Лацерта

       Если говорить о паранойе, то я ей не страдала. Скрытностью? Да, ей я, вероятно, обладала, но не страдала. Наслаждалась. Это был полезный навык, и я не совсем понимала, накладывал ли он отпечаток на мою жизнь, или же моя личность способствовала прокачке этого навыка? Но если опустить все эти философские вопросы, то я банально прятала свой интерес к целительству и медицине ото всех текущих обитателей линфейского дома. Особенно от Родоса, который изначально имел чуть больше информации, чем остальные. — Ты ведёшь себя, как идиотка. Что такого, что ты интересуешься целительством и хочешь вылечить дорогого тебе человека? — фыркал Дин. Он знатно отоспался и отъелся за последние дни, радуя меня своими подросшими статами. — Так надо, — легко отмахнулась я от его слов, левитируя рядом с собой фонарик, продолжая читать очередной фолиант. — Не тебе мне говорить о скрытности, — припечатала я, спустя секунду размышлений. Дин фыркнул повторно, но послушно заткнулся, вырезая что-то на кости химеры, которой я с ним поделилась. Скрап ещё до отбытия на Эраклион Торена и Данте с Ивом скрывался ото всех. Собственно, так же поступал и второй скрап. Похоже, их народ был очень скрытным. Это даже смешно, что мне достался именно скрап. В общем, о моём маленьком друге-фамильяре не знал никто. Не считать же Данте и Торена, верно? И я не знала, есть ли в этом смысл. С одной стороны, узнай о Дине те же Флора или Пиа, ничего бы особо не изменилось. Ну да, у меня есть такой необычный компаньон. Ну и что? С другой стороны, не было смысла и раскрывать его существование. В конце концов, уважая решения Дина, я просто оставила эту ситуацию на откуп ему. Пусть сам решает, кому показываться на глаза, а кому нет. И мне не мешает заниматься тем же.        У меня появилось ощущение, что Пиа за мной слишком пристально наблюдает. Она проводила много времени с Нексом, но каждый раз, когда занималась чем-нибудь со мной или Флорой, она уделяла мне больше внимания, чем обычно. И часто спрашивала, куда я отлучаюсь на ночь. Мои вылазки для девушек не стали секретом, ведь мы спали в одной комнате. Я пожимала плечами и говорила, что на ночной дожор/в туалет/подышать свежим воздухом/почитать перед сном. В общем, тысячу отговорок приводила в ответ на простой вопрос. И так как на моем внешнем виде и поведении отсутствие сна никак не отражалось, ведь я банально в нём не нуждалась из-за своего "игрового" тела, то заподозрить меня в чём-то девушки не могли. По крайней мере, вслух и открыто. Но они просто немного переживали за меня. Это было одновременно и приятно, и неприятно. Я не очень любила, когда лезли в мои дела. Особенно это раздражало сейчас, когда время стало для меня невероятно важным ресурсом. Тот сон всё ещё хранился в мельчайших деталях в моей идеальной памяти и приходил ко мне всякий раз, когда я пыталась расслабиться. Помогала в оранжерее Алиссе и Флоре? Вспомнился могильный венок. Занималась Зельеварением с Родосом? Оп, а кто тут хочет вспомнить холодное надгробие и заунывную речь священника? Читала сказку Миэли, плетя ей из цветов венок на голову? М-м, похоже, кто-то забыл про скорбящих по мадам Аманде родственников?        Чёртово сознание портило мне отдых. Каждый грёбаный раз, когда я не читала книги, мне вспоминался этот сон. Это было нормально. Ненормально, конечно, в том плане, что так быть не должно. Но это было нормально. Я была здорова психологически, вне всяких сомнений. Просто нарочно грызла саму себя, специально вспоминала, чтобы подстёгивать себя, чтобы держать себя в ежовых рукавицах. Я должна была перешагнуть все свои рубежи и качнуться в определенных навыках в самые кратчайшие сроки, чтобы спасти дорогого мне человека. В этом был смысл того сна. Подстегнуть прогресс, направить меня. Напомнить о важном.        И я помнила, напоминала, терзала себя, чтобы не забывать. Увы, это приводило к обеспокоенным взглядам Флоры и Пиа, которые старательно заботились обо мне, но какие же это мелочи. К слову, мелочи, приведшие к сближению меня и Дина. Он меня прекрасно понимал и не осуждал. "Я бы сделал для Ива то же самое" — совершенно серьёзно, без привычного сарказма и фырканья сообщил мне скрап как-то раз. В тот момент я буквально почувствовала родство между нами. Мы понимали друг друга. Да, были разными, но нашли то, что нас связывало. Что же, возможно, мне даже повезло с ним? Какие бы скелеты не завалялись в его шкафу, он был неплохим чел... скрапом.

