Любовь, во имя Ситиса!

Дверь в убежище закрылась, отрезая холодному воздуху путь внутрь. Девушка молча отряхнула капюшон от снега, и сняла сапоги полные остатками сугроба: в Данстаре уже третий день бушевал буран. Босыми ногами спустившись по лестнице, Слышащая кратко поздоровалась с Бабеттой, и спустилась в основной зал, где красовалась огромная расписная мозаика- дверь с Ситисом. Новенькая посвящённая стояла над котелком с наваром, и когда рядом громыхнула обувь, звеня металлическими пряжками, та буквально подскочила от неожиданности, по привычке тянясь к своему клинку. — Ох, это вы, Слышащая…- промямлила та. Луна лишь кивнула, переборов желание высказаться о пугливости новоиспеченной убийцы. Сапоги оказались рядом с очагом, а это означало, что на новое задание можно выходить с завтрашнего утра. — Не убирай. — Холодно сказала новенькой просвещенной девушка, и поспешила в свою комнату: как не крути, в убежище пол был холодный. Быстро перебирая босыми ногами по холодному серому камню, девушка быстро приближалась к своей комнате. Захлопнув в спешке дверь за собой, Слышащая быстро подскочила к сундуку с вещами, и вынула оттуда меховые ботинки. Быстро поместив ноги в теплые боты, девушка начала стягивать с себя холодный, мокрый верх, как вдруг… -Ой, Цицерон не хочет ослепнуть! — девушка мигом прижала верх костюма темного братства к себе, и найдя источник неожиданного голоса, нахмурила брови. — Что здесь забыл? Иди вон! — Цицерон сидел на стуле, и лучезарно улыбался, глядя на Главу Братства. — Цицерон искал, бегал туда и сюда, чтобы найти, что просила Слышащая, а она его гнать? Гнать как последнего злокрыса?! — Цицерон смешно насупился, изображая злость. -Так ты нашел? — - Удивленно хлопая глазами спросила девушка. — И сколько?! Два- апчхи! — три? — прикрыв ладонью рот, Луна снова чихнув, посмотрела на шута. Тот расселся на стуле, как на ярловском троне, и горделиво сказал: — Нет, дорогая Слышащая! Пять, пять сердец Даэдра! Да-да! Пять! — Луна коварно улыбнулась. — Прекрасно. Теперь тот заказ на мага пойдет как по маслу. Отдай их все Бабетте, пусть сделает яд на повреждение магии. Несколько флаконов нам не помешают про запас.- Цицерон, болтая ногами на стуле, радостно кивнул, и в припрыжку, удалился из комнаты Слышащей. Быстро переодевшись в теплую меховую броню (которой и броней и не назовешь), она направилась в общий зал, где скорее всего, уже сидел Назир. — Ох, а вот и наша Слышащая! Как последний контракт от Матери прошёл? — Похлебывая эль, спросил редгард. Девушка плавно прошла к очагу, и сев рядом на единственную ступень, начала греть спину, осматривая присутствующих за столом. — Все было как по маслу, Назир. Стражники даже не поняли, что произошло. Яд нашей вампирши сработал на ура: Догвальд еще минуту в конвульсиях дергался и хрипел, пытаясь вытащить пропитанную ядом стрелу. Стражники пытались ему помочь, но было уже поздно. Что было дальше, я не видела, ибо мне нужно было уносить ноги оттуда. — Назир подленько улыбнулся, и снова вернулся к элю. Девушка снова чихнула. — О, не нравится мне, как ты чихаешь. — Протянула, вставая со стула вампирша. Девочка подошла к главе, и не долго всматривалась в болезненное лицо Слышащей. Красные глаза уже хотели вот- вот сомкнуться, как вдруг прозвучал вердикт: — Мало ли того, что простыла, так еще и каменную подагру подцепила. — хмыкнула девочка- вампир. — Ха, а я-то думаю, что у меня суставы болят… Я замахнуться толком клинком не могу, а про мечи вообще молчу. — Бабетта молча покачала головой, и поднялась к алхимическому столу. Через несколько минут, она вернулась, и протянула Слышащей не большую миску с жижей. — Вот это от каменной подагры. Простуду этим не вылечишь, сразу говорю. — Бретонка, кивнув, молча приняла миску, и вмиг опустошила содержимое. У Бабетты округлились глаза. — - Ты выпила это? — не уверенно кивнув, девушка непонятливо смотрела на вампиршу, которая сейчас была выше, и смотрела