Северо-Западный Проход (Northwest Passage)

Воскресенье, 21 октября Девять часов в самолете – даже в первом классе с доступом в Интернет, роскошным креслом и персональным обслуживанием – Шерлоку Холмсу все равно показались почти таким же адом, что и реабилитация. Еще до выписки ему удалось вынудить одного из врачей выдать ему сразу четыре таблетки снотворного. Теперь он принимал по одной штуке всякий раз, когда бодрствование затягивалось дольше десяти минут, необходимых для посещения уборной. Впрочем, Шерлок все равно сохранял ясное сознание достаточно долго, чтобы прийти к выводу, что следовало потребовать у Майкрофта личный самолет. Летное время тогда, конечно, увеличилось бы, потому что пришлось бы делать остановки на дозаправку, но это, по крайней мере, избавило бы от общества идиотов. Возможность свободно раскошелиться на билет первого класса еще не гарантировала высоких интеллектуальных способностей. Скорее уж, наоборот. Наконец, Шерлок высадился в Международном аэропорту Калгари и с презрением осмотрелся. Да уж, он ждал чего-то… большего. Попутешествовав по Европе, Шерлок успел составить себе определенное представление о том, как должен выглядеть приличный международный аэропорт, и Калгари до этого образа явно не дотягивал – не хватало упорядоченности. Но, само собой разумеется, в сравнении со следующим аэропортом этот был чуть ли не Хитроу. Из Калгари на маленьком шестнадцатиместном самолете он отправился в местечко с не предвещавшим ничего хорошего названием Аэропорт Литтл Прейри, который в принципе едва ли можно было вообще назвать аэропортом. Всего один терминал и ни единого телетрапа. Вместо этого к люку подкатывались лестницы, а затем спустившимся пассажирам предлагалось ждать выгрузки багажа прямо на летном поле. По крайней мере, при таком подходе не приходилось торчать у багажной ленты. Дожидаясь своих сумок, Шерлок со все возрастающим ужасом от мысли, как капитально он вляпался, оглядывался по сторонам. Диспетчерский пункт здесь был в три этажа высотой и скорее походил на взгроможденную на бетонное основание комнату. Также в зоне видимости имелось две взлетно-посадочных полосы и единственное одноэтажное бетонное здание Г-образной формы, с крохотными окошками в стенах. Территорию аэропорта оградой не обнесли, но коров, по крайней мере, изолировать потрудились. Как минимум, Шерлок решил, что это именно коровы. Но, возможно, это были быки. Ему никогда не случалось расследовать преступление, в котором эти животные были бы как-то замешаны, а потому он понятия не имел, что они из себя представляют. С тем же успехом они могли оказаться хоть яками. Шерлок обернулся вокруг собственной оси и не обнаружил ни одного строения выше диспетчерской. В поле зрения не было ни единого ночного клуба или бара – во всяком случае, ни одного такого, куда он захотел бы зайти – и он сильно сомневался, что даже накачавшись наркотой до бровей, сумеет здесь обнаружить человека, который стоил бы затраченных на соблазнение усилий. А ведь он еще не добрался до конечного пункта всего путешествия. В итоге, багажа у Шерлока оказалось больше, чем у трех других пассажиров, вместе взятых: ручной чемодан, чемодан на колесиках, портплед, сумка с ноутбуком и футляр со скрипкой. Ему ведь сказали собираться для длительной поездки за границу. Шерлок тогда моментально нарисовал в воображении Швейцарию и, более того, целых три дня посвятил поиску горнолыжных курортов, на которых ему, возможно, захотелось бы побывать. Теперь же, до конца осознав ожидающие его в будущем мрачные перспективы, Шерлок решил, что обязан немедленно отыскать способ удрать из Канады (исходя из предположения, что именно там он и находится) и вернуться в Англию, чтобы прикончить брата. Шерлок все еще топтался на летном поле, пытаясь решить, как унести весь свой багаж, когда рядом возник человек, весьма походивший на услужливого стюарда. По крайней мере, Шерлок предположил, что это стюард: добровольно запаковаться в темно-синюю синтетику можно было, только если это – униформа. Как наиболее ценное имущество, сумку с ноутбуком и футляр со скрипкой Шерлок держал в руках. - Вот, - произнес он и подтолкнул ручную сумку, а затем, взмахом указав на портплед и чемодан, добавил. – Эти тоже мои. - Эм, вы, эм… Вы Шерлок Холмс? Серьезно? Это имя? – после сверки с изъятым из нагрудного кармана небольшим блокнотом спросил незнакомец. - Нет, титул. Мужчина уставился на него. Закрыв глаза, Шерлок свободной рукой потер затекшую шею. - Да, это я. В чем дело? – потребовал он. - Вот ваш самолет. Вон там, - ответил мужчина, кивая куда-то в сторону от бетонного бункера, считавшегося здесь аэропортом. - Естественно, если учесть, что я только что на нем прилетел, - отрезал Шерлок, без всякой приязни указывая на маленький самолет. - Да не этот. Вон тот, - возразил мужчина. Наклонив голову, он