***

       Домой я так и не попала, будучи не в силах оторваться от интереснейших целительских работ, собранных Родосом. И, увы, не пересеклась с Данте. Мы созванивались каждые три дня, и там, на Эраклионе, были какие-то неотложные дела у Торена, из-за чего они не могли прибыть на Линфею раньше учебного года. Кажется, они даже к началу опаздывали на пару дней. Мой язвительный комментарий о том, что брат с первого дня запускает учебу, Данте проигнорировал, посетовав, что не все такие фанатики, как я. Тут крыть было особо нечем.        В Магикс мы отправились вместе с Флорой. Пиа днём ранее отправилась к отцу, чтобы купить всё необходимое к Алфее. У меня всё было с собой, а Флора и Алисса уже докупили нужное на Линфейском рынке. Они и меня пытались на него вытащить, но я смогла отговориться дурным самочувствием и остаться наедине с библиотекой, потому что Флора и Алисса забрали с собой ещё и Миэли, а Родос был в колледже.        Флора по прибытию предложила поискать остальных из клуба Винкс, я кивнула и что-то невпопад ответила ей, сосредоточив всё внимание на том, что видела. Мне было не особо-то важно, ушла Флора искать остальных или осталась рядом. Собственно, мне уже ничего не было важно.        Странно признавать это. Даже дико. Всё-таки до этого ничего подобного я не могла бы сказать, но... я ненавижу Систему. Вот прямо сейчас ненавижу всем своим сердцем, которое заполошно колотится в груди, пока я не в силах оторвать взгляда от одной конкретной персоны. Остатками ума я осознавала, что сейчас мои эмоции превышают все допустимые Системой пределы, но она почему-то не спешила накладывать на меня бафф и обрубать их. О нет, подлая Система оставила меня наедине с этими накрывающими, точно наркотический трип, противоречивыми и совершенно неконтролируемыми эмоциями. Именно сейчас я ненавидела Систему, оставившую меня беззащитной перед объектом моей дурацкой влюблённости.        Я бы узнала его из тысячи людей и эльфов, как бы он ни изменился. Не только благодаря Опознанию и тому факту, что подлая Система удобно "высвечивала" имена окружающих. А потому, что было в Палладиуме что-то, присущее только ему. Что-то, что не исчезало при смене его облика. Я не могла сказать, что это. Тут было уместно глупое выражение "чувствовать сердцем". А я ведь всегда считала, что это глупость, что не придумало человечество способа узнать человека надёжнее, чем по его ДНК.        Многие феи вокруг перешёптывались, поглядывая кто украдкой, а кто открыто, на "незнакомого красавца-эльфа". Я тоже смотрела на него. Улыбалась широко и, наверное, глупо, и знала, кто он. Палладиум действительно сильно изменился за лето. Оказывается, такие изменения за лето бывают не только в фанфиках по Гарри Поттеру. — Профессор Палладиум? — осведомилась я, продолжая улыбаться, когда эльф, заметив мой взгляд, подошёл ко мне, отвлекшись от разговора с Уизгисом. И секундой позже моих слов я мысленно отвесила себе оплеуху. Как я могла его узнать, если он невероятно сильно изменился с момента нашей последней встречи?! Не подозрительна ли такая догадливость? Хотя ладно, это излишняя паранойя, уверена, профессор не обратит на это особого внимания. Эльф удивлённо посмотрел на меня, но тут же широко улыбнулся. Его взгляд заметно потеплел, что заставило моё сердце сбиться с привычного ритма ещё раз. Господи, Система, Великий Дракон, кто-нибудь, пусть я не выгляжу сейчас как полнейшая дура! Пожалуйста, пусть моя влюбленность в Палладиума не будет слишком очевидной! Это так стыдно, чёрт. — Я удивлён, что Вы меня узнали, Оттавия, — честно признался Палладиум. У него и голос изменился. Такой знакомый, с привычными нотками, но более глубокий и взрослый, заставляющий всё внутри сжиматься и трепетать. Я думала, что влюблена в Палладиума. В того неловкого, считай, мальчишку, которого было так странно воспринимать взрослым профессором. Но сейчас он действительно был взрослым профессором. И я просто пропала для мира, окончательно признавшись себе: я люблю этого эльфа до безумия. — Даже текущие выпускницы спрашивают, "что это за красавчик", — со смешком поведал Палладиум то, что я и так слышала и наблюдала. — Вы и раньше были красавчиком, — спонтанно сказала я. И тут же старательно натянула улыбку, надеясь, что не сильно покраснела. — То есть, Вы и сейчас красавчик. А вообще, внешность ведь не главное, да? — окончательно смутившись, неловко закончила я. Идиотка. — Я рад, что Вы это понимаете, Оттавия, — тепло улыбаясь, кивнул Палладиум.        