Загадка в действии

Темная комната отдавала сыростью, и сквозь чуть сломанное окошко просачивался слабый неприятный запах. В углу лежал пепел - видимо, когда-то здесь пытались согреться, и по всей комнатке витала пыль. Маленькая серая мышь, выбежавшая из своей норки в другую, случайно коснулась лежавшего без сознания Бэкхёна. Моментально почувствовав что-то мягкое на своем лице, он открыл глаза, постепенно приходя в себя. Пару раз моргнул, прежде чем приподнять голову и хоть как-то осмотреться, потому что перед собой он ничего не видел, кроме темноты. Попытавшись встать, парень почувствовал слабую боль в кистях и понял, что они связаны. Превозмогая боль в затылке, он всё же сумел сесть на пятую точку и снова осмотрелся, уже замечая впереди себя обшарпанную деревянную дверь, которой касалось сияние луны. Бэк был благодарен, что его ноги не связаны и что руки связаны впереди, а не за спиной. Он поднялся на ноги и подошел к выходу, жмурясь от боли. Облокотившись на дверь, он крикнул, чтобы его услышали. Но с другой стороны не было слышно ни звука. Парень пару раз ударил по двери руками и ногами, но никто не появился. Его зрение полностью восстановилось, и Бэк вновь осмотрел помещение. Единственным выходом отсюда было небольшое прямоугольное окошко. Бэкхён подошел к нему и наклонился. Оно было ему по пояс. Стекло было непрочным - на нем местами красовались узкие щели. Парень недолго думая связанными руками разбил стекло и, не упуская времени, начал резать стеклом, оставшимся в окне, веревку. На это ушло немало времени, и через каждый равный промежуток времени Бён матерился, прислушиваясь к окружающим звукам. Когда наконец с веревкой было покончено, он всяческими способами пытался справиться с дверью. Осознав, что это бесполезно. Бэк убрал разбитое стекло и то, что торчало из оконных рам, и полез через него. Не оставив на себе ни одну целую вещь, парень вылез из помещения, чуть потеряв равновесие, и приземлился на бок. Стряхнув с себя пыль, он медленно и как можно тише пошел вдоль постройки. Вокруг не было слышно ни звука. Тишину нарушал только бешеный стук сердца - Бён беспокоился о девушке. Дойдя до угла, Бэкхён вновь прислушался, и, высунув голову, осмотрелся. Черная машина все также одиноко стояла перед металлическим входом. Но Ян Сяо в ней он не увидел. Брюнет прижался к стене, пытаясь заставить шестеренки в голове крутиться, но ничего не вышло. Никакого хитроумного плана не возникло, и он просто решил идти напролом. Перед ним на заросшей травой земле лежало множество палок, железяк, каких-то запчастей. Приметив одну ржавую палку, парень крепко взял её в руки и направился ко входу. Дверь медленно открылась, все так же открывая вид на пустой коридор. Бён, затаив дыхание, обошел пять комнат. Последняя, запертая, как считал парень, комната, была той, где несколькими минутами ранее находился он сам. Из противоположной комнаты раздался кашель. Бэк от неожиданности слегка подпрыгнул, выставляя свое "оружие" слегка вперед. Кашель раздался вновь, только уже сильнее. Парень, выдерживая дистанцию от двери, потянулся к ручке, но дверь была заперта. - Эй!... - услышал Бён сквозь стену. - Сяо?! - сразу узнал он, прислонившись к двери, чтобы лучше слышать. - Бэкхён? - слабо спросила девушка. Не теряя ни минуты, парень принялся выламывать дверь. Брюнетка еле встала на ноги, борясь с головокружением. Опираясь на стенку, она случайно наступила на матрас, не сразу его заметив. Организм просил лечь, но девушка не могла себе этого позволить. Параллельно с пульсирующей болью в голове она слышала удары Бёна о дверь и не могла понять, где находится. Спустя минуту стало легче, и она осмотрелась. Комната была скорее похожа на жилую, чем нет. Матрас у стены, полупустая урна, разбросанные по полу бумаги и не сразу замеченная Сяо доска на стене, на которой висело множество каких-то листков. Сяо, держась за голову, подошла к ней, видя перед собой карты незнакомых ей зданий, листки с записями и одиноко висящий ото всех календарь, на котором были обведены несколько дней в прошлом месяце и в этом. Девушка пробежалась глазами по увиденному, пытаясь быстро во все это вникнуть, но получалось плохо. Она