Красная Королева: Крестовый Поход

Атака Красной Королевы на Колизей Вейла потрясла весь Ремнант. Ни один мужчина, ни одна женщина или ребёнок, несмотря на свой страх перед одним её именем, не могли не говорить о ней. Средь бела дня она прошла на арену, привела с собой Гриммов, которые как-то обошли системы защиты города, убила несколько десятков охотников, многие из которых были известными и опытными, и к тому же убила Атласского генерала вместе с её стражей. А перед отступлением она успела показать миру культ своих фанатичных последователей, после чего, не получив не единой царапины, смогла сбежать. Именно эти слухи ходили среди жителей Ремнанта. Лишь некоторых это заставило изменить их мнение о ней. У войск Атласа были проблемы из-за потери высокопоставленного офицера по вине той, кого они раньше характеризовали как «трусиху». Организация церемониала на похоронах тоже потребовала некоторого согласования, чтобы вызвать меньше шума и не пугать население лишний раз. Несмотря на все их усилия, они всё равно подвергались критике за то, что позволили Красной Королеве так легко обойти их защиту и безнаказанно убить их же солдат. Из-за этого даже в самых мирных уголках Вейла был введён комендантский час, чтобы обезопасить граждан. Конечно, не было задокументировано ни одного эпизода, где Красная Королева убила бы кого-нибудь из гражданских, но, после такого хода конём с её стороны, ни в чём нельзя было быть уверенным. Меры предосторожности разной степени были введены повсеместно. Набор охотников и охотниц значительно расширялся, все желали быть готовыми, если подобное нападение произойдёт у них. В свете последних событий и того, что все бегали, опустив головы и поджав хвосты (и метафорически и буквально для тех, у кого действительно есть хвост), преступность стала значительно скромнее. Увеличенные меры безопасности лишь усилили контроль, из-за чего преступлений стало значительно меньше. Исключением из этой статистики стал только Белый Клык. Пока госструктуры были отвлечены внезапным ударом, они стали значительно смелее. У них часто менялись лидеры за последние несколько лет, в первую очередь из-за конфликтов с Красной Королевой и её Гриммами, поэтому о них редко слышали. Но сейчас они начали пользоваться сложившейся ситуацией. А сама же Красная Королева, о которой только и говорили, куда-то пропала. Никаких докладов об убитых охотниках, никаких свидетелей — ничего. Прошёл уже месяц и, несмотря на усиленные меры безопасности, её нигде не было. Не то что бы это было плохо. Чем меньше они сталкиваются с ужасами, которые учиняет этот как бы «человек», тем лучше.

***

В это же время, когда все были как будто на пороховой бочке, в Атласе проходила безобидная церемония: принятие присяги у нескольких новых офицеров. Среди них выделялся один человек. Это была женщина, одетая в новую, опрятную форму. Её волосы были убраны в хвостик, промеж обозлённых глаз пробегал шрам. Положив правую руку на сердце, она давала слова, которые многие боялись произнести; слова, которыми она отдавала свою свободу в пользу государства, на что они и решилась без малейших колебаний. В её сердце была уверенность. В уме — твёрдое намерение. В глазах — ярость. — Я, Вайсс Шни, торжественно клянусь посветить свою жизнь будущему Атласа. Я буду защищать его граждан и разить его врагов, — последние слова уже сходили на хриплый шёпот: решение было принято. Когда всё сделали то же самое, зал наполнили аплодисменты от высших чинов, и колесо судьбы пришло в движение. Ледяная Королева отправляется на, как она сама считает, праведную миссию по уничтожению Красной Королевы.

***

На другом краю мира, среди удалённой деревни, затерялся приют, где сейчас юная девушка спала беззаботным сном. Её красные волосы были растрёпаны, кровать в беспорядке, а глаза открыты для солнечных лучей, проходящих через окно. Руби проснулась из-за какого-то кошмара. А ведь ей казалось, что после того, как она заберёт голову Пирры, ей удастся выспаться. Но кошмары посещали её нечасто, так что она даже не могла сказать, о чём они. Они приходили так же, как и уходили, после них её ум гложило лишь ощущение пустоты. Но, как и вчера, она отогнала это чувство прочь. Она взяла жестяную баночку, которая стояла около её кровати, и та с шипением открылась. Эту привычку она выработала несколько недель назад, чтобы легче просыпаться — то был энергетик. Вкус был странным: смесь кислого и горького, едкого и сладкого. Но каждый глоток помогал ей открывать глаза со всё большей простотой. Тут помогал и тот факт, что напиток был газированным. После того как банка была допита, она мигом улетела в мусорную корзину, которая стояла по соседству с кроватью: а Руби сделала свой первый шаг с кровати навстречу утру. Что для неё было редкостью, проснулась она уже к полудню. Несмотря на то, что сон покидал её, туман в её голове только густел, и она настроилась на рутину. В первую очередь надо пойти в душ и смыть пот, скопившийся за ночь. Потом позавтракать и потренироваться. Или это уже будет обедом? Скорее всего. Делать что-то утром было для неё рутиной, даже несмотря на её привычки занять себя чем-нибудь ночью, что сбивало ей режим. Раскалённая сталь в её взгляде начинала угасать: выполнение даже части своего плана о мести оставило в ней пустоту. Но решимость не была потеряна полностью, и в ней ещё теплилась искра. Пока она занималась своими обычными делами, её товарищи, каждый по-своему, выражали своё недоумение и переживание из-за её недавних изменений, она всё ещё помнила, что осталось несколько имён. Кардин, это скорее шутка. Вот о нём-то Руби не очень беспокоилась. Он был задирой, и, как она узнала, он скатился до того, что его отчислили из Бикона, когда она забрала у него руку. Жизнь была для него адом, так что для такого как он хватит и этого. А вот её «друзья», — Вайсс и Блейк, — оставались в списке. Вайсс, как слышала Руби, стало цепным псом армии Атласа. Это Руби не интересовало. А о Блейк практически ничего не было слышно. Руби знала только то, что она успешно выпустилась после покушения на неё, но так и не стала охотницей. Хоть она и была зарегистрирована в Ассоциации Охотников, работу она практически и не брала. От охотника в ней было одно название. Из-за такой неактивности со стороны Блейк, Руби было сложно найти её. Пока на её израненное и потное тело лилась горячая вода, Руби думала о своём следующем шаге. Но на ум ничего не приходило. Пока не предоставится новой возможности, отомстить будет сложно. Раз так, то она просто закрыла глаза, облокотилась головой о стенку и просто дала воде литься по ней. Сейчас ей не хотелось думать.