Мне хотелось заплакать, закрыть лицо ладонями и убежать, вопя что-то вроде "бака" в стиле японских аниме-девочек, влюблённых в парня, который их влюблённости в упор не видит. Но я была взрослой девушкой, я была Игроком и просто бескрылой феей, летом по приколу гонявшей монстров в лесах близ Адквистикса. Мне ли так себя вести? Да как-то не статусно. Да и Дин, сидящий у меня на плече, засмеёт. Слава Дракону, что скрап сейчас был со мной! Потому что Палладиум разорвал со мной зрительный контакт, — от которого у меня чуть колени не подгибались, — и посмотрел на скрапа. Окей, наш на двоих с Дином навык Скрытность действует на всех фей Алфеи, но не на преподавателей. Есть куда расти. — Ох, позвольте познакомить! — поспешила я, подумав, что непозволительно долго молчу. — Это Дин, мой друг и компаньон. Дин, это профессор Палладиум.        Скрап кивнул и, к моему облегчению, не стал ничего говорить. А я ведь ожидала от него какой-нибудь колкости или чего-то подобного. Палладиум дружелюбно улыбнулся, после чего снова посмотрел на меня. Так, а ну хватит! Предательский организм! Значит, сон и еда мне не нужны, а тут от одного взгляда я уже превращаюсь в безмозглое желе? Спасибо, Система, пламенное тебе спасибо. Сгори в драконьем огне нахрен. — Можем поговорить в лаборатории? Я так понимаю, Вы не очень хотите афишировать... — с намёком посмотрев на Дина, деликатно предложил профессор. Я чуть нахмурилась, настраиваясь на серьезный лад, и кивнула, всё ещё сомневаясь в своей способности нормально говорить. Дин открыто сидел на моем плече, но это лишь потому, что ему так удобно. А так, мы оба использовали навыки скрытности, так что, как я уже говорила, видели скрапа только те, чьи уровни отличались от моего в большую сторону. Или чей жизненный опыт был больше. Наверное, найдись у кого из фей особый навык, появится ещё одна категория людей, что могли бы видеть скрапа. В любом случае, Дин был против того, чтобы о нём знал широкий круг людей. Я же была не против того, чтобы он скрывал своё существование. Это его право, я не буду ему мешать.        В лаборатории ничего не изменилось, что меня радовало. Никакие "Стеллы" не разрушили это прекрасное место, в котором я чувствовала себя, как рыба в воде. Я не думаю, что Вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства... Читая книги о мальчике-который-выжил, я сравнивала Зельеварение с готовкой, но сейчас понимала желчного профессора Снейпа куда лучше, чем вообще когда-либо до этого. Руки так и тянулись сварить что-нибудь особенное, что-нибудь волшебное... Палладиум, наложивший на помещение заклинание, лишающее любопытствующих возможности подслушать и подглядеть, тепло улыбнулся мне и указал на стул рядом с учительским столом. Сам же он занял место за этим самым столом. Вспомнив о присутствии эльфа, я немного сконфузилась. Почему именно Палладиум вечно заставляет меня чувствовать себя глупо?!        Палладиум не допрашивал меня, чему я была рада. У меня имелись некоторые сомнения в своих способностях утаивать что-либо от профессора. Пытаясь вспомнить время, предшествующее летним каникулам, я никак не могла найти ответ на вопрос: накрывало ли меня так раньше от присутствия Палладиума? Было ощущение, что лето многократно усилило мои чувства к нему и тот эффект, что он на меня оказывал. Жаль, что моя рациональная часть никак не помогала и не влияла на моё поведение в целом.        