Ты знаешь, у нас будут дети

      Жизнь медленно вливается в новое русло, и Тони постепенно свыкается с новой ролью. Он стал отцом. Это осознание первое время пугает Старка точно так же, как пугает и Локи. У них обоих был не самый лучший пример для подражания — что Один, что Говард не были теми родителями, на которых хотелось равняться. И в этом гений и трикстер были трогательно единодушны: они оба боялись стать для своих девочек такими же отвратительными отцами. — Вы — не они, — Наташа пьёт кофе, глядя на унылые уставшие лица, и прикрывает глаза. — И никогда ими не будете. Ваши жизни только в ваших руках, и вам самим решать, кем становиться для своих детей.       Слова шпионки отражают истинную суть вещей, понимание чего постепенно настигает бога обмана и гения-миллиардера-плейбоя-филантропа. — Мы будем не самыми идеальными родителями, — озвучивает общую с Тони мысль Локи, стоя у детской кроватки и глядя на спящие личика девочек. — Не думаю, что им нужны идеальные, — в ответ хмыкает Старк, приобнимая бога за плечи. — Но мы ведь сможем стать для них хорошими отцами? — Лафейсон в сомнении выгибает бровь, не озвучивая вторую часть предложения, но прокручивая её в голове: «Лучшими, чем наши собственные?» — Мы станем для них самыми лучшими папочками во всех девяти мирах, — Тони привычно самодовольно ухмыляется, целуя Локи за ухом.       Бог подаётся навстречу этой ласке, прикрывая глаза. Он верит своему человеку. ***       Проходит ещё какое-то время, и всё окончательно встаёт на свои места. К Локи возвращаются его привычные язвительные усмешки и комментарии, отчего бог обмана часто вступает в словесные перепалки с Железным человеком. Его внешний вид тоже постепенно возвращается к привычному — ежедневные тренировки приводят в порядок фигуру, сжигая набранные во время беременности килограммы, медленно исчезает грудь после того, как Локи перестаёт кормить ею. Малышки растут практически не по дням, а по часам, и уже очень скоро начинают радовать родителей непоседливым и шкодливым характером юных исследовательниц, которым просто жизненно необходимо проинспектировать всё, до чего могут дотянуться маленькие шаловливые ручонки. — Истинно дети своих родителей, — недовольно ворчит Клинт, глядя на свои погрызенные и испорченные стрелы.       И иногда к и без того неуёмному интересу прибавляются спонтанные вспышки магии — в такие моменты весело становится абсолютно всем, особенно Тору, проведывающему любимых племяшек, у которого на голове ни с того ни с сего загорается костёр. — Кажется, всё-таки не я один считаю, что твои патлы похожи на солому, — Локи ехидно ухмыляется, подавляя весёлый смех, и его тут же одаривают хмурым взглядом из-за пены огнетушителя, заботливо предоставленного Дубиной: — Просто заткнись, брат.       Достаётся также и всё тому же несчастному Клинту, которому точно мало испорченного лука — дядю-лучника малышки полюбили едва ли не сильнее, чем дядю Тора. — Хм, кажется, теперь мне стоит называть тебя не Леголасом, а Радагастом, — Тони ухмыляется донельзя ехидно, глядя на роскошные кустистые рога на голове лучника, между которыми обосновалась целая поляна каких-то психоделической расцветки грибов. — Просто заткнись, Старк, — цитирует Тора Бартон. — Лучше позови своего любовничка, пусть он расколдует меня! — А, по-моему, тебе и так хорошо, — Наташа бессовестно ржёт над другом, держа на руках такую же довольную Марию — младшую из близняшек.       Клинт стреляет в шпионку обиженным взглядом, и та налету перехватывает букет ромашек. — Я и не думал, что ты такой романтик, — к смеху Романофф подключается ещё и смех Тони, и Хоукай лишь поджимает губы, закрывая глаза. А то мало ли, на что ещё способен его гневный взгляд. ***       Быть отцом оказывается не настолько страшно. Особенно, когда рядом с тобой возлюбленный почти-супруг и куча друзей-супергероев, души не чающих в твоих отпрысках. Да и кроме того, и Вали, и Мария, несмотря на свой возраст и неуёмную тягу к приключениям, оказываются девочками весьма интеллигентными и смышлёными. Они не доставляют каких-то особых проблем родителям и, в отличие от многих детей, понимают всё из того, что до них пытаются донести любимые папочки или кто-либо из взрослых. Они учатся достаточно быстро, так же быстро, как и растут, и потому не удивительно, что к девятимесячному возрасту малышки гораздо способней многих своих ровесников. — Конечно, ведь их мам — асгардский бог, а папа — гений, миллиардер, плейбой, филантроп и просто обаятельнейший человек, — самодовольно ухмыляется Тони, на что Локи фыркает скорее просто по привычке.       Единственное, чего Вали и Мария никак не могут перерасти — постоянные ночные пробуждения. Как правило, они происходят около трёх, и первой просыпается именно Вали. Она начинает хныкать и тем самым будит сестру, и их родители просыпаются спустя несколько минут от концерта в два голоса. — Сегодня твоя очередь вставать, — Тони недовольно бурчит, сонно перекатываясь на другой бок и накрываясь одеялом с головой. — Вообще-то, сегодня твоя очередь, Старк! — Локи запускает в него подушкой. — И ты знаешь это не хуже меня. Так что, давай, подъём! — и Лафейссон абсолютно бесцеремонно выпихнул пинком в поясницу Тони с кровати.       Тот благополучно свалился на пол и, что-то бормоча под нос, встал на ноги, широко зевая и направляясь в комнату дочерей. Локи проводил его хитрым взглядом, опуская руку на пока ещё плоский живот. «Ты ещё не знаешь, какое веселье ждёт тебя впереди, Старк», — он довольно жмурится, предвкушая занятную беседу с любовником.       Тот вернулся спустя полчаса, тихо прикрыл дверь и, широко зевая, улёгся обратно в кровать, тут же обнимая Локи за талию и привлекая его к себе. — Теперь ты точно должен на мне жениться, — Лафейссон ухмыляется, и Тони смотрит на него сонно и непонимающе. — Почему ты решил завести этот разговор именно сейчас? Мне кажется, более подходящее время будет утром, — он недовольно ворчит, зарываясь носом в длинные чёрные волосы. Локи неопределённо ведёт плечами, отвечая будничным тоном: — Да так, просто всё забываю тебе сказать, что скоро нас будет не четверо, а чуточку больше…       Трикстер чувствует, как напрягается тело Тони и как тот чуть сильнее сжимает руку на его плече. — Клинт не переживёт такого удара, — в голосе Старка — веселье, и Локи позволяет себе облегчённо выдохнуть: всё же где-то в глубине души он переживал, что Энтони не обрадуется этой новости. — И да, в этот раз ты просто обязан родить мне сына, — безапелляционно припечатывает гений, и трикстер ехидно ухмыляется: — А это уж как получится. В конце концов, это вообще не от меня зависит.       Тони ещё что-то недовольно ворчит, но Локи не особо слушает. Он закрывает глаза, поворачиваясь набок, и обнимает своего человека в ответ. На самом деле, сейчас он счастлив.