My Daddy

Карие глаза хранят в себе столько злости и боли, что, глядя в них, можно каждой клеточкой прочувствовать всю горечь, услышать, как стучит шальное сердце, практически ломая ребра, прочувствовать вибрации по всему телу и гул в голове. Столькое можно увидеть в этих глазах, они будто хранят в себе чувства, каждый раз крупным шрифтом показывая, что чувствует их обладатель, будь то грусть или радость, восторг или угнетение. Ломая в руках стекло на кусочки, будто плитку шоколада, Мика не чувствовала боли, разве что сердце покалывало слегка, но не смертельно. Алыми дорожками кровь стекала по её рукам, попадала на ковер, на стекло, на одежду. С кровью из тела выходили все негативные эмоции, затем испаряясь и уходя в раскрытое настежь окно. Туман из головы исчезал с огромной скоростью, сознание заработало стабильно и физическая боль ударила по девушке, заставляя её биться в агонии и рыдать, сжигая себя слезами, сжимать в руках все то же стекло, оставляя порезы на ладонях, которые впоследствии станут шрамами. Шрамы.. они всякий раз будут напоминать о себе. Стоит только взглянуть на них, как в голове всплывают образы и силуэты, тебя будто переносит в то время, когда тот или иной след был оставлен, ты снова знакомишься с этой болью, давно забытой, снова рыдаешь, кусая губы и бросая в стену все, что под руку попадается. А между тем, кровь хлещет, не переставая. Осознание того, что её могут увидеть, приходит к Эле не так быстро, как ожидалось бы, но она, собрав все силы в кулак, на ватных ногах идёт в ванную, на всю включая воду, смывая с себя всю грязь, вымывая эмоции, почти опустошая себя. Бинты пропитываются алой жидкостью, зубы со скрипом сжимаются. Остаётся только покорно терпеть и не идти на поводу у боли, доказывая таким образом, какой сильной Мика может быть. Школьная форма летит в стиральную машину. К черту, кровь все равно не отстирать, одежду можно смело отправить в мусорку. И вот, с тряпкой в руках, Ю отмывает пол, аккуратно собирает стекло и избавляется от него. И почему ей дано забывать все, как страшный сон? Далеко не каждому эта способность дана, но Микаэла умело доказывает, что может выдавливать из себя накопившуюся боль и воспоминания. Так, когда умерли её мама и отчим в результате катастрофы, ей хватило одного дня, дабы прийти в себя. Не равнодушная, просто из двух вариантов «забыть» и «думать об этом каждую секунду» она выберет первое. Насколько бы больно не было, вернуть и исправить она ничего не может, вины своей не видит, как и смысла убиваться из-за этого. Наверняка её родители не хотели видеть её почти мертвой. Жизнь одна, нельзя прожить её в стараниях, стирая себя в порошок. Хлопок двери. Верно, Чанёль вернулся, как раз к этому времени Мика заканчивает с уборкой и с натянутой до ушей улыбкой спускается вниз. Чан отвечает ей такой же лучезарной улыбкой и подаёт пакеты с продуктами, совсем не замечая бинтов на руках и заплаканных глаз - оно и к лучшему. Сегодня Пак в хорошем расположении духа, ну, либо в такую сторону поменялось его настроение при виде мелкой, ибо после разговора с друзьями ему хотелось лишь рвать и метать. – Как день, Эла? – Хм, все хорошо. Уроки лёгкие были, поэтому сильно я не устала. Утром была убеждена собой же, что лягу спать тотчас, как приду, но нет, энергии пока хватает на дела. – Я рад. Купил тебе синнабон, вспомнил, правда, только когда в очереди на кассе стоял, но не суть. – Ох, Чан, наконец-то ты купил их. Спасибо. Парень почесал затылок и начал помогать разбирать пакеты, доставая продукты, отправляя либо в холодильник, либо по шкафчикам. В глаза бросаются бинты на руках Мики. Тревога гуляет по телу, а ком в горле увеличивается в размерах. Нет, он не спросит младшую об их предназначении, слишком уж это подозрительно, да и, он уверен, мелкая не просто содрала руки во время падения или что-то в этом духе среди остальных её выдуманных отговорок. Сглотнув, Чан решает позже подумать по этому поводу, а сейчас он хочет просто поужинать в компании сестры и поболтать о мелочах. *** За случившееся в школе Бэкхён сильно не беспокоился. Этакое состояние пофигизма овладело им. Алкоголь все разруливал, поэтому беспокоиться о проблемах было незачем. Разве что щека болела, на лице слегка отпечатался след от чужой ладони, но это единственное и не такое важное, чтобы зациклить на этом внимание. Сейчас все внимание Бена было отдано красавице, сидящей на его коленях, шепчущей ему на ухо что-то эротичное и безумно возбуждающее. Юбка её была приподнята, а на аппетитных ягодицах лежали руки парня, периодически сжимающие половинки. Звуки поцелуев растворялись в громкой музыке, равносильно что и слова, что Ника пыталась прошептать Бэку. – Бэк-и, я люблю тебя! Кричала она, дабы парень услышал. В ответ лишь его любимая усмешка, такой родной надменный взгляд, прожигающий насквозь. Он ни за что не скажет то же, что и Николь пару мгновений назад. Неудивительно, но не станет он отдавать какой-то девушке, которую поменяет уже завтра, он уверен, частичку себя и шептать ей слова о любви. Бэкхён уверен лишь в том, что спичка принадлежит только одной, возможно, он ещё не встретил её, но только она сможет зажечь в нем огонёк этого светлого чувства - любви. А пока он наслаждается своей молодостью и с превеликим желанием опустошает бутылку мартини. – Бэк, разве ты не любишь меня, м? Снова она со своими вопросами, что так и капают парню на нервы. Он грубо скидывает с себя юную особу и закатывает глаза, отходя к окну, закуривая сигарету, с парами никотина выпуская всю злость и агрессию. И снова в голове образ одноклассницы, что так самоуверенно отомстила Бэку. Взгляд её почти черных глаз все ещё в сознании и мыслях Бена. Он думает. Думает долго, всё-таки, отдаёт этой мелочи своё внимание. «Я бы поиграл с ней. Надо что-то делать с Никой, она же мне мозг выест о том, что я любовь всей её жизни. Ах.. как сложно быть лучшим в школе, как я ещё держусь..» В то время Николь сидит в кресле, обиженно дуя губы. Этот прием уже не действует, но она уверена, что сердце Бэки растает. Да конечно, не тут-то было, этот наглый пёс уже вовсю думает, как бы от неё избавиться. Не убить, конечно нет. Просто бросить. Хотя, чего тут думать, у него было столько девушек, столько раз он отшивал каждую из них, что те несколько слов уже от зубов отскакивают. – Николь. – Да, Бэки? – Нужно расстаться. То ли непонимание, а может и просто паника овладевает девушкой. Два слова проносятся в голове, как смертельный приговор, а сердце разбивается на мелкие осколки, которые теперь не собрать. Слезы на глазах - не признак слабости. Она просто устала. Уже месяц Бэкхён пользуется ей, теперь нет сил терпеть. Легче просто уйти и забыть, все равно она не нужна ему. А Бэкхён все смотрит ей вслед и улыбается, довольный собой. Все эмоции - радость. Больно ли ему от потери? Нет. Ника не та, кому он так просто позволит себя зажечь.