаю я на недоуменный взгляд сестры, которая знает, что я никогда раньше не ходила в подобные места. После смерти отца я вообще ни во что не верила. Ибо я никогда не понимала, как можно забрать такого хорошего человека, как можно лишить маленьких детей их родителя? Но сейчас…кажется, я поверила, что Аллах, которого я часто упоминаю в повседневной жизни, существует. - Ягыз… - Я знаю, мне Нихан сказала, - я улыбаюсь, вспоминая о хорошей новости. - У Вас наладились отношения? – сестра удивлённо приподнимает бровь. - Кажется, да. Кажется, она не такая плохая, как я думала. - Ты слишком часто говоришь слово «кажется». Ты уверена, что ей можно доверять, сестра? – Эдже обеспокоенно смотрит на меня своими большущими глазами. - Я уверена. Не переживай, - я улыбаюсь и, положив руку к ней на живот, говорю, - думай о малыше, о моём племяннике. - Если ты уверена, то я спокойна, - она улыбается мне в ответ и, показав взглядом на свой животик, продолжает, - он уже хочет быть с нами, кажется. Мы смеёмся. - Господин пришёл в себя, - голос медсестры прерывает нас, - Вы можете зайти, только ненадолго. Ему сейчас нельзя волноваться. - Хорошо, спасибо, - отвечает Эдже, - иди, Хазан, - она подталкивает меня в сторону палаты, - давай. - Я не могу…Что я скажу ему? – я вновь начинаю паниковать, - как я посмотрю ему в глаза? - Хазан, вспомни состояние Ягыза. Вспомни, что случилось. Представь, если бы у тебя не было возможности объясниться с ним, если бы всё плохо закончилось. - Эдже, - пресекаю я. - Представила? Тогда иди, - она решительно нажала на ручку и приоткрыла дверь, - я прослежу, чтобы никто не помешал Вам. Я понимаю, что сестра права. Во всём права. Прислушавшись к её словам, я делаю глубокий вдох и захожу внутрь. Ягыз лежит на спине, устремив свой взгляд в потолок. К его руке подключена капельница, по трубочкам которой течёт какая-то белая жидкость. Аппарат жизненного обеспечения всё ещё подключён. На плоском экране видно, как бьётся его сердце. Я осматриваю всё, до мельчайших подробностей, медленно приближаясь к нему. Слегка задев тумбочку с медикаментами рукавом, я выдаю себя скрипом и грохотом чего-то тяжёлого. - Хазан? – мистер холодильник поворачивает голову, услышав шум. - Это я, - растягиваю губы в улыбке, нервно одёргивая свитер, - кажется, я не умею появляться незаметно, - пожав плечами, я поднимаю упавший предмет и кладу его на прежнее место. Это был аппарат для измерения давления. - Как ты? – одновременно спрашиваем мы. - Ягыз… - я смотрю в его голубые глаза, забываю всё, что меня беспокоило минуту назад, беру его за руку и говорю, - я так боялась, что с тобой что-то случится. Никогда больше так не делай, слышишь? – я хочу сдержаться и не заплакать, но у меня не получается. Пара слезинок, не смотря на мои старания, успевают выкатиться из покрасневших глаз. - Разве я мог умереть, зная, что Хазан меня любит, - Ягыз нежно прикасается к моему лицу, - палец-салфетка, - он улыбается одними уголками губ и осторожно убирает собравшуюся влагу с моих щёк. Я молчу, не в силах вымолвить ни одного слова. Он всё слышал. Он всё помнит. И он не злится. Теперь всё стало ещё запутаннее, ещё сложнее. Что же мне делать? Что делать? Я, потеряв возможность шевелиться, продолжаю молча стоять, словно парализованная. И пока я подбираю слова, Эдже торопясь заходит в палату. - Хазым идёт сюда, - она внимательно смотрит на Ягыза, точнее на то, как его рука застыла в воздухе возле меня, - я не вовремя? – она смятенно прикоснулась к кончику носа, посмотрела на дверь, а затем снова на нас. - Нет, ты вовремя, - я облегчённо выдыхаю, на секунду прикрыв уставшие глаза, - я пойду. Зайду чуть позже. Я, не оглядываясь, спускаюсь на первый этаж и подхожу к выходу. - Он всё знает, - я кладу руку на то место, где, как говорят люди, находится душа, и чувствую там какое-то приятное тепло, медленно распространяющееся по всему телу. - Хазан? – мои размышления прерывает Синан, - тебе не кажется, что нам нужно поговорить? – его глаза наполнены презрением вперемешку с осуждением, - у меня есть несколько вопросов, Хазан, и я хочу услышать ответы на них. - Да, ты прав. Нам и правда нужно поговорить, - соглашаюсь я, понимая, что не смогу сбежать. Не в этот раз. - И так, как давно это происходит? Как давно ты любишь моего брата? – он бьёт кулаком в стену, - и главный вопрос, когда ты собиралась мне об