Северо-Западный Проход (Northwest Passage)

Суббота, 27 октября Проводив взглядом вылетевшего из дома Джона, Шерлок осторожно потер грудь там, куда пришелся удар. Толчок не был по-настоящему серьезным, но все же оказался достаточно сильным, чтобы лишить равновесия и выбить из легких воздух. Поведение Джона совершенно не походило на нападение, поэтому Шерлок списал это на способ обострить искрящееся между ними напряжение, и не стал обороняться – и тогда Джон ушел. Очевидно, Шерлок ошибся. Он закрыл глаза, в мельчайших деталях вспоминая произошедшее. Сперва, как Шерлок и предвидел, основываясь на восторженных взглядах, что Джон бросал на него во время ужина, Джон с готовностью ответил на его действия. Он не пытался остановить Шерлока, сказать «нет» или показать, что предпочел бы, чтобы события разворачивались медленнее. Как психически, так и физически он определенно был заинтересован в происходящем, пока внезапно его интерес не исчез. Несмотря на то, что оба раза, когда они целовались, Джон ждал, чтобы Шерлок первым проявил инициативу, он не был пассивен. Джон не повторял прикосновения Шерлока, а следовал своим собственным желаниям. После того, как прошли первые несколько секунд, в его поведении не осталось и следа застенчивости или неуверенности. Они целовались. Джон целовал Шерлока, осторожно, но достаточно сильно, чтобы намекнуть на пересечение тонкой грани между удовольствием и болью, прикусывал кожу на шее. Сам Шерлок не кусал; он лизал, но это не вызвало бы такую реакцию. Затем Джон рывком притянул его ближе и, прижавшись к нему, потерся о член. Шерлок до сих пор чувствовал крепкую хватку пальцев на своих ягодицах. А потом все изменилось. Когда же? Когда Шерлок толкнул Джона к кладовке и прижал к стене. На мгновение тот отозвался, обмякнув и расслабившись под его руками, после чего все пошло не так. Шерлок зажмурился, вспоминая, как застыл Джон за мгновение до того, как оттолкнуть его прочь. Нет, не просто застыл. Сперва его глаза были широко распахнуты, он задыхался и однозначно желал, прижавшись к бедру Шерлока, а затем вдруг настороженно напрягся, и в этом не было и намека на пылавшее в них обоих возбуждение. Скорость, с которой происходили перемены на физиологическом уровне, говорила, что это не было какой-то прихотью Джона. Решение напасть, словно бы находящееся под контролем, на самом деле оказалось принято не сознательно, а рефлекторно. Воспоминания о сильных руках Джона, об испытываемом им желании грозили полностью лишить достигнутой сосредоточенности, так что Шерлок пошел в гостиную. Там лежала его сумка от ноутбука, а в ней – драгоценный, но неумолимо истощающийся запас сигарет. Шерлок достал одну. Пока он надевал пальто, в памяти всплыло, что Джон вылетел на улицу без куртки. Вместо того чтобы сразу выйти наружу и закурить, Шерлок зажал сигарету между губами и подошел к двери на кухне, где на кованом железном крюке висела рабочая куртка Джона. Шерлок снял ее. Пальцы коснулись мягкой ткани, пахнущей впитавшимся в волокна дымом. Шерлок протянул руку к дверной ручке, и тут у него в голове все наконец-то встало по своим местам. Когда он приблизился к Джону в кладовке, тот мгновенно насторожился, приготовившись к обороне, и расслабился только после того, как Шерлок прекратил надвигаться. Именно Джон с каждым вздохом страсти и физического возбуждения притягивал Шерлока ближе, и благодаря этой его отзывчивости Шерлок решился прижать Джона к стене. И загнал его в ловушку. В ярости на самого себя, Шерлок распахнул заднюю дверь. Джон обнаружился на крыльце, а не во дворе. Он стоял, вцепившись руками в перила и опустив голову, и вся его поза буквально кричала об испытываемых им смущении, раскаянии и угрызениях совести. - Не будь дураком, Джон, - осуждающе произнес Шерлок. - Здесь хватит места только на одного идиота, и сегодня явно моя очередь. Вздрогнув, Джон поднял голову и обернулся. Шерлок накинул ему на плечи куртку и неожиданно ощутил совершенно не свойственный для себя приступ сожаления. Оглядываясь назад, он видел, что все те небольшие странности в поведении и привычках Джона оставляли место лишь одному совершенно очевидному выводу. Отступив, чтобы между ним и Джоном было два фута свободного пространства, Шерлок закурил. Глубоко затянувшись, он уставился на слабый свет, падавший из окна кухни на разоренный огород и узкую гравийную насыпь, окружавшую гриль и коптильню, сделанную из старой металлической бочки из-под масла. Джон медленно выпрямился и надел куртку. Он до конца застегнул молнию, однако поднимать нижний замок вверх так, чтобы без труда добраться до пистолета, не стал. Вид у него был замерзший, но угрозы он, вроде бы, не чувствовал. Хороший знак. - Спасибо, - голос прозвучал резко и грубо. Сделав еще одну затяжку, Шерлок протянул сигарету Джону. Краем глаза он видел, как тот окинул его неверящим взглядом и на мгновение заколебался, после чего неловко взял ее и поднес к губам. Затяжка вышла чересчур поспешной. Задыхаясь, Джон неровными толчками выпустил перемешанный с дымом воздух. - Господи, как ты только выносишь эту гадость? - воскликнул, он, возвращая сигарету Шерлоку. - Практика. Внимательно следя за тем, чтобы их пальцы не соприкоснулись, Шерлок забрал ее. В голове проскользнула мысль, не отступить ли назад и прислониться к дому, но тогда Шерлок оказался бы позади Джона. Лучше оставаться в поле его зрения. Сигарета успела дотлеть до середины, прежде чем молчание было нарушено. - Я не сделал тебе больно? - торопливо спросил Джон, словно, только если он будет говорить быстро, он сумеет произнести вопрос от начала до конца. Хотя