Пролог
30 декабря 2017 г., 14:51
Яркие огни, ослепительные лучи декоративных лазеров, пробирающая до самых костей музыка — обычная вечеринка в клубе Джуниора. Тут всегда так шумно! И полно сомнительных личностей. Ну да, бандитам тоже нужно место, где можно развлечься, или выпить после успешного дела, или разузнать что-нибудь интересное, а еще тут можно...
Меня предупредительно постучали по плечу. Сложенным зонтиком. Да, вот и та самая, весьма занимательная личность, которую я тут искал. Ведь в этом клубе можно назначить встречу для нужного человека и нанять его... если вы сойдетесь по цене и условиям, кхм, работы.
Белая куртка, с нежно-розовой подкладкой на внутренней стороне, темно-коричневые брюки, черные перчатки и черно-белые ботинки на довольно высоких каблуках. Под курткой — темный корсет, а на шее у нее целая горсть разнообразных ожерелий с белыми и темно-коричневыми бусинами. В руках зонтик-сюрприз. Волосы двухцветные, с белыми и розовыми прядями. Как и глаза, один — белый, другой — розовый. Да, Неополитан, как всегда, в своем стиле. Весьма причудливая, но довольно гармоничная смесь оттенков розового, белого и коричневого. Девушка-мороженное. И весьма талантливый, опытный и удачливый наемник. Я многое успел про нее узнать. Что-то из этого даже было правдой. Неоднозначная она, не плохая и не хорошая. Пока. И я собираюсь повлиять на это. Дать шанс нам обоим.
- Нео, я полагаю? - да, все тот же хриплый и глухой голос, ясно слышимый даже в здешнем звуковом бардаке. И, кстати, свой теневой образ я уже модернизировал и дополнил плащом и расширенными рукавами, из которых так удобно было запускать в полет мои цепи.
Девушка с загадочной улыбкой кивнула мне и уселось прямо напротив, за мой столик. Затем положила на столешницу свиток и весьма ловко набросала свой вопрос:
«А ты, значит, тот самый знаменитый Огнеглазый? Зачем искал меня? Надеюсь я... не твоя нынешняя цель?»
И улыбочка в конце. Без улыбочки никуда. Н-да. Мое прозвище и деятельность за последние полтора года... на слуху, так сказать, в определенных кругах. Когда я собрал себя воедино и вновь заскочил в Вейл... а потом и в другие столицы... В общем, посмотрев на темную сторону этих городов своим обновленным взглядом, я понял, что истребление мне надо начинать именно с тех чудовищ, что таятся в мрачных подвалах благополучных домов и в скрытых переулках, на задворках улиц.
Закоренелые убийцы, насильники, а порой и настоящие маньяки — Мучители. Работорговцы (заковывающие в цепи фавнов) и торговцы наркотиками (вот этих было не так много, как я опасался) — Поработители. Прежде чем идти и сражаться с Гримм, оттачивая свои навыки и совершенствуя тактику, следовало бы вычистить Королевства от притаившихся в них источников негатива и просто самых ужасных представителей человечества и народа фавнов. Только узнав о таких вот Гриммовых уродах, причем почти что случайно, я сразу же объявил свой личный крестовый поход против них. Только костюм немного улучшил и информации поднакопил, а потом... Нет, убивал я только виновных, причем в самых страшных, непростительных преступлениях. Простых бандитов я сдавал в полицию. Один звонок с чужого свитка, проследить как их всех упакуют и свалить в туман — метод отработанный.
А вот с теми, кого я приравнял к Гримм... разговор у меня был короткий. Но сеять страх и панику, даже среди криминала, — прямо противоречило моей задаче. Поэтому я кое-что уточнил у Рума, провел пару опытов со своим Проявлением, а потом запасся огненными кристаллами и... в общем, тел этих Гриммоподобных после меня не оставалось. Только пепел.
Так я и получил свое прозвище (ну и алый цвет визора тоже поспособствовал легенде), и начал распространяться слух, что на Ремнанте появился мстительный и вездесущий (ну да, я постоянно мотался от города к городу... идя по следам злодеяний) дух, который испепеляет истинных грешников. Ну а тех, кто не слишком еще нагрешил, просто избивает и дает еще один шанс исправиться (ну да, бандитов, если встречаю их «на работе», я все так же обезвреживаю, но про шанс — это они уже сами выдумали!). Опаска и некоторый негатив в среде уголовников, конечно, были, но по сравнению с тем, что я предотвратил... капля в море.
Несмотря на мое Проявление, порой приходилось весьма нелегко. Сильных... личностей (с сильной аурой), замешанных в таких темных делишках, мне практически не встречалось, но вот разные ничтожества периодически подряжали наемников охранять себя и придумывали весьма подлые трюки, которым я мог противопоставить лишь ловкость и удачу. А еще предварительную подготовку, Проявление и много праховой взрывчатки! Иногда моя аура проседала до самого минимума, но серьезных ранений еще удавалось как-то избежать. Слава Духам! И я продолжал свою борьбу, продуманно и методично истребляя самых гнусных чудовищ и стараясь спасти как можно больше их жертв.
Каких только ужасов я не насмотрелся за это время! Теперь я точно знаю, что некоторые люди и фавны намного ужаснее Гримм. Они более изобретательные, безразличные к чужим страданиям или просто бесконтрольно упивающиеся своей жаждой денег. Нет, древние Гримм — те еще убийцы и могут поспорить на этом поприще с любыми «вроде бы разумным», но... тут я немного предвзят — сказывался новоприобретенный опыт. После всего я даже свое первое убийство разумного лишь холодно отметил где-то там на краю сознания. Намного сильнее во мне было чувство удовлетворения от хорошо проделанной работы. Ведь первое мое дело — это выслеженный в трущобах Мистрала маньяк, охотившийся на детей...