поднырнул под заостренный хвост аэроплана, чтобы продемонстрировать стоящий невдалеке крошечный, точно игрушечный, самолетик. Сверху он был выкрашен серым, снизу голубым, а через хвост шла выполненная черной краской надпись C-I173. Недоверчиво вытаращившись на него, Шерлок пару раз моргнул, прежде чем до него дошло, что там, опершись о крыло, стоит человек, давая какое-то представление о масштабах самолетика. Итак, это вовсе не уменьшенная модель, хотя определенно на нее смахивает. - Это не самолет, а игрушка, - ошалело заметил Шерлок, после того как слова «ваш самолет» окончательно дошли до него. Когда Майкрофт предложил эту поездку за границу, он согласился только при условии, что не придется проходить еще один курс нудной реабилитации. Теперь, шагая к крохотному аэроплану, он гадал, не планировал ли брат попросту окончательно от него избавиться в так удачно сложившейся авиакатастрофе в какой-то жуткой глуши. Может, тот хотел таким образом спровоцировать международный дипломатический инцидент с участием Канады? Стоявший, прислонившись к крылу, мужчина обернулся, разглядывая Шерлока сквозь коричневые стекла солнцезащитных очков. На незнакомце была громоздкая кожаная куртка и потрепанные джинсы, бахромой спускавшиеся на поношенные рабочие ботинки. Он оказался ниже Шерлока на шесть дюймов, но, как минимум, на стоун тяжелее, причем, если судить по тому, как обтягивали его джинсы, вся разница в весе приходилась исключительно на крепкие мышцы. Тратить деньги на замену вполне еще ноской одежды было явно не в его стиле, но зато он выбирал дорогие и качественные вещи: солнцезащитные очки от «Oakley» в Лондоне стоили бы почти шестьсот фунтов, а куртка, как бы она ни была изношена, казалось, когда-то вышла из-под руки дизайнера. В любой другой ситуации Шерлок немедленно попытался бы выяснить сексуальную ориентацию незнакомца. Грубоватая, но приятная внешность притягивала, хотя совершенно не соответствовала типажу, как мужскому, так и женскому, обычно привлекавшему к себе его внимание. Но Шерлок никогда не принадлежал к людям, позволявшим себе обмануться первым впечатлением. Кем бы этот мужчина ни был, его выбором стала жизнь здесь, что указывало на таившийся где-то внутри него некий глубокий изъян. За привлекательной внешностью, возможно, скрывался скучный до невозможности человечек, а у Шерлока имелись весьма высокие стандарты даже для партнеров на одну ночь. - Капитан? – окликнул сопровождавший Шерлока стюард. - Чтобы быть настоящим капитаном, нужно и самолет иметь настоящий, - пробормотал Шерлок. - Господи, ты сколько багажа притащил? – выпалил так называемый «капитан», предварительно оглядев Шерлока с головы до ног и только потом переведя взгляд на его вещи. - Рисковать чем-то, что мне дороже носков, проверяя грузоподъемность этой фиговины, я не собираюсь, - отрезал Шерлок. Вместо того чтобы разозлиться, капитан отрывисто рассмеялся. - Поступай, как знаешь, - произнес он, на мгновение запуская руку в передний карман. Наружу он ее вытащил вместе со свернутой в трубку стопкой ярких купюр. Отделив синюю банкноту, он протянул ее стюарду. Чтобы принять деньги, тому пришлось поставить чемоданы на землю. - Благодарю, капитан, - улыбнулся мужчина и, по поданному знаку, бросился прочь. - До дома плюс-минус шестьсот пятьдесят километров. Вряд ли ты захочешь идти пешком. - Шестьсот… Да мы уже черте где, - бросил Шерлок, борясь с желанием положить футляр со скрипкой и скрестить руки на груди. Мужчина отвернулся и забрался в самолетик. При этом куртка у него задралась ровно настолько, чтобы показалась закрепленная с левого бока кобура – скорее всего, пистолет 45 калибра, хотя Шерлоку нужно было увидеть больше, чтобы сказать наверняка. Для чего здесь может понадобиться пистолет, Шерлок представить не мог. Разве что у коров имелась склонность к внезапным вспышкам бешенства. - Так ты идешь? – заняв свое место, окликнул «капитан». Шерлок оглянулся на бетонное здание аэропорта, нежно-голубое небо и пологие холмы. Казалось, во все стороны от них разливалось вечное небытие. Он подумал о том, что уже застрял здесь до тех пор, пока не попадет на самолет и не доберется до относительно цивилизованного Международного аэропорта Калгари. Подумал, что, возможно, проделает столь долгий путь, только чтобы обнаружить, что Майкрофт предупредил таможенников, пограничников или каких-то других представителей власти, что Шерлоку не разрешено возвращаться в Лондон. Медленно развернувшись, он вновь посмотрел на этого капитана с его дорогой курткой, пистолетом и узкими джинсами. Ему хотелось придушить Майкрофта за то, что тот вот так вот запер его. Хотелось вернуться домой, затеряться в лондонской ночи с ее вечеринками, партнерами, наркотиками, хоть чем-то, что может прогнать прочь серую скуку, разъедавшую его мозг с тех пор, как перестало