Это что, шутка?!

Доктор Чон Йунг принимал очередной наплыв пациентов. Что за мысли посещают людей перед тем, как запихнуть себе в рот лампочку или кулак, а затем в панике лететь в больницу, так как вытащить инородные предметы изо рта не представилось возможным? Иное дело дети, они, по незнанию и интересу, могут проглотить что угодно, или впихнуть это в нос. А эти паникеры, которые приходят с температурой 37, голося во все горло, что они при смерти? Врач в очередной раз выдохнул, закрывая глаза. Вот уже довольно долгое время какая-то бабулечка рассказывала ему про боли в желудке после того, как она съела порцию своего любимого острого карри. - Госпожа Мёнсу! – кричал доктор над ее ухом – бабушка была глуховата. – Я же в прошлый раз вам сказал, что запрещаю кушать острого! Но пациентка начала возмущаться, что просто категорически не может жить без этого. Йунг хотел было начать в очередной раз свою долгую и дотошную лекцию, которая так ему надоела, но женский голос объявил по громкой связи код синий в палате Нарён. Врач опешил. Он сорвался с места и, оставив пациента, поспешил к девушке. Потребовалось меньше минуты для преодоления довольно значительного расстояния. Чон буквально ворвался в палату и на входе столкнулся с медсестрой. - Если что, это была не моя идея, - пояснила она и покинула палату. Доктор Чон услышал слабое хихиканье и обратил внимание на его источник. Нарён находилась в положении полусидя и устало улыбалась. - Эй, ты! – воскликнул мужчина и ткнул на девушку пальцем. Он зол. Врач подскочил к младшей и стал грозить пальцем. – Ты маленькая паршивка! – небольшая пауза. – Наконец-то ты проснулась! – воскликнул врач и принялся обнимать названную дочурку и плакать, плакать от радости. Нарён болезненно прохрипела и мужчина послабил свою хватку. Все же, хоть все тело и было ослабленно, оно все еще ужасно болело от любых прикосновений. - Как ты себя чувствуешь? – мужчина отстранился и тут же принялся светить фонариком в глаза пациентки, она недовольно вздрогнула и закрыла глаза. - Устала, спать хочу, - с трудом процедила она и сглотнула то небольшое количество жидкости, которое удалось собрать. Во рту и в горле пересохло, потому разговоры причиняли некий дискомфорт. Доктор Чон заботливо помог девушке сделать парочку небольших глотков воды и недовольно цокнул. - Ты спала неделю! Не выспалась? Но ответом на вопрос послужила удивленная реакция. Она так и говорила «сколько???». - Но с кодом было жестоко, - мужчина обиженно сложил руки на груди и отвел глаза в сторону. - Увидела подобное в сериале, подумала, что так было бы забавно, - говорить было тяжело, да и голос не был похож на прежний. – Сонбе, если прошла неделя, то сегодня пятница? – врач одобрительно закивал. – Тогда, как ребята выступили? Менеджер говорил, что это крупное мероприятие. – Она пару раз причмокнула, в горле снова пересохло, потому старший в очередной раз помог ей напиться. - Ты вовремя проснулась. У них творится какой-то пиз… кхем, - врач достал телефон и принялся набирать Намджуна, но парень не отвечал. – Чтобы ты понимала, эти волчата чуть глотки себе не перегрызли. И да! Очень раздражало видеть кого-то у тебя. Ох уж эта отцовская ревность. – Чон раздраженно выдохнул и снова набрал лидера БТС. – Раз уж ты подшутила надо мной, я имею полное право сделать такое с ними. Ибо нечего мне тут скалить… Ким Намджун, черт подери! – воскликнул он на всю палату. – Почему я не могу дозвониться до тебя? Собери мне остальных. Кажется, его забавляли эти перепуганные мордашки, которые отобразились на экране. - Ну что, волчатки, вы же знаете, для чего я вам звоню? - Йунг прикусил свои щеки изнутри, так как широченная улыбка готова была озарить лицо и испортить весь спектакль. Но это не помогло, потому врач опустил голову, стараясь не рассмеяться. Нарён не вмешивалась до того момента, пока не услышала дрожащий голос Намджуна. - Да ну все, это жестоко. - Эй! Тебе можно, а мне нет? – но на это Нарён лишь подкатывает глаза и легко улыбается. - И не подкатывай мне тут глаза, паршивка! – наставник устанавливает телефон перед девушкой и та видит как шок и недоразумение поочередно возникает на красивых лицах. - Приветики, как поживали? – но парни сконфужены, они не знаю что и сказать. - Нарён! – радостно воскликнул Тэхён и вырвал телефон из рук лидера. – Доброе утро, вернее, вечер! – и он смачно стал выцеловывать экран. Девушка засмеялась слабо и устало. - Эй, фу, перестань! – завопил Нам и принялся отбирать телефон. Послышался и смех парней, который принес облегчение. Впервые за эту неделю бантаны смеялись, улыбались и контактировали друг с другом. Они принялись засыпать девушку кучей вопросов, но она проигнорировала их, не было сил отвечать. - Что там с вашим выступлением? – перебила она череду вопросов. – Я его уже пропустила? - Как раз вовремя! Мы через несколько минут выходим! – объявил радостный Мин, влезая в экран откуда-то сбоку. - Я буду смотреть на вас, - объявила девушка и снова пару раз причмокнула. Вновь это предательское горло пересохло. – Так что хорошенечко постарайтесь и не подведите меня! - Будет сделано! – салютует Хосок и парни снова заливаются в смехе. - Нарён, Нарён, - тараторит Чимин, - а ты поцелуешь меня, если я постараюсь? – Юнги хотел дать Паку подзатыльник, но его опередил макне за что получил одобрение от старшего. Парни вновь звонко хохочут. - Поцелую того, кто будет лучше всех! – посмеивается Нарён и врач неодобрительно вскидывает бровь и подкатывает глаза. - О, ребят, здесь без вариантов, - отзывается Сокджин. – Можете на сцену даже не выходить! Поцелуй мой! – но бантаны хлопают его по плечу и по спине и тут же отрицают его слова, ставя себя на ступень выше. - Ой, ну все, хватит, валите на сцену! - возмутился врач. - Погодите, сонбе, - останавливает девушка наставника, когда тот хотел сбросить вызов. Старший возвращает телефон на прежнее место. – Чонгук, спасибо, если бы не ты, то… - Не за что, нуна, - гордо отмахивается младший. - Чего? Как ты меня назвал? – Это было больше издевкой со стороны девушки, на что Гук раздраженно отмахивается и сбрасывает вызов под общий смех. Наставник вновь спасает пересохшее горло младшей и включает телевизор, где сейчас во всю вещают ведущие о заслугах группы Twice. Девушки выходят на сцену и начинают свое выступление. Нарён ловит себя на мысли, что видела их на мероприятии в особняке. Тем временем, пока бантаны еще не на сцене, доктор Чон заводит серьезный разговор и выпытывает у девушки все о человеке, избившем ее. Барышне тяжело говорить, глаза закрываются, и вновь хочется спать, но она упорно продолжает рассказ. Она хочет выговориться, слишком долго страница про приемную семью оставалась втайне от окружающих. Настал тот момент, когда необходимо открыть ее миру. Ведущие объявили ее парней. Девушка с восхищением наблюдала за ними. Эта сумасшедшая хореография, вокал, музыка, тексты – все звучало безупречно. Даже Йунг это отметил. Парни искрились положительными эмоциями, страстью и, как обычно, невероятной харизмой. Выступление с блеском окончилось и ребята, словно обезьянки, стали паясничать перед камерами, слать воздушные поцелуи, сердечки и все в этом роде. Это было адресовано Нарён. Она устало улыбнулась и медленно моргнула, держась из последних сил. - Нарён, - обратился врач, когда опускал изголовье кровати. – Хочешь, я пропишу тебя в своем семейном реестре? Станешь мне официально дочерью? - Было бы не плохо, - еле слышно шепчет девушка и проваливается в долгожданный сон.