Но что-то я отвлекся. Уже минута прошла, и Нео тут, похоже, бежать приготовилась. Ну да, зыркаю на нее своими глазищами и молчу. Кто бы не испугался? С моей-то репутацией...
- Нет, Нео. Ты — не моя цель. И, надеюсь, никогда ей не будешь. Я охочусь лишь на Мучителей и Поработителей. Неадекватов и тех, кто посягает на свободу разумных. Поэтому я и хочу нанять тебя. Нужна... твоя помощь в одном деле.
«Вот как? - быстро напечатала Неополитан. - Сколько? Где? Когда? Условия работы?»
Ага, профи сразу видно, даже если она и молода. Ха!
- Пятьдесят тысяч линов. - чуть понизил я голос - И половина трофеев, на твой выбор. Цель — перевалочный пункт работорговцев в этом городе. Сегодня там соберется... много порабощенных, охрана для них и даже Гриммовы организаторы всего этого безобразия. Они хотят устроить аукцион в ближайшие два дня. Надо успеть все закончить до него. Чем раньше, тем лучше. Я добыл приблизительную схему внутренних помещений. Буду признателен, если ты разузнаешь больше... естественно, в этом случае ты получишь премиальные. Ты мне нужна для обезвреживания надсмотрщиков у самых... клеток и последующей защиты рабов там, пока я буду разбираться со всеми остальными. Не хотелось бы допустить, чтобы эти гады снова взяли кого-то в заложники. В последний раз чуть не дошло до непоправимого (слава всем Духам, Док смог спасти ту женщину-тигрицу), так что я решил нанять тебя на эту операцию. Меня устраивает твоя репутация и то, что я увидел в тебе здесь и сейчас. Это крупное дело, но, кроме освобожденных рабов, свидетелей там не останется. Рекомендую замаскироваться. Все. Вопросы?
«А ты не мелочишься! Спасибо за признание, мне приятно) - и улыбочка, опять улыбочка! - По цене вопроса согласна, ты довольно щедр. Информацию достану, есть пара знакомых по тайной добыче... сведений. Сроки приемлемые. План здания и прочее будут сегодня, самое позднее к вечеру. Остальное тоже норм) А по маскировке я вообще профи, так что не переживай за меня! ;) А, еще, у тебя есть ящик для сброса инфы? И где встретимся на планирование? Лучше с утра пораньше этим заняться!»
- Хм, если к вечеру достанешь инфу, то, может, лучше встретимся вечерком, а ночью провернем дело? Я больше... ночной деятель, скажем так. Вот мой ящик. - я протянул ей адрес «чистого» свитка на салфетке, и она исчезла со стола, едва я убрал руку. Ловко!
«Без проблем. Еще тысяча линов сверху — и без проблем. Так где и во сколько точно обсудим план?»
- Идет. Там на обороте указано место. Плюс час ко времени, когда сбросишь мне на ящик инфу. Мы договорились? - Я взглянул Нео прямо в глаза, чуть увеличив интенсивность свечения моего визора.
С лица наемницы исчезла улыбка, мигом подчеркивая серьезность девушки в этом вопросе. Она решительно кивнула мне, не разрывая поединка наших взглядов. Я кивнул ей в ответ. Вот она снова мило мне улыбнулась, и я перевел глаза на ее свиток.
«Буду рада поработать с тобой, Огнеглазый! До вечера!) Пойду, приоденусь для нашего с тобой свидания! )))»
Неополитан стремительно выскользнула из-за стола, подмигнула мне на прощание и весьма умело растворилась в толпе уже на втором шаге.
Отлично. Мне и правда нужна ее помощь в этом нападении, ведь меня боятся, уважают и... ждут. Не удивлюсь, если эти гады готовят на меня ловушку, я ведь уже серьезно прижал их бизнес. А число замазанных в работорговле преступных боссов стремительно сокращается, наглядно указывая на «вредность» такого бизнеса. Наркоторговцев вот я почти всех извел. Крупных уж точно. Возможно, такой мой яркий «подвиг» поставит крест и на организованной и масштабной торговле фавнами. Поэтому у меня нет права на ошибку. Я мог бы взять с собой друзей... но я почти всегда стараюсь держать их подальше от всей этой грязи. По крайней мере, настолько, насколько это вообще возможно. А тут я услышал о Нео, вспомнил ее роль в падении Бикона... сравнил ту Неополитан с ее нынешней репутацией и пошел на риск. Возможно, еще не поздно? Она ведь еще не промышляла ни вооруженными нападениями на гражданских, ни, тем более, убийствами за деньги, на сколько я смог выяснить. Вдруг получится ее... предостеречь? Пусть увидит худшее из той тьмы, что простирается в криминальном мире. Может, хоть это заставит ее усомниться в выбранном пути. Еще не поздно. Пока не поздно.
Я встал, бросив на столик оплату с чаевыми (один бокал молока с шоколадом... пусть считают меня странным, но детский алкоголизм — еще хуже!), и поспешил покинуть клуб. Предстояло хорошенько подготовиться к ночи грядущей...