ладиться с работой. Глубоко вдохнув, он подошел, держа в руках футляр со скрипкой, к самолету. Грузовой отсек позади расположенных в ряд кресел оказался совсем крошечным; Шерлоку придется держать ноутбук и скрипку на коленях, если он надеется запихнуть все внутрь, а с чемоданом этот номер, возможно, не пройдет вовсе. После секундного колебания Шерлок положил футляр и ноутбук на пустое сиденье. Ручная сумка прекрасно поместилась позади них, а портплед он пристроил сверху. Но вот чемодан туда не влезал, даже если воспользоваться паяльной лампой и ломом. Тогда, опрокинув его, Шерлок открыл застежки и принялся выгребать аккуратно сложенную одежду, сваливая ее в кучу поверх портпледа. Вместо того чтобы запротестовать, «капитан» рассмеялся. ~~~ На то, чтобы выбраться с загруженных воздушных трасс вокруг Литтл Прейри и вернуться в ведущие на север к Фэйрлейку леса, ушло двадцать минут. Джон не взвешивал вещи, которые Его Величество изволил взять собой, а потому оставался риск, что топливо закончится прямо над деревьями. Желания проверять, действительно ли такое возможно, не было. Нет, он остановится в Фэйрлейке и заправится там. Постоянно напоминая себе о данном обещании, Джон не спускал тревожного взгляда с топливной стрелки, не решаясь идти против ветра или увеличить скорость. По крайней мере, его пассажир, казалось, намеревался молчать, хотя любоваться открывающимися красотами явно не думал. Стоило набрать подходящую для полета в крейсерском режиме высоту и выровняться, как тот сложил свой багаж на коленях и на полу между ног, и, освободив руки, вытащил из внутреннего кармана пиджака мобильник. Нахмурившись, Джон бросил на соседа быстрый взгляд и только после этого осознал, что пиджак у пассажира, похоже, единственный. - Холмс сказал, что ты останешься здесь до… - Я Холмс. Шерлок Холмс, - перебил сосед и, возможно, желая припугнуть, наградил Джона пронзительным взглядом прищуренных глаз. – Считай это напоминанием, что сам ты до сих пор не представился. Усмехнувшись, Джон ответил: - Джон Ватсон. Другой Холмс сказал, что ты останешься до конца года. Вместо ответа Холмс фыркнул, раздувая ноздри, и продолжил заниматься телефоном. - Еще посмотрим, - пробормотал он скорее для себя, чем для Джона. Джон пожал плечами и вернулся к управлению самолетом. «Китфокс» отличался компактными размерами, низкой стоимостью и маневренностью, зато к этому прилагались бесконечные сбои в настройке приборов, а автопилотом даже и не пахло. Джон мог бы купить что-нибудь покачественнее, но не видел причин заморачиваться с этим. То, как работал «Китфокс», его совершенно устраивало, а за исключением испытательного полета и пары коротких вылазок в город с Молли, пассажиров он никогда не возил. По правде говоря, до него только сейчас дошло, что с тех пор, как этот дом перешел к нему, Шерлок станет первым живущим в нем чужаком. Много лет назад Джон приглашал архитекторов, инженеров и геодезистов, а снаружи целый месяц прожили рабочие, но те времена давно прошли. Даже пилоты, дважды в год доставлявшие пропан и дизельное топливо, не видели ничего, кроме внешних резервуаров. Конечно, его регулярно навещала Молли, но дольше, чем на обед, она не оставалась. От этой мысли у Джона сдавило в груди и закололо в пальцах, но он, глубоко вдохнув, сосредоточился на управлении. Он был в долгу у Питона, и, если, чтобы расплатиться, нужно принять нежелательного гостя, то так тому и быть. Факт, что упомянутый гость обладал просто потрясающей внешностью, все только усложнял, но Джон отыщет способ с ним примириться. Так что они летели, погрузившись в на удивление приятное молчание, которое было нарушено лишь под конец первой части полета, когда Джон включил микрофон. - Фэйрлейк, вызывает Чарли-Индия-один-семь-три, запрашиваю погодную сводку и разрешение на посадку для дозаправки. - Чарли-Индия-один-семь-три, это Фэйрлейк. Облачно, слабый снег, видимость удовлетворительная. Можешь смело садиться, как прилетишь. Как там Литтл Прейри? Прием. - Как обычно, Марк. Рад вернуться домой. Выпущу шасси через двадцать минут. - Тогда я приготовлю кофе, Джон. Конец связи. Джон бросил взгляд на Шерлока. Тот таращился на него так пристально, что Джон задумался, не является ли его гость кем-то вроде телепата, пытающегося прочитать его мысли. Разве в семидесятых в ЦРУ не устраивались похожие эксперименты? Твердо сказав себе, что перечитал романов о теории заговоров, Джон произнес: - Что-то не так? - Куда именно мы направляемся? – спросил Шерлок. У него был просто потрясающий баритон. Такой голос Джон был готов слушать, даже если его обладатель станет просто зачитывать телефонный справочник. - В Фэйрлейк, - ответил он, напоминая себе, что ему вообще-то полагается управлять самолетом, а не с вожделением таращиться на своего пассажира. – Дом расположен в пятидесяти минутах лета на