подошла к подоконнику, на котором обнаружила листки с многочисленными формулами. Взяв один из них, она принялась читать, но ей что-то помешало. Сяо прислушалась к тишине и с ужасом повернулась к двери, от которой больше не исходил никакой шум, и Бэкхёна тоже не было слышно. Девушка позвала парня, совершенно не надеясь, что ей ответят. Сяо сжала бумагу в руке, когда в ответ прозвучала всё та же тишина. – Сяо, я здесь! Сейчас проломлю эту дверь, – услышала Ян далекий голос парня, и её накрыло облегчение. – Отойди от неё! Брюнетка улыбнулась такой заботе под шум ломающейся двери и развернула бумагу обратно, поднося её к окну, через которое проходило небольшое количество света. Вновь формулы, совершенно незнакомые девушке. На другой странице название, как поняла Сяо, антибиотиков. Она кинула лист обратно и посмотрела вперед, в окно, в котором она видела лишь невысокие кусты, а за ними блики фонарей. Брюнетка повернулась было к двери, как её взгляд зацепила урна, в которой лежало много скомканных листков. На одном из них было что-то нарисовано, или, возможно, кто-то таким образом зачеркивал неудавшиеся уравнения или еще что-то, что не приходило в голову Ян. В любом случае, девушка решила, что это стоит её внимания. Бён, едва не лишившись последних сил, всё-таки проломил дверь ровно посередине, так, что худенькая девушка легко смогла бы пройти сквозь получившееся отверстие. Он ворвался в комнату, выкинув балку, готовый помочь девушке: отнести её на руках, успокоить, если она как-то поранилась – перевязать, обнять и спросить, что случилось, хотя вообще-то все было вполне понятно. Но перед ним стояла неподвижная Ян, склонившая голову над листком, который держала в руках. – Сяо? – обеспокоенно спросил брюнет. Девушка медленно повернулась к нему, не отрывая потерянный взгляд от бумаги, и продемонстрировала его парню. Это была ориентировка на мужчину, сбежавшего из психиатрической больницы больше месяца назад. Такие листовки висели по всему городу, пугая народ и не давая им спокойно передвигаться по улицам. Подумаешь, скомканная бумажка, которая висит на каждом шагу. Бён бы и не обратил на неё внимания, если бы не увидел на ней портрет мужчины, который ударил его по голове балкой и запер в вонючей комнате с мышами. Он узнал в нем странного типа в маске, который следил за Ким Лан. – Ким Минсок, – прочел он, понимая, в какую задницу попал. Бэк взглянул на Ян, которая была в полном ужасе, представляя, как этот псих лапает её подругу. От одной только мысли, что он сейчас может наведаться к ней, пробегали мурашки и сердце пронзал страх за неё. Бён подошел почти вплотную к Сяо, забирая листовку из её рук. Краем глаза он заметил свою валявшуюся неподалёку биту. – Не переживай, – произнес он, заглядывая прямо в глаза и вселяя уверенность, которой девушке сейчас не хватало. – Мы сейчас поедем к Ким Лан и предупредим её. Все будет хорошо. Он что, прочел ее мысли? Бён, заметивший доску на шершавой стене, подошел к ней, с интересом разглядывая. – Что это? – его взгляд остановился на одной из схем. Сяо встала рядом плечом к плечу, еще раз все оглядывая . – Эта схема… Я знаю это здание! – произнес он, ткнув пальцем в бумагу, на которой виднелись крестики и полосы - видимо, что-то имелось в этом здании у человека, который здесь живет. – Да? Что это за здание? – Недостроенный торговый центр, стройку прекратили на полгода. Так что сейчас там никого нет, – ответил брюнет, уже рассматривая календарь, на котором был рисунок в красной рамке, и в одной из его частей улыбалась молодая женщина, державшая рыжего пса на руках. Ян проследила за хмурым взглядом Бёна, и осторожно спросила, что случилось, потому что сама не могла догадаться. – Сегодняшний день обведен, – ответил парень, сверля взглядом дату, и выглядел так, будто перед ним было нечто очень противное. Девушка, до этого не придававшая большое значение выделенной дате, взглянула на остальные дни в прошлом месяце, которые тоже были обведены красной пастой. Числа ей показались знакомыми. У некоторых людей есть интересная особенность - когда долго думаешь о каком-то отдельном прожитом дне, дата впивается в память, и при любом её упоминании в голове