Пурпурная пуля

Мафия не дремлет. Она среди вас. Вы не замечаете этого, потому что думаете о своих проблемах, о том, что будете делать завтра. А у мафии все, как по расписанию. Сделки, азартные игры, сутенерство, заказные убийства. Она не дремлет. Она лишь делает вид. Но ночью её власть становится ещё больше. Тьма — ее кров, спасение, жизнь. Мафию называют ещё «семьёй», иначе объединением криминальных групп, сообществ. Она обладает, собственной структурой и организацией, целями, омертой. Каждая группа «работает», осуществляя рэкет, на определённой территории: в районе большого города, в небольшом городе или в целом регионе страны. Став ещё недавно главой преступной организации семьи Чон, Чонгук в возрасте двадцати трех лет добился многого за пару с лишним годов. Он наладил отношения с другими организациями, улучшил торговлю как наркотиками, так и живым товаром, мгновенно став известным. Руки холодного юноши уже давно по локоть в крови и порошке. Как и его отец, Чонгук был серьёзно настроен стать прекрасным главой одной из корейских мафий и привлечь на свою сторону иностранных. За несколько лет он стал глубоко уважаем, его боялись, как огня, преклоняли перед ним колени и готовы были служить верой и правдой. Чонгук не спеша докуривал сигарету и с наслаждением отпил немного красного вина из бокала. Его лицо было расслабленно, на самом деле — он задумался, смотря на острые носки своих лакированных туфель. — Что там с доставкой? — произнёс он, обращаясь к рыжему, восседающему напротив него в темно-синем смокинге, человеку. — Триада получила товар. Наши возвращаются с деньгами. — Это хорошо, — облегченно вздохнул Чон, все также смотря в окно. — В последнее время полиция все больше вынюхивает о наших делах. — Но ей все равно не догнать нас, — ответили ему со смешком. — Мы отправили все три партии, в ответ они привезли нам неплохих таких сучек. Я предлагаю тебе даже проверить их на профессионализм. — Когда вернётся Рон, тогда и сходим. Ему уж точно захочется проверить каждую, — хмыкнул Чонгук, медленно поворачиваясь лицом к своему собеседнику и ехидно улыбаясь. — Он ещё тот сутенёр. — О, ему понравится. Рон всегда был слаб к азиаткам или…азиатам, — делая акцент на последнем слове, произнёс Ви. — Как бы он и нас с тобой не обрюхатил по-дружески. — Не обрюхатит. Рон не настолько тупой, чтобы с лёгкостью попасть под чары шлюх. — Кто знает. Может, он уже дав… Внезапно растает стук в дверь. Ну, не прямо стук, а скорее кто-то как будто приложился плечом о косяк. На этот глухой звук оборачивается и Чонгук, и Ви, и вбегает рослый мужчина. — Босс, у меня плохие новости! Чонгук хмурится, вдруг настигая мужчину. В его семье не должно быть никаких проблем. — Я надеюсь, что это не обнаружение наших людей копами во время сделки с поставкой порошка. Если это так, я вышибу тебе мозги, потому что именно ты говорил, что все пройдёт отлично, — в руке лязгает металл, острие которого подносится к шее испуганного верзилы. — Н-нет, Босс, с поставкой как раз-таки все прошло хорошо! — тяжело сглотнул мужчина, поняв, что Чонгук в плохом настроении. — Тогда что произошло? Я думал, хуже твоего поражения ничего не может быть. — Ми…мистер Рон погиб. Чонгук сузил глаза, убирая кинжал, давая мужчине вздохнуть с облегчением. — Что значит «погиб»? — подаёт голос Ви, которого эта новость удивила не меньше, чем Чонгука. — Его нашли мёртвым в одном из Ваших отелей, сэр. — В моем отеле?! — Тэхен скрипнул зубами, мысленно уговаривая себя не пустить пулю мужчине в лоб. — Я, конечно, понимаю, что Рон частый гость у меня, но я не понимаю, каким образом его кокнули. — Это хреново. Мы едем в «Орион», Тэхен, — наконец оценивает Чон, хватая со стола бокал вина, осушая его полностью, и уже на выходе произносит. — Кажется, трахать шлюх придётся нам уже вдвоём. Тэхен следует за главой, особенно недовольно бурча себе под нос. Ему тоже интересно, что за крыса посмела убить Рона, их лучшего советника, отвечающего за поставку проституток, и