Джон и не смотрел прямо на него, Шерлок покачал головой. - Нет. И это, если задуматься, говорит о многом. Ты очень старался не нанести травм. Выдох Джона прозвучал слишком резко, чтобы принять его за что-то иное, кроме облегчения, причем причиной этому явно были не слова Шерлока, а то, как Джону удалось себя повести. - Хорошо. Что ж, сейчас слишком поздно... я предпочитаю не летать в темноте... но... - Нет, - перебил Шерлок. Не нужно было обладать его гениальностью, чтобы видеть, к чему все идет. - Я не расстроен, не злюсь и определенно не намерен возвращаться в Фэйрлейк или зимовать с доктором Хупер. Размашистыми небрежными шагами он пересек крыльцо позади Джона, стараясь до минимума сократить то время, что пробудет вне поля его зрения. Перила заскрипели, когда он вновь прислонился к ним. - Ты не можешь остаться, - развернувшись лицом к Шерлоку, возразил Джон. Он по-прежнему держал руки в карманах, плотно прижав их к телу, словно чтобы сохранить тепло, но в целом выглядел уравновешенно и расслабленно. Пути отступления, подумал Шерлок, пряча вызванную своими успешными выводами о том, в чем нуждается Джон, улыбку. Сделав шаг назад, Джон оказался бы на одной прямой с кухонной дверью и двумя ведущими во двор скрипучими ступенями. Пространство означало безопасность, хотя Джон и не страдал клаустрофобией - только не с таким самолетом, напоминавшим настоящий гроб с крылышками. Шерлок с жадностью вцепился в факты, пытаясь свести их воедино, и на мгновение ему захотелось вернуться в Англию и придушить тех врачей и консультантов, из-за которых его разум так притупился. - Я не уеду. Он щелчком выбросил сигарету в окружавшую их темноту и все те три секунды, что понадобились ей, чтобы, описав дугу, упасть и погаснуть, не сводил глаз с внимательно следившего за ней Джона. - Почему? - обернувшись лицом к Шерлоку, резко и требовательно спросил Джон. - После того, что случилось... - То, что случилось, - вновь перебил Шерлок, - было совершенно закономерно. Мне следовало понять все сразу, но я пока не в состоянии думать нормально. Джон нахмурился и шагнул к Шерлоку, по-прежнему не вынимая рук из карманов, чтобы дотронуться до него. - Что ты имеешь в виду, говоря, что не в состоянии думать? Перед мысленным взором Шерлока ярко засверкали новые связи, маня выводами, которые были прямо там, на поверхности, если бы он только смог найти ключ. Шерлок вгляделся в то, как Джон стоял, как он по-прежнему держался на расстоянии фута, готовый чуть что отшатнуться, чтобы развернуться и сбежать. В голове у Шерлока будто зажглась лампочка: все встало по своим местам. Причина не в клаустрофобии, а в страхе куда более глубинном: Джон боялся того, что от путей спасения его отрежет человек. Шерлок прижал его к стене – и именно это послужило спусковым механизмом. Скорее всего, то же самое произошло бы и при попытке обняться, и если бы Шерлок опрокинул Джона на диван. А раз так, то он знал, как не допустить повторения подобной ситуации. Как минимум конкретно этой. - Не важно, - спокойно возразил Шерлок. Отпустив перила, он умышленно приглашающим жестом протянул ладони Джону. Самым простым способом гарантировать, что тому будет комфортно, было сделать так, чтобы решение зависело именно от него. – Доверься мне, Джон. Джон опустил взгляд на протянутые ему ладони и облизал губы. В этот раз Шерлок был уверен, что пронзившая Джона дрожь не имела ничего общего с морозной ночью. - Кажется, это должны быть мои слова, но я тебя о таком не попрошу. - Ты не… - Шерлок запнулся, слишком поздно осознав, что слова вроде «запаникуешь» или «набросишься на меня» лишь усилят отстраненность Джона. – Ты не можешь утверждать, будто поцелуй тебе не понравился. Падавший из окна свет был слишком слабым, а каждый дюйм обнаженной кожи окрашивался морозным румянцем, так что нельзя было сказать, покраснел Джон или нет, но Шерлок все же решил, что покраснел. С вызовом выставив подбородок, Джон произнес: - Понравился. - В таком случае твои попытки утверждать, что ты не гей, не имеют смысла, - продолжил Шерлок. - Я не гей. Промелькнувшая на лице Джона улыбка мгновенно погасла, но сквозившее в ней веселье вселило в Шерлока надежду, что он наконец сумел исправить ситуацию. - Значит, бисексуал, пансексуал или любое другое слово, которым тебе захочется воспользоваться, чтобы дать нам шанс, - предположил Шерлок, подпустив в голос шутливого раздражения. – Ты хочешь меня. И совершенно очевидно, что я хочу тебя. - Это по-прежнему не самая лучшая идея. - Я не дам тебе причинить мне боль. Улыбка Джона погасла. Он глубже засунул руки в карманы, сильнее натягивая куртку на напряженно застывших плечах. - Ты не можешь этого знать, Шерлок. Сопротивляясь желанию еще раз покурить, Шерлок презрительно взмахнул рукой. - Возможно, лучше сказать: я не создам такую ситуацию, инстинктивным ответом на которую для тебя станет попытка защититься. Вздрогнув скорее от удивления, чем от внезапного укола боли, Джон переспросил: - Что? - Джон, - вот теперь раздражение было вовсе не притворным. - Или ты поверишь, что я знаю, что делаю, или мы замерзнем насмерть, обсуждая все это. Мне больше по вкусу тот вариант, от которого не становится до смерти скучно. Джон рассмеялся. - Ты действительно только что назвал смерть от холода скучной? - Да. Иди сюда, - настойчиво позвал Шерлок и пошевелил пальцами, давая Джону знак подойти ближе и одновременно проверяя, не отморозил ли их. К счастью, Джон вынул руки из карманов и, принимая приглашение, сделал последний шаг навстречу. Их пальцы неловко переплелись. Прикосновение не принесло тепла, но Шерлок был слишком