***
Когда я спустился в подвал к заключенным фавнам и Нео, весь заляпанный чужой кровью (сам я пропустил всего пару ударов, да и то, ауры у меня еще оставалось порядочно — сказался мой арсенал гранат и кристаллов праха) и полный мрачного удовлетворения, то с первого взгляда понял — моя импровизация удалась на все двести процентов. Как бы только не оказалось, что я переборщил с моей шоковой терапией. А то... вон та туша в углу, забитая насмерть зонтиком, ясно говорила о чувствах девушки. И ее отношении к забавам Гриммовых уродов. К счастью, судя по цепляющимся за нее двум девочкам-фавнам (кошки!), самое страшное так и не произошло, и Нео, прямо как... ее тезка другого пола, успела в самый последний момент. Только без превозмогания. Стоило зайти в помещение, как меня встретили многочисленные испуганные взгляды детей (и нескольких девушек-фавнов), а так же прямо-таки стальной взор практически черных глаз Нео. И направленный на меня зонтик. Поверьте, мне тогда было совсем не до смеха! Я замер. Секунда-другая и меня все-таки признали, опустили оружие и успокаивающе махнули всем освобожденным фавнам в комнате рукой... А потом Нео еще и ласково погладила прижавшихся к ней девочек, утешая. М-да уж. - Я закончил, мисс Парфе (позывной она сама себе выбрала! Мой же... ну, она молчит, так что я и без него обошелся. Да и есть у меня уже звучное прозвище). Теперь пора выводить всех... из этого места. И поскорее. О, меня, кажется, узнали. В народе меня кличут просто Мстителем... Ну и среди фавнов я, по понятным причинам, известнее всего. Мы быстренько выбрались с территории складов, где и располагался подпольный рынок рабов (я шел последним и перед уходом сжег труп, оставленный Нео, заметая следы), а затем безмолвной толпой за полчаса доковыляли до перевалочного пункта. И там я уже спокойно и не спеша оказал первую медицинскую помощь тем, кому это требовалось (спасибо Доку за науку!), и выяснил, есть ли кому-нибудь из фавнов к кому возвращаться. У парочки девушек и нескольких детей были семьи. Их потом разыщут мои друзья, а пока они все поживут в одном из приютов, в Вакуо. Остальные тоже отправятся по приютам Ремнанта. А дальше взрослые фавны смогут уйти, если захотят, дети же останутся под присмотром, одеты, обуты и накормлены, пока не вырастут. К данному моменту еще никто из спасенных мной совершеннолетних фавнов так и не покинул приюты, в которые они попали. Все остались помогать по мере своих сил и возможностей. Некоторые стали воспитателями, и почти все из них в свободное время учились чему-то новому. Благо было кому их учить. И да, перемещал я их с завязанными глазами, небольшими группами. И сегодня мне очень с этим помогла Нео, отвлекая всех от негативных мыслей одним только своим присутствием. А то обычно вся эта конспирация выглядит слишком подозрительно для тех, кто только-только вырвался из настоящего кошмара: вот я по очереди завожу фавнов в комнату, а возвращаюсь всегда уже один. М-да. Некоторые почти что готовы были сбежать от такого спасителя. Но кредита доверия ко мне и моему имени пока что хватало для того, чтобы без эксцессов доставить всех до их нового дома. Так было и в этот раз. Я протянул Нео вторую половину ее платы за миссию, с учетом премиальных, а еще жестом фокусника выложил на ближайший стол этого гаража-сарая собранное мной оружие, ценные вещи, свитки и лины почивших работорговцев. И тут девушка меня по-настоящему удивила. Она взяла свою плату, но потом остановила меня поднятой в отрицании ладонью и как-то судорожно-поспешно выхватила из «рабочей» одежды свой верный свиток (Неополитан замаскировалась, одев вполне стандартный костюм темных оттенков и сделав свои волосы полностью черными. Ну и зонтик она не раскрывала, а теперь-уже-черный зонтик можно легко было принять в темноте за трость). «Я отказываюсь от своей доли в трофеях. - быстро напечатала мне наемница. - Ты ведь вложишь эти средства в приюты, да? Вложи туда и мою долю. Я возьму только свою плату. Нужно отдать честно заработанные лины моим информаторам. И снаряжение еще это». Она что... оправдывается? Да, встряхнуло ее знатно. Прямо и не знаю даже, что делать, но надо ведь ответить: - Большая часть действительно пойдет во благо приютов, но, в основном, на оборудование их защиты и экипировку Охотников. Молодых Охотников и их наставников. На другие нужды у нас есть... иной заработок. Стабильный. И легальный (ну да, я развернул добычу редкого праха и сбываю его через старика Германа и его знакомых в других городах. Тех из них, кто еще не закрылся из-за агрессивной конкуренции с Праховой Компанией Шни. Теперь, с моей помощью, они смогут занять свою нишу продавцов особого праха для Охотников. Я ведь продаю им отнюдь не массовый продукт и не средненькое сырье!). «Ок. Тогда этот контракт завершен. И еще, Огнеглазый. … Ты ведь будешь проворачивать такие охоты снова? Да? Пригласишь на них меня?» - Не вопрос. Мне понравился твой стиль, Нео. И навыки. И... принципы. - тут девушка почему-то вздрогнула, но взгляд не отвела. - Так что, если будет работа, я тебя наберу. Дашь свой номер? А то на ящик письмо пришло от анонима. Нео опять засуетилась, вручила мне свой номер. Кивнула. И собиралась уже гордо удалиться, но я ее затормозил словами: - Мисс Парфе! Постой, не убегай. Если