Номер 202

Я слышал, что человеческие глаза способны сказать больше, чем можно выразить словами, но сейчас мне казалось, что этот фокус способны проделать и губы. Никто за всю мою довольно длинную жизнь не целовал меня так отчаянно, будто в последний раз. Сперва я опешил от его напора, а потом банально испугался открывшейся для меня правды. Этот парень, который так любит искать неприятности на свой аппетитный зад, в меня влюблен. Если бы кто со стороны сказал мне об этом, я бы усомнился в его здравом уме. Я совершенно не тот человек, который может действительно заинтересовать такого молодого и смазливого парня, как этот. Захоти, он мог получить любого, а ему приспичило связаться с не самым привлекательным и далеко не милым мужчиной почти в два раза старше его самого, и самое забавное, что дело было даже не в деньгах. Я прожил достаточно, чтобы успешно отличать охотников за золотом от обычных людей, которые не видели во мне кошелька, набитого купюрами. Жаль, конечно, что моя бывшая жена оказалась из числа охотниц. Когда мы познакомились, я был слишком молод и влюблен, чтобы рассмотреть правду, а когда увидел — уже родилась дочь, а я не хотел бросать ее еще в младенчестве и не видеть первых шагов, не слышать ее первых слов. Она стала смыслом моей жизни, вот только терпеть жену с каждым годом становилось все сложнее, я и не заметил, как перестал ночевать дома, а место любовниц заменили молодые симпатичные парни. Не скажу, что это стало для меня шоком, я еще в старшей школе любил развлекаться одновременно — как с парнями, так и с девушками, пробуя все прелести секса, наркотиков и пропадая на вечеринках не до утра, а на несколько суток. Вседозволенность развращала, границы стирались, и вскоре я понял, что плохо закончу, если не угомонюсь. К тому времени я уже учился в колледже, был знаком со своей будущей женой и решил, что это знак свыше, именно она станет тем, кто вернет меня на правильный путь. И я действительно оставил разгульный образ жизни и посвятил себя сперва учебе, а позже работе, остепенился, как говорят, а когда родилась Софи, решил сделать все, чтобы она никогда, ни в чем не нуждалась. Капитал у меня был всегда, а тогда еще появилась и цель, благодаря которой я за десять лет стал одним из самых богатых людей Великобритании. Дочь выросла, а я сейчас в тридцать восемь лет понял, что добился всего и тону в болоте ежедневной рутины. Нет, развод не был способом встряхнуть мою жизнь, он был логическим концом истории, у которой не может быть продолжения. Жена меня никогда по-настоящему не любила, а, скорее, стремилась к богатству и обеспеченной жизни. Она ее получила, а у меня осталась дочь, все были довольны. — Мне его вернуть? Питер Холланд, начальник моей охраны, появился будто из ниоткуда. Он, конечно же, видел сцену, которая только что между нами произошла, но делал вид, что нет ничего странного в том, что его работодатель целует молодых парней. Я платил ему достаточно, чтобы он не замечал многие вещи. — Не нужно, — ответил я, доставая платок и вытирая свои губы. Белый хлопок немного окрасился в багряный цвет. — Пошли кого-нибудь, чтобы он не наделал глупостей и спокойно добрался домой. С Берком я сам разберусь. И еще, мне завтра нужна вся информация о Гарри Джеймсе Поттере. — Будет сделано, сэр. Мужчина отошел и набрал кого-то по телефону, а я пошел на поиски мистера Берка и его спутницы. POV Гарри Рита Скиттер, яркая блондинка и (по нелепой случайности) директор элитного модельного агенства, а на практике — шлюх всех мастей и окрасов, была в ярости, стоило ей заметить следы вчерашних побоев на моем лице. — Поттер, вот как ты мог? — кричала она, будто сирена. Подкрашенное румянами лицо приобрело яркий красный оттенок. Если бы она сейчас посмотрела на себя в зеркало, то упала бы обморок от испуга. — Это недоразумение. Клиент сделал поспешные выводы и не хотел слушать пояснений, — в который раз повторил я оправдание, будто мантру. Женщина всплескивала руками, кричала, охала и подсчитывала суммы, которые она потеряет из-за моего опрометчивого поступка. Я понурив голову слушал все, ожидая, пока она успокоится. Наконец, леди закурила и заговорила уже спокойней: — Вот что мне с тобой делать, а? На тебя было два потрясающих заказа, а сейчас придется извиняться и предлагать других, а ты же знаешь, что Мэт ненавидит носить линзы, чтобы быть похожим на тебя. Вот где я так быстро найду натурального брюнетика с вот такими глазами? — она ткнула пальчиком с алым маникюром в экран, на котором была высвечена моя фотография с сайта. Некоторые парни скрывали лицо, не желая светить свою репутацию перед родственниками, мне же скрывать было нечего, а на свою репутацию было плевать. — Недели две-три, и я выйду, считайте, это мой первый отпуск за четыре года. — Если не выйдешь через две, я тебя уволю, — пригрозила шеф, уже, наверно, в сотый раз. Я неплохо мотал ей нервы за время нашего сотрудничества, но и зарабатывала она на мне достаточно, чтобы лечить потрепанные нервишки. Уже покинув кабинет, я вспомнил, что не услышал и слова о том, что бить клиентов запрещено, особенно таких богатых, как наши. Я ожидал, что после случившегося меня уволят, а никак не пригрозят пальчиком за то, что подпортил лицо. Наверно, босс еще не знала, что случилось на самом деле, а я надеялся, что и не узнает. Вот только, что делать, если Берк захочет отомстить — я не знал, возможно, и правда, стоит залечь на дно и не высовываться, пока буря вокруг этого скандала не утихнет сама собой. — Ну и долго грымза тебя отчитывала, — милая девушка секретарь сочувственно посмотрела на меня. — Все хорошо, Джесс, дали отпуск на две недели. — Ну, ты и везунчик. — И не говори… Впереди меня ждал первый полноценный выходной, и даже боль от недавней драки не могла испортить мое хорошее настроение.

