Грех

— Ты звал меня, — Орихиме дрожала от холода под открытым небом тронного зала в Лас Ночес. Это был первый раз, когда она покинула свою комнату после случая в подземелье, и Орихиме была слишком напугана, чтобы спросить, как давно это было. Молча она смотрела на того, кто занимал трон — Улькиорра. После победы Айзена над Обществом Душ, он вернулся во дворец в Уэко Мундо. Улькиорра Шиффер был назначен регентом на его место. Пока она размышляла, Четвертый Эспада беседовал с другим человеком, находящимся в комнате. — ... это последнее послание, которое мы получили от Господина Айзена, и это было около двух месяцев назад. Сейчас связь прервана, - Улькиорра размышлял вслух, полностью игнорируя собеседника. — Враг называет себя Ванденрейх, — пробормотал Заэль. Было очевидно, что ему не нравится его положение второго человека после Улькиорры, но с таким количеством потерянных Арранкар, это было необходимо. — Старк и Барагган считаются безвести пропавшими с тех пор, как Господин Айзен вызвал их в Уэко Мундо. Предположительно они мертвы. Подтвержден захват Харрибел и её фракции. Гриммджо так же пропал. Орихиме слушала с широко раскрытыми глазами. Она понятия не имела, что происходят такие вещи. В Лас Ночес было тихо, как никогда. — Невидимая Империя добилась успеха, — признал Улькиорра. — По моим расчетам, если они уже вторглись в Уэко Мундо, то это только вопрос времени, когда они захватят Лас Ночес, - предупредил Заэль. — Это всё, — Улькиорра освободил Эспаду. Орихиме молча ждала. В конце концов, она начала ерзать, поняв, что осталась в комнате один на один с Улькиоррой. — Господин Айзен побежден? — с любопытством спросила она. Улькиорра повернул голову и посмотрел на неё. — Почему? Какое это имеет значение? В любом случае, ты умрешь здесь, — небрежно сказал он. Орихиме нахмурилась и подошла ближе к трону. — Зачем ты говоришь мне это снова и снова? Это не пугает меня. Я могу умереть здесь, но моё сердце всегда будет с моими друзьями, — с уверенностью сказала она Эспаде. Улькиорра отмахнулся от её слов. Старая тема. Их убеждения заводили их в тупик. — Письмо в моих руках — последнее послание нам от Господина Айзена. У них был бой с Ванденрейхами. Общество Душ находится в хаосе, — проигнорировал он её. Орихиме нахмурилась в замешательстве. — Почему ты рассказываешь это мне? — спросила она. Улькиорра снова проигнорировал её и продолжил. — В этом послании Господин Айзен советует нам готовиться к войне. Несколько команд уже готовятся. Напоследок он посоветовал нам устранить все препятствия и избавиться от всего ненужного, — Улькиорра поднялся с трона, и его взгляд встретился с её. Беспокойство росло в животе Орихиме. — Господин Айзен хочет, чтобы мы добились успеха любой ценой. У врага хорошие шансы уничтожить нас. Любые преимущества должны быть приняты во внимание, — добавил он, сокращая расстояние между ними. Он собирается убить меня сейчас? — она не могла не задаться вопросом. Больше всего она хотела отступить, но заставила себя стоять на месте. — Я уже сообщил слугам. Они убрали твои вещи и простерилизовали твою комнату. Ты не вернешься к ним, — сказал Улькиорра. Его спокойный голос и торжественный тон, звучали так, словно он наслаждался своими словами. Он продолжал медленный шаг. В его глазах было что-то, чего она никогда не видела прежде, от чего в комнате возрастало напряжение. Сердце Орихиме бешено билось. Значит, это конец? — По твоим словам, свобода в смерти. Господин Айзен приказал избавиться от всего мусора, но, думаю, я нашел другое решение для тебя, — он остановился в нескольких шагах от неё. — Решение? — спросила она, жутко запутавшись. Гораздо легче было, когда Четвертый Эспада противостоял ей. Она нашла мужество отстаивать свои убеждения о сердце, но чужая земля сделала её осторожной. — Да. Ты можешь быть полезной. Я пока не могу распоряжаться тобой. Но я всё ещё не понимаю. Я хочу узнать твоё сердце. Увидеть. Даже после пяти лет... Орихиме втянула воздух. Это было так давно? Не было никакого способа узнать время в Лас Ночес, но ведь не могло же пройти так много времени? — Я не понимаю глубину. Заэль предложил разрезать, но даже этого недостаточно, — он закончил, протягивая ей руку. — Теперь ты боишься, — удовлетворенно заявил он, увидев её огорчение. Орихиме вновь сосредоточилась, услышав знакомые слова и повторяющийся разговор. Сколько раз она обвинялась в трусости? Она никогда не боялась. — Нет. Я никогда не буду бояться. "Никогда не буду бояться тебя". Слова остались невысказанными, но Улькиорра услышал их в любом случае. Он сузил глаза, когда Орихиме протянула ему свою руку. Когда она дотянулась до него, но болезненно сжал её. Сначала он прижал её к себе, затем толкнул к стене. Она сдержала крик боли и удивления. — Орихиме Иноуэ, твоё сердце разбито? Рвется наружу? Я хочу знать, — он грубо схватил её за руки и завел их над головой. — Ты изображаешь человечность безупречной с храбростью и силой, когда в действительности они каждый день становятся жертвами Пустых. Они жалки в своей наивности и беззащитности, как ты. Орихиме боролась, но без своих заколок она была беспомощна. Когда он прижался к ней, воздух вырвался из её легких, и она не могла двигаться. — Здесь нет никого, кто спасет тебя от меня. Я познаю сердце, а ты познаешь отчаянье. Он коленом развел её ноги, задирая платье. — Мои глаза открыты для этого. Это реальность. Возможно, сейчас самое время заставить твоё сердце раскрыться, — свободной рукой, он нашел подол её платья, задирая его к животу. Его глаза гипнотизировали её, он медленно запустил руку под платье, коснулся её живота. - Однажды это было запрещено, но Господина Айзена здесь нет, и это всё меняет, — сказал он ей, упиваясь её дрожью. Он провел рукой выше, пока не коснулся её груди, где остановился. — Скажи мне, женщина. Теперь ты боишься меня? — спросил он. Услышав его вопрос, Орихиме закрыла глаза, зная, что он не собирается останавливаться.