Борьба с возражениями

      — Ой, бросьте, Им Тэхи-ши. За время работы со знаменитостями мы всякое повидали.       Тэхи тоже всякое повидала, но раскланиваться в извинениях перед коллегами не перестаёт, потому что одно дело самой повидать, а совсем другое — быть непосредственным участником чьего-то будущего «мы всякое повидали». Её мучает стыд, а также — страх, который её коллеги и по совместительству соседи по номеру определённо замечают. Женщины, сидящие на своих одноместных кроватях, переглядываются — и они никак не могут скрыть усмешки со своих лиц.       — Сонбэ, ты же знаешь, что наши уста закрыты — в противном случае нас с работы вышвырнут. Не переживай! — обращается к ней с ободрением одна из младших коллег, и Тэхи только кивает, опуская голову так, чтобы тёмные пряди скрыли лицо. Договор о неразглашении подписывала и она, да только от слухов и шепотков это не спасёт. И от неодобрительных взглядов, ведь…       — Но разве ты не собираешься замуж, Тэхи? — в голосе третьей коллеги слышится осуждение, и Тэхи на мгновение сжимается, а пальцами начинает крутить кольцо на своей руке. Но почти сразу же расправляет плечи и уверенно поднимает взгляд.       — Уже нет.       После подобного — точно нет. Тэхи не имеет права так унижать Мигёна… Точнее, она не имеет права унижать его ещё больше. Тэхи виновато покусывает губы, понимая, что как бы она не хотела проявлять неуважение к своему жениху, воспротивиться Чонгуку она просто не смогла, да и не захотела бы.       — Да какое замуж! — вскакивает её хубэ на ноги и в наигранном шоке глядя на осуждающую коллегу. — После того, как такой горячий парень на тебя запал?!       — А почему вы больше не собираетесь замуж, Им Тэхи-ши? Подумаешь, позволили себе расслабиться, тем более Юнджи-хубэ права — сложно такому мужчине сопротивляться. Ваш жених всё равно об этом не узнает.       — Омо, что вы такое говорите, Мирэ-сонбэ! Как так можно! Вы что, не видели, какие искры между Тэхи-сонбэ и Чонгуком? Да там пожарище! Он же не отпустит её замуж!       — Кхм-кхм, — вмешивается в эту борьбу мнений Тэхи, и две дамы с противоположными позициями пристыжено замолкают. — Позвольте мне самой разобраться, как поступать.       — Вчерашний твой поступок выглядит не слишком разумным… — всё ещё с неодобрением произносит третья коллега, и Тэхи вновь кланяется ей в извинении, внутренне костеря. Но Юнджи-хубэ, очевидно, чувствующая за собой ответственность за защиту справедливости, вновь вмешивается.       — Сиджин-сонбэ, ну что вот вы такая зануда! Сами-то тогда не особо сопротивлялись… — Тэхи с изумлением прикрывает рот ладонью, когда Сиджин запускает подушкой в сторону ойкнувшей Юнджи, которая быстро спрыгивает на пол и прячется за кроватью. Вскоре оттуда выглядывает её крашенная в рыжий макушка. — Ну, уж простите, сонбэ! Но вы ведёте себя очень лицемерно!       — Именно потому, что у меня есть этот опыт, я так и говорю! А твой длинный язык отрезать бы! — Сиджин мрачно выдыхает, а после переводит тяжёлый взгляд на Тэхи, которая неловко продолжает стоять посреди комнаты так, чтобы её было видно всем трём соседкам. — Я считаю, что связывать себя со знаменитостями какими-либо отношениями только себе дороже. И тебе, Тэхи, это не принесёт ничего, кроме проблем.       — Я вас умоляю, получение совместного и ни к чему не обязывающего удовольствия никаких проблем не принесёт, если, конечно, вас кто-то не застукает, — фыркает Мирэ, и Юнджи, забравшаяся обратно на постель, смотрит на неё с изумлением и интересом.       — А вы кажетесь разбирающейся в теме, сонбэ! Но ведь здесь не тот случай…       — Вот именно! — подтверждает Сиджин. — Все знают, что Тэхи близка с BTS и что у их младшего участника к ней и вовсе особая страсть. О каком тут «ни к чему не обязывающем удовольствии» может быть речь? — Сиджин поворачивает голову к Тэхи, которая несколько устало слушает своих коллег, не вмешиваясь. — И зачем ты в итоге переступила эту грань, дурында? Столько лет жили счастливо, будучи просто друзьями, так зачем? И жених у тебя — партия хорошая! Зарабатывает нормально, сам по себе мужчина простой…       — Да разве же это главное, сонбэ! — вновь вклинивается Юнджи, и Сиджин раздражённо её одёргивает.       — Мы уже поняли, что для тебя главное — парень погорячее да безрассудство!       — Перестаньте! — выкрикивает Тэхи, и коллеги замолкают, поворачивая горящие глаза к ней. Тэхи устало проводит рукой по лбу. — Я ещё раз приношу извинения за утро. И благодарю вас за беспокойство… Но не стоит. Я разберусь. И могу ли я вас попросить… никому не говорить об этом? — Тэхи неловко опускает взгляд.       — Простите, Им Тэхи-ши, что я влезла не в своё дело, — произносит Мирэ, и Тэхи косится на неё: эта стилистка по части одежды присоединилась к ним только в этом туре, но в общении с новыми лицами держит себя весьма уверенно. Мирэ кланяется ей головой в извинении, а после заверяет: — Я не из тех, кто сплетничает.       — И меня прости, Тэхи, — откликается Сиджин, с которой они работают вместе второй год. — И ты меня знаешь — никаких сплетен. Тут только вот эта болтливая хубэ представляет проблему…       — Я буду молчать, честно! — заверяет Юнджи, с недовольством косясь на невозмутимую Сиджин.       — Ты только узнай, будет ли молчать твой любовник, — неожиданно с горечью фыркает Сиджин, — они любят делиться своими успехами.       Тэхи лишь нервно улыбается в ответ, вспоминая утро, когда заставшие её с Чонгуком коллеги с извинениями и смехом покинули комнату, а они стали с сумасшедшей скоростью одеваться и приводить себя в божеский вид. Причём Чонгука происходящее явно будоражило и веселило: он то и дело посмеивался, когда она в искреннем испуге спешила, ведь казалось, что застукавшие их дамочки тут же понеслись разносить сплетни. Тэхи прямо там отчитала за беспечность Чонгука, который, впрочем, вновь пропускал все её нравоучения мимо ушей, судя по тому, что он постоянно зевал во время её речи. Но Тэхи всё же настояла на том, чтобы он хранил произошедшее в секрете.       — Это что, у нас тайный роман, Тэхи? — поиграл тогда бровями Чонгук и получил лёгкий подзатыльник.       — Во-первых: будь серьёзнее! Во-вторых: никакого романа у нас сейчас нет, из чего вытекает в-третьих: я твоя нуна, так что обращайся соответственно!       — Что значит «нет романа»? — наверное, не было лучшего доказательства серьёзности намерений Чонгука, чем обида и непонимание в его взгляде в этот момент. У Тэхи даже сердце дрогнуло, поэтому она не сдержалась от того, чтобы ласково взъерошить его волосы; вот только Чонгук со злым лицом увернулся от её руки, после чего тяжёлым взглядом уставился в её глаза. — Отвечай же!       — Айгу, Чонгук-а… Прости. Но ты должен мне дать время разобраться, — Тэхи невольно опустила взгляд на кольцо, которое нервно крутила на пальце; Чонгук тоже посмотрел на него, и черты его лица, казалось, заострились. Он ничего не сказал ей и, словно метеор, исчез из номера, оставив Тэхи со смятёнными чувствами. Ведь Чонгук так и остался подверженным эмоциям эгоистом и слишком очевидно был взбешён из-за вещей, которые, по мнению Тэхи (и оно казалось ей достаточно объективным), было естественным разрешить перед тем, как с головой бросаться в омут.       Опасный омут отношений с айдолом… Тэхи не может поверить, что в итоге пришла к этому — и с кем! С Чонгуком! Такое она точно не могла вообразить. Сначала ей казалось соблазнительно опасным просто общаться со знаменитостями, ведь даже одна совместная фотография может разрушить жизнь; поэтому начинала Тэхи свою карьеру с осторожностью и в то же время любопытством.       