занят оцениванием исходящих от Джона сигналов, чтобы обращать на это внимание. - Нам лучше зайти внутрь, - подняв взгляд на Шерлока, тихо произнес Джон. Их куртки с едва различимым шелестом соприкоснулись друг с другом. - Обязательно, но через минуту. Шерлок отклонился еще немного назад, приседая на те несколько дюймов, на которые был выше Джона. Одну ногу он выставил вперед, а средними пальцами провел по запястьям, отыскивая пульс. Он бы развел ноги шире, позволяя Джону прижаться к нему: так было бы гораздо удобнее, но Шерлоку не хотелось создавать у Джона даже малейшее впечатление, будто он загнан в ловушку или окружен. - Сначала я желаю получить еще один поцелуй. Взгляд Джона метнулся к губам Шерлока. Резко подскочивший пульс тяжело отдавался в пальцы, показывая, что он на верном пути, не меньше, чем мягкое касание губ, последовавшее мгновением позже. Они оба замерзли, оба начали шмыгать носом, но теплое дыхание Джона, когда его губы раскрылись, было более чем достаточной причиной, чтобы Шерлок забыл о зиме и вместо этого сосредоточился на ощущении зубов под собственным языком. Он подтолкнул Джона приоткрыть рот шире и вздрогнул от удовольствия, когда тот подчинился. Возможно, испытываемое Джоном возбуждение и не было таким сильным, как раньше, но для настоящего момента его оказалось вполне достаточно. Поцелуй становился все более жарким и напористым, и Шерлоку пришлось напомнить себе не сжимать пальцы. Он продолжал невесомо касаться Джона, чувствуя уверенное торопливое биение такого сильного сердца, и дал ему самому прервать поцелуй. Несколько секунд Джон стоял, прижавшись щекой к щеке Шерлока, пока их холодная кожа не начала согреваться. - Внутрь? – позвал Джон. В его голосе не чувствовалось ни малейшего признака нерешительности или тревоги. Шерлок рассмеялся, с наслаждением ощутив, как вздрогнул Джон, едва его уха коснулось теплое дыхание. - Тебе необходимо выражаться конкретнее, Джон. Внутрь чего? Или кого? Тот с удивленным шипением втянул воздух, но Шерлок пропустил это мимо ушей, занятый тем, чтобы не рассмеяться от того, как подскочил пульс Джона. Подвинувшись, он прижался бедрами прямо к вновь однозначно напрягшемуся члену. - Иди на хрен, - едва слышно пробормотал Джон. - Ну не здесь же. Шерлок с усилием выпрямился, и Джон отступил в сторону, давая ему отойти от перил. - Хорошо. Мне бы не хотелось, чтобы ты смертельно заскучал, - со смехом отозвался он. Опустив одну руку и продолжая второй удерживать Шерлока, Джон повел его в тепло дома. ~~~ Шерлоку понадобилось пять бесконечных, полных осторожных прикосновений и жарких поцелуев минут, чтобы ненавязчиво провести Джона через кухню и мимо дивана, куда того будто тянуло инстинктом. Конечно, удобный диван напротив камина был неплохим вариантом, достаточно романтичным, чтобы понравиться практически каждому, но у него имелись спинка и ручки, а Шерлок ни на секунду не собирался создавать у Джона впечатление западни. В идеале, он бы начал с абсолютно пустой комнаты с многочисленными выходами, но, учитывая ограниченность возможностей, единственным по-настоящему подходящим вариантом становилась улица. А поскольку, замерзнув до смерти, можно было добиться только того, чтобы пойти на закуску местным хищникам, спальня оказывалась вторым логически следующим выходом. Едва перешагнув ее порог, Шерлок освободился от удерживавшей его руки Джона и стащил с себя свитер. Отбросив его в сторону, он дал притянуть себя ближе для еще одного поцелуя и позволил себе на несколько минут погрузиться в ощущение губ Джона на своих губах, пока поцелуй не превратился в серию более энергичных покусываний подбородка и шеи. Без всяких колебаний руки Джона скользнули к рубашке Шерлока. Расстегнув первые три пуговицы, Джон наклонился, пробуя на вкус обнажившуюся кожу. Теперь, когда последние причины для тревоги о Джоне развеялись, испытываемое Шерлоком растущее возбуждение рвануло вверх, благодаря успешным выводам достигнув своей высшей точки. Как правило, спустя несколько минут после первого поцелуя Шерлок уже мог предсказать каждую деталь свидания, вне зависимости от того, кем являлся партнер, и в большинстве случаев его выводы попадали точно в цель. Рядом с Джоном он не смел и пытаться проделать подобное, и новизна того, чтобы быть едва ли на полшага впереди развертывающихся событий, пьянила, добавляя нотку таинственности в то, что в противном случае было бы волнующим, но ничуть не из ряда вон выходящим явлением. На четвертой пуговице пальцы Джона замерли, он наклонился, уткнувшись лбом в грудь Шерлока, а потом выпрямился. - Черт. Шерлок, я… я совершенно точно не собирался заниматься этим, - с внезапной неловкостью пробормотал Джон, избегая встретиться с ним взглядом. Шерлок ждал, что это произойдет, с тех самых пор, как впервые решил, что Джон может оказаться интересным развлечением, но не мог устоять перед возможностью поддразнить. Джон был слишком вежлив, чтобы сунуть нос в его чемодан и посмотреть, что еще он заказал наряду с теплой и прочной одеждой. Кроме того, он знал, что прав. - Ты здоров. - Откуда ты… - Никаких медицинских препаратов. Даже витаминов. Джон пораженно уставился на него, а затем чуть изогнул губы. Рассмеявшись, он спросил. - Ты это заметил? Что, порылся в аптечке? - У тебя нет аптечки. Но ты прав. - Знаешь ли, мне бы следовало обидеться на вторжение в частную жизнь. И откуда тебе знать, если я не сдавал анализы? Потому что ты врач, почти ответил Шерлок, но вспомнил, как расстроился и растерялся Джон, когда Молли упомянула об этом. Вместо этого он сказал: - Ты следишь за собой. По правде говоря, ты до отвращения