ты хочешь, я могу отвести тебя в тот приют, куда сейчас пристроил тех двух девочек-кошек. Ты сможешь навещать их, когда захочешь. Вот только то место... далеко отсюда. Почти на окраине Вейла. - На этой фразе глаза девушки чуть расширились, видимо, она-то думала, что у меня тут оборудован тайный ход и есть сообщники. - А еще ты должна будешь поклясться, что никому не расскажешь о приюте. И обо мне. Что скажешь? Где-то с минуту Нео явно боролась со своей подозрительностью и еще... чем-то из прошлого. Но желание проведать детей, увидеть воочию «секретные убежища» и узнать обо мне и моем... пути все же победило. Она еще раз внимательно осмотрела меня с головы до ног и твердо кивнула, написав короткое: «Я буду молчать. Клянусь». Что ж, да будет так. Я поверю ей. Дам шанс. Ведь сегодня она уже оправдала мое доверие и... пожалуй, что-то осознала. Посмотрим, к чему это приведет! И я, уже не скрываясь, убрал в «карман» все трофеи и протянул ей свою руку. А она, не медля, за нее ухватилась.***
Нео быстро вошла в нашу компанию. Дети ее просто обожали, а она относилась к ним очень бережно, хотя могла и легкий подзатыльник отвесить, воспитывая. В первый раз, когда ее окружила целая толпа ребятни, у нее было такое растерянное выражение лица... Но потом она привыкла, и, порой, когда она смотрела на детей, особенно если это были те две девочки-кошки, Астра и Лили, что так и не отлипли от нее (иногда они даже звали ее мамой), у Нео появлялась такая по-настоящему теплая улыбка, что невольно хотелось улыбнуться ей в ответ. Не смотря на то, что она так ни разу и не сказала никому ни слова, с детьми она легко общалась даже и без своего свитка. Жестами, выражением лица, сменой цвета волос, глаз, одежды... Детвора очень это любила и всегда приставала к ней с просьбами «показать крутой фокус». Воспитатели и наставники восприняли ее нормально. Только на меня покосились и дружно вздохнули. И да, первый приют, в который я ее привел, был моим домом (я все еще называл так это место, хотя все реже проводил здесь время, даже спал я чаще всего в Убежище). Моя семья тоже приняла ее весьма тепло. Не знаю, может быть потому, что ее привел я или из-за ее трепетного отношения к детям, но они быстро нашли с ней общий язык. Даже Док с Румом. И Сэм. Да, я об этом не упоминал, но эти трое тоже приняли мой Дар. Первым был Док. После того... как моя мама уснула, я серьезно налег на медицину, много занимаясь с доктором-пандой, чтобы найти способ вылечить маму, когда вытяну, наконец, из ее тела ядовитую энергию Салем. Мы много общались. Да и о грядущих темных временах он узнал тогда вместе с Тедом, Жаком, Ми и Мари. В общем, когда Искра стабилизировалась, и я предложил ему принять мой Дар, он, не колеблясь, вошел в нашу семью. На правах старшего, эм, дядюшки, я полагаю? Рум был следующим. Я просто рассказал ему о своем Проявлении, матери, встрече с Салем и о том, что нам всем угрожает. А потом протянул Учителю «его» Дар (уж с ним-то я был знаком уже давно и, главное, ему я доверял, так что Искра стабилизировалась буквально за день, стоило лишь пожелать), и он с улыбкой его принял... и с новыми силами умчался мастерить нечто немыслимое. Благо материалов я ему порядочно подкинул. Безумный механик! И тоже дядя, да. С Сэмом... все было намного сложнее. Я вернулся в приют через три дня, после того как неожиданно пропал тогда с друзьями. Тед, Ми, Жак и Мари в это время переваривали вываленные мной на них новости, параллельно кое-что закупая по всему Ремнанту для нашего Убежища. Так что я был один. Конечно, за нас переживали. Но я, как мог, всех успокоил и сразу же позвал Наставника поговорить наедине. Надо сказать, после пробуждения всей моей «прошлой» памяти я словно бы видел каждого, с кем был знаком уже давно, как-то по-новому. Например, я никогда не придавал особого значения забавной прическе Дока: воронье гнездо черных волос из которых торчат черные же уши панды. А еще его проникновенные синие глаза. Да, все-таки он точно был проницательным, а не наивным. И, не смотря на то, что он не воин, мускулатура у него была развита весьма неплохо, и при нужде он вполне мог за себя постоять. Рум Гроер был типичным «безумным ученым» с поправкой на местную специфику. Он ведь, скорее, был механиком, оружейником и конструктором. Вечно растрепанный вид. Серый комбинезон, ясно видимое пузо и ярко-зеленая, как и его волосы, аура, которой он весьма ловко пользовался в своей работе. Чуть прищуренные, хитрые карие глаза, благодушная улыбка. Мне всегда казалось, что в нашем приюте он знал о моих делах, да и вообще о задумках каждого из детей здесь, больше всех остальных вместе взятых. Знал, но молчал. Только помогал советом, когда это было действительно нужно. И Сэм. Основатель нашего общего дома. Мужчина в самом расцвете сил. Охотник. Короткий ежик седых волос. Яркая и добродушная улыбка. Серые глаза, внимательные, но смотрящие на детей с затаенной теплотой... и застарелой болью. В тот день он смотрел на меня другим взглядом. Серьезным. Как на взрослого, а не на ребенка. И я понимал, что пора мне ему открыться. Тем более... моя мама все-таки его друг. Хотя, на самом деле, это все только усложняло. В тот день я попросил его дать клятву и никому не рассказывать то, что я ему поведаю, без моего