север от аэродрома. - Ты летаешь домой. У тебя нет машины? Рассмеявшись, Джон покачал головой. - Ко мне не ведет ни одна дорога. Можно доплыть на лодке с достаточно низкой осадкой, но я не люблю грести, - он подавил желание потереть плечо и оставил руки лежать на штурвале. – Единственная альтернатива - квадроцикл или снегоход. Вместо того чтобы ответить, Шерлок опять отвернулся к своему мобильнику. - Уже час сигнал не ловит, - мрачно сообщил он. - Его здесь и нет, - подтвердил Джон. ~~~ Если Литтл Прейри был крохотным, то Фэйрлейк… ужасал. Посадочная полоса представляла собой всего лишь гравийную ленту, тянущуюся до хлипкого на вид автофургона. - А где вышка? – уточнил Шерлок. Джон коротко рассмеялся. - Никакой вышки нет, если не считать за нее охотничьи будки. После посадки, от которой у Шерлока осталось ощущение, будто у него перетряхнуло все кости, они развернулись в конце полосы и покатили в сторону открытого ангара, больше напоминавшего навес для автомобилей. Там стояли три небольших самолета, а неподалеку виднелся вертолет. Все они выглядели куда надежнее самолета Джона, и Шерлок задумался, во сколько ему обойдется аренда одного из них на то время, что он здесь пробудет. Не то чтобы он умел пилотировать, конечно. А еще здесь шел снег. В Лондоне снег был всего лишь досадной мелочью, вынуждавшей Шерлока изменять привычную одежду и стиль поведения, чтобы приспособиться к холоду, который не мог вытерпеть даже он. Из-за снега начинались пробки, приходили в негодность тщательно продуманные костюмы, а люди предпочитали носа на улицу не показывать. Здесь снег падал медленно, был густым и ослепительно-белым даже при тяжелой облачности, превратившей день в вечерние сумерки. Шерлок вздрогнул, глядя на то, как снежные хлопья скапливаются на лобовом стекле, но ощущение, что снаружи царит жалящий, острый как бритва холод, не приходило. Невольно в голове всплыли воспоминания из далекого прошлого о том, как они всей семьей проводили каникулы в Европе – настоящей семьей, с матерью и отцом, а не тем вызывающим горечь половинчатым вариантом, что остался для него и Майкрофта. Вспомнился горящий в камине огонь, теплые одеяла, стащенные с отцовской полки научные книги и подслушанные разговоры, которые его родители вели на смеси русского, французского и немецкого, как будто были уверены, что Шерлок в свои семь лет не поймет все эти три языка разом. - Нужно выбраться, размять ноги? – выключив мотор, спросил Джон. Из-за возникшего чувства, что он оказался заперт в гробу, Шерлок почти сказал «да». (С ним такое однажды случилось, но тогда это был несчастный случай, вызванный бурным сексом, из-за которого на крышку гроба опрокинулась шатавшаяся книжная полка, - ничего особо ужасного.) Но потом он заметил идущего к ним мужчину – пожилой, курит, привычен к холоду, на лице дружелюбная улыбка, движения небрежны – и понял, что если выйдет, от него будут ждать разговоров, и тогда это нежелательное посещение может затянуться даже дольше, чем необходимо для заправки. - Нет. - Как знаешь. Джон вышел, впустив в кабину поток холодного воздуха, который не потеплел даже после того, как дверца оказалась закрыта. Шерлок плотнее завернулся во вполне добротное пальто и обхватил себя затянутыми в перчатки руками, наблюдая, как Джон и другой мужчина – предположительно, Марк – болтают, заправляя самолет. Марк протянул Джону два картонных стаканчика с кофе, один вид которых едва не выманил Шерлока наружу. Спустя показавшиеся бесконечными восемь минут Джон допил свой кофе, а со вторым стаканчиком вернулся к самолету. Усевшись в кресло пилота, он предложил его Шерлоку. - Уверен, что ты в порядке? - Полностью. Отхлебнув кофе, Шерлок обнаружил, что это мерзкое пойло с добавлением суррогатных сливок, но оно было горячим, а прямо сейчас он напился бы дизельного топлива, если только от него стало бы теплее. Казалось, что у него даже позвоночник замерз. Джон как раз закончил проверять датчики и болтать с Марком, отвечавшим ему по портативной рации, когда Шерлок покончил с напитком. Теперь Джон, объезжая другие самолеты, продвигался к дальнему концу взлетной полосы. - Почти дома, - с ощутимым облегчением произнес он, стоило самолету начать разгоняться, приближаясь к не таким уж и далеким деревьям. Шерлок бросил на Джона быстрый взгляд, отмечая, как обмякли его плечи. Жесткие складки в уголках рта чуть ли не полностью разгладились, и Шерлок подправил свое мнение о возрасте Джона, сбросив с него пять лет. Любопытно. Джон был уверен в себе и спокоен, общаясь со служащим багажной службы в Литтл Прейри и Марком, но продолжал оставаться напряженным ровно настолько, чтобы это определенно нельзя было посчитать естественным. Расслабился ли он от мысли о возвращении домой, как это бывает у некоторых людей, или дело здесь заключалось в чем-то ином? Каким бы ни был