здоров для человека, который лично убивает и разделывает половину того, что ест, и живет за тысячу миль от чего-то, хотя бы отдаленно напоминающего цивилизацию. - Хорошо, - вновь рассмеявшись, уступил Джон. – Но это не отменяет того факта, что я не занимаюсь незащищенным сексом. - Меня проверяли… несчетное количество раз, - добавил Шерлок, чувствуя, как накатывает раздражение от воспоминаний о предположениях врачей, будто из-за пристрастия к кокаину его коэффициент интеллекта скатился до неприемлемого уровня. – И я имел несчастье воздерживаться больше восьми месяцев. - Нет, - предсказуемо попытался настаивать Джон. – Есть другие вещи, которыми мы можем… Почему ты смеешься? - Неужели ты действительно думаешь, что я не предполагал подобного ответа? - спросил Шерлок. С неохотой отступив от Джона, он подошел к шкафу, куда убрал свой ручной чемодан. – Уезжая из Лондона, я ожидал, что отправлюсь куда-нибудь, где есть цивилизация, и собирался соответственно. Но увидев… все это, - одной рукой расстегивая молнию на чемодане, другой Шерлок обвел комнату, указывая на примитивную обстановку дома, - решил не ограничивать свои покупки в Интернете одной только зимней одеждой. - Подожди… предполагал что? – спросил Джон. Приблизившись к Шерлоку, он остановился позади него, опустил взгляд на коробки с презервативами и смазку и воскликнул. – Святый боже, ты на случай краха цивилизации так запасся? Шерлок поднял глаза от коробок. - Здесь зимой есть какое-то другое занятие? - Если мы на самом деле используем все это, то вполне можем скончаться от усталости. - По крайней мере, скучно не будет. Джон рассмеялся и, отойдя от шкафа, опустился на край кровати. - Куда ты собирался поехать, прежде чем брат отправил тебя сюда? Шерлок вернулся к открытым коробкам. - В Швейцарию. На небольшой дорогой спа-курорт с лыжной базой для богатых, глупых красавчиков. Я надеялся, что попаду на Ибицу, но не сомневаюсь, что, по мнению Майкрофта, там слишком много соблазнов, чтобы даже принимать ее во внимание. - Ибица? Она что-то вроде… Даже не знаю, как это описать. - Все это и даже больше, - с натянутой улыбкой закончил Шерлок. Как-то раз, оказавшись там, ему удалось оторваться от соглядатаев Майкрофта на целых три недели, из которых в памяти сохранилась лишь одна, и даже она проглядывала словно сквозь туман, полная попоек на виллах днем и ночных клубов и вечеринок на борту какой-нибудь яхты или катера после захода солнца. Там Шерлок экспериментировал с героином и гашишем, а также и более новыми химическими препаратами, которые вызывали одно только раздражение. Он хотел, чтобы его разум оставался острым, а не терялся и тонул в тумане. Через мгновение Шерлок бросил на кровать ленту презервативов и бутылочку лубриканта. Они приземлились рядом с Джоном, который, приподняв бровь, сухо спросил: - Уверен, что этого хватит на ночь? Расстегнув рубашку, Шерлок дал ей соскользнуть на пол, а сам направился к кровати. - Нас двое, - логично заметил он. Вместо того, чтобы остановиться, нависнув над Джоном, он сел рядом, жалея, что не разулся раньше. Его ботинки были теплыми, не скользили по снегу, но не имели никакого основания находиться так близко к постели. - Следует ли мне чувствовать себя оскорбленным от того, что ты решил, будто мы собираемся… - мягко рассмеявшись, Джон провел сверху вниз по руке Шерлока. Прикосновение вышло достаточно невесомым, чтобы тот задрожал. – Почему-то словосочетание «заняться сексом» кажется до невозможности слабым, чтобы описать все это, - признался он, указывая на чемодан. - Почему ты должен чувствовать себя оскорбленным? Ты не можешь не знать, что привлекателен, а судя по твоей самоуверенности – когда ты чувствуешь себя достаточно раскованно, чтобы ее демонстрировать – ты, очевидно, очень хорош в постели. Нет ни одной причины, по которой мне не стоило захотеть попробовать тебя. - Я не машина, которую ты можешь взять на тест-драйв, - вяло запротестовал Джон. Освободившись, наконец, от ботинок, Шерлок отпихнул их в сторону и подтянул штанины, чтобы снять теплые шерстяные носки. После этого он устроился поперек кровати, подогнув под себя одну ногу, и прикоснулся к лицу Джона, притягивая его к себе. Несмотря на то, что на Джоне по-прежнему были надетые в два слоя рубашки, он, как и Шерлок, уже разулся. - Ты заинтересовал меня с первого же мгновения, как я тебя увидел, - тихо произнес Шерлок, наполняя голос низкими глубокими нотками, которые, как он знал, безумно нравились большинству окружающих. Пронзившая Джона дрожь едва ощущалась, но была более чем настоящей. – Конечно, я рисковал, что ты можешь оказаться натуралом, асексуалом или я не придусь тебе по вкусу. - Не дождешься, - пробормотал Джон и, сократив последний разделявший их дюйм, прикоснулся к губам Шерлока. Рассмеявшись сквозь поцелуй, Шерлок отстранился и, опираясь на локоть, лег. - Я поставил себе цель. Все те восемь месяцев мои мозги тухли от скуки, пока не появился ты. Джон тоже лег, опустившись на кровать на достаточном расстоянии, чтобы без труда скользить взглядом по обнаженной груди Шерлока. - Ты чересчур худой, - тихо заметил он и, прижав к боку Шерлока палец, провел им по одному из ребер. – И я не интересен, Шерлок. - Естественно, себе самому ты и не можешь быть интересен, - логично возразил он, изо всех сил стараясь не дать голосу дрогнуть, когда прикосновение Джона забалансировало на грани между возбуждающим и щекотным. Джон покачал головой и прижал ладонь к изогнутой линии ребер Шерлока. - Значит, ты… что? Задался целью соблазнить меня? От этого немного веет холодным расчетом, разве нет? Раздражение