Золотая рыбка

Этим утром меня разбудили врачи и попросили следовать за ними. Это было слишком рано, потому что за окном было еще темновато и в комнате царил полумрак, мой рисунок на внешней стене казался серым и блеклым. Я не совсем понимал что происходит, но послушно последовал за ними. Мы остановились у комнаты 16 и один из врачей достал ключ и отпер замок двери. За ней было все почти то же самое, только окно с другой стороны. А за ним белая стена. – Теперь это твоя новая комната,– сказал один из врачей и они тут же поспешили выйти. – Подождите, а Кихен? Я боялся, что они не обернувшись сбегут, но к счастью, тот, что отпер дверь повернулся и сказал каким-то напускным веселым и беззаботным голосом: – А ты не знаешь? Он вчера выписался. – Выписался?.. У меня вдруг закололо у виска, ведь...он обещал, что мы уйдем вместе, а сейчас... Он бросил меня? – Ему стало лучше и он выписался,– врачи снова заспешили выйти. – Но мне показалось, что вчера ему было особенно плохо... Я так и остался стоять у кровати без ответа на свой вопрос, потому что врачи тут же засверкали пятками. Боль в висках не хотела проходить и я решил подождать Чангюна, чтобы попросить лекарства. С громким вздохом я присел на кровать. У меня внутри что-то скребло по самому больному, но самое ужасное в том, что я не мог понять что именно болит. Вроде бы все, а вроде ничего. Так и не дождавшись его, я решил забрался на кровать и, поджав ноги, опустил голову на коленки, приобнимая ноги руками. Глаза сами закрылись, подкидывая в голову вчерашний вечер, когда мы с Кихеном вместе читали, дурачились, целовались... Он пожаловался на головную боль и я выключил лампу на столе. Он тут же засопел. Мой Кихен заснул и исчез. К горлу подкатил ком, а глаза застлали слезы. Почему ты оставил меня, Кихена? Даже не попрощался. Ты соврал, сказав, что я - весь твой мир. У тебя был мир за пределами этих стен, а у меня... У меня был только ты.

***

Новый день в новой комнате. Я бы предпочел свою прошлую комнату. Когда я там просыпался, первое, что я видел был Кихен, сначала лежащий рядом, а потом его портреты на стене. А тут все белое и такое пустое. Чангюн тоже не приходит, вместо него другая девушка. Я не хочу ничего есть, разве я могу есть сейчас?

***

Сегодня мне приснился парень с розовыми волосами. С ним было весело, мы смеялись и читали. Он - два моих друга. Не могу вспомнить его имя...

***

Врач поставил мне капельницу. Я не знаю что это, но он ее так назвал. Наверное, это название того лекарства в баночке, которая висит вот тут. Он говорит, что я должен быть сильным. Я спросил его, знает ли он что-нибудь о мальчике с розовыми волосами, но он помолчал и ушел. Наверное, я ему не нравлюсь. Что означало нравиться?

***

Сколько уже прошло дней? Как давно я тут? Я не знаю. Но эти люди в белых халатах и синих масках знают все о каждом в этих белых стенах.

***

Сегодня мне принес завтрак новый Белый. Я его раньше не видел никогда. Он положил передо мной поднос и присел на синий стульчик у столика. Он странный, почему он не уходит? – Как ты, Минхека? Он смотрит на меня, но...кто такой Минхек? Это я? – Минхек, ты меня слышишь?– он придвигается и машет рукой перед моими глазами. – Я...М-минхек? Я действительно растерян. Что происходит? Почему он меня называет Минхеком? Он смотрит, не сводя с меня глаз, а затем выдает: – Кто такой Ю Кихен знаешь? Теперь я действительно растерян. Откуда мне знать Ю Кихена? Моего Ю Кихена. Я вообще никого не знаю, кроме него, ну...он же Белый. Я машу головой из стороны в сторону и отодвигаю поднос. Мне стало страшно, потому что этот парень выглядит очень злым. Он смотрит на меня нахмурив брови, но вдруг они ползут вверх и он начинает...плакать? Почему? Что я сделал? Он вылетает из комнаты, громко хлопая дверью. Я не моргая смотрю на дверь и думаю. Вдруг она снова распахивается и влетает тот самый Белый с чем-то в руках. – Читать ты тоже разучился? И рисовать тоже? Придется учить снова,– зло кричит он и бросает на кровать принесенные с собой предметы. Бумага, бумага, бумага... Сплошная бумага. Белый садится прямо на пол и плачет. – Прости, Мин, я не хотел кричать,– шепчет он,– прости... Я снова перевожу взгляд с него на бумагу. Это не бумага, а книги. Я беру в руки одну, в кожаном переплете, с вложенными внутрь карандашом, ручкой и красной закладкой. Она кажется очень знакомой, будто я держал ее в руках еще когда-то. Я раскрываю ее, но она не выглядит как обычная книга. Эта книга написана от руки. Вдруг непонятные для меня символы начинают становиться знакомыми, а потом и вовсе начинают складываться в слова. Я ничего не сделал, они сами начали говорить. Говорить голосом того самого розововолосого парня. «При-вет, Мин-Мин. Ес-ли ты э-то чи-та-ешь...»

***

Чангюн опускается на лестничную площадку второго этажа и плачет, обнимая себя руками. Почти все предпочитают ездить лифтом, поэтому он уверен, что никто не придет. Он отцепляет наушник от браслета и вставляет в ухо. Переведя дух, он набирает номер. – Госпожа Ю, он забыл даже свое имя...– рыдания снова сотрясают его голос и он продолжает плакать, зажимая рот рукой. – Не плачь, Чангюна, мы все исправим, мне кажется, я все поняла, но мы с мужем не можем придти к единогласию, стоит ли это пробовать,– женщина говорит мягким, успокаивающим голосом, и это работает,– сейчас мне нужно разрешение от высокопоставленных лиц и мы сможем начать эксперимент, правда...я немного боюсь,– говорит она. Чангюн ощущает как ее голос начинает дрожать. – Не надо бояться, вы все сделаете правильно, я в вас верю,– говорит Чангюн, утирая рукавом нос. – Нет, Чангюн, я боюсь не того, что результат будет отрицательным, а наоборот...– женщина молчит и Чангюн понимает, что она борется с тем, чтобы не заплакать прямо сейчас,– я боюсь, что вот, не прошло и трех недель как Кихен...и вдруг найдется решение? Оно было так близко и не было в этом мире никого, кто ждал это решение так же сильно, как мой мальчик. Насколько же это несправедливо?.. Поговорив с ней еще немного и дав ей успокоится, он завершает звонок. Чангюн хлопает себя по лицу и делает глубокий вдох. Его ждет Джухон и он не хочет, чтобы его идущее на поправку сокровище хоть чуть-чуть расстроилось. Натянув на лицо улыбку, он идет по лестнице наверх. Как будто Хони не догадается, пф-ф.