И жизнь столкнула её с BTS, которыми невозможно не проникнуться, а уж если к тебе привязывается их макне и требует твоего постоянного сопровождения… И хоть, казалось, дружба со знаменитостями — довольно опасная штука, тем более если это айдолы, чья популярность быстро растёт; но в общении с BTS Тэхи забывала об этом, и было невероятно удобно, что их объединяла постоянная совместная работа. Если в начале карьеры её пугала одна возможность совместной фотографии со знаменитостью, то впоследствии она спокойно реагировала на случайные попадания в «BTS Bomb»: какие проблемы, она просто стилист, который мимо проходил.       Но романтические отношения… это уже не шутки. Тэхи и раньше не нравились правила игры, которые установили айдолам — вроде запрета отношений; да даже в случае отсутствия запрета! Если отношения раскрываются, то попавшегося порицают. Любящие фанаты могут стать самыми страшными врагами. И Тэхи не хочет подобного для Чонгука. На самом деле, не будь он таким упрямым эгоистом, она бы наверняка от них ушла, лишь бы не причинять подобных проблем; но Чонгук всё же смог провернуть всё так, что теперь Им Тэхи не может заставить себя уйти и разбить ему сердце.       Готова ли она сама к вечному скрытию чувств и отношений? А также к постоянным шепоткам за спиной, ведь слухи всё равно распространились — они с Чонгуком были единственными, кто неожиданно пропал с мини-вечеринки в честь дня рождения и так и не вернулся. Это неприятно, но Тэхи всё же умеет держать себя с достоинством, даже если о ней говорят гадости за спиной и сплетничают.       Это беспокоит, но не так сильно, как то, что шепчутся и о Чонгуке; как то, что он снова обижен на неё и показательно игнорирует; как его тоскливый взгляд на неё, когда Чонгук думает, что она не замечает. Как то, что ей ощутимо не хватает его вредного присутствия и постоянных грубостей, за которые она могла бы его отчитать. А если бы она всё-таки решилась от них уйти?.. Тэхи понимает, что рано или поздно тоска по временам бытия с BTS всё равно бы настигла её, и она бы очень сожалела о своём решении. Поэтому хорошо, что Чонгук смог её переубедить.       Хоть и сделал он это радикальным способом, который привёл к нынешней проблеме. Им Тэхи впервые за всё время проживания поднимается на нужный этаж по лестнице, а не на лифте: глупая попытка отсрочить тяжёлый разговор с Чхве Мигёном. Тяжесть на сердце стала только больше после показательного ухода из самолёта Чонгука — он даже не посмотрел в её сторону; остальные мемберы тоже выглядели несколько подавлено и кидали на неё растерянные взгляды. Им Тэхи понимает, что многие из них — если не все — догадываются о произошедшем; и, возможно, размышляют, почему же Чонгук в итоге бесится, а она ходит расстроенная.       Мин Юнги и вовсе прямо сказал, чтобы она не смела играться с чувствами макне: кажется, он решил, что Тэхи намеревается замуж после всего произошедшего с Чонгуком. Так что Шуге Тэхи рассказала всё, как есть — было невыносимо выглядеть последней сволочью в глазах того, кого она уважает.       Как же иронично, что именно это ей грозит прямо сейчас. Тэхи пытается войти в квартиру тихо, словно мышка, но она слишком волнуется, из-за чего движения пропитываются неловкостью: рукавом вязаной кофты Тэхи цепляется за ручку, а проклятый чемодан колёсиками трескается о порог. Тэхи в недовольстве зажмуривается.       — Тэхи? — голос Мигёна слышится из гостиной; он говорит громко, пытаясь перекричать работающий телевизор. Тэхи откликается коротким «Привет», и её плечи поникают, когда Мигён добавляет: — С возвращением!       Он не выходит её встречать — знает, что она всё равно зайдёт первым делом в гостиную. Именно это Тэхи и делает, оставляя дурацкий чемодан в прихожей.       — Ты ведь сказала, это твой последний тур с ними? — Мигён, сидящий на диване, что прислонён спинкой к стене, разворачивается корпусом к ней и устало улыбается. Работа будто высасывает из него жизненные силы. Тэхи, вошедшая в гостиную и теперь неловко переминающаяся с ноги на ногу, так и оставшись рядом с дверьми, кивает ему в ответ, и Мигён с облегчением выдыхает. — Честно говоря, я рад, что ты решилась на это. Эти BTS отнимали у тебя слишком много времени.       