насквозь пронзило Шерлока, прибавив резкости его голосу, когда он спросил: - Мы собираемся потратить всю ночь на болтовню? - Думаю, нам следует… - выпалил Джон и тут же сам себя оборвал, с внезапной решимостью нахмурив брови. – К черту. Я даже не помню, как этому полагается происходить. - «Этому»? - Эм… Тому, что есть между нами, чем бы «оно» ни было, - придвинувшись ближе, он скользнул рукой ниже к бедрам Шерлока, просунул пальцы под ремень на джинсах и собственническим жестом обхватил его. – Чего ты хочешь? - Как насчет «заткнись и трахни меня наконец-то»? – четкая дикция Шерлока и произношение, свойственное человеку из высших слоев общества, заставили этот вопрос прозвучать даже еще более непристойно. Выдох Джона был резким и неровным. - Превосходно. ~~~ После возвращения в Канаду Джон дважды позволял себе сблизиться с другим человеком – один раз с мужчиной и один раз с женщиной. Оба они были привлекательны внешне, искренне заинтересованы и готовы к тому, чтобы отношения развивались постепенно, но спокойные ужины, совместный просмотр кино и нежные поцелуи ничего ему не давали. У Джона не было причин не увлечься, за исключением того, что он не увлекся. Все это было тем, что ему следовало хотеть, но не тем, чего он на самом деле желал, а то, что он желал, он получить не мог. Любое напряжение подводило слишком близко к тому, чтобы сорваться, и тогда он рисковал наброситься на партнера, неблагодарностью отплатив за оказанное сексуальное удовлетворение. Но не теперь, по крайней мере, отчасти, потому что Шерлок был несносен, беспечен, бесцеремонен и избалован, но еще в нем чувствовалось понимание. У всех остальных оно шло рука об руку с сочувствием, которое неизменно превращалось в жалость. Джон не мог представить, чтобы Шерлок сочувствовал хоть кому-то, и, вероятно, он испытывал жалость ко всем, кто не был им. Несомненно, Шерлок довольно часто отзывался о населении всего земного шара как о тупицах. И все же он был здесь. Растянувшись на постели и приподняв бедра, Шерлок стянул джинсы и нижнее белье, и его бледная кожа, длинные ноги и весь он целиком открылся взглядам и прикосновениям Джона. Шерлок смотрел на него так, словно Джон был самой восхитительной вещью из всех, что он когда-либо видел. Прикрытые веками глаза в слабом свете горящего камина потемнели, зрачки расширились. На фоне кожи, которая вновь побледнела, когда зимний холод перестал кусать щеки, окрашивая их румянцем, до невозможности густой чернотой выделялись ресницы. Без лишних указаний Шерлок подвинулся, разворачиваясь так, чтобы теперь уже лежать не поперек кровати. Он фыркнул словно от досады, когда Джон потянулся к одеялу, но подчинился, перебираясь на простыни. Не раздеваясь, Джон вслед за ним нырнул под теплую ткань, не забыв прихватить презервативы и лубрикант и положить их поближе. Забравшись дальше под одеяло, Джон толкнул Шерлока, заставляя того развести ноги в стороны, чтобы он мог устроиться между ними. Весь свой вес Джон перенес на здоровую правую руку, а свободной левой провел по внутренней стороне бедра Шерлока, улыбнувшись в темноте, когда у того перехватило дыхание. В волосы зарылись его пальцы, но они не пытались вцепиться или потянуть пряди – только нежное, почти что робкое прикосновение, которого явно было недостаточно, но и не было чересчур много. Ориентируясь на собственную руку, Джон в мимолетном поцелуе приник губами к ноге Шерлока. Одной только небольшой перемены позы в качестве ответной реакции ему было мало. Отстранившись, Джон прижался к коже языком и, с силой надавливая на нее, медленно заскользил вверх, давая себе время почувствовать и распробовать. Мгновенным неосознанным движением Шерлок стиснул пальцы, но почти сразу справился с собой, оставив одно только воспоминание о внезапной боли, пронзившей кожу головы. Джон подвинулся на кровати вверх. Ему пришлось подавить стон, когда из-за движения джинсы внезапно сделались чересчур тесными. Быть вот так вот одетым казалось восхитительным до непристойности, заставляло сосредоточиваться не только на своих желаниях, но и на потребностях Шерлока. Языком Джон очертил паховую складку Шерлока, и тот в ответ подтянул к себе ноги и дернул бедрами. - Джон, - недовольно выдохнул он. Из-за тяжелого одеяла его голос прозвучал немного приглушенно. Джон рассмеялся и специально повернул голову, зная, что обдаст член Шерлока теплым выдохом. - Что-нибудь не так? Раздавшееся в ответ рычание заставило Джона улыбнуться еще шире. - Только то, что у нас вся зима впереди, еще не значит, что ты можешь тянуть… - оборвав себя на полуслове, Шерлок застонал, стоило Джону обхватить член пальцами и, потирая основание, мягко двинуться вниз. Несмотря на все лекции о безопасном сексе, которые ему читали на занятиях по гигиене, и курсы по инфекциям, передающимся половым путем, Джон никак не мог придраться к логике рассуждений Шерлока о том, что они оба, скорее всего, здоровы. Так что он рискнул лизнуть головку, крепко вцепившись в Шерлока, едва тот вновь дернул бедрами. Пальцы в волосах сжались, но в этот раз хватка не ослабла, раздувая тлеющие угли возбуждения и заставляя их вспыхнуть. Не удержавшись, он взял член Шерлока в рот. Примерно на мгновение Джон просто замер, удерживая его, надавливая языком и ощущая под нёбом возбужденную плоть, а потом осторожно двинулся вниз. Прошло слишком много времени с тех пор, как он проделывал подобное в последний раз, но когда-то он был очень хорош в этом деле. Обильно, от души облизав член, Джон отстранился, проводя языком по губам, а потом вновь заскользил вниз, всякий раз беря его все глубже и глубже. Дыхание