этом сказать, Хазан? Я согласна с каждым его словом, и его поведение, его реакция полностью оправданы. Я виновата. Я предатель. И я должна понести наказание. - Прости, - это единственно, что с лёгкостью срывается с моих губ, - я не хотела, чтобы так получилось. - То есть, ты ничего не отрицаешь? – он обходит меня вокруг, и внимательно рассматривает, - внешне ты совсем не изменилась, но я тебя не узнаю. Ты не та Хазан, которую я полюбил. - Я изменилась, Синан. Многое изменилось с тех пор… - я виновато опускаю глаза в пол. - Например, твои чувства, да? – он вновь повышает тон, оглушая всех вокруг, - сначала я, теперь Ягыз, кто следующий, а? Гёкхан? - Синан, приди в себя! Что ты такое говоришь? – меня шокирует поведение моего бывшего парня. Не только я изменилась, мы изменились. И как я раньше этого не замечала? - А что я должен говорить? Ты скажи мне, что я должен, а что нет, чтобы я знал! – он вновь стучит кулаком в стену, - пугая меня и всех вокруг своей агрессивностью. - Синан, ты что делаешь? – в самый последний момент в холле больницы появляется Гёкхан, - приди в себя, брат, - он хватает его руку, которая продолжает долбить стену, и оттягивает в сторону. Я, пользуясь моментом, незаметно ускользаю на улицу, где сталкиваюсь с Нихан, направляющейся к Ягызу с большими пакетами. - Хазан, ты куда так торопишься? – девушка поднимает чёрные очки вверх, тщательно скрывающие её заплаканные глаза, - я думала, ты сейчас с ним, - она указывает рукой на второй этаж. - Так получилось, - коротко отвечаю, чтобы скорее уйти из этого места. - Так не пойдёт, - она ставит пакеты, - я слишком долго ждала этого дня. Мы обязательно должны поговорить и всё обсудить, - она вновь улыбается своей загадочной улыбкой, демонстрируя свои милые ямочки на щеках, которые раньше всегда раздражали меня. - Я не могу сейчас, давай завтра. - Никаких завтра, - она берёт меня за локоть и тащит за собой, направляясь к своей машине, стоящей на больничной парковке. ____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ И всё-таки эта девушка обладает даром убеждения, ибо через каких-то 15 минут мы сидим в кафе на набережной и ждём свой заказ, в котором я не принимала никакого участия. - Хазан, - начинает Нихан, - я буду говорить прямо, - я заинтересованно смотрю на неё, стараясь внять и понять каждое её слово. - Ваш заказ, - официантка ставит на стол два блюда с мясом и салатом, два стакана с апельсиновым соком и минеральную воду. - Спасибо, - благодарит Нихан, и, откусив небольшой кусочек свинины, продолжает, - ты мне ужасно не нравилась, когда мы познакомились, - она виновато смотрит на меня, как-бы извиняясь взглядом за всё, что было, - но эта поездка, этот уикенд многое изменили. В том числе и моё мнение о тебе. Ты хорошая. Я вынуждена признать это, как и то, что Ягыз был прав, когда сказал, что мне нужно лучше тебя узнать. Я ему все уши прожужжала, что ты ему не пара, - она смеётся, запивая пищу соком, - и он молча соглашался. - В смысле? – я непонимающе смотрю на блондинку, тщательно пережёвывающую салат. - Он и сейчас думает, что ты ему не пара, глупый. Правда у нас были разные причины на то, но всё же. - Ты говоришь какими – то загадками, я тебя не понимаю, - я выпиваю залпом полстакана минеральной воды, - скажи, что ты хотела сказать и закончим на этом. - Я хотела извиниться, - она пожимает плечами, - и та история с полотенцем…Ягыза тогда не было дома, я просто захотела тебя разыграть. Мне хотелось, чтобы ты страдала. Прости. - Это уже слишком, - я возмущённо отбрасываю стул, - спасибо за воду, - оставляю на столе деньги за заказ и ухожу. _________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ Приехав домой, я принимаю душ, надеваю чистую одежду и, завалившись на кровать, листаю телефонную книгу. Остановившись на номере Ягыза, я так и не решаюсь его набрать. - Нет, я не могу ему так просто позвонить. Позвоню Эдже, - я набираю сестру и расспрашиваю её обо всём, что меня волнует. А волнует меня только Ягыз и его состояние. Убедившись, что с ним всё в порядке, и что он под тщательным присмотром своей семьи и врачей, я кладу трубку и пытаюсь уснуть. После такого насыщенного дня, мне просто необходим полноценный, здоровый сон. - Хазан! Хазан, - сначала мне кажется, что я таки уснула и кто-то зовёт меня во сне, но прислушавшись, я понимаю, что это никакой не сон. Это Синан.