Это верно. Только Тэхи радостно и добровольно отдавала это время… и собирается отдавать дальше. Поддерживать этот вежливый разговор у неё нет желания: Тэхи не хочет трусливо ходить вокруг да около, а жаждет сразу облегчить свою совесть, да только Мигён хлопает по месту рядом с собой.       — Не хочешь присесть и отдохнуть с дороги? А я тебе расскажу, что именно успел организовать за время твоего отсутствия… — Тэхи касается своего лба, ладонью на мгновение скрывая свои глаза. Ну конечно. Чхве Мигён, который умеет решать проблемы… и некоторые проблемы со свадьбой, очевидно, решил без неё. Если позволить ему говорить дальше, она точно помрёт прямо здесь от стыда и вины, поэтому Тэхи решительно стягивает кольцо со своего пальца, в несколько шагов преодолевает расстояние до дивана и вытягивает руку с кольцом, склоняясь в извинении. И тем самым пряча лицо за волосами.       К сожалению, тем самым теряется и вид на Мигёна, и Тэхи начинает нервничать, когда молчание длится слишком долго.       — Что это? Что ты делаешь? — наконец, выдавливает он; кольцо Мигён так и не забирает из её рук.       — Прости. Я не могу выйти за тебя, — Тэхи очень старается, чтобы её голос не звучал слабо, и у неё получается. Она поднимается из поклона и кладёт кольцо на диванную подушку, после чего отступает от Мигёна на шаг и закусывает губу, пряча руки за спину.       — Что? — вновь выдавливает Мигён. Он поднимает взгляд от кольца на неё и растерянно улыбается. — Это у тебя шутки такие?       Тэхи качает головой, прикрывая глаза.       — Почему?.. Почему, Тэхи? Что происходит? — Тэхи, кажется, готовила речь, но сейчас она понимает, что ни черта не помнит. Потому что видит только растерянность на лице Мигёна и то, как его голос всё больше становится крикливым — и это у спокойного, добродушного Чхве Мигёна. Тэхи пытается мысленно сформулировать, как помягче бы сказать, что она ему изменила и любит другого, но как ни крути, а новости ужасные в любой формулировке; но она упрямо пытается, а оттого молчит, чем нервирует своего бывшего жениха. Он поднимается на ноги и теперь смотрит на неё сверху вниз. — Ты говоришь мне это, заявившись сюда после своего тура… Это то, что я думаю, Тэхи?!       — А что ты думаешь? — вопрос срывается непроизвольно, поскольку Тэхи всё ещё в поисках нужной формулировки. Но звучит он всё-таки как издевательство — ведь это она заявила, что расторгает помолвку, и вместо ясного ответа на вопрос «почему» заставляет Мигёна играть в угадайку. Тэхи почти мгновенно осознаёт эту оплошность, но не похоже, что сам Мигён это замечает: он наконец-то поймал шанс высказать всё, что у него накопилось.       — Я думаю, что это из-за кого-то с этой твоей группы, с которой ты носишься как с писаной торбой! — а голос Мигёна всё повышается. — Потому что ты постоянно, постоянно о них говоришь! Постоянно с ними на телефоне! Постоянно… «Чимин», «Чонгук», «Хосок» и толпа кого-то ещё! Я… я молчал, ведь ты любишь свою работу, я молчал, потому что… не знаю, почему! Я ведь так старался быть хорошим партнёром, Тэхи! Я не протестовал… Но почему в итоге… — Мигён зарывается пальцами в свои тёмные волосы.       — Мигён… — шепчет Тэхи, подходя к нему ближе. Несмотря ни на что, он всё же был её другом, тем, кого она уважает, тем, кого, как она долго думала, любит. И ведь любит — но от романтики в этой любви не осталось и следа. — Прости меня, я поступила очень дурно с тобой. Прости. Ты прав, я… люблю другого, я поняла это, и просто не могу…       Тэхи вскрикивает, когда Мигён больно хватает её за предплечья, крепко сжимая пальцы.       — Прости? Какое, к чёрту, прости?! Ты кидаешь меня, твою мать! Я ни в чём тебе не отказывал, я ради нас на работе пашу!..       