Done with You

Когда Донхёк увидел Марка в первый раз, он плакал. Серьёзно. И его лучший друг Джемин был рядом с ним в сей знаменательный день, чтобы до конца своей жизни подкалывать Донхёка, напоминая ему об этом важном (провальном) дне. Донхёк сидел в спортивном зале рядом со своим другом Джемином, который, благодаря своим приятельским отношениям с тренером, мог просто присутствовать на тренировке баскетбольной команды. Донхёк выполнял задание (то есть наказание), данное ему Мистером Муном, за то, что он, «такой подлец», принёс живую лягушку для своего проекта по биологии. Поэтому на следующий день Донхёк сидит и скрепляет эти никому не нужные бумажки. — Мог бы и помочь, предатель. — Ты сам виноват. — Джемин закатил глаза, — Я и так оказываю тебе услугу, вытащив сюда из этой вонючей комнаты наказаний. — И только из-за того, что ты племянник тренера Чон Джехёна, — напомнил Донхёк, — Мистер Мун такой зануда. — Никто не просил тебя притащить в школу лягушку. — Но он не сказал, что мы не можем этого сделать! — Ты принёс лягушку без клетки, и поэтому, когда она запрыгала по всей аудитории, Мистер Мун прибежал на крики девчонок, а затем сам пулей вылетел из кабинета. — То есть это я виноват в том, что он боится лягушек? — Ты идиот, — Джемин покачал головой, — О, смотри! Это Джено! Привет, Дженоооооо!!! — Джемин пылко помахал одному из баскетболистов, который улыбнулся ему в ответ. — Боже, почему Ли Джено так прекрасен? — Почему ты не подойдешь и не признаешься, наконец, ему в своей вечной любви? На самом деле, это гораздо проще, чем сидеть сейчас здесь и пускать слюни на него, — Донхёку даже не нужно было смотреть на своего друга, потому что он и так знал, что Джемин сейчас опять залипает на Джено. — Ни на кого я слюни не пускаю… Оу, гляди! Там! Там!!! — Что? — раздражённый Донхёк всё-таки поднял свою голову. — Это он! Вон там! — Джемин указал на кого-то в другом конце баскетбольной площадки, — Это тот парень, про которого я тебе рассказывал. — Да кто? — Донхёк был немного близоруким, поэтому все еще пытался сфокусироваться на одной расплывчатой фигуре. — Марк Ли, новый переведённый студент. Все в школе уже сходят с ума по нему. Говорят, что он умный и атлетичный. — Что за выскоч… — а затем, это случилось. Донхёку, видимо, простили все его грехи, а мир вокруг стал необычайно ярким и светлым, когда неизвестная фигура всё же сформировалась в конкретного человека. Он был высокий, немного худоват, но с широкими плечами и мускулистыми руками. Тёмные волосы подчёркивали его бледный тон кожи и шоколадного цвета глаза. Он был неописуемо красивый с выразительными скулами и острой линией подбородка, о которую, казалось, можно было бы порезаться при прикосновении. У Донхёка отвисла челюсть от такого вида. Но это еще не всё. — Хёк-и, ты в порядке? — А? — Хёк, почему ты плачешь? — Я, что? — Донхёк вытер своими ладонями крупные слёзы со своего лица и повернулся к своему другу, замершему от ужаса. — Хёк!!! Твоё лицо!!! — Что не так с моим… Чёрт, — Донхёк опустил взгляд на свои ладони и увидел, что они все были в крови. Он, видимо, так сильно залипал на Марка, что не заметил, как проколол свой собственный палец степлером, а потом вытер этой рукой лицо. Неудивительно, почему он плакал. — Ауч, ааай… — кажется, что только сейчас Донхёк полностью почувствовал боль от раны, поэтому слёзы снова покатились по его щекам. Джемин помог другу встать, и они вместе понеслись прочь из спортивного зала, оставляя за собой летающие повсюду бумаги.