ответ, Шерлок, вероятно, узнает его уже к концу вечера. Но учитывая, какая сокрушительная скука поджидает его в противном случае, он был рад даже этой ничтожной тайне. ~~~ Любой, кто встретил бы Джона в Фэйрлейке, вероятно, предположил бы, что под «домом» подразумевается хижина в одну комнату или сколоченная из чего ни попадя лачуга, вокруг которой стоят разобранные машины, валяется ненужная мебель и шастают по зарослям полуодичавшие псы. Реальность оказалась гораздо приятнее. Домик был небольшим, но теплым, хорошо обустроенным и содержавшим все необходимое. Здешняя земля принадлежала семье Джона годами, доставшись еще от прадеда, открывшего на ней рудную шахту. В разное время в этих лесах мыли золото, охотились и рыбачили, но, на самом деле, по-хорошему ею занялся только отец Джона, оставивший медицинскую практику сразу после вербовки сына в армию. Грунтовая взлетная полоса тут уже была, так что он только построил ангар для старенького семейного «Бичкрафта». Джон обменял шестиместный самолет на «Китфокс», а разницей оплатил постройку морозостойкого гаража для снегохода и квадроцикла. Сам дом состоял из четырех жилых комнат, небольшого чердака и погреба, который, если требовалось заняться ремонтом, давал свободный доступ к водопроводным трубам. Стены были сложены из бревен и тщательно проконопачены, в окнах стояли двойные рамы, а крышу покрывала надежная черепица. Джон щедро обновил имевшуюся систему электро- и теплоснабжения, установив аккумуляторные батареи, работающие на пропане и дизельном топливе генераторы и даже солнечные панели на тот редкий случай, когда в небе появлялось солнце. Топливные резервуары безопасности ради размещались в находившемся на приличном расстоянии сарае. Приземлившись, Джон подвел самолет как можно ближе к дому, оставил мотор работать на холостом ходу и оглянулся на заполнившую грузовой отсек стопку одежды. Когда Шерлок, выпотрошив чемодан, бросил его в Литтл Прейри, Джон удивился. Теперь он спросил: - Дать сумку или еще что-то, чтобы занести все это внутрь? Глаза Шерлока сузились, и он рассеянно кивнул, продолжая осматриваться, словно разрабатывал план побега. Джон очень надеялся, что ему не придется гоняться за лондонцем по лесам, а потом бороться с его и своей пневмонией. - Ладно. Пошли, - наконец, решил он и, выбравшись из самолета, под слабеньким снежком направился к крыльцу. Распахнув дверь, он вошел внутрь и, не побеспокоившись зажечь свет, двинулся сразу к камину. - Ты не запираешь двери? – спросил Шерлок. Его силуэт на мгновение, пока дверь за ним не закрылась, вырисовался на фоне серо-стального неба. - Вежливый гость сперва постучит, а кто угодно другой просто разобьет окно, если не сумеет попасть внутрь иначе. Ты хоть представляешь, что за геморрой достать здесь новое стекло? – ответил Джон. Уточнять, что, пока он сам дома, он с радостью встретит любого, кто рискнет пойти на такое, Джон не стал. Ну а ситуация, если подобное случится в его отсутствие, Джона не волновала. Все ценные вещи хранились в расположенном в спальне сейфе, который, если не знаешь кода, оставалось только взрывать. Джон опустился около камина на колени и чиркнул длинной спичкой. Топливо он приготовил еще до ухода, так что жидкость для растопки вспыхнула на раз, обхватив дрова лижущими языками пламени. - Почему ты это делаешь? -Что именно «это»? – Джон не сводил глаз с огня, наслаждаясь теплом, от которого покалывало лицо. – Разжигаю камин? - Банальность, - сухо отрезал Шерлок. – Почему я? И чем именно я должен здесь заниматься? Пожав плечами, Джон поправил полено. Щепки затрещали под его весом, но все же они успели разгореться достаточно, чтобы не опасаться, что едва занявшееся пламя погаснет. - Чем угодно, - оглянувшись, он увидел, что Шерлок замер возле одной из вытянувшихся вдоль стен книжных полок, хотя света для того, чтобы прочесть названия, явно не доставало. – Ты не рыбачишь? - Рыба… Нет, - выпалил Шерлок так, словно сама идея рыбалки вселяла в него ужас. Фыркнув, Джон положил на стальную решетку еще пару чурок и встал. Снял куртку, рассеянно удостоверился в успокаивающем присутствии на бедре пистолета. - Зачем же ты здесь тогда оказался? – спросил он и, лавируя между мебелью, двинулся на кухню. Ее от гостиной отделяла каменная арка. Внутри стояла пузатая печка, использовавшаяся как для приготовления пищи, так и для обогрева. Шерлок пошел следом, остановившись в проеме. - Что тебе сказал Майкрофт? Попытка уклониться от ответа заставила Джона оглянуться, но лившегося в окна мутно-серого света было явно недостаточно, чтобы разобрать хоть какие-то детали в выражении лица Шерлока. - Разве это важно? Ты взрослый человек, а не ребенок. Шерлок подошел очень тихо и спокойно – ни малейшего проблеска опасности, хотя Майкрофт предупредил Джона, что брат обладает потенциально вспыльчивым характером. Но