Обычно спокойный и добродушный Чхве Мигён будто бы сходит с ума. Они иногда ссорились — как обычные парочки; но это было давно, ведь они так редко сталкивались в последние годы, будто бы случайно на территории этой квартиры… И Тэхи непривычно слышать его крик, ощущать его ярость и непонимание. Он орёт, что старается быть достойным мужчиной для неё; что делает всё, что в его силах, чтобы быть не менее достойным представителем общества, полезным работником. Напоминает, что он исполнял любые её прихоти, соглашался на любые её идеи — вроде её проклятой работы с бесконечными разъездами. Спрашивает, чего же ей ещё, чёрт возьми, не хватает?       Тэхи же говорит единственный ответ, который ей известен: ей не хватает в нём мечты. Она никогда не просила гнуться ради неё на нелюбимой работе. Более того, она влюбилась в мальчишку с мечтой… И, возможно, она виновата в том, что не сумела вернуть ему эту мечту назад и позволила Мигёну отдаляться от неё всё дальше. Но это же он сделал свой выбор… а она, как дура, не воспротивилась должным образом. Впрочем, всё это уже, наверное, и неважно.       Или нет, важно: это важно помнить, чтобы не загубить другого мальчишку с не менее большой мечтой.       В конце концов, Тэхи больше не может участвовать в этом безумном обмене криков и обид: она не может поверить, сколь многое замалчивал Мигён вместо того, чтобы обсуждать всё сразу и решать разногласия. Им Тэхи просто разворачивается и уходит прочь, только подхватывая в прихожей свой верный чемодан. Мигён что-то кричит ей вслед, но Тэхи не реагирует: ещё перед ним она держалась, но уже при выходе из квартиры она позволяет себе заплакать. И отчаянно хлюпает носом в лифте, а после и на ночной улице, по которой Тэхи бездумно шагает некоторое время: в их спальном районе ночью пустынно и тихо, и слышен только шум колёсиков лёгкого чемодана, что Тэхи тянет за собой следом.       Дойдя до первой попавшейся скамейки, Тэхи тут же на неё падает и смотрит перед собой пустым взглядом. Она осознаёт, что ей некуда идти. В Сеул они с Мигёном перебирались по отдельности, причём ему квартиру — ту самую, с которой она сбежала — подарили родители, Тэхи же перебивалась съёмными квартирами вместе с подругами по колледжу. Уже потом они с Мигёном пересеклись, и… Тэхи трясёт головой. Это всё уже неважно.       Важно, что ей некуда идти, а уже довольно поздно. Им Тэхи невольно ёжится: перспектива ночевать на улице совсем не радует, но она не представляет, кого бы могла побеспокоить в это время. Разве что… Чонгук. И другие из BTS. Тэхи кивает самой себе и тут же вызывает такси, даже не додумываясь позвонить тем, до кого собралась добраться.       В такси она называет адрес общежития BTS, после чего под подозрительным взглядом водителя начинает копаться в своём чемодане. Одежды совсем немного — Тэхи ведь всегда берёт в поездки по минимуму, чтобы не было тяжело таскать чемодан; но нужная ей толстовка с глубоким капюшоном, к радости Тэхи, обнаруживается, и она её немедленно надевает. После чего смотрится в зеркало заднего обзора, в котором ловит подозрительный взгляд водителя, и мило ему улыбается. Что ж, на случай, если вдруг поблизости общежития окажутся фанаты парней, Тэхи сможет спрятать своё лицо.       И уже возле общежития, где, к счастью, никаких фанатов не наблюдается, Тэхи понимает, что нужно совершить один из тяжелейших шагов: позвонить Чонгуку. Почему он один из тяжелейших… Да потому что конец тура они друг другу подпортили. Можно подумать, будто это полностью её вина, раз уж это она заявила, что у них пока нет никакого романа, но ведь нет! Чонгук мог бы хоть немного усмирить свой темперамент и задуматься, почему она так сделала; и необязательно было строить из себя обиженного и оскорблённого. Можно было бы вести себя, как ни в чём не бывало, как раньше — нуна и донсен, что друг друга раздражают, но при этом постоянно вместе.       