Шерлока сделалось рваным, и сквозь Джона пронеслась обжигающая волна возбуждения и удовлетворения, подстегивая сопротивляться рвотному рефлексу до тех пор, пока вскоре не перестало хватать воздуха, а потом терпеть, пытаясь вспомнить, каково это – глотать, не задыхаясь. Внезапно рука Шерлока сжалась в кулак, он потянул Джона вверх, вырвав несколько волосков. - Слишком близко, - выдохнул он, резким движением рук и ног сбрасывая одеяло. Стиснув пальцами собственный член, Джон выпрямился, укладываясь на Шерлока. Он мог поклясться, что чертова молния пропечаталась на коже даже сквозь боксеры, до того он был возбужден. Как будто семь лет воздержания превратили его в подростка. - Чего ты хочешь? – спросил Джон, пытаясь не всхлипнуть от того, что ему пришлось убрать ладонь с члена и опереться ею о постель для равновесия. Ее место тут же заняли руки Шерлока, и Джон застонал (или, возможно, всхлипнул). – Скажи мне, чего ты хочешь. Большинство других партнеров, как смутно помнилось Джону, попытались бы выразить свои пожелания в виде некой вежливой просьбы, но слова «Шерлок» и «вежливый» не становились рядом даже мысленно. Вместо этого тот выпалил: - Я уже сказал, - тоном, в котором резкие и приказные нотки опьяняюще переплетались с выражением отчаяния и неодолимого желания. - Ладно, - пробормотал Джон, усаживаясь так, чтобы нащупать, где он оставил лубрикант. Отыскав смазку первым, Шерлок скомандовал: - Джинсы. Трусы. Скрутившееся глубоко в груди Джона в узел напряжение отпустило, от того, что Шерлок ни словом не упомянул о рубашках. Учитывая, что он уже видел его шрамы, стесняться было нелепо, но в этой части прошлого Джона или ее влиянии на его психику теперь отсутствовала вообще какая бы то ни было логика. С готовностью подчинившись, Джон стянул джинсы и боксеры. Он даже снял рубашку на пуговицах, которую надевал под толстовку, оставшись в одной футболке. Приподнявшись на локте, Шерлок развел ноги в стороны, уперся ступнями в постель и бросил на матрас между ними бутылочку с лубрикантом. Подобрав ее, Джон заметил: - Если ты ляжешь, будет проще. - Я хочу видеть. Три простых слова не должны были лишить Джона самообладания, но это случилось. У него слегка тряслись руки, когда он отщелкнул крышку, только чтобы обнаружить, что еще придется отвинчивать верхнюю часть, чтобы избавиться от предохранительной фольги. Проклиная тех, кто придумал эти чертовы штуковины, он распечатал горлышко, выплеснул на ладонь скользкой смазки, после чего не без проблем завинтил крышку обратно, пролив часть на постель. Стараясь не думать о проблемах со стиркой, Джон удобно устроился между ног Шерлока и скользнул одним пальцем в анальное отверстие. Шерлок зашипел, стискивая зубы. Он еще выше приподнял бедра, приглашая действовать активнее, и Джон осторожно усилил давление ровно настолько, чтобы почувствовать напрягшиеся мышцы, после чего подался назад, принявшись двигаться по кругу. Помнится, Шерлок говорил что-то насчет того, что у него не было близости несколько месяцев, так что Джон не гнал события вперед, растягивая Шерлока пока только одним пальцем, хотя мотивы его были куда более эгоистичными. У него самого воздержание длилось не один год, и Джону хотелось сполна насладиться тесным жаром и интимностью момента. Осторожными, мягкими движениями он побуждал тело Шерлока расслабиться до тех пор, пока его палец не оказался настолько глубоко, насколько он только мог достать. Джон медленно его согнул и совсем немного подался назад, а затем снова вперед, мягко надавливая, ослабляя напор и скользя по коже там, где были чувствительные нервные окончания, заставлявшие Шерлока извиваться. - Ты можешь от этого кончить? – низким хриплым голосом спросил Джон. Шерлок открыл глаза и бросил на Джона взгляд. Возможно, он задумывался как яростный, но вместо этого в нем читалось отчаяние. - Иногда. Джон, давай. - Подожди еще немного… - Давай. Он не мог отказать. Не обращая внимания на слабый протест от той части сознания, которой еще управлял врач, Джон извлек палец, не в силах удержаться от того, чтобы в последний раз задеть простату. Раздавшийся стон Шерлока заставил его замедлить попытки вскрыть один из пакетиков с презервативом, и, не сдержавшись, он спросил: - В следующий раз, пока буду всем этим заниматься, могу я тебе отсосать? Подняв голову над подушкой, Шерлок уставился на Джона широко распахнутыми, темными от затопивших радужку зрачков глазами. - В меня. Немедленно, - резко потребовал он. Каким-то образом Джону удалось вытащить презерватив, не разорвав его и не кончив прямо на месте. Схватив стоявшую рядом бутылочку, он отщелкнул колпачок и щедро выдавил на свой член смазку так быстро, как только мог. А затем в последнем усилии не причинить Шерлоку боли толкнулся в него. Шерлок нетерпеливо прошипел проклятие и рывком притянул Джона к себе, вцепившись одной рукой в футболку, а другой обхватив его за затылок. Едва подготовленный, Шерлок был очень тесным, таким тесным, что Джон не сомневался, что обязательно его поранит. Стиснув зубы, он попытался погружаться так медленно, как это только было возможно. Опершись одной рукой о матрас, другой он потянулся к члену Шерлока, думая отвлечь его от неизбежной боли, но Шерлок на мгновение крепко стиснул его запястье, а затем разжал хватку и оттолкнул руку прочь. - Ты первый, - настойчиво потребовал он, сгибая колени сильнее. Джон проскользнул еще на полдюйма внутрь, и у них обоих мгновенно перехватило дыхание. – Я хочу, чтобы ты кончил первым. Эти слова переплелись глубоко внутри Джона, подняв возбуждение до опасных высот. Так он не продержится и пары