Золотая клетка

Скай нервно крутила в руках рекламную брошюрку, рассказывающую о красотах Лос-Анджелеса. Почему-то возвращаться в свой родной город было страшно. Она бросила взгляд в иллюминатор, где ночную мглу рассеивали мириад огоньков города Ангелов. Тяжело вздохнув, она отвернулась и опустила шторку. В салоне все еще было тихо: большинство пассажиров едва проснулись. Сидящая рядом со Скай Хани продолжала сопеть, завалившись на плечо Шинхе. Бессонница у Скай отступила, но сон все еще был беспокойный. Она закусила губу и посмотрела на телефон. Почти час ночи. В груди у Скай опять появилось неприятное щемящее чувство. Сегодня ей исполняется двадцать два, но она ощущала себя разбитой жизнью старухой. Она написала парочке своих друзей что прилетает сегодня и ей дали два дня выходных в качестве поздравления. Никто не ответил. Скай тяжело вздохнула и убрала телефон. У неё так давно не было выходных, она мечтала о них с самого начала весны, но сейчас она совершенно не знала чем себя занять. Скай поняла, что одной в родном городе ей совершенно нечем заняться. Из-за разницы в часовых поясах и глубокой ночи, заселение в отель было очень тихим и спокойным. Скай почти сразу же разделась и рухнула в кровать, чувствуя небывалую усталость от всего. Когда она проснулась от громкого стука в дверь и яркого солнечного света, ударившего по глазам, Скай очень удивилась. Она уже привыкла просыпаться несколько раз за ночь и встречать рассветы. Все еще медленно моргая, Скай с трудом села на кровати и протерла глаза. Хани, которая и раскрыла шторы, поскакала открывать дверь в номер. — Ой, это мне? — раздался её радостный голосок. — Если вы Скарлетт Ан, то да, — послышался голос горничной. — О, нет. — Хани немного погрустнела. — Она спит. — Тогда я поставлю это на её прикроватный столик. Скай, до этого сидевшая с закрытыми глазами, с трудом разлепила их. Горничная спросила она ли Скарлетт Ан, и получив утвердительный ответ, поздравила её с днем рождения и установила поднос на её кровать. Попрощавшись, она вышла. Любопытная Хани почти мгновенно подскочила к кровати Скай и с плохо скрываемой завистью уставилась на поднос, который был заставлен всякими вкусностями: пиалами со свежими ягодами, жареным беконом и тостами с маслом. Также на подносе была небольшая белоснежная ваза с пышным букетом цветов, название которых Скай не знала. В нежно-розовых лепестках была вложена небольшая поздравительная открытка. Хани первая заметила её и её глаза зажглись от любопытства. — Кто это тебе такое прислал? — она бухнулась на кровать Скай. Поднос опасно закачался, а из кружки едва не вылился кофе. Скай недовольно поджала губы и подтянула поднос к себе, опасаясь за сохранность своего завтрака. Ей самой стало любопытно кто сделал такой приятный подарок, в голове уже крутилось одно имя. Подрагивающими от волнения пальцами, она достала открытку и раскрыла её. Внутри аккуратным почерком с завитушками на английском было написано два четверостишия. Подписи, разумеется, не было. Скай углубилась в чтение, и с каждой строчкой сердце переполнялось чувствами, а щеки краснели. — Что там? — Хани попыталась сунуть нос в открытку. — Это личное. — Скай закрыла её и засунула под подушку. — А от кого? — допытывалась она. — Там нет подписи, — хриплым от волнения голосом ответила Скай и попыталась заесть свое смущение спелой клубникой. Хани поняла, что от Скай ничего не добьется, вздохнула и пересела на свою кровать. — И что, прям даже идей нет? — предприняла еще одну попытку Хани. — Не знаю… — Скай собрала все свои актерские таланты и, схватившись за подбородок, задумалась. — Хотя, в последнее время на меня смотрит тот парень… — Скай не могла придумать ни одного имени. — Э, я забыла, как его зовут… Парень из охраны. — О! — Хани проглотила наживку и начала сама себе придумывать подходящий