В общем-то, профессор ненавязчиво расспросил о ситуации. Я рассказала о прошлогодней встрече с Дином на озере, а также о том, что пару раз была в Магиксе ради прогулок по магазинам, тогда-то с Дином мы и связались Узами. Дин сидел на столе, недовольно нахохлившись, но молчал. Даже не сверкал в мою сторону недовольными взглядами, милостиво кивнув в ответ на вопросительный взгляд Палладиума. Я ведь не врала профессору ни капли. Мне было стыдно, что я не говорю ему всей правды и не раскрываю всех подробностей, но и не врала. Мой рассказ — чистая правда, лишённая деталей и контекста моего пребывания на планете Магикс. А в город Магикс я правда выбиралась за книгами пару раз. Ещё стыдно было за недружелюбного Дина, но я ругала себя за это. Дин такой, какой есть, он не обязан любезничать, если не хочет и ему позволяет воспитание. — То, что Вы заключили Узы, значит ли это... что Вы стали сильнее? — обтекаемо поинтересовался Палладиум. Я невольно залюбовалась им. Солнечный свет из окон так проникал в помещение, что создавал интересные тени на лице эльфа. Умела бы я рисовать — с удовольствием бы перенесла увиденное на бумагу. Но, увы, мой навык рисования был недостаточно высок для подобного. Так, я снова ушла в свои мысли! — Вы о чармиксе? — осведомилась я, вскинув брови. И мысленно поаплодировала себе. Саркастично. Скрытная, да? Я? Забудьте. Может, сразу всё Палладиуму рассказать, раз уж такая пьянка? Ладно, я просто спросила и так очевидное. Про Чармикс я читала в библиотеке, а Палладиум явно в курсе о существовании этого превращения. Может, в Магиксе не принято спрашивать о полученных превращениях феи напрямую? Для этого нужны всякие эвфемизмы? Я не знала, но это было довольно любопытно. — Да, Оттавия, я говорю о Чармиксе, — кивнул с улыбкой Палладиум, кажется, даже с облегчённой улыбкой. Я усмехнулась. Желание покрасоваться перед профессором задавило то рациональное, что теплилось во мне. "Ну зачем, зачем я это делаю?" — спрашивала я себя, когда вставала со стула и использовала навык. Мне нравился мой Чармикс, если честно, он отвечал моим вкусам, особенно этот прозрачный ремешок с сумочкой-звёздочкой на бедре. Это напоминало мне о подсумках шиноби из моей любимой манги. Я с довольной улыбкой посмотрела на Палладиума, но тот не отводил взгляда от... от стены за моей спиной? Я даже обернулась, но там не было ничего интересного: класс пуст, стена чиста. И тут до меня с запозданием, но всё же дошло. Крылья. Взгляд профессора искал крылья, которых у меня не было. Стало как-то немного... горько? Мне не нужны крылья, у меня есть чудесный кулон, который мне подарил Данте, да и затраты на левитацию стали куда меньше. Но почему тогда мне так хочется, чтобы сейчас у меня были крылья? Чтобы Палладиум видел их и улыбался, а не делал такое дурацкое печальное лицо. — Всё в порядке, — сглотнув внезапную горечь, выдавила я из себя, понимая, что всё не в порядке. Прежде всего не в порядке мои мысли и я сама, когда дело касается одного конкретного эльфа. Он меня не приворожил, нет? Хах, это бы многое объяснило, но Палладиум просто не способен на такое. Да и зачем ему? Ко всему прочему, пассивка "Разум Игрока" банально бы заблокировала такое воздействие. Тави, ты же Аддерли, Аддерли не перекладывают ответственность на других. Ну да, ты втюрилась в профессора, ну и что теперь? Если до окончания Алфеи любовь не пропадет, можно и подкатить, когда выпустишься. Не вечно же ты будешь его ученицей.        Палладиум улыбнулся мне, но всё ещё выглядел несколько печальным. И взгляд у него был сочувствующим. Я не любила сочувствующие взгляды. Эй, я не урод какой-нибудь! Да, без крыльев, но я фея! Вы посмотрите на мой прикид! В нем либо феей быть, либо идти в дэнс-группу! — Я уверен, Вы ещё обретёте свои крылья в Энчантиксе, — попытался утешить меня профессор. Я фыркнула. Пожертвовать жизнью ради кого-то со своей планеты? Очень сомнительно, профессор, очень. Да и ради кого? Землянина или человека с Солярии? Как мироздание определяет, за кого Энчантикс дается, а за кого — нет? Я не понимала Энчантикса, самой концепции этого превращения, и считала его глупостью. Наверное, именно поэтому я оставалась без крыльев и часто слышала в свой адрес "ведьма"? — Да, в Энчантиксе может ещё пыльца помочь, — с видом знатока покивала я, криво усмехаясь. Я