Дочь Тьмы. Рожденная править.

      Губы шатенки тронула легкая улыбка. Всё тело окутало тепло человеческих объятий. Глаза полуприкрыты, и мало понятно от чего — заливающего солнца или трепещущей души. Сентябрь выдался на редкость золотым. Солнечными зайчиками прыгало отражение от фамильнего перстня. Им было так хорошо вместе. Но всё хорошее когда-то заканчивается. Мимо пронеслись маги в черных мантиях на скоростных метлах и через мгновение мир окрасился в кровавые тона. Юноша даже не шолохнулся, смотря на то, как кричат и падают люди. Мгновение — и тепло заканчивается. Мгновение — и он смотрит на окрававленное тело, выпавшее из его кольца рук. Он не пытается помочь ей, он лишь шепчет своё извечное «прости» и уходит сквозь волну непростительных заклинаний.       Аден открыл глаза. Вокруг была лишь звенящая тишина и давящие воспоминания. Привык. Устал. Обычно, всё обычно. Потянувшись, парень нехотя встал с теплой постели и двинулся в ванную. Его ожидал тяжелый день.

***

— Ну что, готова вновь эпатировать публику своим живым состоянием после целых двух дней в Хогвартсе? — прохлопала пушистыми ресницами Пэнси, развалившись на кровати Мракс. В ответ прилетело несвязное мычание. — Паааркинсон, ну что тебе не спится вновь, — взвыла девушка, накрывая голову подушкой, но безуспешно. — Вставай-вставай, соня, — пропела Пэнс. — Как ты вообще считалась лучшей ученицей Гриффиндора со своим неумением вставать рано? Да уж, во-первых, тебе не хватает аристократического воспитания, а во-вторых, — набрала воздуха в грудь Паркинсон. — Вставай! — крикнула она и стянула одеяло с сокурсницы.       Кассандра поёжилась и нехотя оторвала голову от мягкой подушки. Потерев глаза, девушка все же встала с кровати и направилась в ванную, но дверь туда, как всегда, была закрыта. Шатенка обреченно вздохнула и осмотрела комнату и обнаружила, что в столь ранний час в помещении не было никого, кроме неё самой и умывавшейся в душе Гринграсс. Насупившись, кареглазая постучала в дверь ванной и крикнула: «А где все?», на что получила незамедлительный ответ: «Все на поле, туда ещё час назад ушли наши спортсмены, а девочки побежали их поддержать», отвечала Дафна и спустя несколько секунд дверь распахнулась. — Если хочешь, пойдем тоже, я как раз туда собираюсь, — продолжила девушка. — У тебя есть полчаса на сборы, — распахнув двери непомерно большого шкафа, вещала Гринграсс.       Кареглазая шумно выдохнула, покачав головой от досады. С одной стороны, ей хотелось пойти вместе со всеми на поле, потому что оставаться одной было как-то не по себе в последнее время. Никто не может сказать, что может произойти, да и в компании дышалось легче. Но с другой стороны — идти туда, где сборище не только одного курса, достаточно небезопасно. Готовой надо быть ко всему. Никто не привык к её новому статусу, да и шутка ли в деле — прошло всего ничего.       С такими мыслями Мракс зашла в ванную, захлопнула дверь и посмотрела на своё отражение в просторной комнате, оперевшись руками по краям раковины. Мысли вихрем пролетали в голове и выбрать одно решение было невозможно. Но внезапно девушка поняла, что вот так, за закрытыми дверями, её жизнь и пройдет, если она не докажет всем, что не забитая и пугливая. Она — дочь своих родителей и если не сейчас, то когда?       Плеснув в лицо холодной водой, шатенка вылетела из ванной, чуть не сбив растерянную Гринграсс, которая явно не ожидала такого напора от подруги. Махнув палочкой, буквально в мгновения Гонт-Блэк была готова. Черный бархатный брючный костюм сидел великолепно, перстень на указательном пальце левой руки прекрасно сочется с изумрудными серьгами, на ногах красовались туфли на высоком устойчивом твердом каблуке. Образ завершил легкий, но притягивающий макияж. Ослепительно улыбнувшись своему отражению в зеркале, девушка повернулась к застывшей от изумления Дафне. — Вуаля! — хлопнула в ладоши Кэсси. — Ну что стоишь, подруга, — смеясь, подошла Мракс к так и стоявшей на месте Гринграсс и похлопала ту по плечам. — Нас же вроде как ждут, — широко, озорно улыбнулась девушка. Взмахнула палочкой и через несколько секунд Дафна стояла одетая в черные джинсы и восхитительную изумрудную блузку, а на ногах красовались черные туфли с вкраплениями зеленого на высоком каблуке.       