нет, в движениях Шерлока чувствовалось удивление, почти что уязвимость, а не угроза, и Джону пришло в голову, что он мог сказать что-нибудь не то. Наконец, Джон нарушил молчание, протянув Шерлоку свой рюкзак. Он хранил его на кухне, чтобы, когда полетит в город, складывать в него продукты и прочие припасы. - Его должно хватить. Шевелись. Я хочу загнать самолет в ангар прежде, чем станет слишком темно, - произнес он и вышел, чтобы растопить камин в спальне. ~~~ Горящий камин в гостиной давал достаточно света, чтобы у Шерлока возник соблазн остаться и обследовать комнату в надежде отыскать хоть какой-то намек на то, из-за чего Джон Ватсон стал вести такую уединенную жизнь, но, похоже, вещи ему предоставили забирать самому. Перспектива выходить на улицу, где шел снег, уже была достаточно мерзкой. А непроглядная тьма вдобавок делала ее в разы хуже. Так что Шерлок все же рискнул высунуться наружу. Назад он вернулся, осторожно неся скрипку и ноутбук. В гостиной Шерлок открыл футляр, чтобы дать инструменту привыкнуть к температуре и влажности. Он не собирался браться за нее завтра, но само присутствие скрипки рядом успокаивало. Еще одного похода с успехом хватило, чтобы принести все остальное. Бросать чемодан в том крошечном аэропорте было не самой лучшей мыслью, но Шерлок обзавелся им заботами Майкрофта, так что и не думал переживать о случившемся по-настоящему. Джон тоже вышел на улицу, предположительно, чтобы загнать самолет в гараж, ангар или где он там укрывал его от непогоды, оставив Шерлока располагаться в доме самостоятельно. Тот моментально обнаружил примыкающую прямо к гостиной спальню - единственную спальню. Шерлок на мгновение замер, задумавшись, каких поступков ждал от него Майкрофт за это недолгое путешествие. Он должен будет… что? Соблазнить Джона? Может, все это очередная шпионская игра братца? Прислонившись к стене спальни, Шерлок прижал ладони к глазам, от души ненавидя, до чего вяло ворочаются в голове мысли. Окружающий мир во все горло взывал к нему, наполняя излишне отзывчивые органы чувств данными, но он не мог их обработать. Простейшие выводы, такие как прочтение служащего в последнем аэропорте, по-прежнему давались легко, но Джон казался куда более сложным. Возможно, Майкрофт хотел смерти Джона, и вместо того, чтобы отправлять к нему наемного убийцу, послал своего неуравновешенного, взрывного брата. Объяснить гибель человека непредсказуемостью характера выздоравливающего наркомана было бы гораздо легче. Возможно, он просто ждал, что Шерлок ловко спрячет тело или выбросит его на улицу на съедение медведям. - Шерлок? Шерлок резко обернулся на зов, который донесся, вроде бы, из гостиной. Вглядевшись в дверной проем, он увидел Джона. Тот держал в руках керосиновую лампу, оглядываясь с явным замешательством, но стоило ему встретиться с глазами Шерлока, как его лицо прояснилось. - А, вот ты где. Мне следовало спросить, пока мы были в городе. Аллергии ни на что нет? Я собираюсь заняться ужином. - Что? Нет. Оставив рюкзак и ручную сумку в спальне, Шерлок проследовал за Джоном в гостиную, а оттуда на кухню. Джон снял громоздкую кожаную куртку, и теперь стало видно мускулистое тело. Оно прекрасно подтверждало подозрения Шерлока, что Джон находится в очень хорошей, очень привлекательной форме. На его бедре все так же виднелся пистолет. Кожаная кобура, в которой тот хранился, была старой и потрепанной, но содержалась в хорошем состоянии. Секунды ползли с неторопливостью ледника, пока Шерлок впитывал в себя то, с какой непринужденностью Джон носит оружие, отмечал, что он сидит вооруженным у себя дома, но даже не утруждается запирать двери, оценивал его аккуратную, хоть и поношенную одежду, позу и волосы, выглядевшие так, словно два месяца отрастали после стрижки «под ежика». Итак, военный. Этот вывод вновь заставил Шерлока задуматься над мотивами Майкрофта, побудившими отправить его сюда. - Если ты хочешь занять спальню, то ничего страшного, - произнес Джон, повернувшись к Шерлоку спиной. Он поставил на округлую железную печку металлический чайник, а затем прошел в угол и повесил керосиновую лампу на кованый железный крюк над раковиной. Обратить внимание на закрепленную над головой стандартную лампу и имевшийся рядом с ведущей в гостиную аркой переключатель Джон и не подумал. - У тебя ведь есть электричество? – с растущим беспокойством уточнил Шерлок. Без мобильника он прожить еще мог, но вот без ноутбука и почты уже никак. Джон кивнул. - Основной генератор, резервный генератор, аккумуляторы и система-инвертор. Я стараюсь расходовать заряд по минимуму. Когда закончу с ужином, покажу, как пользоваться спутниковой связью. Несколько минут Шерлок прислушивался к тому, как Джон быстрыми уверенными движениями что-то нарезает. В кухне странным образом смешались примитивность (печка и керосиновая лампа) и