Моя громкая любовь

      Прошла неделя, и был вечер воскресенья. Элиас не отвечал на сообщения. Дэнни не делал попыток сходить к нему. Он видел отца юноши в гневе и, поскольку инстинкт самосохранения у него всё-таки присутствовал, парень решил не испытывать судьбу. Вернувшись домой после очередной вечерней прогулки, которая помогала успокоиться, привести в порядок мысли и нагулять сон, Дэнни разулся, снял шапку и повесил куртку на крючок в прихожей. Тогда он направился наверх, в свою комнату. — Дэнни! — позвал его отец. Но тот не откликнулся и просто молча закрыл дверь за собой. — Джереми, иди, посмотри, — сказала мама, кивнув головой вслед парню.       Мужчина встал с дивана и пошел наверх. Он подошел к двери комнаты сына и постучал. — Сынок, можно? — приоткрыл дверь Джереми Браун. Там лицом к стене лежал Дэнни. Отец закрыл дверь за собой и, подойдя ближе, сел на край кровати. — Дэнни, что-то случилось? Расскажи мне. Ты который день уже сам не свой, — спросил он. Парень обернулся. — Я обидел одного дорогого мне человека. Я обидел его, не зная всех обстоятельств, — сказал сын. — Это Кевин? Или Майкл? Может Дерек? Или это Алексия? Или Роуз? — Нет! — Хмм… Я не знаю других твоих друзей… — Скажем так, это просто не посторонний для меня человек. Что мне делать, папа? — говорил Дэнни, спрятав лицо в ладони. — Подойди к этому человеку и извинись, — начал советовать Джереми Браун. — Скажи, что ты был неправ. Приди домой к этому человеку. Если это девушка, купи ей букет цветов. Не предупреждай о своем визите, сделай сюрприз. Или, если это какой-то виртуальный друг, я не знаю… Вы ж у нас дети интернета! Напиши ей или ему, извинись. Сбрось смешное видео с котиками. После фразы про котиков, Дэнни улыбнулся. — Вот и всё. Не расстраивайся. Спускайся, поужинаем. Фильм посмотрим, — похлопал отец сына по плечу.       Тот встал, и они вместе спустились вниз. Поужинав, все пошли спать. Дэнни же долго ворочался в своей кровати. Не мог найти себе места. Не мог уснуть. Уже несколько дней. Совесть и ужасный стыд за свое поведение поедал его изнутри, не давая нормально уснуть около недели. Дэнни всегда был очень совестливым и часто это ему мешало. Проворочавшись так, в итоге взял в руки телефон.

Прости, Элиас Прости меня за всё, умоляю Я не знал, что всё дело в этом Я даже и не подумал, что ты немой Просто обычно немые ещё и глухие А ты слышишь, но не говоришь Прости, пожалуйста Мне так стыдно (( Прости Я теперь даже не знаю, как тебе в глаза смотреть Элиас ЭЛИАС Элиааааааас Прочти это хотя бы Я прошу Мне так мерзко на душе

      Элиас не отвечал. Он сидел онлайн и не отвечал.

Элиас, прошу Ответь Прости меня

      Парень не дождался ответа и лег спать. …       Утром он подхватился с кровати и зашел в фэйсбук. Сообщения были не прочитаны. Тогда Дэнни, как обычно помылся и позавтракал, а затем вернулся в свою комнату и снова проверил фэйсбук. Нет. Не прочел.       Светловолосый взобрался на подоконник и просто начал наблюдать из окна, попивая горячий чай. «Господи, я гребанная „ванилька“. Которая „сидит у окна и думает о нём“. Только они вымерли. Ещё в 2012-м все перевелись. Когда ж его батя выйдет? Он же ходит куда-то бухать? Или покупать бухло? Или хоть минимально работать. Он же должен прокормить себя и сына…»       Вдруг мужчина действительно вышел из дома и пошел куда-то по улице. Терять время было нельзя. Дэнни вылетел из комнаты, хватая куртку и, на ходу обувая ботинки.       Перебежав дорогу, он подошел к двери и постучал. Никто не открыл. Он снова постучал. На этот раз удалось. Перед ним стоял Элиас в домашней пижаме из кофты с длинным рукавом и штанов. На них были изображены мишки. Элиас захлопнул дверь. — Нет, пожалуйста, Элиас! Послушай! Впусти! Не уходи, я хочу поговорить! Я извиниться пришел! Элиас! — кричал Браун, стучась в дверь.       Дверь резко открылась, и мальчик дёрнул его за руку, внутрь дома. Здесь было невероятно сыро и холодно. Половицы скрипели, прогибаясь под шагами ребят. Элиас махнул, зовя за собой. Они поднялись по ветхой лестнице на второй этаж. Там находилось две комнаты, как и в доме Дэнни. Одна из них — комната отца, а вторая — сына. Элиас впустил его в свою. Здесь было ещё сырее. На потолке в углу была плесень. Мальчик обернулся, обвел комнату руками и пожал плечами, виновато улыбаясь. — Ты чего? Всё хорошо, просто нужен ремонт. Не волнуйся. Это всё можно починить, — успокоил Дэнни. Темноволосый сел на пол и указал гостю на кровать. — Нет, ты не будешь сидеть на полу. Вставай немедленно! Садись со мной на кровать, — сказал Браун и помог ему встать с пола. — Слушай, я хотел извиниться… Элиас взялся за плечо парня, улыбаясь и мотая головой. — А… Эм… Прости за вопрос. Ты с детства не разговариваешь?       Мальчик потянулся к тумбочке и отодвинул ящик. Достал оттуда что-то, и протянул гостю. Это была фотография под надщербленным, треснувшим стеклом. На ней была изображена женщина с темными волосами, карими глазами и открытой, искренней улыбкой. Она была невероятно красивой, словно актриса из голливудских фильмов. Белые зубы, словно жемчуг, яркая красная помада… Красавица. — Это мама? — догадался Дэнни. Элиас кивнул. Он был поразительно на неё похож. Даже больше, чем на отца. Поэтому не удивительно, что парень так быстро понял. — Она… Мальчик кивнул и показал пальцем в небо. — Ты не разговариваешь, потому что мама умерла? А давно? Тот снова кивнул и показал пять пальцев. — Пять лет назад? Младший помотал головой и показал на себя и снова выставил пять пальцев. — А! Когда тебе было пять! Ого… Так ты двенадцать лет молчишь… Тот кивнул. — А от чего она умерла? Элиас взял телефон в руки и показал сначала на себя, потом на телефон, а потом на Дэнни. — Ты мне напишешь, да? Я понял. А где ты учишься? Он помотал головой, а затем показал двумя указательными пальцами вниз. — Здесь? Дома? Тот кивнул. — Енотик, я хочу, чтобы ты знал. Я хочу дружить с тобой. Несмотря ни на что. Меня не пугает твое… твоя…молчаливость. Ты хороший мальчик. Элиас поднял голову и слегка улыбнулся губами. — Хочешь, приходи ко мне домой? Он помотал головой и показал на себя, а потом двумя пальцами на свою шею, будто её режут. — А, «папа меня убьет»? Мальчик улыбнулся, написал что-то в телефоне и показал Дэнни. «Дэнни, тебе пора. Скоро отец придет. Мы не можем прятаться вечно. Я напишу тебе в фб, окей?» — Да, не вопрос. Пиши, конечно. Буду ждать. Я был очень рад тебя видеть. И наконец пообщаться с тобой. Браун обнял юношу и, спустившись вниз, ушел.