разрешения. Он посмотрел в мои глаза... и на новую седину, появившуюся в моих волосах. Вздохнул. И дал мне клятву. А потом долго и с чувством ругался, когда я ему все рассказал (ну, почти все. О своем сомнительном знании будущего и прошлой жизни я даже моим друзьям лишь намекал, ничего не говоря прямо). Оказывается, Сэм знал, что моя мама работает на Озпина. Еще он краем уха слышал о каких-то там страшных тайнах и опасных делах. Ничего конкретного. Братство надежно хранит свои тайны. А я ведь лишь подозревал, что мама тоже в Братстве... теперь знаю точно. Наставник пробовал меня убедить рассказать о Салем Охотникам (не директору Озпину — на него он был очень зол). Или хотя бы поведать о судьбе Саммер Роуз ее мужу и детям. Но... я отказался. Я ведь уверен в том, что смог заинтересовать Салем. Даже мама мне на это намекала. И Ведьма будет искать меня, а значит и маму. Нельзя допустить того, чтобы к ее семье было приковано излишнее внимание. Думаю, пока она еще не знает о Руби и о ее серебряных глазах. И чем позже она это узнает, тем лучше. Я не знаю всех ее информаторов. Мало ли какими путями Салем будет искать меня. Лучше пусть считает, что Саммер Роуз умерла, если что о ней и выяснит. Так будет безопаснее. К тому же... мама сейчас фактически в коме. И сколь бы не было велико мое желание вернуть ее к жизни... это займет очень много времени. И... я не уверен в результате. Мучить ее семью я не хочу. Пусть уж лучше считают, что она умерла. Это больно, я знаю. Я могу понять. Но если... когда она вернется, эта боль... мама сможет ее исцелить. И я возьму на себя этот грех. Я сомкну свои уста до тех пор, пока моя мама не проснется. Потом я отвечу за свою ложь перед той... теми, кто мне дорог. Но все, что я могу сделать сейчас, — это позаботиться о своих сестрах и об их отце из тени. Дабы не навлечь на них опасность и не причинить им еще больше страданий. Может быть, во мне говорит мое малодушие. Ведь это я не смог вовремя вытащить маму оттуда. Но... все что мог, я уже сделал. И я принял решение. Официально Охотница Саммер Роуз будет мертва. Так будет... нет, не правильно. Но так надо. А с Сэмом мы из-за этого все-таки поругались. И целый месяц не разговаривали. А потом он увидел мои тренировки (это явно Жак его перенес в Туманный Оазис — узнаю Проныру!) и мою ауру, что восстанавливалась даже хуже, чем в самом начале, после ее активации, и, кажется, немного ослабла из-за постоянного оттока. В общем, мы тогда поговорили и помирились, и он даже показал мне несколько довольно сложных трюков, предназначенных для избегания вражеской атаки. Потихоньку я стал рассказывать ему о моих грандиозных планах, о приютах, фавнах и прахе. И через полгода он тоже принял мой Дар. Пусть мы не во всем были с ним согласны, но у нас был один путь. Мы оба хотели защитить детей и всех тех, кто был нам дорог. Мы никогда не отступим, если за нашей спиной будут те, кто нуждается в нашей защите. А еще он был моим первым наставником, тем, кто учил меня быть Охотником, тем, кто дал мне мой новый дом... Я бы, наверное, смог найти в себе силы и назвать его своим отцом. Но он и так понимал мои эмоции правильно. Ведь мы чувствовали друг друга. А подобное, хм, звание, произнесенное вслух, привнесло бы еще больше путаницы в нашу жизнь. М-да. Так что я по-прежнему звал его Наставником. А Сэм просто улыбался мне в ответ. После этих трех Посвящений (так я назвал передачу Дара) наша общая сила опять возросла, как и объемы ауры у каждого (я заметил, что, в основном, резервы аур всех нас, соединенных узами, просто стремились придти к сравнимым величинам. Хотя даже у Сэма, обладающего наибольшими запасами ауры среди нас всех, этот объем значительно увеличился). А на меня свалились еще три ученика, которых нужно было учить пользоваться своим новым Даром. Ну, отчасти я делегировал эту обязанность старшим (по посвящению), а сам лишь контролировал процесс. Кстати, после того, как я более-менее пришел в себя и огляделся вокруг, я понял... многое (да, так и началась легенда Огнеглазого Мстителя). Например, пообщавшись с тремя молодыми Охотниками (которые начали учиться у Сэма примерно в одно время с нами, а так уже были еще четверо, но им только недавно пробудили ауры, и они еще были в самом начале своего пути), я осознал, что Томмс и Дэн планируют стать защитниками нашего приюта, как Том и Виктор, и не собираются поступать в академию. После моих осторожных расспросов, они объяснили, что на местных Гримм им и так хватит умений, да и Рум с Сэмом смогут их достаточно хорошо обучить, чтобы «Ночь Беовольфов» больше никогда не повторилась. А вот путешествовать по Ремнанту или выполнять миссии им не очень-то хотелось. К тому же, городок рядом с нашим домом уже получил звучное имя Агератум (и я-то знал, что на греческом это значит «нестареющий» — интересный цветок!) и все продолжал активно развиваться, налаживая новые торговые пути и расширяя старые. Под нашей защитой этот цветок начал распускаться, и городские власти, я думаю, будут только рады умеренному увеличению количества «оседлых» Охотников. Наше финансирование уже улучшилось, и Сэм говорил, что вскоре, вполне возможно, для нас появятся и миссии по очистке окрестностей от Гримм. Регулярные и оплачиваемые. Так что парни без дела и заработка точно