роскошь (профессионально изготовленная деревянная мебель, кованые железные крепления и поручни, морозильник). При этом в ней было очень мало такого, что могло служить украшением, и совсем ничего, что указывало бы на особенности характера владельца – ни фотографий, ни каких-то безделушек, ни даже декоративных вышитых полотенец. Шерлок подумал, не выкурить ли сигарету. Сейчас он остро нуждался в химическом стимуле, который помог бы ему думать, но тут же почти что с ужасом осознал, что до ближайшего магазина множество миль. Когда выйдут его запасы, он останется совсем без никотина. Шерлок опять посмотрел на холодильник, на дверь, как он полагал, ведущую в кладовку, и попытался подсчитать, как часто Джону приходится отправляться в город за продуктами. Даже при условии, что едоков теперь двое, это может случиться через несколько недель. Наконец, мысли пришли в норму, и он спросил: - Где ты будешь спать? Это ведь твоя спальня? Не оборачиваясь, Джон пожал плечами. - Прекрасно обойдусь гостиной. Я не сплю помногу. - Как и я. Левая рука Джона застыла в воздухе, он бросил взгляд через плечо. - Только не подкрадывайся ко мне, пока я сплю. Я… не привык, чтобы здесь был кто-то еще. Внимательно всмотревшись в лицо Джона, Шерлок впервые заметил в его выражении сдерживаемый стыд. Он придумал и тут же отмел в сторону несколько наводящих вопросов, посчитав, что у него есть целая куча времени, чтобы удовлетворить свое любопытство. Если он, и правда, намертво здесь застрял, то нет никаких причин торопиться с раскрытием тайны, почему он тут оказался и кто такой на самом деле Джон Ватсон. ~~~ На ужин был простой стир-фрай из оленины с грибами, поданный с поджаренным кукурузным хлебом. Свой чай Шерлок сильно пересластил, видимо, чтобы компенсировать отсутствие молока или настоящих сливок. Джон даже не стал задумываться о том, чтобы предложить хранящийся в кладовке растворимый порошок. Было совершенно ясно, что Шерлок – человек больших городов и благ цивилизации, каким был и сам Джон несколько лет назад, еще до того, как решил уединиться в лесу. Снег за окном перестал. Джон вымыл посуду, и, поставив тарелки сушиться, произнес: - Пойду прогуляюсь. Чувствуй себя как дома. И постарайся не израсходовать всю горячую воду, если собираешься принять душ. В нагреватель помещается всего сорок галлонов. Шерлок пораженно воззрился на него. Джон подавил смешок, слишком легко представив, что Шерлок не отказывает себе в удовольствии подолгу поплескаться под горячим душем. Его брат хотя бы примерно представлял, в каких условиях живет Джон? Быть может, то, что он отправил Шерлока зимовать в столь примитивной обстановке, было просто изощренным приемом в постоянной войне, вызванной неким детским соперничеством? Мгновение спустя Джон вышел из кухни. Он надел куртку, перчатки и шапку, прежде чем окунуться в царящий снаружи холод. Температура колебалась где-то около нуля, как бывало время от времени, когда окончание снегопада приносило с собой потепление на градус-другой. Если завтра ничего не переменится, то к полудню солнце растопит нападавший слой снега в дюйм глубиной. Свои владения Джон обходил каждый вечер, проверял топливные резервуары, небольшой ангар, сарай, окна, крышу и стены дома. Иногда он ходил посмотреть на реку, но такое случалось нечасто. Детство Джона прошло под яркими огнями Детройта, Торонто и других крупных городов, где редко удавалось разглядеть за раз больше, чем жалкую горсточку звезд. Джон страстно любил бескрайнее ночное небо, но эту любовь уничтожила одна-единственная ночь в пустыне. Теперь он чувствовал себя безопаснее среди тьмы и теней, словно мягкий свет Млечного Пути каким-то образом лишал его продуманной обороны, оставляя безоружным и уязвимым. От Джона не укрылось, что светло-голубые глаза Шерлока светились, напоминая сияние звезд. Одна только мысль о них заставила его вздрогнуть, что равным образом могло быть хорошо, а могло быть и плохо. Шерлок был красивым, интересным, а еще этот голос – Господи, этот голос - но Джон не собирался позволять кому-либо влезать ему в голову, а Шерлок казался именно тем, кто проникнет всюду, куда ему только захочется. Даже после всего, что он пережил, Джон пытался оставаться справедливым и приятным в общении. Все свои контакты с людьми он свел к минимуму из-за постоянно тлеющей под тонким покровом спокойствия ярости и боли. Сейчас ему едва ли удалось бы припомнить того Джона Ватсона, каким он был в школе. Тот человек не испытывал проблем с тем, чтобы закрутить роман, жил в окружении друзей и знакомых и никогда не оставался в одиночестве дольше, чем требовалось на то, чтобы пройти по коридору общежития или перейти из одной классной комнаты в другую, но даже тогда рядом с ним обычно кто-нибудь был. Проверку Джон закончил, удостоверившись, что в багажном отделении квадроцикла и снегохода, стоявших