минут, но теперь ему было все равно. Джон осмелился толкнуться немного сильнее, и ощущение сжимавшей его тесноты заставило прошептать: - Ох, твою мать, Шерлок. - Да, - сквозь стиснутые зубы прошипел Шерлок. – Действуй уже. Рыкнув, Джон собрался с силами и толчком преодолел последние несколько дюймов, отчего в члене разлилась тяжесть, а обжигающий жар через живот и грудь рванул прямо в горло. Стиснув зубы и зажмурившись, он двинулся обратно, но давление на его член было слишком сильным, чтобы удержаться. Он сумел протерпеть целых показавшихся ему бесконечными десять секунд, прежде чем поселившееся внутри обжигающее напряжение достигло предела. Еще один последний толчок, и мир растворился, сжавшись до точки удовольствия, и канул в пламени, отдававшемся пульсацией с каждым судорожным сокращением бедренных мышц. Когда Джон вновь обрел способность думать и шевелиться, он медленно вышел из Шерлока, балансируя на грани боли, вызванной чрезмерно обострившейся чувствительностью, и перекатился на бок. Более-менее ему удалось заползти по кровати вверх, хотя мимо подушки он все же промахнулся. Джон подумал о том, чтобы снять презерватив, но в данный момент это требовало слишком много усилий. Длинные пальцы вновь зарылись в его волосы, вынуждая открыть глаза и встретиться с пылающим взглядом Шерлока. - Когда я в следующий раз скажу «давай», не спорь. Доверься мне, - произнес тот невыносимо самодовольным тоном. Джон почувствовал, как у него вспыхнули щеки. - В следующий раз я постараюсь продержаться дольше, чем долбанные тридцать секунд, - пробормотал он, уткнувшись в простыни. – При условии, что ты вообще захочешь следующего раза. - Прекрати. Если бы я не захотел тебя снова, ты бы об этом узнал. Шерлок потянул Джона за волосы, и тот, открыв глаза, посмотрел на него. – Моя очередь, - с низким рычанием произнес Шерлок, и угасшее было внутри пламя вспыхнуло с новой силой. - Что… - Джон запнулся, при мысли о том, каково это – оказаться под Шерлоком, в ловушке, обхваченным длинными руками, и вдох сам собой застыл в горле. Но Шерлок не предпринял никаких усилий, чтобы покинуть то место, где он лежал. Вместо этого он еще раз потянул Джона за волосы, намеренно толкая его вниз, на уровень бедер. - Посчитаем этот раз следующим? После минутной растерянности Джон сообразил, чего хочет Шерлок. Задышав уже гораздо свободнее, он дал Шерлоку снова столкнуть себя вниз, благодарный даже за временную отсрочку. - Черт, да, - прошептал он и протянул руку к презервативам, пока Шерлок стаскивал с него использованный, причем оба они все только усложняли, вновь принявшись целоваться. В конце концов, Джон раскатал резинку по его члену, и Шерлок рухнул на подушки с таким откровенно приглашающим видом, что Джон просто не смог ему отказать. Отбросив прочь перепутавшиеся одеяла, он устроился между его ног и заскользил языком по презервативу, радуясь, что Шерлок купил те, на которых не было смазки. Выдох Шерлока невероятно походил на довольное кошачье урчание. - Черт, это здорово, Джон. Начни с двух пальцев. Напомни мне, как здорово, когда ты внутри. Джону не пришло в голову колебаться или задавать вопросы. Не прекращая медленно скользить языком по всей длине члена и ощущая под неестественной гладкостью презерватива горячую кожу, он принялся одной рукой шарить по постели, пока не нащупал смазку. Подцепив крышку ногтем, Джон открыл бутылочку и выдавил немного содержимого на пальцы левой руки, после чего закрыл ее и отбросил в сторону. Правой рукой он крепко обхватил член Шерлока, сомкнул губы на его головке и заскользил вниз. Было не очень удобно, ныли напряженные спина, бедра, и колени, но Джону было наплевать. Он просто неторопливым, уверенным и напористым движением ввел внутрь два пальца, ощутив восторг от того, как раскрылось навстречу тело Шерлока ровно настолько, чтобы ему не пришлось проталкиваться с силой или волноваться о том, что он причинит боль. Пальцы Шерлока, не дергая пряди, но слегка натягивая их, зарылись в волосы Джона. - Можешь глубже? – хрипло выдохнул он. Это прозвучало скорее как требование, чем просьба или мольба, но здесь не было ничего удивительного: Джон едва ли мог представить себе, как Шерлок о чем-то вежливо просит, не говоря уж о том, чтобы по-настоящему умолять. Рукой или ртом? подумал спросить Джон, но он не хотел останавливаться, а потому только окинул взглядом распростертое перед ним длинное тело, покрытое слабо блестящими в свете потухающего камина капельками пота. Его взгляд встретился со взглядом Шерлока, и сквозь Джона пронесся электрический разряд, заставляя почувствовать, как, невзирая на возраст и то, как сильно он кончил всего минуту назад, дернулся и попытался вновь встать член. Так что он попробовал и то, и другое. Джон протолкнул пальцы внутрь до тех пор, пока не почувствовал прямо под ними колечко мышц, и взял член Шерлока насколько мог глубоко, безуспешно сопротивляясь рефлекторному желанию горла напрячься и сжаться. Закашлявшись через нос, он отстранился, судорожно глотая воздух, и попытался еще раз, неловко нащупывая пальцами сгусток нервных окончаний, от прикосновения к которому Шерлок под ним вновь будет вздрагивать. Шерлок что-то говорил, его похожий на низкое урчание голос ласково струился по телу, дрожью спускался по позвоночнику, хотя ни одно слово до сознания Джона не доходило. А еще Шерлок разговаривал с ним с помощью стиснувших волосы пальцев, отдающегося в теле пульса, того, как с каждым резким торопливым выдохом приподнимались его бедра. Джон узнал то мгновение, когда самообладание Шерлока начало рушиться. Он уперся ступнями в матрас, с силой