не останутся. К тому же такая работа — хороший способ вернуть долг нашему приюту и защитить наш общий дом. Сплошные плюсы! А вот Фиора... я как-то почти не общался с ней за пределами тренировочной площадки. Но тут мы разговорились, и краснеющая от смущения девочка (хотя она, вообще-то, была младше меня всего на год!) призналась мне, что я ее кумир. М-да. И в Охотники она пошла, оказывается, потому, что тогда, внезапно объявившись в подвале со своими друзьями, когда нас всех там уже чуть ли не похоронили, я ее поразил до глубины души. Это она сама мне так сказала! В общем, вдохновил я ее. И она больше не захотела быть беспомощной. Стала тренироваться, ходить на занятия к Сэму. Потом упросила меня активировать ее ауру. И изо всех своих сил стремилась стать настоящей Охотницей. Как она мне пропищала: «Такой же как и ты, Уайт!» Ага, и убежала вся красная, стесняшка. А маленькие аккуратные рожки у нее почти что незаметны под иссиня-черными волосами —так сразу и не отличишь ее от человека. Надеюсь, девочка не комплексует из-за того, что она фавн, как Крошка Ми в самом начале. Хотя ничего такого я за ней и не заметил. А так, надо бы присмотреться к Фиоре. Может быть, в будущем, учитывая ее упорство, она сможет нам помочь. Шло время, мы с Нео часто работали вместе и как-то так незаметно получилось, что она стала меня тренировать. Естественно, к тому моменту я уже раскрыл ей свое имя и настоящий возраст. М-да, она тогда очень удивилась и почему-то посмотрела на меня с грустью и укоризной во взгляде. Стиль Нео, как и мой нынешний, предусматривал всякие уловки, а так же она очень ловко ускользала от вражеских атак, дралась врукопашную и фехтовала тростью (нераскрытым зонтиком). Еще девушка любила проделывать всякие акробатические трюки и весьма искусно применяла свое Проявление. Нео многому меня научила, и мой собственный стиль с нагамаки строился на том, что я почерпнул именно у нее. А еще я, Нео и Рум как-то разговорились, увлеклись и вместе создали маскировочную тень для сокрытия личности под капюшоном. Очень удобно. Но без моего Проявления, таланта Учителя и Проявления Нео вряд ли бы вышло что-нибудь путное. А так мы получили чисто технический прототип с односторонней проницаемостью (тебе все видно, а другие только бездонную тьму вместо лица могут разглядеть). Хотя лучше всего этот прибор работал, если я еще и свое Проявление к нему подключал. Так я, например, смог добиться того, чтобы в этой «бездонной тьме» были еще и видны «огни глаз» моего визора (да-да, стилизованного под эдакие очки). А Нео вообще могла любое лицо наложить на эту маску и обходилась без капюшона. Для нее это была просто подстраховка на тот случай, если ее иллюзия будет неожиданно разрушена. Ведь ее Проявление хоть и создавало прекрасные, практически идеальные оптические иллюзии, но они были слишком хрупкими. И любой сильный удар разбивал их словно стекло. В общем, мне было, чем заняться. Оружейное дело (костюмы и оружие из «каменной древесины» для всей моей семьи ждали меня!), медицина, тренировки, добыча праха, оборудование Убежища и Лабиринта всем необходимым, мои рейды во тьму городов и все еще продолжающиеся вылазки по всему Ремнанту... если бы не мои друзья, моя семья и добрые мои знакомые (такие, как Герман), я бы точно ничего не успел. А так я и про сестер своих тоже никогда не забывал, почти сразу же отыскав их на острове Патч и оставив на них свои метки. На Тайянге тоже оставить умудрился, столкнувшись с ним как-то в толпе. Но он все-таки взрослый человек и сам мог о себе позаботиться. А унять его горе... из-за своего решения я был просто не в силах. Та глупая выходка Янг с походом «за мамой Рейвен» тоже не прошла мимо меня, но когда я заметил Кроу Брэнвена, то не стал вмешиваться, просто наблюдал с достаточного расстояния, чтобы вовремя вмешаться, если что. Однако Ворон вовремя спас сестренок от Гримм, так что мне не пришлось раскрывать себя, и я тихо ушел. А то Кроу, кажется, меня все-таки заметил. Но не беда. Я теперь всегда путешествовал в своем улучшенном теневом образе Огнеглазого (в то время мой новый официальный костюм был еще не доработан), так что, надеюсь, он просто списал эту нашу встречу на обычное совпадение. Чуть погодя, я еще раз показался им, уже в официальном костюме (только без Теневой Маски (она же маскировочная тень) — тогда она еще не существовала). На этот раз меня видела Янг. Я заметил, что она все еще переживает из-за того безответственного поиска своей биологической матери, так что не смог просто так исчезнуть. Подошел, сказал пару подбадривающих фраз, представился «Охотником мимопроходящим» и, по-моему, даже смог ее немного развеселить. Но больше я не рисковал к ним приближаться, так, присматривал издалека за их учебой и тренировками. Да и Руби... я просто боялся посмотреть ей в глаза. Тут требовалась смелость иного толка, и я внезапно осознал, что у меня ее пока что недостаточно. Планы мои неспешно, но уверенно претворялись в жизнь. И после года тренировок с Нео я принял несколько важных решений, окончательно изменивших нашу дальнейшую судьбу. Именно тогда я начал называть Нео моим Мастером. И это было вполне заслуженно, и, как бы она не отнекивалась от этого титула, я чувствовал, что ей приятно, когда я ее так величаю. Тогда же