- Знаю, что прошёл лишь год, но... Ты выйдешь за меня?

— Лиз, у вас с Даней уже завтра годовщина? — спросила Даша, садясь рядом с подругой на чёрный диван, стоящий в гостиной дома Юлика. На эти слова Лиза лишь кивнула, наклоняя голову к книге ещё сильнее и пытаясь скрыть счастливую улыбку. Прошёл почти год с того дня, как он признался ей в любви и они начали встречаться. Этот год пролетел настолько быстро и незаметно, что порой ей даже казалось, что эти двенадцать месяцев были лишь прекрасным сном, и она вот-вот проснётся. Это были лучшие месяцы в её жизни, которые она провела с любимым ею до безумия человеком. —…роить вечеринку, тем более, Новый год ведь зав… Эй, ты меня слушаешь вообще?! — возмутилась Зарыковская, заметив, что подруга опять ушла в себя. — Да-да, — отмахнулась та, но спустя пару секунд до неё дошёл смысл сказанных слов. — Стоп, что, блять?! — Хах, наконец, очнулась. Нет, так не пойдёт, — Кашин совсем тебе голову вскружил! Где моя подруга, не верующая в любовь и вечно подкалывающая меня на тему моих отношений с Юликом?! — засмеялась девушка, возмущённо взмахивая руками и театрально прикладывая их ко лбу. — Если вдруг вы с Юликом расстанетесь, то к Кузьме не лезь, он же актёр, — с такой бездарностью в творчестве встречаться точно не станет! — сказала Света, падая рядом с подругами. — Что ты к ней пристала? Отыгрываешься за ноябрь? — спросила она, припоминая большую часть шуток Лизы над Зарыковской и Онешко во время первого месяца их отношений. — Нет, ну, а что она вообще никого, кроме Кашина, не замечает?! Совсем про друзей забыла, влюблённая дура! Даже я так себя не вела в первые месяцы! — обиженно проговорила та, отворачиваясь от Светы и продолжая сверлить девушку взглядом. — Не пизди мне тут! Ты вообще себя помнишь?! «Юлик то, Юлик сё»! Так и хотелось заорать — «не еби мне мозги со своим придурком»! Заебала со своим Юликом! — возмутилась Света, встав на защиту подруги. — Так, блять, девочки, не ссоримся, ваша помада у меня! — пошутил Данила, проходя мимо девушек с какими-то коробками в руках. Поставив их на пол рядом со столом, он потрепал Лизу по голове и, чмокнув в щёку, ушёл обратно к друзьям, в данный момент снимающим видео на канал Кузьмы. — Помаду нашли, а теперь поподробнее про вечеринку, — опомнилась блоггерша, вопросительно заглядывая в глаза девушке Юлика. — Ну, завтра в семь вечера собираемся у Кузьмы, так как погрома здесь я не потерплю, и Юлик об этом знает. Годовщина у вас завтра, и Новый год тоже завтра. Вот они и решили совместить. Нет, ну что ты на меня так смотришь?! Я тоже лишь несколько минут назад узнала! — под грозным взглядом Лизы оправдывалась Зарыковская. — А я ещё два дня назад, — как бы между прочим сказала Света, обращая на себя недовольные взгляды девушек. — Я думала, что вы уже знаете, как-никак, это ваши парни предложили! Вон, они, кстати, идут, у них и спрашивайте! — перевела стрелки Дейдример, показывая пальцем на дверь, в которую вошли представители мужского пола. Даня, увидев рассерженный взгляд своей девушки, повернулся к Свете с вопросом в глазах, на что она отрицательно помотала головой. — Юлик, блять, ничего тебе доверить нельзя! — поворачиваясь к другу, выругался Данила. — Чт…? Даша, я же просил! — поняв, что к чему, в свою очередь выругался Онешко, обращая взгляд на Зарыковскую. — А я… Во всем виновата Света! — вскрикнула та, прячась за Лизу, спасаясь от Дейдример, которая кинула в неё довольно-таки большой подушкой. — Дантес, какого чёрта? — спросила блоггерша, беря подушку, так и непопавшую в Дашу, и запуская её в Кашина. Тот, быстро среагировав, поймал её. — Лиз, ну прости, мы вообще не хотели вам до завтра говорить. Кто же знал, что Юлик окажется таким болтуном, не умеющим держать свой язык за зубами! — сказал он, кидая злосчастную подушку в парня Даши. — Ебучий Юлик… — проворчала Света, наблюдая за поднимающимся с кресла парнем, который в ту же секунду был усажен обратно увесистой подушкой, попавшей ему по лицу. Его действия, вместе со словами Турбиной, вызвали волну смеха у всех находящихся в комнате, заставляя согнутся Дашу и Настю в приступе хохота. — Так, значит, завтра в восемь у Кузьмы? — спросила Лиза, подходя к своему парню. Тот лишь кивнул, притягивая её к себе за талию, на секунду отрывая взгляд от разворачивающейся перед ними картины. — Мог бы и раньше сказать, ебучий держатель слов, — проворчала девушка, прижимаясь спиной к блоггеру и наблюдая за тем, как Света пытается догнать Дашу, убегающую от неё с громким смехом и пытающуюся попасть в неё двумя большими подушками, неизвестно как появившимися у неё в руках. — Всё будет по-праздничному? Ну, девушки в платьях должны быть? — спросила Шпагина, садясь на коленки к Руслану. На это он, перекинувшись взглядами с Кузьмой, кивнул и опасливо посмотрел на свою девушку, на чьём лице взыграла недобрая ухмылка. — Лиза, ты знаешь, что это значит? — поворачиваясь к ней, спросила Настя с предвкушающей улыбкой. — Что? Дань, ты серьёзно, платье?! — поворачиваясь лицом к ДК, спросила она, на что, получив в ответ усмешку и положительный кивок, начала вырываться из крепких объятий. — Нет-нет-нет. — Да-да-да! — в унисон сказали Даня и Настя, поле чего Кашин ещё крепче обнял Лизу, ни оставляя не единого шанса на побег. — Да идите вы все нахуй! Сами свои платья носите, а я их не надену даже под дулом пистолета! — Это обязательно и для всех, так что сколько не выёбывайся, дорогая моя, а платье всё равно придётся надеть. Так что, Лизонька, не еби мозги ни себе, ни нам, стой и думай над тем, как ты до такого докатилась, — с видом великого философа закончил парень, после чего, взглянув на обречённое лицо Лизы, улыбнулся во все тридцать два зуба. — Ну, не, блять, я побежала покупать камеру. Это надо будет запечатлеть! Лиза в платье! Охуеть, не встать! — сказала Света, сидя с шокированным лицом на полу, кося глаза. Гостиная, в который раз за день, взорвалась громким хохотом.