***

Уже была глубокая ночь, когда сквозь сон Нарён услышала посторонние шумы. Она вздрогнула и нахмурила брови, но шумов только стало больше. Девушка нехотя и очень осторожно открыла глаза и первое, что увидела, так это летающую руку перед своим лицом. - Я сейчас ее оторву, если не прекратишь, - хрипит она и Тэ одергивает руку, ударяя себя локтем в живот. Палата наполняется мужским смехом. Даже доктор Чон, который сейчас стоял в дверях со скрещенными руками, хохотал вместе с ними. - Она как Шуга! – восклицает Джин. – Он точно такой же, когда проснется! Мин развел руки в стороны и пожал плечами. Ребята одобрительно закивали, кидая какие-то фразочки. В палате находились все семеро. Они, удачно окончив выступление, как обычно, забрали несколько наград, а затем, сбежав от менеджера после окончания мероприятия, приехали в больницу. С корабля на бал, как говорится, но в нашем случае все наоборот. Парней не пускали, но на помощь пришел Чон Йунг. Он провел айдолов через пост и помчался за ними по коридору, когда те радостно бежали в сторону желаемой палаты. - Вы что здесь делаете? – Нарён была несколько возмущена. Врач поднял изголовье ее кровати, и девушка недовольно осмотрела парней, которые были в полной боевой готовности. – Боже, только не говорите, что вы сбежали! - Нет, ну что ты, - улыбался Мон, - мы просто скрылись от менеджера и угнали машину! Палата вновь наполнилась смехом, тогда как девушка растянула губы в улыбке и легко покачала головой. - Кто-то там меня поцеловать обещал! – Чимин складывает губы трубочкой и тянется к девушке, но Тэхён оттаскивает его назад за шиворот. Чонгук, улыбаясь, обнимает Пака со спины и удерживает на месте. - Эй, Пак Чимин! – возмущается Ви, но появляется новая угроза на противоположном фронте. - Правильно Тэ-Тэ! Поцелуй ведь мой! – теперь – то Джин наклоняется к девушке, но, на удивление всех присутствующих, в подставленную щеку его поцеловала не Нарён, а доктор Чон Йунг. Сокджин широко раскрыл глаза и упал на пол, став отползать подальше от врача и потирать щеку. Он возмущался и протестовал, но доктор победоносно улыбался. Парни залились диким хохотом, как и девушка. - Нарён не может выбрать лучшего, - поясняет врач, - а вот мне понравился ты, Джин-оппа! Кью! – взрослый мужчина с легкой щетиной делает эгьё и посылает Джину воздушный поцелуй в его стиле, что сражает всех присутствующих наповал. Они сворачиваются пополам и хохочут до слез, до коликов в животе, до нехватки дыхания, до кашля… Девушка осматривается, и, насколько позволяют ее силы, широко улыбается. Счастливый вид парней и сонбе – кажется, она нашла то, что ей дорого.