Ты знаешь, у нас будут дети

      Локи болезненно морщится, затем его лицо расслабляется и принимает отстранённое, абсолютно нечитаемое выражение. Он машинально, неосознанно кладёт левую руку на низ собственного живота и прикрывает глаза, смиренно выдыхая. Он должен был предвидеть, что это случится. Вероятность была слишком высока, как бы он ни пытался это отрицать. Но чёрт возьми, он так надеялся, что этого не произойдёт!       Локи ещё раз глубоко вздыхает, и рука на животе осторожно, почти несмело, смещается в сторону, а после вовсе расслабляется, откидываясь на кровать. Теперь уже поздно о чём-либо сожалеть и сетовать на судьбу. В конце концов, он сам виноват в случившемся.       Он должен был предупредить Старка… Тони, о том, что может произойти. Он должен был напомнить ему о том, что он не человек. А это значит, что он прежде всего должен был предупредить любовника о том, что незащищённый секс может привести к последствиям… не совсем привычным для мидгардских мужчин. Но Локи всей душой надеялся на то, что им обоим это не грозит, ведь подобные… последствия могут возникнуть только при наличии каких-то особых чувств между партнёрами: привязанности, симпатии, на крайний случай, дружбы… «Любви», — мысленно добавляет Локи и тут же яростно мотает головой: о любви он предпочитает не думать. По крайней мере, не в своих отношениях со Старком. Ведь о какой любви между ними может идти речь, если всё, что их связывает, ограничивается сексом без каких-либо обязательств. И именно поэтому бог коварства упорно вдалбливает себе в голову мысль, что, выражаясь языком гения-миллиардера-плейбоя-филантропа, просто произошёл сбой в системе. Пренеприятнейший сбой в системе. И тут же сердце в груди ёкает: а действительно ли настолько неприятный?..       Локи снова мотает головой, резко поднимаясь на ноги. «Нужно обо всём рассказать Энтони. В конце концов, это и его вина тоже», — думает бог и выходит из комнаты в коридор с чётким намерением найти Старка и поговорить с ним.       Вопреки обыкновению Тони не пропадает в лаборатории, а сидит в гостиной на диване, подобрав под себя ноги и читая какую-то книгу в синей обложке, держа её перед собой сверху за корешок. Он одет в чистую свободную домашнюю одежду, и Локи понимает, что Железный человек сегодня и не собирался проводить досуг в лаборатории. Бог обмана на мгновение замирает в проходе, засматриваясь и прокручивая в голове разговор — отчего-то ему вдруг стало несколько волнительно говорить с Тони о… таком. Но Лафейссон быстро отогнал секундное наваждение и решительным шагом подошёл к любовнику, становясь перед ним и бросая тень на его книгу. Тони оторвал взгляд от страницы, поднимая глаза на непривычно хмурого бога, и как всегда ухмыльнулся, собираясь что-то сказать, но Локи его опередил: — Энтони, мы должны поговорить. — Чего так серьёзно, мой Северный Олень? — Старк всё-таки не отказывает себе в удовольствии ехидно поддеть бога, но тот пропускает шпильку мимо ушей. Локи понимает, что должен действовать прямо и быстро: — Я беременный, и я ношу твоего ребёнка, — бог обмана машинально кладёт руку на живот, и от этого неосознанного жеста чувствует себя немного уверенней.       Тони ухмыляется ещё сильнее и скрещивает руки на груди; Локи терпеливо ждёт от него какой-нибудь реакции, и Старк не изменяет себе даже в этом: — Хорошая попытка. Вот только эта шутка могла бы сработать или на идиотах, или на твоём брате Торе. Мужчины не могут иметь детей, если ты вдруг не в курсе.       Локи закрыл глаза, шумно втягивая воздух и мысленно считая до десяти. «Я бог, тупое ты создание, я всё могу!» — кричал внутренний голос, но Лафейссону теперь уже было нельзя волноваться, и он максимально спокойно ответил: — Это не шутка: я бог, Энтони, если ты вдруг не в курсе, — он специально цитирует любовника, стреляя в него колючим взглядом, — а наша физиология несколько отличается от вашей. И в отличие от вас, наши мужчины тоже могут иметь детей, — Локи сознательно опускает из своего рассказа некоторые детали; он смотрит на Тони прямым, ровным, спокойным взглядом, и, судя по тому, как вытягивается лицо Старка, тот верит его словам.       Тони удивлён. Даже не так: Тони шокирован. Конечно, он ожидал от столь тесных отношений с самым непредсказуемым существом во всех девяти мирах (если не во всей галактике) любых подвохов, однако дети в этом списке были на самом последнем месте. «Он пытается меня развести», — твердит внутренний голос, а на губах Старка расцветает кривая идиотская улыбка. Он смотрит на нечитаемое лицо ожидающего ответной реакции бога и отчётливо понимает, что тот не лжёт. «Но это глупо. Мужчины, даже боги, не могут иметь детей! — продолжает вопить внутренний голос. — Или же всё-таки… могут?» — улыбка сменяется изумлением, и на лице Железного человека отчётливо проступает паника. — Как это, блять, произошло?! — в порыве чувств Тони схватил Локи за плечи. Лафейссон нахмурился от боли, и Старк тут же отпустил его, продолжая смотреть с надеждой: «Пожалуйста, скажи мне, что это всё-таки шутка». — Ты довольно глупый как для гения, — Локи позволил себе язвительно ухмыльнуться. — Неужели я должен тебе объяснять, как это происходит?       Тони поражённо провёл рукой по лицу, всё ещё пытаясь прийти в себя. У них с Локи будет ребёнок. У него. И у Локи. Их общий ребёнок. Ребёнок от двух самых неординарных родителей. «Бедное дитя», — проносится в голове Старка, и молниеносная идея пронзает мозг: слова вырываются прежде, чем Тони успевает обдумать их: — Но ведь ты же можешь избавиться от него, правда? — Тони думает, что на самом деле, это самый оптимальный вариант выхода из ситуации: ребёнок не нужен ни ему, ни Локи. Да и какое дитя они могут породить на этот свет? Плод случайной любви (а любви ли?), сбой в системе (Энтони до сих пор не верит, что для богов-мужчин нормально рожать детей) — будет куда лучше, если его жизнь оборвётся сейчас, чем тогда, когда будет поздно.       «Он не должен страдать и платить за ошибки своих родителей», — мысленно добавляет Железный человек, не успевая озвучить мысль вслух: зелёные глаза Локи вспыхивают гневом, он сжимает губы в плотную бледную линию и крепко стискивает кулаки — подобный расклад совершенно не устраивает бога обмана. Он ничего не говорит Тони и даже не кидается на него с кулаками (что странно, ибо Энтони был уверен, что если любовник не испепелит его взглядом или обольёт ядом, то точно убьёт), лишь ещё плотнее сжимает губы и разворачивается, стремительно покидая гостиную. А через несколько мгновений до ушей Старка доносится громкое хлопанье дверью.       Тони прячет лицо в руках, закрывая глаза и видя перед ними зелёные глаза Локи. Взгляд, которым его одарил бог на прощание, был переполнен болью и обидой настолько сильными, что Энтони чувствовал себя последним мудаком на земле. Так, в общем-то, и было.       «Ты влип по полной, Старк».