***

Так как рана не была серьёзной, Донхёк уже на следующий день пошёл с перебинтованным пальцем к Мистеру Муну, потому что тот заметил пропавшие листочки, которые должен был отдать Донхёк. — Я клянусь, сэр, я не знаю, где они, — уверял Донхёк, — я еще с утра проверил весь спортзал три раза. — Ли Донхёк, в этом то и дело. Я попросил вас присмотреть за этими бумажками, чтобы вбить в вашу пустую голову чувство ответственности, и вот, что случилось. Когда вы уже повзрослеете? — Сэр, несмотря на всё моё уважение к вам, я сделал всё, что вы от меня требовали. И я считаю это нечестным… — Это вы сейчас дерзите мне, молодой человек?! — Нет, сэр, — Донхёк прикусил губу. Он не мог себе позволить получить ещё один выговор на своё имя, потому что об этом узнают его родители и вот тогда-то и закончится его жизнь. Но он ещё слишком молод, чтобы умирать. — Эти бумаги должны были лежать с утра на моём столе. И как вы объясните мне то, куда… — звонкий стук в дверь прервал речь учителя биологии. — Да? — Извините, Мистер Мун? — дверь закрылась за совершенным Марком Ли, которому так чертовски шла эта чёрно-жёлтая форма, которую Донхёк ненавидел, но Марк выглядел так, будто этот костюм, который Карл Лагерфельд шил ему персонально. Донхёк специально подставил под свой подборок пораненные пальцы, чтобы убедиться, что тот снова не упадёт. — Да, Марк? Чем могу помочь? — Донхёк заметил, как тон учителя тут же сменился на спокойный из-за появления Марка. Младший парень нахмурился от этого. Конечно, со мной ты ведёшь себя как ублюдок, а как только пришёл Марк, ты готов ему уже ноги целовать? Иди к чёрту. — Я пришёл возвратить вам это. — Бумаги! — воскликнул Донхёк, увидев пачку листков в руках Марка. Он тут же забрал их у Марка, — Вот они, сэр! Я же говорил, что не потерял их! — Где вы их нашли? — Мистер Мун спросил у Марка. — Они были оставлены на одной из лавочек в спортивном зале. Я нашёл их там после тренировки, когда он уже ушёл домой, — Марк указал на Донхёка. — Значит, ты видел Донхёка в спортзале? — Да, сэр. — Я ушёл из-за своего пальца, сэр! — сказал Донхёк, практически тыкая своим пальцем в лицо Мистера Муна. — И что случилось с твоим пальцем? — Я… случайно проколол его степлером. Донхёк уже готов был провалиться сквозь землю, когда губы учителя скривились в усмешке и тот засмеялся. Лицо Донхёка в тот момент было слишком красным и горячим. Марк, стоящий в паре шагов от него, успокаивающе улыбнулся Донхёку, когда тот посмотрел на него. Боже, почему он еще красивее вблизи?  — Большое спасибо, Марк, — Мистер Мун благодарно кивнул, — Донхёк, мы закончили, можешь идти. — Это всё? — Да. Так как Марк принёс нужные мне бумаги, я позволю тебе улизнуть в этот раз. Но знай, если ты продолжишь создавать проблемы, следующим наказанием будет уже исключение. Ты понял меня? — Да, сэр, — у Донхёка даже получилось не скривить своё лицо в отвращении в кабинете учителя. Но ничего не мешало ему сделать это после того, как он вышел. — И часто у тебя такие проблемы? — Что? — удивился Донхёк, — Ты у меня спрашиваешь? — Да. — Иногда, но это не страшно, — попытался отмахнуться младший, — Просто Мистер Мун всегда ведёт себя как мудак со мной. Вот и всё. — Тсс, он может услышать тебя! — Боже. ХЭЙ, МИСТЕР МУН, ВЫ ТАКОЙ…» — Тссссссс!!! — Донхёк внезапно почувствовал, как его рот закрывает рука, а другая обхватывает его поперёк талии, а всё тело Марка прижато к его спине. Можно было почувствовать, как Донхёк перестал дышать, все мышцы напряглись, и очень смущающее чувство разрослось в области паха. Дело — дрянь. Он обнимает меня. — Ты ведь не хочешь снова быть наказанным? — Донхёк метался в руках Марка в смущении. Вау, у него такие сильные руки, а сам он пахнет лимоном или апельсином… Что за фигню я несу? — А тебе какое дело? — выплюнул он, пытаясь вырваться из захвата Марка. Донхёк осознал, как он тяжело дышит только после того, как у него состоялся один из тех долгих странных взглядов с этим возмутительно прекрасным старшеклассником. Когда моя жизнь успела стать воплощением самой дешёвой корейской дорамы? Я бы уволил режиссёра, но женился бы на главном мужском персонаже, потому что актёр ГОРЯЧ. — Я просто не хочу, чтобы у тебя снова были проблемы. — Зачем тебе это? Ты имени моего даже не знаешь. — Я слышал его. Тебя зовут Донхёк, Мистер Мун — твой учитель биологии. А твой лучший друг — Джемин, потому что он был в тот день с тобой. — Да. И… — Донхёк чувствовал себя виноватым за то, что повёл себя как грубый придурок, потому что Марк выглядел сейчас слишком подавленным, но младший ничего не мог с этим сделать. Марк слишком красивый и слишком хорошо относится к Донхёку. Кто вообще спасает задницу незнакомцу? И по какой-то странной причине, мозг Донхёка воспринимает отзывчивых и милых людей как угрозу, и его защитный механизм говорит ему быть полнейшим ублюдком. — Прости, если это прозвучало слишком резко. Я… Ли. — Что, прости? — сказал Марк с сильным канадским акцентом, что прозвучало слишком горячо, отчего Донхёк уже чувствовал, как его уши горят. — Моя фамилия — Ли. — Как и у меня, — Марк снова улыбался, а его белоснежная улыбка ослепляла, как лучи солнца. Почему с такими зубами, старший всё еще не является моделью, рекламирующей зубную пасту? — Классно. Окей, мозг. Ты спёкся после важного экзамена, работаешь выше положенного времени, именно поэтому ты выставил меня идиотом перед самым восхитительным парнем, с которым я когда-либо разговаривал, сказав просто «КЛАССНО»?!?! — Моё корейское имя — Ли Минхён. — Оу, — Донхёк тут же воспрял духом, — и как мне тебя лучше называть? — Марк. — Классно. Серьёзно, мозг, ты знаешь только ОДНО ГРЁБАННОЕ СЛОВО?!?! — Увидимся, Донхёк, — улыбнулся Марк и помахал на прощание. Он повернулся и пошёл в сторону лестницы. У Донхёка все еще была внутренняя борьба с самим собой. Опомнившись, Донхёк развернулся и побежал, крича во весь голос.