Несколько мгновений аристократка стояла словно оглушенная, а затем громко рассмеялась. — Быстро учишься, Мракс, — отдышавшись, сказала Дафна. — Да, ты права, нас ждут. Так что выдвигаемся, — заговорщицки подмигнула та Кэсси. — Нас ждет увлекательное путешествие сквозь толпу твоих многочисленных ненавистников, — вновь рассмеялась Гринграсс.       Кассандра невольно улыбнулась от заразительного смеха подруги. Но на самом деле та была права — сейчас девушки двинутся через весь Хогвартс, и неизвестно, кто попадется им на пути. Вдохнув в грудь побольше воздуха, дамы вышли из покоев. В гостиной факультета в столь ранний час выходного дня сидели несколько первокурсников, парочка третьекурсников и Забини. Мулат неспеша потягивал огневиски, смотря на горящий камин. Девушки переглянулись. Они думали, что все сейчас на поле и встретить однокурсника не ожидали. Вдруг брюнет поднял голову и облегченно выдохнул, ставя стакан на столик и поднимаясь с кресла. — Дамы, — картинно поклонился он подругам. — Вы заставили меня ждать, — улыбнулся мулат. — Ждать? — вскинула бровь Гринграсс. — С какой радости ты нас ждал? Для чего? — фыркнула девушка, отводя взгляд к камину. — Не глупи, — закатил глаза Блейз. — Вся школа того и ждет, что Кэсс останется одна. Да и к тому же Драко просил приглядеть за сестренкой, — посмотрел Забини в шоколадные глаза напротив. Шатенка смутилась, опустив взгляд на пол. Не хватало ещё, чтобы за спиной шептались, что новоиспеченная «принцесса подземелий» ходит с охраной из однокурсников. — Ладно, пойдёмте уже, — сказала Гонт-Блэк, когда ей изрядно надоела напряженная тишина. Все в гостиной давно смолкли, наблюдая за знаменитой ученицей, а между Забини и Гринграсс четко прослеживалась какая-то тяжелая нить.       Блейз сразу оживился и направился к выходу из помещения первым. Картина открылась, выпуская школьников из факультетского убежища. В коридоре никого не было, но отдалено были слышны редкие голоса, которые заставляли Мракс вздрагивать, словно кто-то обращается прямо к ней. Однажды голос оказался слишком близко, будто за новым поворотом, и девушка инстинктивно схватилась за Забини. Мулат обеспокоенно посмотрел на шатенку и обнял за плечи девушку. Со стороны эта картина смотрелась красиво — слизеринские шестикурсники, такие статные и гордые, аристократические, шли молча втроем, красивый юноша обнимал обворожительную подругу, а вторая девушка была по правую руку от него, грациозно смотря вперед. Казалось — прегради им дорогу — и пожалей свои нервы.       Время подходило к восьми утра, и хоть завтрак в воскресный день начинался в половину девятого, в Большом Зале уже понемногу подтягивался народ. Кое-какие продукты уже появились на столах, и, проходя мимо входа, Кассандра поняла, что очень хочет хоть чуть-чуть перекусить. — Может зайдем на минуточку? — жалобно посмотрела она на Забини, что все ещё обнимал её и, казалось, отпускать не собирался. — Только за… — задумалась она. — За яблочком! — восторженно вдруг вскрикнула она.       Блейз и Дафна улыбнулись, словно маленькому ребенку. — Ладно, если только за яблочком, — передразнил голодную Мракс мулат, за что тут же получил толчок в бок. Все втроем они рассмеялись и вошли в Зал. За каждым факультетским столом сидело уже порядка двадцати человек, а за преподавательским столом восседали директор, профессора Макгонагалл, Снейп, Трелони, Флитвик, Хагрид и Месхи. — Делай вид, что никого не замечаешь, — подмигнула Кэсси Дафна. — Это добавит тебе аристократизма, дорогая.       