в расположенном вдали от ангара гараже, имеется запас на случай непредвиденной ситуации. Завтра он удвоит пайки и добавит еще один фильтр для воды, если придется делать ноги, взяв с собой Шерлока. Думать, что нечто действительно способно вынудить его привести свои чрезвычайные планы в действие, было нелепо, но само их существование успокаивало, а Джон отчаянно нуждался в покое. В дом он вернулся с некоторой неохотой, повесил верхнюю одежду у двери. Прогулка освежила, а накрывшее сейчас тепло привело к тому, что в настроение незаметно начали прокрадываться сонливость и апатия, но Джон по-прежнему ощущал беспокойство. Его жизнь обычно была наполнена тяжелой физической работой – в основном колкой дров – сменявшейся спокойными периодами глубокой сосредоточенности. Провести весь день в полете оказалось до странного тяжело. В чулане, куда сходились все коммуникации, булькал водонагреватель. Со вздохом Джон постучал в дверь, отделявшую ванную от кухни. - Ты практически полностью израсходовал горячую воду! – достаточно громко, чтобы его расслышали за шумом воды, предупредил он. Когда через несколько секунд душ выключили, Джон улыбнулся сам себе и прошел к письменному столу. Несмотря на то, что в одном из ящиков хранился старенький ноутбук, центр столешницы прочно занимала механическая пишущая машинка, которую Джон отыскал в ломбарде почти десять лет назад. Слева возвышалась стопка чистой бумаги, справа – кипа отпечатанных листов чуть меньшего объема. Под столом стояла корзина для забракованных страниц, которые позже можно было пустить на растопку камина. В прошлый раз Джон остановился посередине листа. Теперь он провел пальцами по набранным строчкам, ощущая контуры букв, но не читая написанного по-настоящему, а просто позволяя рассказу потихоньку выстраиваться у него в голове. Он обдумывал, как переплетаются различные нити сюжета, складываясь в узор, который, как он надеялся, не распознают до самой кульминации. Джон написал только тридцать страниц, но образы героев уже ожили в его воображении, обрастая незначительными деталями поведения, которые помогут сделать их более реальными для читателя. Закрыв глаза, он сосредоточил внимание на следующей сцене, прислушиваясь к голосу в голове. Когда идеальное место для начала нашлось, Джон опустил руки на рельефные клавиши и начал печатать. ~~~ Излишней притязательностью Шерлок никогда не страдал, но все же причины на то, чтобы ожидать определенного уровня комфорта, у него были. Пижаму и халат он принес в небольшую ванную сразу и теперь торопливо натянул их, хотя комната, несмотря на то, что из нее было два выхода, на удивление хорошо держала тепло. Одевшись, он отнес дорожные вещи в спальню, краем уха прислушиваясь к монотонному стуку, который был знаком, но идентифицировать сразу же не удавалось. В спальне стояла огромная, прекрасно подходящая для удовлетворения любых прихотей кровать, но лежащие на ней подушки явно предназначались только для одного человека. Быстрый взгляд, брошенный внутрь высокого комода с зеркалом, показал, что предпочтения Джона в одежде отличались последовательностью: практичные, добротные вещи, купленные без всякого намека на следование моде. Гораздо больший интерес представлял высокий оружейный сейф, стоявший рядом с комодом и явно предназначенный для того, чтобы хранить в нем не только пистолеты, но и ружья. Возможно, даже штурмовые винтовки или автоматы, если судить по его размерам. Может, Джон один из тех людей, что скрываются в глуши лесов в ожидании краха цивилизации? Но нет, исходя из того, что было известно Шерлоку, они обычно запирали двери, а их жилье окружали надежные стены. Аккуратные домики, заполненные под завязку одними только набитыми книжными полками, без единой фотографии, рисунка или какого-нибудь намека на индивидуальность, сюда никак не вписывались. Наконец, Шерлок вышел на доносившийся из гостиной звук. Керосиновая лампа бросала на склонившегося над пишущей машинкой Джона мягкий белый свет. Выражение его лица говорило о глубокой сосредоточенности, хотя по тому, как напряглись плечи Джона, Шерлок понял, что тот прекрасно осведомлен о его присутствии. Очень тихо Шерлок прошел от камина к дивану и сел. Как и вся остальная мебель в доме, диван состоял из деревянной рамы с подушками, но все же оказался на удивление удобным. Быстрый осмотр показал, что к скрипке или сумке с ноутбуком Джон не притрагивался. На мгновение Шерлок почувствовал искушение сыграть что-нибудь, но напомнил себе, что, если повредит инструмент, ближайший заслуживающий доверия скрипичный мастер может оказаться где-нибудь за тысячу миль отсюда. Тогда он закрыл глаза и принялся пересматривать и заносить в каталог события последних двадцати четырех часов, только после этого сосредоточившись на Джоне, чтобы зафиксировать в памяти каждую замеченную им мелочь.