на нее округлёнными глазами. — У тебя точно не разжижение мозга? Это мазь, на основе ядов, а ты выпила все подчистую! — всплеснула руками девочка. Послышался глухой звук упавшего предмета. Услышав это, Цицерон сразу же примчался, оставив натирку маслами Матери незаконченной. Баночка с очень дорогим двемерским маслом глухо каталась на поверхности, распространяя содержимое по каменному полу. — Покушение! Обман! Предательство! — кинул шут, вбегая по лестнице в общий зал, и вереща подбежал к Слышащей. — Отравить Слышащую?! — Имперец, осмотрев бледную то ли от страха, то ли от болезни девушку, достал эбонитовый клинок. Бабетта не выдержала, и захохотала. — Я шучу. Это было обычное лечебное зелье. Никаких ядов там не было. — Так же звонко смеясь, проговорила девочка. Шут злобно смотрел на негодницу, но рука на плече имперца заставила его обернуться, и в конце, концов, убрать кинжал в ножны. Назир пытался откашляться от смеха, отодвигая от себя эль. — Хе-хе, садисты. Скоро за такие шуточки будете все логово чистить. — Чихнув, проговорила бретонка. — Извини, я просто пошутила. Тебе лучше прилечь. Видно, что тебе становится хуже.-Забрала пустую миску девочка, из рук вставшей Луны. — Понятное дело. Сама побегай три дня по Скайриму, и при этом выискивай жертву в буран. — Кусая яблоко, взятое со стола, пробубнила девушка. — Даже если так, вампиры не подвержены болезням. — пожала плечами Бабетта, поднимаясь по лестнице. Снова чихнув, Слышащая хотела развернуться, и уйти к себе, как ей на плечи упала теплая шкура волка. — Вот. Слышащей нельзя болеть, нельзя! Кто тогда будет нести волю нашей дрожащей матушки? — Улыбаясь, в своем духе, пропел шут. — Угу, благодарю.-Девушка обернулась к редгарду.- Назир, я к себе. Контракты пока раздавай новичкам, меня не беспокой.- Укутываясь в шкуру, проговорила девушка. — Хорошо. Выздоравливай, давай. — Мужчина кинул главе Темного Братства вересковый мед, который она еле поймала. Луна медленно пошла к себе, и когда она, наконец, оказалась в своей комнате, сразу же плюхнулась в теплую кровать. Луна мирно спала, когда снова послышался голос Матери Ночи. — Слышащая! Еще одно дитя взывает к Матери Ночи! Убей Маркурио, который сейчас находится в Рифтене. — тихий голос женщины прозвучал в голове у Главы. Девушка подскочила, и осознав услышанное, подняла глаза на темную каменную стену. — Моего мужа?! Но, кто заказчик? — удивленно спросила та у пустоты. -Убей Маркурио! Это веление Матери Ночи…- властный тон резал виски Слышащей, и та, посмотрев на кольцо, что было на правой руке, задумалась. — Хорошо, я сделаю это…- тихо шепнула девушка. Ощущение присутствия Матери исчезло, заставив девушку встать с кровати: указы Матери должны быть исполнены немедля, ибо жрица Ситиса не любила, когда ее контракты выполняют слишком долго. Быстро одевшись, девушка направилась к выходу, но по пути ей попался Цицерон, который сидел подле саркофага на ступенях. — Слышащая? Почему ты не спишь? — Цицерон был явно удивлен, что Слышащая Темного Братства находясь еще в плохом состоянии решила уйти в два часа ночи. — Задание от Матери. Я в Рифтен. Буду в лучшем случае дня через три. Передай Назиру, если будет искать. — девушка хотела зайти в первую дверь, но голос Цицерона остановил ее. — Слышащая! Цицерон пойдет с тобой, ты еще плохо себя…- Начал подниматься со ступеней шут. Вмиг девушка напряглась. — Цицерон, жди тут. — Процедила она через зубы, открывая дверь. Не прошло и минуты, как тяжелая металлическая дверь с неприятным скрипом закрылась за Слышащей. — Бедный, бедный Цицерон! Матушка, почему она не ценит меня? Почему не любит?! Почему она держит Цицерона на расстоянии от себя? О милосердная Матерь! Почему дурака червей никто и ничто не любит, кроме тебя? — Цицерон упал напротив саркофага на корточки, и обхватив руками голову, тихо заплакал. Тенегрив стоял возле дверей братства, тихо фырча и перебирая копытами. Закинув мешок с необходимыми