сразу всплывают воспоминания. Если, конечно, они не утеряны годами. Бён Бэкхён был одним из таких людей. Он прекрасно помнит день, когда в первый раз глупо поцеловался, стал мужчиной, когда его побили из-за девчонки, когда в первый раз побили из-за него. И он прекрасно помнит тот день, когда его квартиру подожгла рыжая бестия, оставив руки Пака со шрамами. В этот день он встретил Чанёля с Лан и узнал о произошедшей с ней ситуации. Именно поэтому он сильно перепугался, не обнаружив её в своей машине. Помня, сколько дней псих давал девушке, Бэк отсчитал и получил день обведенный красной пастой. В голову прокралась мысль о том, что все выделенные даты не случайны, и сегодняшняя тоже. Он поведал свою догадку брюнетке, которая уставилась на него растерянным взглядом, а потом, вспомнив что-то, вскрикнула и указала на выделенные числа: – А в эти дни у её родителей были… – осеклась Ян, не зная, как правильно сказать, – проблемы. Бён внимательно взглянул на девушку, взглядом прося продолжения. – Матери Лан подсыпали медикаменты, на которые у неё аллергия. Она чуть не умерла. А в этот день, но это не точно... – брюнетка опустила руку из-за сомнений, – в машине отца отказали тормоза. Погиб водитель. Бэкхён переваривал услышанное, с ужасом осознавая, что сегодня может произойти. У Сяо возникли такие же мысли, и она резко, не ожидая никого, выбежала из комнаты к выходу, терпя тупую боль в области лба. Парень направился за ней, матеря вполголоса вспыхнувшую боль в затылке, но вспомнил про свою биту, одиноко лежавшую у окна, и возвратился за ней. Выйдя из длинного коридора на свежий воздух, Бэк вновь увидел замеревшую на мгновение спину брюнетки, которая, услышав, что парень вышел, повернулась к нему, указывая на колеса автомобиля: – Они пробиты! Бэкхён, два колеса пробиты! – сдерживая свою злость на психа, проговорила она. Её грудь то поднималась, то опускалась из-за тяжелого дыхания. В легкие проникал прохладный, ночной и все еще летний воздух. Бён, не ожидавший такого вполне предсказуемого поступка, от мужчины, с пониманием того дерьма, что теперь может произойти, если они отсюда не уедут, подошел к своей машине, не отрывая взгляда от пробитых колес. Ян, не став ждать, пока парень что-нибудь ответит, открыла дверь автомобиля, чтобы посмотреть на время и окаменела, включив телефон. Наверное, они опоздали. Наверное, уже поздно, и они ничем не смогут помочь Лан, пролежав без сознания несколько часов. Парень, закончив осмотр, взглянул за плечо девушке и на мгновение замер, видя, что сейчас уже за полночь. Его постигли те же мысли, что и Сяо, но он быстро вышвырнул их из головы, давая здравому смыслу одержать верх. – Мы так долго были в отключке... – прошептала девушка, повернувшись к парню лицом, отчего между ними оставались считанные сантиметры. Бён рефлекторно сократил это расстояние, пряча глаза в землю, и заговорил: – Слушай, может быть, еще не поздно. – У тебя есть запаска? – спросила девушка. – Нет, но… Её взгляд потух, и парень почувствовал себя подавленным, но все-таки озвучил свою мысль: – То здание, о котором я говорил… Думаю, если сегодня он собирается сделать что-то, то именно там, – он вспомнил схему торгового центра, и все его чутье подсказывало ему, что он думает в правильном направлении. – Тогда нужно вызвать туда полицию, – брюнетка взялась за телефон. Бён не мог понять: она то сильная девушка, которая может за себя постоять, то беззащитное и хрупкое создание, которое хочется спасти от всего мира, укрыв в своих крепких объятиях. – Нет, – возразил он. Сяо непонимающе взглянула на него своими темно-карими глазами, которые, словно бездна, притягивали парня так, что он на мгновение впал в ступор. – Их будет слышно издалека. Они могут спугнуть этого Ким Минсока, поэтому я позвоню Чанёлю, – он направился к водительскому месту, по-прежнему держа в руках биту. – А ты звони Ким Лан, предупреди её. Ян махнула головой, соглашаясь, но недоумевая, зачем звать Чанёля. Кажется, в подобных ситуациях она плохо соображает. – Он живёт недалеко от того места, – ответил брюнет на ее мысленный вопрос, открывая дверь. – Он узнает, есть ли там кто, и скажет нам. Если, конечно, согласится.