сюжет для сплетен. — Значит, мне не показалось! Ынджун его зовут. — Да-да, — закивала Скай, одновременно жуя тост и заедая виноградом. — Вроде бы его так зовут. Высокий такой, широкоплечий. Вообще, под эту категорию попадала добрая половина стаффа мужского пола, но Хани, умница такая, сама подтянула находу придуманную легенду Скай. Поев еще немного фруктов, Скай предложила Хани тоже полакомится ими, а сама пошла в душ. Выйдя из него, она услышала, как скрипнули пружины кровати, будто кто-то на неё с размаху только что прыгнули. Она вышла из-за угла и увидела, как Хани лежит на своей, сосредоточенно копаясь в телефоне. Скай нахмурилась, но ничего не сказала. Она начала проводить себя в порядок, но тут Хани опять к ней подскочила и предложила уложить ей волосы и подкрасить. Противиться этому она не стала — какая девушка откажется от профессиональной укладки и мейкапа? Пока Хани порхала над Скай, она расспрашивала о её сегодняшних планах. Скай лишь пожимала плечами: она до сих пор не знала, что делать со своими выходными. В итоге она просто решила выйти на улицу и уже по ходу дела найти себе занятие на целый день. Через полчаса Хани торжественно развела руками и отступила от Скай. Она повертелась перед зеркалом и от чистого сердца поблагодарила Хани. Та широко улыбнулась и по обыкновению своему смутилась, прикрыв лицо кисточками для нанесения макияжа. Скай натянула на себя первые попавшиеся вещи, закинула в рюкзачок кошелек, скетчбук с пеналом и прочие мелочи и отправилась на поиски приключений. Но прежде чем она проведет свой день рождения в гордом одиночестве, она хотела пересечься с Джином и поблагодарить его за его подарок. Или все же это был не он? Но к сожалению запланированного Скай так и не осуществила. Пока она просыпалась, завтракала, нежилась в душе и приводила себя в порядок, парни уже уехали из отеля по делам. Они хотели как можно раньше подключиться к подготовке их концерта сегодня вечером: отработать сложные элементы танца на непривычно маленькой сцене и помочь работникам настроить всю аппаратуру под их запросы. Скай все понимала, но ей стало немного тоскливо. С того вечера в Австралии они с Джином практически не пересекались, не то что бы поговорить по душам наедине. Иногда ей казалось, что он её избегает, но если посмотреть объективно — просто так получалось, что пока Скай была занята костюмами Хоупа, Намджуна и Чонгука, с Джином работали другие люди. Всегда бежать к нему, выделяя его из группы было верхом глупости. Возможно, он слишком близко принял её слова про отношения и разбитое сердце, и посчитал лишнее внимание своеобразным давлением. Размышляя об этом, Скай шагала по людной улице Лос-Анджелеса. Поняв, что надо уже решить куда отправиться, она остановилась перед светофором. Оглядевшись, она увидела небольшой цветочный магазинчик. В голову пришла идея, но она отдалась щемящей болью в груди. Скай закусила губу и все же направилась к нему. Через несколько минут она вышла из него, а в руках у неё был небольшой букет белоснежных роз. Скай почти сразу же поймала такси и машина рванула на окраину города. Она заплатила водителю и сказала не ждать её. Напоследок уркнув мотором, машина с желтой шашкой медленно отъехала, а Скай оглядела окрестности. Хоть и кладбище сейчас было залито жарким калифорнийским солнцем, у Скай было ощущение что она вернулась обратно в прошлое. В промозглые октябрьские дни, когда были похороны мамы, и она каждый день ошивалась тут, не в силах отпустить последнего родного человека за ту грань, где начиналось Царство Вечности. Сжав трясущимися руками букет, она шагнула на территорию кладбища. Оно встретило её умиротворяющей тишиной, теплым дуновением ветра и шелестящим шепотом ветвей. Скай показалось, что её словно приветствуют. Когда у мамы отступала депрессия и пелена горя спадала с её