я и рассказал ей о своих планах. И вручил свой Дар. Она, конечно, усиленно печатала, что не заслуживает моего доверия. Рассказала свою историю и о том, что если бы не наша встреча, она действительно могла бы стать моей целью однажды. Даже... расплакалась. Чуть-чуть. Но я молчал, улыбался и продолжал протягивать девушке «ее» Искру. И она все-таки приняла мой Дар. А потом снова расплакалась. М-да. Мой Мастер — волевая, добрая, сильная, но все же девушка. И тем тяжелее мне было предлагать ей ту роль, что лишь она одна могла сыграть. Я рассказал ей об этом где-то через месяц, проведенный в сомнениях и самобичевании. Но все же я предложил ей, и она согласилась, почти не раздумывая. Я знал, что Нео считает эту опасную роль своим искуплением, и от осознания этого мне было только еще больнее. Но так было надо. И она быстро прогрессировала в освоении моего Дара. К нужному времени, я уверен, она догонит даже Теда, Жака, Мари и Ми, а значит, в худшем случае она всегда сможет отступить. И даже так, моего беспокойства за нее это отнюдь не умаляло, ведь уже сейчас ей придется нарабатывать себе репутацию и еще активнее участвовать в различных «делах». Хорошо хоть, мы оба пришли к выводу, что «серых дел» для ее будущей роли будет достаточно. На «темные» ни она, ни я были не согласны. Категорически. Немного позже я собрал всю мою семью (кроме сестер по матери, естественно) и объявил, что нам стоит как-то обозначить нашу организацию. Такими темпами, наша семья просто обязана вырасти в нечто большее, поэтому нам уже сейчас нужно было имя. И кодекс. Ведь в отличие от Братства я не собирался оставаться в тени, наоборот, я хотел объявить о нас достаточно громко. Но при этом сохранить наши личности в тайне. С учетом моего Дара и Теневой Маски это было вполне осуществимо. Обсуждения затянулись надолго, особенно на пунктах нашего Кодекса, который должен был удерживать нас самих от «падения во тьму» (излишняя жестокость к врагам и простые решения — большой соблазн, особенно, в моменты нашей слабости, уж я-то знаю) и направлять по выбранному всеми нами пути. Особенно актуально это было для тех, кто присоединится к нам в будущем. Ведь все здесь присутствующие уже выбрали свой путь, а вот те, кто появятся среди нас позже, должны ясно представлять и наши цели, и те дороги, которыми мы к ним идем. А так же ту черту, через которую нам переступать было никак нельзя. В конце концов, Кодекс все же был утвержден, спорные моменты тщательно обговорили и прочувствовали (там был и пункт про личную жизнь, что с нашими узами было вполне себе актуально. Ох, как моя четверка Первых-то покраснела на этом моменте!), а потом огласили то, как мы будем называться. Орден. Легко запомнить, не так ли? А еще это показывает как серьезность наших намерений (в борьбе с Гримм и им подобными), так и твердую приверженность моральным принципам. Ну а нас самих с легкой руки Ми утвердили как «звездных рыцарей». Я был не против. Рыцари так рыцари. Нам подходит. Но пройдет не мало времени, прежде чем все действительно осознают, что значат принятые на себя обязательства. В глазах Рума, Сэма и Нео была та же улыбка и некая горечь, что и у меня, как я подозреваю. Да, мы отлично поняли друг друга. Сейчас все это кажется игрой, но вскоре серьезность нашей «игры» поймет каждый. Не то, чтобы Тед, Ми, Жак, Мари, да и Док не понимали все это... разумом. Но вот сердцем они еще не почувствовали всю опасность. Не совсем. И, пожалуй, мне хватит уже ограждать моих друзей от тьмы разумных и истинной угрозы от Гримм и Салем (хотя последнюю они хорошенько прочувствовали через меня... тогда). Свожу-ка я всех пятерых в Лес Чудовищ. Так я окрестил найденное мной место, где Гримм буквально кишат. Там они бродят целыми толпами. И слава всем Духам, что этот лес находится в достаточно изолированной от остального мира местности и в стороне ото всех четырех Королевств. Ну и... если посчитать, по границам Гримм рассеяно как бы не в десятки раз больше. Но зато там все наглядно. И если разразится настоящая война, эта толпа действительно сможет проломить нашу оборону и уничтожить цивилизацию. Так что экскурсия выйдет отрезвляющей. Так получилось, что туда же, вместе со всеми, я сводил и Фиору. Ведь она тоже присоединилась к нашему Ордену и моей семье. Как-то она подошла ко мне и прямо спросила о наших тайнах. Как я и подозревал, она всей душой желала нам помочь. И я принял ее, доверился. Ее намерения были чисты, а нам действительно была нужна вся поддержка, которую мы только могли отыскать. Зрелище впечатлило всех. Я как раз присмотрел тут удобную скалу для наблюдения за всей панорамой с безопасного расстояния. И хотя никто не остался равнодушным, страха тоже не было. Была опаска, было осознание. Но даже Фиора, самая младшая (во всех смыслах) из нас, упрямо вскинула голову и с вызовом оскалилась в улыбке. Хорошая реакция! Я в них не ошибся. Да и урок пошел впрок. Мои друзья стали серьезнее, а время, выделяемое на тренировки, особенно с моим Даром, увеличилось у всех. Взрослые, как я почувствовал, тоже наведались в Лес Чудовищ («точку» в то место я открыл для всех разом) и налюбовались видами. Но для них это просто было удовлетворение любопытства. Ну и стратегически важная информация, как мне потом заметила моя Мастер. Все мы двигались вперед, и, что более важно, двигались вместе. Мой замысел стал обретать кровь и плоть, воплощаясь в жизнь через обсуждения, решения и поступки. Так что теперь, наконец-то, у нас всех появилось нечто большее, чем ярое стремление и общая мечта. Хотя и это уже было немало.***