***

Неубранная комната, недоеденный завтрак, обед и ужин, слова родителей о плохом самочувствии, о том, что он в последнее время сам не свой. Все пытаются как-то вставить свое слово, чтобы помочь парню. Но никто не понимает, что ему просто нужен один человек. Последние дни для Сехуна проходили нелегко. Все его мысли сводились к одной-единственной во всех смыслах этого слова. С того самого момента, как он очнулся, он подумал о Лан, которой с ним не было, когда его нашли. Его уверяли, что это бред, что это ему приснилось, причудилось в бессознательном состоянии, но он не верил. О прекрасно знал, что она реальна, как никто другой. И только друг поверил в его слова, проверив девушку, и сообщив все, что смог узнать. С того самого момента, как парень открыл глаза, сердце звало её, не давая трезво соображать, ходить, сидеть, говорить... И сейчас, узнав, что девушка все вспомнила, он чувствовал, как душа разрывалась на части, требуя такого нужного ей человека. В сердце теплилось ощущение чего-то необъяснимого, заполнившего грудную клетку, будто это что-то со всей своей мощью взывало, умоляло хотя бы увидеть её, хотя бы просто побыть рядом. Брюнет не мог сопротивляться этому, как бы ни старался. Даже то, что девушке может грозить опасность, его не останавливало. Наплевав на свою ногу, которая еще не окрепла и временами болела, парень нашёл ключи от машины отца и направился к дому Ким Лан. Подъезжая все ближе и ближе, О волновался о том, что может там увидеть. Странных людей, гуляющих у её дома, или же такую же странную машину. Постепенно он приближался к тому самому повороту, на котором он встречал и провожал светловолосую. Сехун заметил поднимающийся в небо дым. Огонь становился все заметнее, не оставляя сомнений, что где-то очень сильный пожар. И парень, выезжая на нужную улицу, с ужасом увидел полыхающий дом Лан. Рядом не было никого: ни пожарных, ни скорой помощи, ни людей из соседних домов. Даже, кажется, свет не горел в их комнатах, только разве что в доме напротив. Остановившись у газона, парень выбежал из автомобиля, не веря своим глазам. Пламя пожирало весь нижний этаж, доходя до следующего. У Сехуна внутри все оборвалось от осознания того, что Лан может быть уже мертва, что её больше нет. И он никогда не сможет её увидеть снова, поцеловать и попросить прощения за весь ужас, что ей пришлось пережить. Парень, забыв о том, что нужно вызвать пожарную службу, о том, что он может сгореть сам, побежал в горящий дом. Может, он еще успеет, может, еще не поздно. Ссадины не болели, по крайней мере, О их совершенно не чувствовал. Он даже и не думал о них. В голове только мысли о том, чтобы успеть, и страх перед неизвестностью. Зайдя на почти сгоревшее крыльцо, брюнет почувствовал, как его обдало жаром. Он снял свою темную ветровку, накрыв голову и плечи, и вбежал в дом. Все внутри горело: от ковра до картин в гостиной, и пламя уже пожирало кухню. Обойдя горящий диван и перешагнув свалившийся телевизор, О кинулся к практически развалившейся лестнице. Он не мог понять, можно ли по ней пройти так, чтобы не провалиться вместе с деревянными ступеньками. Перила горели, доходя уже до второго этажа, и парень, вспомнив, что Ким Лан лезла в свою комнату именно на этот этаж, как можно осторожнее отправился наверх. Его охватило легкое облегчение, когда он увидел, что верхний этаж почти не тронут безжалостным огнем, только весь коридор заполнен густым дымом. Парень насчитал пять комнат, одна из которых была подперта стулом. Сехун прикрыл нос рукавом ветровки, пытаясь как можно реже дышать. Понятия не имея, за какой дверью сейчас находится девушка, он решил сначала подойди к той, что со стулом. Откинув его, парень попытался войти в комнату, которая оказалась запертой. О не знал, что там за стеной. Может быть, там Лан или её родители? Его начала охватывать паника, и он со всей силы начал тарабанить по двери, надеясь, что его услышат. Вдруг уже поздно? Вдруг он уже никак не сможет помочь?