***

Покупки, поход в Макдональдс, который был крайне вреден для моей фигуры, и горячая ванна — все, что было нужно, чтобы вечером я почувствовал себя как в раю. Вот нужно было поучаствовать в драке, чтобы потом ощущать себя самым счастливым, или все дело было в том, кто меня спас? Меня не огорчал тот факт, что он не ответил, я радовался, что вообще решился и поцеловал того, о ком бредил, как только встретил его первый раз. Удивительно, но познакомились мы до того, как он узнал род моей деятельности. Я тогда еще учился в школе актерского мастерства, надеялся, что когда-нибудь смогу покорить Бродвей, да и для моей основной работы такие навыки оказались необходимы. Я умело вливался в предложенную роль и идеально играл ее до конца. Порой было легче воспринимать секс с посторонними людьми как часть моей роли и не более; я возвращался домой и становился самим собой — простым Гарри Поттером, а не ночной бабочкой безо всяких комплексов и запретов. Мне в ту зиму удалось, конечно, не без протекции одного из моих клиентов, пробиться в труппу сильно популярного в то время шоу, которое показывали для лучшей публики Лондона. Дорогие костюмы, прекрасная музыка и потрясающие декорации на сцене — все казалось мне — новичку — настоящим волшебством. Я как раз находился в гримерке и собирался переодеваться, когда в комнату вошел незнакомый мужчина с девочкой лет десяти на вид, которая походила на своего отца только черными волосами и такими же бездонными глазами. Тогда я еще не знал, что этот человек является спонсором нашего шоу и, как говорят, «владельцем заводов, газет, пароходов». Дочь захотела посмотреть на настоящих принцесс и те с удовольствием показывали ей свои наряды и позировали для фотографий. Я бы скорее всего так и остался незамеченным, если б по моей вине не упала огромная вешалка с нарядами, цепляя за собой несколько дорогих ваз из реквизита, которые кто-то по ошибке оставил тут. Крик «Поттер» моего директора не сулил мне ничего хорошего, я уже в уме подсчитывал сумму убытков, но скандал прекратился, еще не начавшись, наш спонсор попросил «не пугать ребенка и не кричать в присутствии его дочери», которая, судя по ее довольному лицу, была только рада поучаствовать в беспорядке. Строгий разговор со мной был отложен на неизвестный строк, а незнакомец наконец представился и сам спросил мое имя. После того случая я не видел его почти полгода, пока судьба-затейница не решила свести нас снова, вот только при этой встрече мы были абсолютно голые и пьяные. Я никогда не спрашивал — узнал ли он тогда в мальчике по вызову актера, с которым перекинулся парой слов в гримерке, но хотелось верить, что наша встреча была далеко не случайностью… И он искал именно меня.