Но Чонгук выбрал другой вариант, чем изрядно расстроил саму Тэхи.       Тэхи находится через дорогу от общежития; вдоль газона стоит ограждение, на которое она присаживается, держа в руках телефон и палец, занесённый над «Позвонить». Секунды терзаний, и Тэхи всё же жмёт кнопку, после чего прижимает телефон к уху и начинает напряжённо вглядываться в окна. Она никогда не была у них в общежитии, знает только адрес, но Тэхи уверена, что те окна, в которых горит свет — квартира BTS.       Чонгук заставляет её понервничать тем, что довольно продолжительное время не берёт трубку, но в итоге она всё же слышит его язвительное:       — Доброй ночи, нуна! — последнее он произносит саркастически, и Тэхи прижимает ладонь ко лбу, понимая, что таким вредным способом Чонгук исполняет её требование обращаться к ней соответственно.       — Чонгукки, привет, — неловко отвечает ему Тэхи. Её голос ощутимо неуверен, а сама она глупо мнётся. — Ммм, привет…       — Да, я тоже рад тебя приветствовать, нуна, — Чонгук всё ещё держит язвительный тон, но в следующий момент почти мурлычет в трубку, как довольный кот: — Ты что, стесняешься говорить со мной по телефону? Никогда бы не подумал, что ты можешь быть настолько милой…       — О, замолчи! Кто тут стесняется! — тут же открещивается от этого Тэхи. — Просто, ммм… Я стою возле вашей общаги.       Несколько продолжительных секунд Тэхи слышит только дыхание Чонгука.       —…серьёзно? — будто просыпается он, и Тэхи слышит шебуршание и топот, а после — звук отдёргиваемой занавески. Тэхи наугад машет рукой в окна и улыбается, слушая изумлённый выдох Чонгука. — Ого…       — Могу ли я… заглянуть к вам? И… переночевать, — всё ещё тушуется Тэхи. Просить о подобном довольно неловко.       — Э, да, да, конечно! — всё ещё ошарашенный Чонгук нервно тараторит.       — Ты не мог бы спуститься? Я вижу, у вас здесь всё серьёзно, охранник… — Тэхи переходит дорогу, вглядываясь через стеклянную поверхность дверей в помещение холла. — Как бы он не принял меня за вашу фанатку… Может не пустить.       — Да, да, бегу! — судя по топоту, Чонгук и правда бежит; Тэхи не в силах подавить улыбку умиления, убирая телефон в карман толстовки. В общежитие она заходит уверенно и с радостью подмечает Чонгука, который всеми силами старается выглядеть незапыхавшимся.       — Точно, вот этот сталкер, что преследует нас уже не один год, — неожиданно заявляет Чонгук с серьёзным лицом охраннику, и последний кивает, сурово глядя на Тэхи и поднимаясь со своего места. Она удивлённо и испуганно раскрывает рот — и тут Чонгук с охранником начинают дружно смеяться.       — Видела бы ты своё лицо! — смеющийся Чонгук подмечает её чемодан и хмурится, но без слов выхватывает его из её рук и машет ладонью, зовя за собой. Тэхи опасливо косится на охранника, но тот лишь добродушно улыбается и кивает; поэтому она следует за Чонгуком.       И вот, несмотря на довольно милый телефонный разговор и очередной мини-розыгрыш от Чонгука, между ними висит довольно неловкая и даже мрачная атмосфера, пока они поднимаются в комнаты BTS.       — Это было совсем не смешно, — отваживается нарушить первой молчание Тэхи, и Чонгук хмуро фыркает.       — Ты просто себя со стороны не видела.       — Ну да… Ох, прости, что я так поздно, вы наверняка уже спите… — начинает тараторить Тэхи, и в этот момент Чонгук раскрывает двери их квартиры — и их почти сносит гулким радостным смехом Тэхёна, за которым не сразу слышится смех других участников. Чонгук иронично смотрит на неё, и она пожимает плечами. — Ну, всё равно звонок был довольно поздний.       — Гукки, ты куда пропал? — высовывается в коридорчик Чимин и удивлённо вытаращивается на Тэхи, которая, снимая обувь, смущённо улыбается и машет ему рукой. — О. Нуна. Ты где взял Тэхи-нуну? Всё-таки решился выкрасть принцессу из башни?       — Что, тут Тэхи-нуна? Нуна, привет! — слышится голос Ви, но сам он не появляется; на плечи Чимина, который застыл в дверном проёме (как потом Тэхи выяснит, там кухня), вешается сначала Намджун, потом Хосок, и вприкуску — Джин. Всем им Тэхи неловко улыбается и приветственно кивает.       — Тэхи-я, давно не виделись! Уже соскучилась? — насмешливо спрашивает Джей-Хоуп, поскольку виделись они несколько часов назад, а до этого больше месяца друг другу надоедали в туре.       — Я соскучился! — слышится голос Ви, но сам он, очевидно, что-то ест, а по еде он всегда скучает больше, чем по Тэхи-нуне.       — Я работать пытаюсь! Что за шум? — раскрывается дверь в одну из комнат, и в коридоре теперь появляется и Шуга, которому Тэхи даже кланяется и извиняется. Лицо Юнги удивлённо вытягивается. — О. Здорово, Тэхи.       — Ты работаешь, оппа? — робко спрашивает Тэхи. — Так поздно?       — Всё, заткнитесь, должен писать, пока прёт вдохновение! Тэхи, будь как дома! — Шуга исчезает за дверьми, и все лишь пожимают плечами.       — Всё, с приветствиями закончили? — интересуется Чонгук, хватает ойкающую Тэхи за руку и тянет за собой.       — Ууу, в своё логово тащит! Осторожнее там, нуна, не потони в мусоре! — смеётся напоследок Чимин, и Тэхи успевает показать ему большой палец перед тем, как Чонгук затаскивает её в свою комнату. Он уже хвастался тем, что отвоевал себе отдельное жилье в суровой и страшной битве с хёнами: игре «Камень-ножницы-бумага». Очевидно, неспроста… потому что от вида бардака в комнате Чонгука у Тэхи раскрывается рот.       Сам Чонгук, сделав несколько бессмысленных попыток убрать хоть что-то, в итоге надевает на лицо уверенное выражение: мол, я художник, я так вижу, мне комфортно, я прекрасно знаю, где что лежит, это всего лишь творческий беспорядок. А у Тэхи даже слов для нравоучений не находится при обзоре хаоса: одежда, перемешанная с комиксами и мангой, книгами, наушниками — сломанными и новыми, какие-то диски и море-море всего — и это всё разбросано везде, где только можно. Тэхи застывает истуканом на самом пороге, боясь хоть на что-то наступить.       — Чонгук-а… У меня нет слов.       — Вот и отлично! — радуется Чонгук отсутствию новой порции нравоучений, смахивает с кровати мангу и приглашает жестом её присесть. Тэхи, осторожно передвигаясь, всё же садится на мягкий матрас и кладёт руки на колени. Чонгук садится рядом, и они оба молчат. Что ж, неловко.       И всё же… обозревая даже этот бардак, вспоминая шумных ребят, поглядывая на несколько смущённого Чонгука, у Тэхи возникает ощущение, будто она дома. С этими ребятами она везде будет дома.       — Спасибо, Чонгук, — тихо заговаривает Тэхи, и макне с готовностью поворачивается к ней лицом, одну ногу подгибая под себя. — Мне… некуда было идти, кроме как к тебе.       — Что произошло?       — А ты как думаешь? — с грустной улыбкой говорит Тэхи. — Я разобралась, — она поднимает ладонь и демонстрирует отсутствие кольца. Чонгук смотрит слегка изумлённо, и Тэхи это даже обижает. — Что? Ты не думал, что я так сделаю?       — Нет, но… он просто выгнал тебя? Какого чёрта? Ночью, на улицу, зная, что тебе некуда идти? И почему ты мне не позвонила сразу?       — Я сама ушла, у него не было шанса мне возразить, — фыркает Тэхи, отворачиваясь от Чонгука, но он хватает её за подбородок.       — А мне почему не позвонила?       — Я позвонила, — медленно отвечает Тэхи, опуская взгляд, — просто не сразу.       — Боже! Какая ты иногда дура, Тэхи! А если бы что-нибудь случилось?!       — Ну прости, прости!       