***

      Это было очень сложно, но Лизу всё-таки уговорили надеть платье. С горем и ненавистью ко всему живому пополам, но она его всё-таки надела.       Когда она с подругами приехали к Кузьме в десять, опоздав из-за долгих сборов и пробок, которых, по сути, не должно было быть в новогоднюю ночь, их уже заждались гости. Света сразу пошла к ждавшему её Совергону, Настя побежала на поиски Руслана, а Даша и Лиза пошли к своим «кавалерам», разговаривавшим с полу-пьяным Кузьмой в углу гостиной. — Привет! — поцеловав Дашу, улыбнулся Юлик, а Кашин застыл на месте, точно статуя. — Ты невероятно красивая, Лиз, ну, в общем-то, как и всегда! — обняв девушку, сказал Кашин, впиваясь в её губы. — Спасибо. Отойдём? — спросила она, утягивая Даню в другую часть дома, где музыки почти не было слышно. — Что случилось, Дань? — А что случилось? — непонимающе спросил парень, хотя в глубине души он знал, о чем она говорит. — Не притворяйся умственно-отсталым, Кашин! Ты какой-то нервный, будто бы, блять, на иголках, а такое случается очень редко и только по очень важным причинам. Я же знаю тебя, так что не пытайся навешать мне лапши на уши. — Ладно, обманывать тебя нет смысла, но я пока не могу сказать. Обещаю, что всё расскажу сегодня же, но чуть попозже, окей? — Хорошо, но ты же знаешь, что теперь тебе придётся выполнить своё обещание в независимости от обстоятельств! — несильно ударив его по плечу, улыбнулась девушка. — Идём, нас ждут!       Спустя полтора часа все собрались в гостиной под предлогом того, что каждому, по традиции, нужно будет сказать речь или хотя бы пару слов. Пьяные, полу-пьяные и трезвые ещё минут десять-пятнадцать собирались прежде, чем кто-то начал, взяв в руки микрофон. Спустя ещё десять минут очередь дошла и до Кашина, который, по непонятным для большинства причинам, очень сильно нервничал. — Я не мастер речей, и стараюсь избегать их при любой возможности, но не сегодня. Этот год невероятно сильно повлиял на мою жизнь. Всё началось с того, что именно тридцать первого числа прошлого года я признался в чувствах одной очень хорошей девушке, что для меня само по себе было очень проблематично, вы же знаете, что насчёт «смелого ссыкла» я ни капельки не шутил, а она ответила взаимностью. Да ещё и как, блять, — под бой курантов! Романтическая хуйня, да, знаю, но очень важная для меня хуйня,  — послышались первые удары курантов, но никто не обратил на этого внимания, с придыханием слушая Данилу. Один. — С тех пор мир встал с ног на голову. Два. — Я, если честно, никогда не думал, что смогу влюбиться настолько сильно. Три. — А потом это ещё и переросло больше, чем влюблённость, — ебучая любовь. Четыре. — И именно месяц назад я понял, что это навсегда, как это бывает в этих фильмах для плаксивых девочек, которые мы терпеть не можем, но так и есть. Пять. — Я понял, что ты, Лиза, лучшее, что есть в моей жизни, только вот пока неофициально. Шесть. — Но ничего, я это исправлю. Семь. — Знаю, что прошёл лишь год, но это был лучший год в моей жизни. Восемь. — Теперь я хочу, чтобы каждый год был таким. Девять. — Хочу каждый год проводить с тобой. Десять. — Поэтому… — парень достал из кармана чёрную бархатную коробочку, открывая её. — Ты выйдешь за меня, Лиз? Одиннадцать. — Блять, Кашин, ты серьёзно думаешь, что я откажусь от единственной возможности избавиться от своей фамилии? Конечно, да! — улыбаясь, ответила она. Двенадцать.       Он достаёт кольцо со счастливой улыбкой на лице, надевает его ей на палец, после чего поднимается и нежно целует. Звуки взрывающихся салютов, поздравления друзей и всё остальное уже просто не имеет для них никакого значения. Они счастливы, а всё остальное подождёт.