Мракс кивнула и они двинулись к своему столу. — Почему на нас так странно смотрят профессора? — спросила Кассандра у друзей. В ответ услышала лишь усмешку Гринграсс. — Кэсси, милая, а ты посмотри на себя со стороны. Ты выглядишь восхитительно и к тому же ты всё ещё стоишь в обнимку с новым однокурсником, если забыла, — сев на скамью, невозмутимо вещала Дафна. — Ох, да, — стукнула себя по лбу Гонт-Блэк. Она только-только хотела высвободиться из теплых объятий мулата, как неожиданно для себя самой застыла как вкопанная. В дверях появились Гарри Поттер, Рон и Джинни Уизли. Сначала они не заметили бывшую подругу, но повертев головой, они точно также застыли. Взгляд Кассандры встретился со взглядом брюнета, и девушка была не в силах заставить себя смотреть в другую сторону. Это же Гарри, её милый Гарри. Такой… такой честный, искренний, всегда готовый помочь — сейчас она видела, как его взгляд менялся от непонимания до жгучей обиды, а потом и до ненависти. Все в Большом зале замолчали, наблюдая это противостояние взглядом. Некоторые боялись даже дышать — такой напряженный это был момент. Профессора и директор в том числе внимательно смотрели за происходившей ситуацией, боясь отвлечься и не успеть помочь. Стоя по обе руки от Поттера, оба Уизли также смотрели на бывшую сокурсницу. Любой неверный шаг, неверно сказанное слово могло привести к катастрофе. К открытому противостоянию «все против Слизерина». Ни Гарри, ни Кассандра не отводили взгляд. Блейз не шевелился, готовый в любой момент к схватке. — Грейнджер, — крикнул вдруг Поттер. — Пойдём поговорим, — грубым тоном сказал он, не двигаясь с места. — Зачем, Поттер? — ответил заместо подруги Блейз, очень медленно отводя девушку за себя. — Не твоё дело, Забини, — выплюнул брюнет. — Моё, Поттер, моё, — ровно ответил мулат, но в его голосе ярко было слышно презрение. — Не вмешивайся, Блейз, — вдруг тихо сказала Мракс, обходя юношу, посмотрев ему в глаза. — Он не станет убивать меня в пределах школы, — на ухо прошептала девушка. — Гарри, — крикнула она. — Я не вижу смысла разговаривать, — отчеканила она. Рон до боли сжал челюсть — этим голосом шатенка всегда заставляла нерадивых учеников делать домашнее задание и начать учиться. — Давай разойдемся мирно, — смотря прямо в глаза брюнету, говорила Гонт-Блэк. — Никому не нужна война, — наклонив чуть голова, вещала она. — Не нужна война? — вспыхнул Поттер. — Твой папаша развязывает войну, убивая невинных, а ты стоишь тут и говоришь, что никому не нужна война. Ты начала её тем, что вообще появилась на свет! — разъяренно крикнул брюнет. Глаза его налились кровью, а сердце бешенно забилось. Эмоции ворвались в разум, окутав сознание. — Поттер! — вдруг грозно крикнул Снейп из-за преподавательского стола. — Защищаете её? — зло выплюнул зеленоглазый юноша. — Конечно, а как же иначе! Она ведь Его дочь, — смотря в глаза ненавистному профессору, сказал Гарри. — Достаточно, Поттер, — поднялись из-за стола Макгонагалл и Снейп и подошли к своим ученикам. — Идёмте, юноша, — взяв за руку брюнета, увела она его.       Северус же повернулся к своим подопечным, наклонился и тихо, так, чтобы слышала только Мракс, прошептал: «В пределах школы никаких убийств». Кассандра улыбнулась, а Снейп уже повернулся к остальным и громко сказал. — А ну прийти в себя. Ничего не произошло, — добавив грозного взгляда для устрашения. Кто-то кашлянул от страха. — Умеем попадать в переделки, Гонт-Блэк, — послышался стальной голос из-за спины шатенки. Та качнула головой и улыбнулась. — Беру пример с брата, — кивнув вместо приветствия, ответила Мракс.       Северус вернулся на своё место за учительским столом, ловя на себе взгляды с разных сторон Большого Зала. Аден Месхи старательно прятал улыбку, опустив голову, словно что-то рассматривая на столе.