поистине хорошего друга, который не раз прикрывал их спины во множестве перестрелок. Чонгук знаком с Тэхеном уже долгое время, их отцы хорошо дружат, а потому дети часто проводили время вместе. Тэ пусть и был старше на пару годиков, с Чонгуком у них закрепилась твёрдая связь дружбы и верности. Они садятся в машину, Чонгук приказывает Тэхену сообщить своим подчинённым не притрагиваться к месту преступления. Он хочет сам все разузнать. Если это убийство, Чон клянётся, что найдёт убийцу, а он уверен, что это умышленно. Вне семьи Чон у них достаточно врагов. — Я сообщил всем, чтобы держались подальше оттуда. Мой администратор что-то знает, нужно с ним обязательно поговорить, — заявил невесело Тэхен. Доезжают быстро, громко хлопая дверьми, уверенно направляются в отель, где их встречают. — Синьор Ким, синьор Чон, рад Вас видеть. Пожалуйста, проходите, — мужчина, судя по внешности и диалекту испанец, по имени, Бруно, неловко подправил свой бэйджик и пропустил их внутрь, в одну из комнат. — Ого, — присвистнул Чонгук, обращая внимание на некогда белоснежную кровать, теперь уже перепачканную кровью. Рон, что лежал на ней лицом вниз, не подавал признаков жизни. Его тело было полностью обнаженным, глаза закатаны, а из шеи торчал сервировочный нож. — Что ты можешь сказать об этом, Бруно? — пустым голосом произнёс Чонгук. — Расскажи все, что ты знаешь. — Конечно, синьор, — кивнул тот. — Сегодня утром, часов так в семь сеньор Рон снова посетил нас, спустя месяц где-то. Право, обычно он приходил с промежутками в два-три дня. Ему очень нравился отель синьора Кима. — Говори на чистоту. — Как скажите. Так вот, синьор Рон всегда приходил не один и в этот раз не исключение. Обычно это были милые азиатки лёгкого поведения, но сегодня он пришёл с каким-то парнем. Ох, синьора Рона легко было узнать, а вот человека рядом с ним… На нем была панама и маска, похоже он скрывал свое лицо. — Продолжай, — нетерпеливо потребовал Тэхен, переглянувшись с Гуком. — Клянусь, это был парень. Пусть он и скрывался, но я смог разглядеть его глаза. Это точно азиат, поверьте мне. Довольно молодой, лет двадцати отродясь, если я не ошибаюсь. Он практически не говорил, когда я спросил насчёт каких-нибудь предпочтений. В основном за него отвечал синьор Рон. Не знаю, может, парень не понимал меня, потому что не кореец, а, допустим, японец какой-нибудь или китаец. Это я точно не могу сказать, — промолвил с испанским акцентом Бруно и замолк. — Хм, — Чонгук поджал губы. — Есть какая-то информация о нем? — Он не представился. Да и синьор попросил меня забронировать номер на его имя. — Как он выглядел? Были ли у него татуировки или, скажем, особые приметы? — Его тело полностью скрывала одежда, даже руки. Однако я с уверенностью могу сказать, что парень блондин. В отличие от синьора, он был невысоким, пониже меня и Вас, — отвечает администратор, ненадолго замолкая. — Кстати, синьор всегда просил выключать камеры в его номере. Я понимаю, личная жизнь. — Вот как. Скорее всего, тот парень являлся проститутом, — предположил Тэхен, вновь осматривая тело бывшего друга. Чонгук проследил, как тот подошёл к Рону, внимательно осматривая рану. — Как глупо было умереть во время совокупления, — хмыкнул тот. — Удар был не сильным, но смертельным. Рон умер максимум через секунд десять после удара. Лезвие, пусть и не острое, задело сонную артерию, что привело к большой потере крови. — Вы считаете убийство умышленным? — неуверенно произнёс Бруно, поспешив оправдаться, как только на него уставились две пары пронзительных глаз. — Простите, просто меня натолкнуло на мысль, что могли пойти противоправные действия по отношению к парню. — Возможно, но откуда у него взялся нож? — Чонгук вздохнул, откидывая волосы назад. — Так, меня начинает подташнивать от трупного запаха, я в уборную. — Хорошо, — кивнул Ви, о чем-то спрашивая испанца. Чон заходит в уборную номера, уже готовый умыться, как взгляд падает на красные разводы у краёв белоснежной ванной. Он