***

Пока Руби обдумывала это, в небольшой усадьбе собралось несколько человек. Там собралось несколько известных человек, и пара личностей попроще. Все они обсуждали их следующий шаг. — …и это всё, что мне удалось найти, — сказал Жан, заканчивая доклад об активности Красной Королевы. Несмотря на его предрасположенность к открытому бою, его острый ум сделал из него своего рода следователя, изучавшего ходы Руби. — Практически никаких следов, разве что за исключением разлагающегося Невермора, которого нашли за чертой города незадолго после её отступления. — Возможно, кому-то удалось нагнать её и сбить, — вставил свой Лиен на удивление трезвый Кроу. — Не совсем. Когда я изучал этот вопрос, то пришёл к выводу, что рядом с Гриммом никого быть не могло. Если бы охотник сбил Невермора, на котором летела Руби, то не думаю, что он бы ушёл оттуда живым, или хотя бы целым, — Жан нашёл на своём Свитке документ и передал его Кроу. — В это же время, ни о каких серьёзно раненных охотниках за городом на тот момент не было известно. О мёртвых также. — И что это значит? Она его сама убила? — Думаю, что она была очень зла, Кроу, — перебил Озпин. — Руби всегда была… импульсивной, — сказал Озпин, вспоминая о том, когда пересекался с ней. — Может быть, что ей было жаль, что она не прикончила Мисс Шни, когда у неё была возможность. И это скорее всего заставило её отыграться на ближайшем к ней существе. На своём Гримме. — Я согласен с профессором Озпином, — сказал Жан. — Это единственный возможный вариант. — Так значит, что моя дочь цела? — Да, Тайянг. Как я и говорил, я считаю, что о её ранении или смерти сразу же радостно раструбили бы. Будем считать, что Руби жива и сейчас скорее всего оправляется после произошедшего. — Это конечно здорово, Профессор, но что там насчёт её поисков? — наконец сказала Янг, её недовольно было понятно. Ей представилась возможность увидеть свою сестру, но всего лишь на миг. Она была огорчена, мягко говоря. — Что если мы не найдём её?! — Успокойся, Янг, — сказал Жан и устало вздохнул, как бы в согласие с её внезапным порывом. — Руби хорошо заметает следы, и мало кто сможет припомнить простого человека с красными волосами. Таких может и не двенадцать штук на дюжину, но их достаточно много, чтобы её не обнаружили. Ты говорила, что у неё были цветные линзы, когда вы встретились, так что просить людей искать девочку с серебряными глазами тоже не получится. Надо сохранять терпение и трезвость рассудка. — Арк прав, — вздохнул Кроу. — Не так-то и просто выследить Беовульфа. Надо быть осторожными, иначе и мы можем оказаться в опасности, когда найдём её. — Да знаю я! — крикнула Янг, её характер давал о себе знать, хотя та и подуспокоилась. — Знаю я… — сказала она уже мягче. Все в комнате хотели найти её, Руби. Чтобы остановить Красную Королеву и вернуть её на сторону тех, кто уничтожает Гриммов, а не контролирует их. Задачка не из лёгких, даже страшная. Этот факт никому из них не хотелось признавать.

***

Как бы то ни было, за этой сумятицей стоит одна неоспоримая сила. Месть. И теперь Ремнант двигался к своему незавидному будущему, и всё из-за мести. Мести тем, кто был неправ. Месть за месть; правые против неправых. И из этого заколдованного круга скоро родится истинная Королева, на чёрном, окровавленном троне. Можно сказать, что между двумя противоборствующими было зеркало. Две стороны одной монеты, каждой из которых движет одно и то же желание. Одна и та же сила приводит их в действие, всё те же мотивы заставляют их двигать историю вперёд к эпохе, которую никто не будет в силах забыть.

***

Снежно-Белая Королева с железной рукой, отшельница света.

***

Руби, Красная Королева, промокшая в крови и сопровождаемая тенями.

***

Да начнётся охота.