Это и будет моим ответом

      Класс опустел в мгновение ока, и Тидзуру сама не заметила, как осталась один на один со строгим Хидзикатой-сенсеем. Холодный преподаватель литературы волновал девичье сердце уже далеко не первый месяц, и Тидзуру всеми силами пыталась скрыть вспыхнувшие чувства, ничем себя не выдавая. Получалось это не всегда успешно, и дело было не только в том, что сама девушка плохо старалась, а ещё и в том, что со своей удачливостью она всё время попадала в разные неловкие ситуации. В которых так или иначе был замешан объект её воздыханий.       Сегодняшний день не предвещал никаких сюрпризов ровно до урока литературы. И нет, сам урок прошёл, на удивление, спокойно и без эксцессов — все проблемы начались как раз таки после него. Задержавшись после урока, досдавая заданные на память танка, Тидзуру, как уже было сказано, осталась один на один с холодным, аки айсберг в океане, преподавателем. Находясь в опасной близости от него (их разделяла всего одна парта), девушка начинала заметно нервничать. От этого ручка, которую Тидзуру теребила в руках, дабы не сбиться и успокоиться, предсказуемо выскользнула из вспотевших дрожащих пальцев. Сделав неимоверный кульбит, она залетела на полку, где стоял горшок с небольшим фикусом, спланировав прямиком в землю растения. Полка была прикреплена на стену, над преподавательским столом, и достать до неё у Тидзуру не было ни малейшего шанса.       Девушка раздосадовано закусила губу. Ручка была не её, а одолженная у одноклассника, так как сегодня Тидзуру, как назло, забыла дома пенал. Так что достать её было необходимо. Скосив глаза на заполняющего журнал учителя, Юкимура тяжело выдохнула. Отодвинулась в сторону, опёрлась руками о стол и начала залезать на него, в надежде достать несчастную ручку. Видя столь внезапный порыв ученицы, Хидзиката удивлённо вскинул бровь, отвлекаясь от своего занятия. Проследив взглядом за траекторией движения Юкимуры, Тосидзо молча встал, потянулся рукой к цветку, вытащил из него ручку и протянул её девушке. Та мгновенно вспыхнула, с благодарностью принимая канцелярскую принадлежность. — Могла бы сразу попросить меня об этом, — учитель хмыкнул, окидывая её скептическим взглядом, и Тидзуру покраснела ещё сильнее.       Она как раз слазила с учительского стола, одним коленом опираясь на него, как в класс ни с того ни с сего нагрянул директор Кондо, который о чём-то беседовал с Содзи. Заметив Хидзикату и Тидзуру, всё ещё пребывающую в неловкой позе, он замолчал. Немая сцена длилась минуту. Пылающая, аки маков цвет, девушка тут же поспешила соскочить на землю и отскочить как можно дальше, пока мужчины переглядывались друг с другом.       «Мне конец», — всё, что и смогла подумать Юкимура, лихорадочно пытаясь придумать оправдания. Однако к её вящему изумлению, директор вдруг широко улыбнулся и, подойдя к литературоведу, от души хлопнул его по плечу. — Молодец, Тоси! Наконец-то ты сделал это! — глаз Хидзикаты нервно дёрнулся, а на его щеках проступил бледный румянец. — Это… не то, что вы подумали, Кондо-сан, — неловко пробормотал он, в то время как покрасневшая Тидзуру пребывала в прострации, а Содзи едва сдерживал рвущийся наружу смех.       Он достал из кармана телефон, спеша запечатлеть компромат на сурового литературоведа, ибо директора, яро болеющего за устройство личной жизни своего почти-сына и милой, единственной ученицы бывшей закрытой академии для мальчиков, было уже не остановить.