вещами, ядами и зельями на Тенегрива, девушка осмотрелась. — Столько снега. Хорошо, что буран закончился, правда? — погладив коня, бретонка посмотрела на небо, и увидев россыпь звезд, улыбнулась. — Ладно, нужно поспешить: к утру подморозит. — запрыгнув в гнедую лошадь, она галопом поскакала в Данстар, чтобы выехать на дорогу. Полтора дня пролетели быстро: они скакали без долгих остановок, и к концу седьмого дня вечерней звезды бретонка подъезжала к Рифтену. Оставив лошадь в конюшне, Луна спешно зашла в город, и направилась в местную таверну, где обычно любил посидеть «муженек» Слышащей. И действительно: как только Луна зашла в таверну, она увидела Маркурио в обществе светловолосой нордки, которая во всю хихикала над рассказами доблестного самовлюбленного мага- выскочки, который, к слову, успевал флиртовать с собеседницей. Сжав руки в кулаки, девушка вынула из маленькой сумки флакон, и удачно спрятала его в кожаных наручах. — Ох, Маркурио, какая встреча! Какими судьбами ты тут? — походя, улыбнулась бретонка, садясь рядом с мужем за стойку. Тот сильно занервничал. — А, Луна? Да так, решил подзаработать, и податься в наемники, пока ты в разъездах. А ты что делаешь здесь? — попытался улыбнуться супруг, но получилось как-то…напряженно. — Просто забрела сюда по дороге. Ярл задание дал на зачистку пещеры в горе, а путь не близкий, сам понимаешь. Да еще запасы пополнить нужно. — Хмыкнула девушка, одновременно подзывая трактирщика к себе. К стойке подошла аргонианка, и начав протирать бокалы обратилась к новоприбывшей путнице. — Чего изволите~с? — вежливо прошипела та, приветственно кивая. — Два эля, и койку на ночь. — Сразу кидая мешочек с септимами на стол, сказала девушка. — Хорошо. Комната та же, что и в прошлый раз~с. — На стол сразу же были поставлены два металлических стакана, в которые аргонианка начала наливать эль. — Благодарю. — Кивнула Луна, и аргонианская дева пошла выполнять заказ другого посетителя. Незаметно откупорив склянку с ядом, девушка воспользовалась тем, что ее муж опять что-то яро рассказывал нордке, и незаметно опрокинула содержимое флакона в стакан, и также быстро пряча флакон в наручах. — Вот, это тебе. — - Кружка с отравленным элем двинулась к магу, и тот с кивком принял ее, продолжил незаконченный рассказ. Осушив свою порцию эля, девушка поставила кружку на стол, и не спешно пошла на второй этаж, в последний раз стрельнув глазами в смуглого мага. Спустя двадцать минут девушка лежала у себя в комнате, вглядываясь в потолок, как вдруг кто-то начал быстро приближаться. Луна прикрыла глаза. В комнату забежала аргонианка, которая обслуживала всех у стойки, ее кожа была более светлого цвета, чем обычно. -Луна! Луна прос-с- нитесь! Ваш муж… Он…- девушка подскочила с кровати, якобы сонно смотря на не званную гостью. — Маркурио? — сонно проговорила та. — Что случилось? — аргонианка взяла бретонку за руку, и побежала с ней на первый этаж. Приведя ее к телу мужа, она отпустила ее руку. — Маркурио… он… он… — девушка быстро села рядом с ним, и начала проверять пульс. — Он уже в ином мире. — Шепнул кто-то из толпы. Луна глазами нашла ту девушку, с которой общался Маркурио несколько минут назад. Ее всю трясло, и была белее снега в Данстаре. — Это ты! Ты убила его! — Крикнула в слезах бретонка. Нордка шокировано смотрела на обнявшую труп мужчины, девушку. — Н-Нет! Это не я, клянусь! — из толпы вышли стражники, и начали уводить нордку из таверны. — Это ошибка! Это все она! Она! — уже слышалось снаружи. В помещении витала шокированная тишина. Многие молча переглядывались, кто-то тихо перешептывался друг с другом. Девушка так же сидела над трупом мужчины, осматривая его застывшее лицо. — Нам нужно приготовить тело к погребению. — Вдруг послышалось сверху. Мужчина в балахоне с сочувствием смотрел на присутствующих, а затем и на виновников столпотворения. Кратко кивнув, девушка поцеловала в висок покойного, и не спеша удалилась из таверны.