Я стоял и любовался закатом. Как и всегда в такие моменты я чувствовал необъяснимый покой и неугасимую надежду. На светлое будущее. На новый рассвет. Мне на плечо нагло уселся Грюм и, выйдя из невидимости, принялся чистить свои перышки, хитро косясь на меня одним своим желтым глазом. А я в очередной раз подумал, что имя Птица подходит ему лишь во время боя... или если вспомнить о его истинной сущности. Самое невозможное создание на всем Ремнанте. Мой брат по крови. Мой друг, связанный со мной узами. Единственный Гримм, у которого есть душа. И активированная аура. И даже свое собственное Проявление! Он был рожден из моей собственной ледяной ярости, надежды, упорства, а так же сущности убитых мной Гримм. Я тогда решился пробудить (еще раз) силу своих серебряных глаз. Мне было лет двенадцать, по-моему. И я в очередной раз был в раздрае из-за того, что состояние матери все еще было практически неизменно (с очень слабой положительной динамикой), а ядовитая энергия была извлечена из ее тела едва ли наполовину. Полностью седая челка, которую я начал отращивать еще с самого детства (видимо, подсознательно подозревая об опасности серебряных глаз для их обладателя) все так же скрывала мой секрет (да и визор я стал носить практически не снимая), но с того дня, когда я почти что дал моей силе выход (от вида мамы, поверженной той Ведьмой), я не пытался использовать свои глаза в битве, справедливо опасаясь последствий. Руби, помнится, когда пробудила свою силу, надолго потеряла сознание. Хотя она-то не знала, на что способна. Я же... тогда просто доверился своим чувствам. Перенесся в одно из моих постоянных охотничьих угодий на самой границе Атласа (как сейчас помню тот арктический холод!) и отпустил весь свой негатив, что копился во мне последние лет пять. Естественно, на мой «зов» откликнулись Гримм. Много Гримм. А я вспомнил тот самый момент, пытающуюся подняться маму и... направил яростный ледяной огонь из моих глаз на своих врагов. Тонким, контролируемым лучом. Не знаю, как это смотрелось со стороны, а я просто видел как под моим взглядом Гримм застывают, как парализованные. Нагамаки собрала богатую жатву в тот день. А я, экспериментальным путем, установил, как правильно пользоваться силой моих глаз, чтобы Гримм не кристаллизовались (и фиг ты их потом оттуда достанешь... без помощи большого количества взрывчатки или моего Проявления), а просто застывали, позволяя себя беспрепятственно сразить. Тогда, стоя посреди ледяной пустоши, я выбросил последние чувства, бушующие во мне, со вспышкой ауры... прямо на еще дымящиеся трупы Гримм и тут же ощутил, как из всего этого зарождается... что-то. Странное, связанное с Гримм, но из-за выброса моей ауры это что-то все никак не могло сформироваться. И в тот момент, на волне успеха и отпущенных прочь переживаний, мне вдруг захотелось совершить нечто... невозможное, да. А кто-то бы точно сказал, что безумное (Мастер, как вы могли про меня такое подумать?!). Я добавил к хаотически бурлящей сущности Гримм свою кровь и ауру, а потом, пользуюсь созданным таким образом сродством, добавил туда же свою Искру. Нет, скорее, даже зародыш крошечной Искорки. В результате родился вот этот вот наглый Птиц. Увидев маленького гибрида археоптерикса со змеенышем, косящегося на меня своим желтым глазом, я почему-то назвал его Грюмом. Видимо, что-то из интуитивных ассоциаций сработало. С тех самых пор он почти всегда был рядом со мной. Или поблизости. Ну, или был готов по первому же зову перенестись ко мне откуда угодно. Узы между нами возникли сразу же. И мой Дар у него тоже вскоре пробудился. А через месяц у Птица сама собой активировалась аура. И Проявление «оптической невидимости» у него развилось где-то через год. Но к тому времени на фоне других его странностей это меня уже не удивило. Питался Грюм как и все обычные хищные птицы, но жить мог, только регулярно убивая других Гримм и поглощая их сущность (черный дым), становясь чуточку сильнее со временем. Можно сказать, я создал прирожденного Охотника на Гримм. «Мило» - так сказала Крошка Ми под дружные вздохи всей остальной моей семьи, когда я показал им нового члена нашей стаи... Хе, в смысле, Ордена и семьи, да! И вот сейчас, в момент, когда вот-вот начнется история одной девушки с серебряными глазами и верной косой в руках, он тоже оказался рядом. Как почувствовал. Впрочем... даже с приглушенными узами он всегда понимал меня лучше кого-либо другого. - Что ж, Грюм. Пойдем, полюбуемся на то, как моя сестренка раскидает тех бандитов бедного Джуниора (а ведь я его предупреждал!). Ну и... присмотрим за ней. Ладно? - Гхдаррр! - согласно кивнул мне Птиц, и мы вместе переместились на крышу, откуда замечательно было видно один скромный магазинчик праха. Моя метка ясно говорила мне о том, что Руби уже внутри. А вон та группа парней в костюмах, возглавляемая наглым рыжим курильщиком в шляпе и с тростью, явно и радостно напрашивалась на то, что кому-то из них скоро будет очень больно... и обидно, да.
