Лепестки робкой надежды

      Дождь отчаянно барабанил по стеклу, будто стараясь разбить окно и проникнуть в помещение, чтобы затопить его. Раскаты грома сотрясали особняк. Погода была ужасной. Казалось, будто сама природа прогневалась на людей, послав им свой ливень в наказание. В этом, конечно, не было ничего хорошего, но только не для Юи.       Видимо, такая мощная гроза впечатлила даже братьев Сакамаки. За целый день к ней никто так и не подошёл. Она только один раз пересеклась с Рейджи, который вскользь бросил ей, что сегодня школа не работает. Вряд ли кто-то решил бы в такой день направиться на обучение.       Что странно, никто даже не вышел ни на обед, ни на завтрак. Юи пришлось перебивать голод тем, что попалось под руку. Это были какие-то палочки, покрытые шоколадом. Кажется, кто-то забыл их внизу, но Комори решила, что вряд ли братьев будет беспокоить такая мелочь. Они-то кровью питаются, человеческая пища им вовсе необязательна. Правда, питаются они исключительно её кровью. Конечно, девушку это отнюдь не устраивало, но кто-нибудь спрашивал её мнение?       Прошёл месяц с тех пор, как девушку доставили в этот треклятый особняк в виде жертвенной невесты, если официально. А если по факту, то в виде мешка с кровью. Ни один из братьев не собирался даже спрашивать, в порядке ли она, в состоянии ли отдавать им свою кровь. Они просто брали, что хотели, а Юи это заставляло проливать слёзы.       Девушка хрустнула ещё одной палочкой, разжёвывая лакомство и вставая из-за столика, за которым она ела, как и полагалось культурному человеку. На самом деле она просто опасалась, что в комнату зайдёт Рейджи, которому явно не понравится приём пищи не за столом.       Было уже дело, когда Комори простудилась и даже стоять на ногах не могла, за что и благодарила Бога, что четыре дня она была в полном одиночестве. В один из дней болезни, когда зашёл Рейджи с лекарством, в комнате она пила куриный бульон, который очень просила ей приготовить.        Девушка поёжилась, не хотелось даже вспоминать, чем это закончилось. Скажем так, он оставил на её теле такие шрамы, которые, вероятнее всего, будут сопровождать Юи всю жизнь. На следующий же день все начали пить её кровь, как обычно, не обращая внимания на болезнь.       Где-то в глубине души Юи их даже понимала. Голод — не тётка, но ведь она слышала, что для вампиров изготовляют специальные пакетики с искусственной кровью, так почему бы не пить её? Ответ прост, да вот только сам блинчик всё никак не хотел принимать его: кровь девушки слишком сладка. Вампирам она кружит голову, заставляя не отдавать себе отчёт о своих действиях. Стоит просочиться хоть капле крови, как один из братьев точно решит полакомиться дочерью священника. Но Комори, как назло, была страшно неуклюжей. Вот же не повезло человеку! То там упадёт, то тут. Удивительно, как пока ещё ничего не сломала.       Проходя мимо зеркала, Юи замерла, невольно рассматривая себя с ног до головы. А ведь она приехала сюда совсем другая! Кожа стала ещё более бледной, теперь и от мертвеца не отличишь. До этого густые волосы заметно поредели, а из глаз ушла маленькая искра. Искра, которую принято называть желанием жить. Кроме изменений во внешности, произошли разительные изменения и внутри девушки. Она стала более осторожной и мнительной, пугалась каждого шороха. В ванной никогда не проводила более десяти минут. За месяц несложных вычислений она поняла, что за это время вампирам не удаётся понять, что она находится ну в очень небезопасной зоне. По дому передвигалась либо днём, когда вампиры спали, либо с их разрешения, направляясь в школу или на приём пищи. Солнечный свет она видела только в окне, да и на улице не была уже недели три. С тех пор, как один из братьев весьма удачно укусил её в саду, заодно и исцарапав всё тело розами, она боялась выходить туда.        Юи резко встряхнула головой, что-то она стала сильно зависать. Замрёт, бывает, и думает о своём. Печально, если это происходит в компании братьев. Те уж точно никогда не упускают возможности поиздеваться над девчушкой, да крови попить.       Тихо, как правило, было в библиотеке дома Сакамаки. То, что она видела у Рейджи, была лишь малая часть литературного богатства дома. Она даже нашла несколько книг про вампиров, из которых получила достаточно полезную информацию. Например, то, что мысли людей делятся на три слоя: скрытые, поверхностные и подсознательные. Дело в том, что вампиры могут «читать» только поверхностные. Комори уже не раз пользовалась этим, ведь надо всего лишь начать активно думать об одном, «прикрывая» свои настоящие мысли.        Юи направилась к окну, ведь именно в него она и хотела посмотреть. Дождь не переставал лить…       Маленькая, хрупкая, глупенькая. Ей так хотелось на улицу, так хотелось погулять после трёхнедельного заточения здесь. Конечно, она выбиралась в школу, но это было не то. Там, под безустанным присмотром вампиров, ей было страшно вдвойне, даже больше, чем в особняке, ведь тут она хоть иногда оставалась наедине с собой, могла подумать о чём-то своём. Что касается школы, то там противный Аято не отпускал её ни на шаг. Девушка села на подоконник, поджав ноги, и уставилась в окно. Как же там свежо…       — Эй, блинчик, — такие до боли знакомые и ненавистные слова. Внутри Юи всё похолодело, — я голоден.       — П-прости, А-аято-кун… — заикаясь, начала девушка, — вчера пил Райто-кун, я н-немного не восстановилась       — Меня это не волнует, блинчик, — с усмешкой произнёс садист, подходя ближе. Всё тело Юи было напряжено, она аж тряслась. Комори действительно не до конца оправилась от вчерашнего. Если раньше хоть как-то справлялась, то сейчас была уверена, что Аято может опустошить её полностью, до последней капли. Юи дёрнулась, роняя на пол коробочку с шоколадными палочками. Третий Сакамаки поднял левую бровь вверх, и девочка тут же поняла, что лучше бы сейчас из неё действительно выпили всю кровь       — Ну и что это такое? Не помню, чтобы мы давали тебе еду, — с подозрением сказал Аято.       — М-мы сегодня не ели совсем, и я проголодалась… Подумала, что н-ничего страшного, если я возьму, — дрожь то и дело прошибала маленькую Юи. На губах Аято появилась усмешка.       — Что ж, ты знаешь, что это такое? — девушка отрицательно помотала головой, боясь даже слово произнести, — Это – Покки, — поняв, что название Юи ни о чём не сказало, Аято всё с той же коварной усмешкой пояснил, — Игра. В которую я предлагаю тебе сыграть, — Юи оторопела. Какая игра?.. У Аято сегодня какой-то праздник или что, раз он решил не пить её кровь? — Правила довольно просты: ты кусаешь с одной стороны палочку, я – с другой. Как только палочка закончится, наши губы соприкоснутся. Кто первый разорвёт поцелуй… Тот проиграл.       — А возможна ли вероятность того, что… Что губы вообще не соприкоснутся? — робко поинтересовалась Юи.       — Возможна. Только вот я тебе не дам ни шанса на такое, — Аято самодовольно усмехнулся, — если выиграю я, то ты проведёшь всю ночь со мной, — глаза вампира хитро блеснули, — А если ты, то... ну, выбери сама, — пожал плечами Аято, — всё равно этого не случится.       Что это? Неведомая удача? Неужели всевышний сжалился над несчастной Юи, решив подарить ей шанс на спасение? Девчушка поражённо молчала. В её голове потихоньку назревал план, который касался поверхностных мыслей. Поэтому девушка быстро выпалила:       — Если я выиграю, вы все не трогаете меня неделю, — девушка сжалась, будто боясь, что Аято сейчас скажет, что это у него шутки такие, но нет. Он лишь с усмешкой кивнул головой, подбирая коробочку с Покки.       Сакамаки встал прямо перед Юи, делая всё нарочито медленно, будто бы желая понаблюдать за тем, как девочка страдает. Комори думала о том, какой ужас её ждёт в случае проигрыша, очень стараясь закрыть настоящие мысли. Кажется, у неё получалось, потому что Аято никак не менялся в лице. Пытаясь сохранить спокойствие и не грохнуться в обморок на месте, девушка аккуратно взяла зубами палочку, которую ей так же зубами протянул парень. Это было явно для того, чтобы смутить её, но Юи-то знала, что никогда и ничего не делается просто так. То, что происходит сейчас — шанс, подаренный ей судьбой. И она его не упустит.       Аято кусал палочку медленно, не торопилась и Комори. Она была собраннее некуда, контролируя каждую свою мысль. Так непохоже на неё! Но жизнь в особняке Сакамаки научила бдительности, которая сейчас была просто необходима. Секунды молчания казались часами. И вот, когда между их губами оставалась пара сантиметров, и Аято приоткрыл рот, чтобы накрыть губы жертвенной невесты, Юи привела свой план в действие.       Счёт был на миллисекунды. Девушка резко сжала губы в трубочку, таким образом «схватив» палочку и дёрнула головой на сантиметр назад, но даже этого хватило, чтобы палочка оказалась у неё во рту, и быстро прожевала её. Воцарилось неловкое молчание.       Комори была ну очень довольна собой. Ещё бы, обмануть вампира! Если бы его сейчас не было рядом, Юи бы пустилась в пляс, честное слово. Но её радость была пресечена в один миг. Рука Аято вцепилась мёртвой хваткой в её шею. Стало катастрофически мало воздуха. Девушка пыталась что-то промямлить, отбиться от него, но с каждым мгновением из неё вытекала жизнь.       — Ты не имела права побеждать, — вампир срывался на крик. Похоже, победа девушки разгневала его не на шутку.       — Оставь её, Аято, — как гром среди ясного неба, раздался голос Рейджи, — невежливо нарушать условия спора.       — С чего вдруг? — то ли прошипел, то ли прорычал садист. Второй по счету Сакамаки сохранял спокойствие.       — Пора бы тебе запомнить, что лучше не пустословить лишний раз. Пускай желание девочки послужит тебе хорошим уроком, — невозмутимо сказал вампир, — А, да, не забудь сказать остальным, что это — твоя вина.       Аято что-то прошипел, но сдержался, отпустив шею девушки. Она безвольно, словно кукла, упала на пол без сознания. Аято, даже не глядя на неё, растворился в воздухе. Его же примеру последовал и Рейджи, убедившись, что девушка жива.