толкаясь в рот Джона и одновременно насаживаясь на его пальцы. Шерлок подался им навстречу раз, другой, затем третий, и тут он уже едва держался. Чувствуя острую потребность толкнуть Шерлока через край, Джон согнул пальцы и вынул их, а затем снова с силой протолкнул внутрь, теперь уже три. Единственным предупреждением, прежде чем Шерлок до боли вцепился в волосы, стало выплюнутое им проклятье, а последовавший вслед за тем толчок почти что заставил сработать казалось бы подавленный рвотный рефлекс. Джон не стал - не смог - сопротивляться и просто расслабился, сосредоточиваясь на нажатиях языка и том, как сгибать пальцы. Сквозь тело пронеслась волна жара, и Джон осознал, что трется о постель, но не стал убирать руку к собственному члену. А потом яички Шерлока напряглись, хватка ослабла, почти до конца подтянув Джона вверх, а затем отпустив. Вокруг пальцев сжались мышцы, член Шерлока запульсировал яростней биения его сердца, презерватив наполнился спермой, и Джон закашлялся, судорожно глотая воздух. Тело настойчиво требовало разрядки, но Джон не пошевелил даже пальцем до тех пор, пока последние судороги, сделавшись слабее, окончательно не исчезли. Джон отстранился и мягко высвободил из Шерлока пальцы, постоянно помня о том, до чего обостренными должны быть у того все чувства. Моргнув, чтобы прочистить зрение, он перекатился на спину, скользнул правой рукой вниз и сжал собственный член. Сбоку прогнулся матрас. - Позволь мне, - предложил Шерлок, и поверх руки Джона легли длинные холодные пальцы. Джон не чувствовал в себе сил отказать ему хоть в чем-то. Он убрал руку и ощутил мягкое касание ладони Шерлока к головке. - Черт, - прошептал он. Желание обжигало, но Джон не был настолько близок к финалу, чтобы кончить от одного прикосновения. Он прижал руки к глазам, лишая себя возможности видеть, чтобы взамен лучше сосредоточиться на ощущениях. Шерлок снова пошевелился. Раздалось тихое щелк пластмассовой крышки, а затем Шерлок вновь обхватил его член ладонью, скользкой и на мгновение показавшейся просто ледяной. - Расслабься, - произнес он, едва Джон дернулся, недовольный холодным прикосновением. Впрочем, лубрикант помог, и трех быстрых легких движений оказалось достаточно, чтобы он застонал. Не спеша и подразнивая, Шерлок выяснял, как именно вновь довести Джона до предела. Нахлынувший оргазм оказал почти гипнотический эффект. Тело охватили обжигающие судороги, вслед которым пришла дрожь эйфории. Прикосновения Шерлока сделались совсем невесомыми, но достаточными, чтобы осторожно вести Джона дальше, продлевая наслаждение до тех пор, пока не закружилась голова и не пришло изнеможение. Избавленный от постоянно давивших на него стресса и напряжения, Джон почувствовал себя точно опьяневшим. А затем бедер мягко коснулась шершавая ткань. Отняв от лица руки, Джон опустил взгляд и увидел полотенце. Следом появились футболка и свежие боксеры, прилетевшие со стороны комода, рядом с которым стоял Шерлок. Тени и отбрасываемые горящим в камине огнем темно-красные всполохи переплелись на его бледной коже, ясно очерчивая стройную фигуру. - Я собираюсь пойти помыться, - Шерлок закрыл комод, подошел к кровати и, грациозно опустившись на одно колено, поцеловал Джона в губы. – Ты останешься? От этого приглашения у Джона перехватило горло. Он хотел согласиться – почти согласился – но закрыл глаза и нашел в себе силы сказать «нет», после чего, чувствуя себя виноватым, добавил: - Ты будешь лучше спать без… Шерлок заставил его умолкнуть, прижавшись к губам в еще одном поцелуе. - Все в порядке. Отойдя от кровати, он пересек спальню и тихо прикрыл за собой дверь. Мгновение спустя Джон услышал, как в раковину побежала вода. Джон вытерся сам, страстно желая доверять себе достаточно, чтобы остаться, и вовсе не потому, что кровать была несравненно удобнее дивана. Он уже не помнил, когда в последний раз засыпал рядом с другим человеком, а после того, что только что было между ним и Шерлоком, он знал, что ему следует остаться. Тем более нельзя так рисковать. Джон быстро переоделся, понимая, что Шерлок может вернуться в любой момент, и осмотрел кровать, выясняя, нужно ли поменять простыни сейчас или они могут потерпеть до утра. Дрожа от царившего в комнате холода, он бросил свою одежду вместе с шерлоковой в корзину для белья, подложил в огонь еще пару поленьев и вышел, закрыв ведущую в гостиную дверь, чтобы дать Шерлоку личное пространство. Разведя в гостиной огонь, Джон подошел к дивану и машинально протянул руку к приставному столику, куда обычно клал пистолет. И тут до него дошло, что он забыл его в спальне. Вода больше не шумела, а это значило, что Шерлок, вероятно, уже лег, возможно, даже заснул. Но Джон знал, что никогда не сможет почувствовать себя спокойно без оружия. Неслышно ступая, он приблизился к двери в спальню, но стоило протянуть к ней руку, как она сама распахнулась, заставив вздрогнуть от неожиданности. На Шерлоке была нелепая и непрактичная шелковая пижама. Изогнув губы в полуулыбке, он протянул Джону кобуру с пистолетом. - Откуда ты… - Джон замолчал на полуслове и взял оружие. – Спасибо. Шерлок кивнул. - Если передумаешь, присоединяйся, - пригласил он и пошел к кровати, оставив дверь открытой. Было слишком темно, чтобы, когда заскрипел матрас, Джону удалось разглядеть что-то большее, чем просто недолгий промельк одеяла. Джон заколебался, но все же отступил к дивану. Положив пистолет на столик, он завернулся в одеяло и уставился в огонь. Казалось, он провел так не один час, постоянно помня, что дверь в спальню все еще зазывно открыта, пока, наконец, усталость не взяла свое.