разума, она всегда встречала Скай как только она приходила домой. Она заключала её в теплые материнские объятия, расцеловывала в обе щеки и начинала шептать ей на ухо как она соскучилась по ней. Скай лишь смеялась от щекотки и бежала к столу, где её ждал горячий приготовленный ужин. С каждым годом этих проблесков становилось все меньше. Ноги в открытых босоножках утопали в теплой зеленой траве, когда Скай на ватных ногах приближалась к могиле матери. Хоть тут за долгое её отсутствие добавилось табличек с именами, она до сих пор помнила дорогу. Дойдя до нужного места, Скай опустилась на колени и провела рукой по выбитым в камне буквам. На пальцах осталась пыль. Скай вздохнула и достала из рюкзака влажные салфетки и аккуратно почистила надпись. Скай еще какое-то время вглядывалась в имя своей матери и цифры её жизни, задумавшись, сколько же боли и отчаяния уместилось в этот короткий срок: сорок четыре года, из них половина превратилась в бесконечное и бессмысленное ожидание человека, которому было плевать. Слезы сами по себе потекли из глаз, но Скай не стала их вытирать. Пускай льются, ведь это намного лучше, чем держать все в себе. Она положила ладони на постепенно нагревающийся камень и закрыла глаза. Перед внутренним взором пронеслись воспоминания от самых ранних, которые напоминали больше засвеченные фотографии, до темных и мрачных, где мама больше напоминала призрак. Сладковатый запах её золотистых мягких локонов сменялся перегаром и тяжелым дымом сигарет, голос из грудного, полного жизни превратился в хриплые дрожащие стоны. Некогда теплая и мягкая ладонь стала походить на обтянутый сухой и холодной кожей скелет. Запах в итоге преобразовался в больничный, ярко-голубые глаза потухли и словно превратились в две стекляшки. Скай до последнего сжимала руку матери, когда она агонизировала на больничной койке. Скай вздохнула и распахнула глаза. На мгновение ей показалось, что она почувствовала теплое прикосновение к своим рукам. Не на шутку испугавшись, она отдернула руки и растерла их. Затем глупо улыбнулась — ну даже если допустить что это призрак мамы, то зачем пугаться? Она еще какое-то время посидела на могиле, рассказывая о своей жизни, как она резко поменялась за эти девять месяцев. Её рассказу вторил все тот же едва слышный шелест листвы. С каждым словом на душе у Скай становилось легко и приятно. Выговорившись, она облегченно вздохнула и улыбнулась. Погладив напоследок надпись, Скай поднялась на ноги и зашагала к выходу. Когда она стояла и ждала такси, на ум пришла еще одна идея. Скай рассудила, что сегодня слишком хороший день, чтобы её идеи были плохими. Что может быть лучше, чем «свой день» посвятить тем, кому не так повезло в жизни? Скай отправилась в небольшой приют для животных, где часто помогала волонтером до отъезда в Корею. Сейчас Скай переполняло чувство нежности и безграничного счастья, и ей хотелось выплеснуть это на кого-нибудь, окружив заботой и лаской. Скай вернулась обратно в отель смертельно усталой, но очень довольной. В ушах все еще стоял громкий радостный лай десятка собак, которых она вывела прогуляться в ближайший парк из клеток. После приюта также было немного грустно — все собаки были такие милые и добрые, что всех хотелось забрать домой. Джессика — начальница приюта — шутила, что ну хоть одну подмышкой увезти Скай сможет. После такого Скай еще сильнее начала скучать по своему старичку Брюсу, и уже с нетерпением ждала возвращения в Сеул. Было уже около одиннадцати вечера, и она думала, что концерт уже окончен, но она зашла в темный и пустой номер. Щелкнув выключателем, она скинула обувь и на гудящих от усталости ногах протопала до застеленной кровати и рухнула на неё прям в одежде. Глаза слипались, но все-таки ей хотелось дождаться бантанов и урвать хотя бы минутку времени Джина. Скай запустила