***

      Первое, что Юи почувствовала при пробуждении – это то, что она лежит в тёплой постели, а вовсе не на холодном полу. Последнее, что помнила дочь священника – это искажённое злобой лицо Аято, нехватку воздуха в груди и всё – темнота. Может ли быть так, что девушка умерла и попала в рай за все свои мучения? Конечно нет, размечталась. Перед Юи была знакомая и ставшая привычной её комната. Ну, хорошо хоть не в подвале каком.       Комори постаралась встать. К её удивлению, это получилось даже без особых трудностей. Правда, стоять получалось едва ли. Девушка решила, что лучше присесть. Опустившись на кровать Юи потёрла голову, вспоминая события вчерашнего дня. Гроза, Аято, Покки, выигрыш… Стоп. Она же пожелала, чтобы в случае выигрыша её не трогали неделю, неужто… Неужто они и вправду решат сдержать обещание?! В душе у блондинки поселилась маленькая надежда, которая грела ей сердце.       Вокруг никого не было. Надо бы найти кого-то из вампиров, наверное. «Если они захотят выпить моей крови, то сделают это в любом случае», — справедливо решила Юи, вставая с кровати. Девушка быстро нацепила шорты и свитер, открывающий плечи. Её наряд изо дня в день не менялся. Возможно, она хотела бы надеть что-то другое, но не возникало никакого желания слушать едкие комментарии Райто насчёт того, какую часть тела она на этот раз невольно открыла.       Один коридор сменялся другим. Казалось, им не было конца и края. Комори шла медленно, держась за стену. Она проверяла каждую дверь, но комната либо оказывалась пустой, либо вовсе была заперта. Главный холл она проверила первым делом. Разумеется, там никого не оказалось. Девушка растерянно крикнула: «Ау-у, тут кто-нибудь есть?», но ответа, конечно, не последовало. И о чём она думала? Внезапно из-за поворота вышел Канато.       — Боже, как хорошо, что ты здесь! — с облегчением сказала Комори. Канато никак не отреагировал, а Юи продолжила, — Слушай, эм… Ты же в курсе всей этой ситуации с Аято-куном и…       — Мы с Тедди в курсе, — коротко ответил мальчик, прижимая к себе медведя. Юи вздохнула. Одной проблемой меньше, — Пойдём в комнату. Я тебе объясню.       — Почему ты не можешь сказать здесь? — осмелела Юи. Канато же просто промолчал и зашёл в комнату. Юи ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.       — Итак. Вчера ты… Обыграла Аято в Покки, — апатично промолвил Канато, присев на кровать, закрытую белой тканью. Юи кивнула, облокотившись на дверной косяк, — Рейджи, чтобы Аято уяснил, что не стоит бросаться словами попусту, решил заставить нас исполнить твоё желание, — девушка резко поменялась в лице, на нём начала расплываться довольная улыбка. За неделю она уж точно придумает план побега! Но куда бежать? Обратно в церковь? — Но, — голос четвертого Сакамаки звучал достаточно громко, чтобы девочка дёрнулась от неожиданности, — Он предусмотрел, что ты решишь сбежать. Поэтому за тобой нужно следить. Сначала Рейджи хотел уговорить Аято, но этот и видеть тебя не желает. Поэтому мы кинули жребий. Следить за тобой выпало… — Комори напряглась всем телом. Только бы не сам Канато или Райто, вот у кого точно тараканы в голове! И её мольбы были услышаны, — Субару. — Юи издала облегчённый вздох, — неделю он будет не отходить от тебя ни на шаг, в то время как мы не имеем права наносить тебе какой-либо урон, — замолчал, будто бы ожидая слов Юи, но внезапно продолжил, — по окончанию этой недели тебе не поздоровится. Как минимум от Аято.       — Я понимаю, — девушка выдохнула. Ну, она всё равно не теряла надежды на побег. Вчерашняя победа подарила ей заряд необычайной энергии, которую она не знала, куда потратить. Теперь у неё есть целая неделя свободы. Живи в своё удовольствие! Правда, под присмотром самого младшего и агрессивного из вампиров…