Чонгук опускает руку, освобождая её подбородок от хвата, но продолжает внимательно смотреть в её глаза. И Тэхи смотрит в ответ так же пристально и не отводя взор: отныне ничто и никто не заставляет отводить глаза. Она свободна и от внутренних преград, и от внешних. Теперь Тэхи имеет право смотреть на Чонгука так, как она пожелает. И она видит его — вредного, раздражающего, но любимого, которому так нравится быть уверенным и смелым; но под этим её новым взглядом Чонгук смущается, первым отводя взгляд в сторону и закусывая губу. Тэхи расплывается в улыбке.       — Айгу, мой милый Чонгукки, — сюсюкает она и протягивает руку, чтобы растрепать его волосы, но Чонгук перехватывает её ладонь — не грубоватым движением, а аккуратным; и Тэхи чувствует мурашки в тех местах, где кожи касаются его пальцы. Он вновь смотрит на неё — с некоторой злостью, и Тэхи не сдерживает смешка. Как это в стиле Чонгука — злиться на неё из-за того, что она довела его до смущения и назвала милашкой.       — И что это, Тэхи? — она продолжает улыбаться, и Чонгук удивлённо добавляет: — Что, даже не рассердишься, что я не зову тебя нуной?       — Не-а, — качает в отрицании головой Тэхи. — У нас же тайный роман.       — Неужели? — фыркает Чонгук; вопреки своему тону, он всё же переплетает пальцы их рук. Тэхи видит в глазах Чонгука недоверие и надежду.       — Да. Теперь ты будешь выглядеть меньшим преступником, если нас раскроют. Представь, если бы общество выяснило, что ты замужнюю даму соблазняешь?       — Было бы неловко…       Неожиданно дверь трещит и распахивается, заставляя Чонгука с Тэхи вздрогнуть; в комнату вваливается вся группа, причём внизу образовавшейся кучи-малы оказывается — неожиданно — Мин Юнги. Чонгук с сердитым вскриком вскакивает на ноги прямо на кровати, возвышаясь над всеми разъярённой фигурой; а Тэхи может лишь фыркнуть от осознания того, что их подслушивали.       — Кхм, я тут текст писать закончил… — как бы между прочим произносит Шуга. — Решил зайти, показать.       — Очень мило с твоей стороны, оппа, — вежливо подмечает Тэхи, кивая. — А что же с остальными?       — Я так давно не видел Гукки…       — Тэхи-я, ты просто озвереешь, увидев, какие я тебе новые танцевальные движения забахал…       — С меня ночной перекус!..       — Тэхи, я, кажется, сломал твой чемодан…       — Нуна, это что же, огромный торт отменяется? — Ви, находящийся на самой вершине оправдывающихся мемберов, задаёт прямой и непосредственный вопрос. И правда, Тэхи ведь обещала ему огромный свадебный торт… Она неосознанно кидает взгляд на Чонгука, который перехватывает её взор и расплывается в коварной усмешке.       — Я подумаю над этим вопросом, — неожиданно для Тэхи произносит Чонгук. Она успевает только в возмущении раскрыть рот, как макне с боевым кличем безжалостно напрыгивает на своих хёнов сверху, окончательно придавливая несчастного Юнги.       Вот только наказание хёнов превращается в мучения макне, потому что все единодушно против него объединяются. Тэхи наблюдает за потасовкой парней с улыбкой, с ногами забравшись на постель Чонгука. Впервые за долгое время Чонгук не терзается внутренними демонами, что были порождены её стремлением уйти, поэтому шуточная драка таковой и остаётся — BTS счастливы выпустить пар после суматошных дней. И Тэхи в очередной раз поражается количеству энергии, что в них находится.       Но эта фраза Чонгука… «Я подумаю». Что за глупый дурак! Тэхи счастливо улыбается, пряча лицо в коленях и краем глаза наблюдая за Чонгуком, что радостно смеётся в окружении своих хёнов. Что ж, она рада, что он хотя бы подумает. Но чёрта с два она допустит, чтобы их отношения помешали восхождению его мечты. Свадьба… свадьба определённо создаст трудности для его мечты.       И Тэхи понимает, что с Чонгуком ей никакой свадьбы и не нужно. Ей лишь нужно, чтобы был шанс наблюдать за тем, как он достигает своей мечты, покоряет всё новые высоты. Ей лишь хочется помочь пройти ему весь этот путь и преодолеть все препятствия, что могут пошатнуть его веру. Жизнь рядом с ним, рядом с BTS… Тэхи улыбается. Кажется, её собственная мечта только что найдена. И она уже в ней живёт.