уже отменила превращение и теперь мне хотелось только убежать. Я хотела покрасоваться, хотела увидеть восхищение (?) в глазах Палладиума, но по итогу... А, к Дракону под хвост всё! Просто отпустите меня и забудем об этом неловком моменте. — Нам нужно представляться директору или что-то типа того? — вмешался недовольный Дин, и очень вовремя. Его голос отрезвил меня и отвлёк Палладиума. Я неуверенно посмотрела на своего скрапа и неопределенно пожала плечами, переведя вопросительный взгляд на профессора. Тот задумчиво взялся за подбородок, чтобы спустя пару секунд размышлений неуверенно кивнуть. — Думаю, Фарагонде следует знать о вашем компаньоне, Оттавия. Он же не будет питаться воздухом, — улыбнулся мне эльф. Я непроизвольно улыбнулась в ответ, бережно взяла Дина в руки и покинула кабинет. Но, прежде чем закрыть за собой дверь, я снова посмотрела на профессора. Какого Дракона он стал таким идеальным? Я мечтала о взрослом, уверенном в себе, умном и увлечённом своим делом мужчине. И вот, пожалуйста, мечты сбываются. А я могу лишь кусать локти и вопрошать, почему я его ученица и буду таковой, наверное, ещё пару лет?!        Дин вылетел из моих ладоней и полетел рядом со мной, проигнорировав плечо, которое я ему подставила. Скрап хмурился и был очень задумчив, а я обеспокоилась. Если он обиделся, то это всё, тушите свет. С ним было довольно непросто, но я вроде начала потихоньку понимать его и находить пути для нашего мирного сосуществования. Но сейчас, как и в большинстве случаев нашего общения, мне оставалось лишь гадать, что я сделала не так. Ему не понравилось, что я забыла спросить про то, стоит ли ставить в известность Фарагонду? Ему не понравилось, что я рассказала Палладиуму нашу историю? Но ведь мы её согласовывали вместе... — Когда ты ответила Пиа, что влюблена в другого, ты имела в виду этого эльфа? — хмуро посмотрев на меня, в лоб спросил Дин. У меня похолодели руки, а из головы разом пропали все мысли. "Ты имела в виду этого эльфа?" — эхом отдавался в голове вопрос скрапа. Великий дракон, моя влюбленность настолько очевидна?! — Я... это сильно заметно? — чуть нахмурилась я, потянувшись рукой к шее и принявшись привычно её мять, не скрывая своего волнения по поводу этого вопроса. Мне не хотелось, чтобы по Алфее поползли слухи о моей влюбленности в Палладиума. И чтобы сам Палладиум узнал об этом раньше, чем я закончу Алфею или переборю эту влюбленность. Переболею, если уж так сложатся обстоятельства. Скрап хмыкнул, задрав нос кверху, но его горделивая поза сбивалась каждый раз, когда он бросал обеспокоенные взгляды на меня. Как мило, Дин переживает за меня! — Не слишком, у тебя хороший самоконтроль. Но мы с тобой связаны, да и я достаточно за тобой наблюдаю, чтобы подмечать разные детали, — вздохнул скрап, искренне ответив на мой вопрос. Я немного успокоилась, продублировав его тяжелый вздох. Что же, если Дин меня раскрыл, то легко раскроет и Данте. Правда, первой меня раскрыла мадам Аманда... Холодный камень с датой и какой-то приличествующей такому надгробию фразой про хорошую жену, мать и бабушку. — Не говори никому, хорошо? — попросила я Дина, отгоняя от себя химеру того сна. Эти воспоминания здорово отрезвили и прочистили мозги. Верно, у меня сейчас есть дела поважнее, чем моя первая проблемная влюбленность. Дин пожал плечами, подлетел выше и уселся на мою макушку. — Не скажу.        И я могла быть уверена, что он не скажет. Дин достаточно наблюдал за мной, а я достаточно наблюдала за ним, чтобы успокоиться от его последних слов. Я ему верила.        Фарагонда поздравила меня и Дина, прочитав краткую лекцию о важности Связи между феей и её волшебным компаньоном. Немного удивилась тому, что Связь эта появилась между скрапом и феей, а не как традиционно бывает с пикси, только лишь, лукаво улыбаясь, подметила: "Оттавия, Вы необычная фея". Не знаю, меня оскорбили или сделали комплимент? Пожалуй, просто не буду это никак трактовать и оставлю на совести директора. Самое главное, что она милостиво разрешила питаться Дину на кухне. Остальное меня мало волновало.