руку под подушку и нащупала открытку. Она вытащила её и еще раз перечитала стихи, которые посвятили ей. Как она могла считать Эйтана заботливым и нежным? Несмотря на то, что они с Джином еще не встречаются, он оказывает ей такие знаки внимания, словно они были героями романтического фильма. Скай расплылась в глупой улыбке и уткнулась лицом в подушку. Но долго лежать и мечтать о романтической чепухе Скай не дали. Совсем скоро в номер вернулась Хани, и Скай быстро сунула открытку обратно под подушку. Хани шумно зевнула и ойкнула, видимо не ожидав увидеть Скай. — Как прошел концерт? — поинтересовалась Скай. — Ох, как обычно! — Хани нацепила на лицо улыбку, но её глаза выдавали смертельную усталость. Она еще раз широко зевнула и потянулась. — Мальчики были на высоте. Скай кивнула и спросила Хани, кто первый пойдет в душ. Она попросилась первой, Скай не была против. Но прежде чем уйти, Хани усадила за туалетный столик Скай и наказала тщательно снять весь макияж. Пока она купалась, Скай успела привести себя в порядок и едва не заснуть. Наконец Хани выплыла из ванной. Спать хотелось просто ужасно, так что Скай просто наскоро приняла душ, не помыв голову, и влезла в пижаму. Хани уже к тому времени заснула, даже не выключив свет. Только Скай протянула руку к выключателю, как в дверь тихонько постучались. Скай удивилась — кого же принесло в столь поздний час. Выключив свет, она спросила кто там. — Джин. Скай рывком открыла дверь и выскочила из номера, едва не налетев на него, и отдавив ему ноги. Джин явно опешил от такого внезапного появления. Затем его взгляд скользнул по нежно-розовой пижаме, которая состояла лишь из топа на тонких бретелях и коротеньких шортиков. Он постарался не замечать обнаженные плечи и ключицы вместе со стройными ногами, но не обратить на это внимания мог только слепой или святой. Джин хотел что-то сказать, но из головы вылетели все мысли и он лишь открыл рот. — Хотела перехватить тебя еще утром, но вы уже уехали. — Скай стояла опустив голову, и не видела замешательства Джина. — И поблагодарить за завтрак и… Открытку. Это же ты? — уточнила она и посмотрела на него. Джин моргнул и поспешно отвел взгляд и начал изучать потолочный плинтус. Он чувствовал как Скай выжидающе смотрит на него и опустил взгляд. — Да… — Джин нервно хохотнул и почесал затылок. — Надеюсь… Это не было лишним? — Нет, не было… Скай опять опустила взгляд и начала рассматривать свои белые отелевские тапки. Повисло неловкое молчание. Джин поскреб затылок. — Еще раз с днем рождения. — Спасибо. — Скай опять улыбнулась и посмотрела на Джина. Оба замерли в нерешительности: они вспомнили как Скай обняла Джина, когда поздравляла его. Тогда это был всего лишь невинный порыв, ничего необычного для девушки, воспитанной в американском обществе, где объятия знакомых, вне зависимости от пола, были нормой. От ожидания и неловкости воздух буквально трещал от напряжения. Джин дернулся, подавшись вперед, но затем также резко распрямился. Скай, покраснев, шагнула к нему на встречу и первая обхватила его за талию, и прижалась щекой к груди. Джин неловко приобнял её за плечи, но затем убрал руки и не знал куда их деть. Ему стало очень неловко и он отстранился и попытался растянуть низ футболки. Скай заправила волосы за ухо и отошла к двери. — Ну, спокойной ночи? — Скай схватилась за ручку двери. — Спокойной ночи. — Джин опять одернул футболку и сложил руки в замок перед собой. Скай открыла дверь и скользнула обратно в номер. Джин еще минуту пялился на закрытую дверь, затем застонал и постучал кулаком по лбу. Он хотел сказать Скай что немного порвал штанину на выступлении, и попросить как-то починить её, но вместо этого… Джин засунул руки глубоко в карманы и потопал обратно к себе в номер. Теперь она будет думать, что он вечно ошивается рядом с ней, словно стервятник.