***

Мужчина хотел было повернуться в постели, все еще пребывая в царстве снов, как услышал настойчивый стук в дверь. Почувствовал стойкий запах гари, он открыл слипавшиеся глаза и закашлялся. В комнате стоял дым, не такой, как за дверью, но достаточно ощутимый. И Ким Сунана охватила паника, обычная для каждого человека, попадающего в такую ситуацию. В спешке он начал будить жену, пытаясь как можно скорее её разбудить, но она, видимо, уже надышавшись дымом, не просыпалась. Мужчина осторожно взял её на руки, параллельно думая о дочери, и направился к выходу, как услышал грохот где-то внизу. Сердце забилось быстрее. Повернув ключ в замке, ранее оставленный в скважине, он открыл дверь и увидел прямо перед собой незнакомого высокого парня. Клубы дыма мгновенно проникли в спальню, заставляя мужчину закашляться. Лицо О на мгновение разгладилось. Освободив проход мужчине, он накрыл женщину своей ветровкой. Мужчина понятия не имел, кто он такой, и подумал, что это смелый прохожий, пришедший его семье на помощь. – Лан! Моя дочь! – повысил голос Ким Сунан, замечая, как огонь обволакивает стену. – Я вытащу её! – ответил как можно четче Сехун. Дышать становилось труднее, и он понятия не имел, сколько еще сможет так продержаться. – Идите! – он легко подтолкнул отца девушки, который был в панике и растерянности, в сторону лестницы. Хотя сам не знал, можно ли по ней еще идти. – Лан там! – Ким указал на самую дальнюю комнату, направившись к лестнице и все еще не совсем доверяя парню. О ломанулся к двери, которая, как оказалось, была приоткрыта. Толкнув её, он замер на пороге. В спальне никого не было. На всякий случай он проверил балкон, но и там Ким Лан не обнаружилось. Стоя в полной растерянности, он пытался хоть что-нибудь сообразить. В голову лезли мысли о том, что она, как и раньше, гуляет по ночам. Это было бы сегодня очень к месту, но как же опасность, о которой он ей говорил? Наплевала на его слова? Или же её похитили «тараканы» и подожгли дом? Все это казалось вполне логичным. Возможно, она в других комнатах, но она бы точно вышла, почувствовав запах гари. Или же она уснула в одной из них? Мысль казалась нереальной по сравнению с другими, как бы это ни было странно, но парень рванул проверить под приближающиеся звуки пожарной сирены. Две двери были заперты, а за третьей он никого не нашел. Одновременно с опустошением Сехун почувствовал, что теряет сознание. Воздух. Он был ему необходим. Понимая, что до выхода из дома ему не добраться, иначе он задохнется, О побежал к ближайшему окну, тратя все силы на то, чтобы дышать и быть в сознании. Парень и забыл, что дом в любую минуту может взорваться. А лестница полностью обрушилась.