***

      Погода на улице безумно радовала — тепло, солнечно. Хорошо. Воздух окутывал, обнимая, и из его объятий бежать хотелось в последнюю очередь. Здесь, совсем недалеко от тренирующейся команды своего нового факультета и восторженных криков фанаток, отдыхала Мракс. Сидя на траве, она прислонилась к старому дубу, смотря на голубую гладь большого и чистого озера. Всё это завораживало её. Мысли раскладывались по полочкам и опасность, казалось, миновала. Туда-сюда сновали ученики, наслаждаясь выходным днём. Всё шло своим чередом, и существование человека сейчас даже не представлялась возможным сознанию Гонт-Блэк. Так спокойно девушка не чувствовала себя давно, и даже не вспоминался произошедший буквально час назад инцидент. Он казался нереальным. Да и вся ситуация с новым факультетом…       Неожиданно рядом хрустнула ветка, и девушка вынырнула из пучины спокойствия, вскочив на ноги и готовая отражать удары. — Филоним от поддержки любимой команды? — совершенно невозмутимо спросил Аден Месхи, опускаясь на траву рядом с шатенкой. Глаза кареглазой расширились от удивления и она застыла как вкопанная /второй раз за день/. — А у тебя всегда такое глупое выражение лица, или только сегодня, Сандра? — нарочито елейным голосом вытянул он её имя. Девушку аж передернуло. — Кассандра, меня зовут Кассандра, а никакая не Сандра, — поморщившись, сказала шатенка, садясь обратно на своё место. — И вовсе у меня не глупое выражение лица, я просто неожидала, — насупила она, скрестив руки на груди и чуть наклонив голову вправо. Было очень жарко, так что покраснела девушка вдвойне. При этом она заметила, что у молодого преподавателя даже рукава не закатаны, хотя от этого и становилась жарче. — Почему вы не закатаете рукава? — закусив губу, спросила она парня. Тот качнул головой и усмехнулся, смотря куда-то вглубь озера. На лице его отразилась тень сомнения, рассказать правду или нет. Скрывать это от неё не было смысла, но снующие мимо студенты того и смотри норовились подслушать, о чем новый преподаватель говорит со знаменитой слизеринкой. — А что, хочется меня раздеть по тихой грусти? — закинув руки за голову и наклонившись на дерево, посмотрел Аден на Мракс. Та вспыхнула от возмущения — всё-таки корни Грейнджер никуда не ушли — и замотала головой. — Как вы!.. Да вы!.. — задохнулась от подступившего непонимания Гонт-Блэк, но девушка быстро взяла себя в руки. — Вы некомпетентный для преподавателя Хогвартса! — вскинув голову, гордо сказала девушка, встав с травы и отряхнулась. — Всего хорошего, — развернулась на каблуках и ушла в сторону девочек своего факультета, оставив улыбающегося учителя наедине с самим собой. Но, скучать ему наверняка долго не придется, скоро набегут прослышавшие о молодом красавчике студентки и всё — считай пропал. — Стерва, — широко улыбнулся он, прикрывая глаза. Да, с этой девчонкой они ещё повоюют и не раз, но сейчас он чувствовал, как татуировка на левой предплечье начинает жечь. Стиснув зубы от досады, молодой человек поднялся на ноги и направился к своим апартаментам. С каждым шагом он чувствовал усилившееся жжение, голова начала взрываться болью, а ноги стали подкашиваться. Решив, что не сможет подняться так высоко, он направился прямиком в подземелья.       Распахнув дверь класса зельеварения, Аден обнаружил за столом сидящего и проверяющего работы учеников, Северуса Снейпа. Тот равнодушно поднял голову и вновь опустил её, возвращаясь к проверке. — Что вам угодно, профессор Месхи? — в голосе его чувствовалась какая-то напряженность, но в целом декан факультета Слизерин был спокоен, как удав. Впрочем, как всегда.       Силы ответить юноша нашел не сразу. Боль прожигала каждый миллиметр тела молодого человека. Карие глаза казались совсем черными сейчас, а рубашка облепила тело из-за обильного потоотделения. Волосы прилипли ко лбу, идеальная некогда прическа напоминала скорее воронье гнездо. Сухо сглотнув, Аден осел на пол от бессилия и громко прошептал. — Мне нужна помощь, отец, — сказал он и отключился от новой накатившей волны боли. Он уже не видел, как из-за стола буквально вылетел Снейп, как подбежал к нему и как сильно тот хлопнул об стену рукой.       «счастье — это путь, а не судьба».