подходит ближе и замечает на полу скомканную одежду, по размерам уж точно не принадлежавшую коренастому и мускулистому Рону. — Как интересно, — улыбнулся Чонгук, чувствуя едва уловимый аромат. — Бруно, ты видел, как он уходил за территорию отеля? — Нет, синьор, но я бы сразу заметил по его скрывающей все тело одежде, — произнёс испанец из комнаты. — При нем были какие-нибудь вещи? — Небольшой рюкзак, какой носят обычно дети в школу. Вероятно, там могла быть запасная одежда. Всё эти фокусы с переодеванием заставляют Чонгука вспоминать все фильмы, в которых герой постоянно меняет свой образ, дабы оставаться для других невидимым. Остаётся выяснить мотив убийства, организовать похороны и разыскать убийцу. Чон уверен, что это не было заказным убийством, потому что исполнитель не будет рисковать, находясь близко к жертве. Да, даже если и есть, то этот человек точно самоубийца. — Что будешь делать? — спрашивает Тэ, когда Чонгук выходит из уборной. — Всё ещё мало информации. Но здесь точно замешана какая-то из семей. — Думаешь, это не может быть кто-то посторонний? — Рон был известен тем, что занимался сутенерством. Многие семьи его знают. Есть подозрения? — Семья Чхве и семья Вандо. На данный момент только у них были причины убить Рона, как одного из нас. Кто-то из них стремился разрушить равновесие, дабы посеять хаос внутри нашей организации. — Мне потребуется время, чтобы найти достойную замену. Рон был лучшим в своём деле, — доставая из кармана пачку сигарет, Чонгук бросает найденные вещи в сторону Тэхена, и тот ловит их, рассматривая. — Амбре топкапи… Узнаю, дороговаты для простой шлюхи, — нос Тэхена никогда не подводил. — Кто бы этот парень ни был, но он тщательно ухаживает за собой. Я учуял весь спектр запахов, кроме пота. — Может, мне посадить тебя на цепь рядом с Шоном и Доном? Уж поверь, они позавидуют твоему чутью, — усмехнулся Чонгук, облизнув пересохшие губы. — Они разорвут меня на части от зависти, — невесело ответил Тэхен, накидывая на Рона одеяло. Они возвращаются оба тихими и угрюмыми, но знают, что сможет поднять им настроение. Тэхен жарит темноволосую проститутку в задницу, пока та хрипит и завывает Чонгуку в пах, беря настолько глубже, насколько может. Чон держит её за длинные волосы, грубо толкаясь, и низко постанывает. А у самого все никак не укладывается в голове, что кто-то бросил ему и его семье вызов. Нет, такое и раньше случалось, но что-то подсказывает, что все это происходит непросто так. Кому понадобилось убивать Рона и зачем?

***

Пригубив вина, тридцатилетний мужчина с широким лбом и короткими усами смотрит перед собой на долгожданного гостя, что замер в метре от него, плотно сжав пухлые губы. — Вenvenuto*, — произнёс итальянец, подтягиваясь в кресле и сложив руки в замок. — Ты принёс мне то, что я просил? Хотя нет, постой, не будем торопиться. Садись, выпьем, ты мне все расскажешь. — У меня нет на это времени, Вандо, — произнёс гость, снимая шапку и солнцезащитные очки. — Я добыл нужную тебе информацию, вдобавок прикончил одного из семьи Чон. Моя часть сделки выполнена, теперь ты свою. Мужчина хмыкнул, улыбнувшись. — Деньги непременно будут. Что ты узнал? — Семья Чон получает оружие и живой товар Триады взамен на наркоту, каждые три месяца. Она готовится к договору с семьёй Пак Ен Хва на аукционе в следующем месяце. — И, конечно же, мы должны им помешать. Семья Чон крепчает, нельзя допустить союза. — Это уже не моё дело, Вандо, — произнёс гость, оказавшийся светловолосым азиатом. — Я сказал все, а теперь деньги. Вандо щёлкает пальцами, и появляется подчинённый, который тут же протянул гостю чемодан. Парень хмыкает, проверяя сумму, и разворачивается, чтобы уйти. — Не хочешь остаться у меня ещё ненадолго, а, Чимин? Для тебя всегда найдётся работенка. — Мне нужно залечь на дно. Уверен, меня какое-то время будут искать, но увы, я не люблю постоянство, — произнёс парень, выходя за дверь. Такая у него работа — добывать информацию, пускай и необычным способом.