Ангелы и Демоны

      Есть в жизни такие моменты, которые нещадно ломают ее на «до» и «после». И как бы сильно ты ни старался, ни барахтался в этом новом и чужом «после», тебе никогда уже не вернуться в столь привычное и до мелочей знакомое «до». Не потому, что шанс упущен или случилось нечто непоправимое. Просто изменились не только обстоятельства — изменился ты сам. Открыл глаза и увидел перед собой иную реальность, нежели рисовал в своем сознании годами. Переступил черту, за которой оказался безграничный, всеобъемлющий вакуум.       Именно так чувствовал себя Саске, сидя на жутко неудобном металлическом стуле у койки, и пристально всматриваясь усталыми глазами в лицо своего пленника. Все что он чувствовал — это просто вселенских масштабов …покой. Внутренний душевный штиль, равных которому доселе не было. Так часто чувствуют себя люди, находясь на грани сна и бодрствования, приняв внушительную дозу обезболивающего и избавившись, наконец, от сильных физических мучений.       Похититель подпер ладонью щеку и, закинув ногу на ногу, облокотился о жесткую спинку кресла, расслабив практически все свои мышцы. Широкий лоб, точеный нос, светлые, под стать пшеничным волосам, густые ресницы, всегда обветренные губы… Его взор лениво блуждал по знакомым чертам, не посылая мозгу никаких сигналов. Ни «опасность», ни «прикончить», ни даже «игнорировать» — только невесть откуда взявшееся дьявольское желание убрать слипшуюся белобрысую челку с полуприкрытых глаз.       Дурак.       И Учиха даже не знал, кого именно из них он таковым считает.       — Саске… — пациент открыл глаза и поднес руку к лицу. Наручников не было. — Что произошло?       — Ты как всегда проспал все самое интересное, Узумаки, — пробормотал парень, не переставая подпирать лицо рукой.       — Я ведь просил не отключать меня, — Наруто резко подскочил и уселся на кровати, машинально съежившись в ожидании болезненных ощущений. Но боли не было. На ноге все еще висела длинная металлическая цепь.       — Мне и не пришлось — ты отключился сам. Ничего не помнишь?       — Нет.       — Совсем? — учиховская бровь поползла вверх.       Блондин потер переносицу большим и указательным пальцами, в сознании замелькали вспышки последних событий. Липкая субстанция перед глазами, кислородная маска на лице, яркие дневные лампы, монотонный стук по клавиатуре… Влажный кашель, свистящие хрипы и неимоверная боль в грудной клетке… Просьба оставить в сознании, просьба поверить в невиновность отца, просьба простить…       Стоп, погоди-ка.       Ему это не приснилось?       — Совсем, — произнес вслух Наруто, отводя взгляд.       Учиха резко наклонился вперед, одаривая белобрысого ехидной ухмылкой.       — Трус, провокатор, больной на голову невростеник, а теперь еще и лжец. Не многовато ли грехов, Узумаки? — пространство между ними само собой медленно сокращалось, от неожиданности пленник вытаращился на Саске своими огромными голубыми глазами. Но тот лишь устало вздохнул и тут же отпрянул, попутно выуживая из кармана своего халата крошечную ампулу с сероватой жидкостью.       — Знаешь, что это?       — Нет.       — Вакцина. Завершенная.       Узник словно очнулся от одного тревожного сна и погрузился в новый, не менее шокирующий. Волнующий, как свободное падение с многоэтажки с сикось-накось закрепленной страховкой. Да нет… быть того не может!       — Ты говорил, что твоя мать никогда не плакала — всегда сдерживала себя, в особенности при вас с отцом. Вы исследовали ее организм вдоль и поперек, и я тоже поначалу пошел по этому заведомо ложному пути, потратив впустую двое суток. И если бы не твоя… кхм… пламенная речь, я бы не понял, что антитела к Красной смерти не имеют ничего общего ни с плазмой, ни с тканями внутренних органов. Они выделяются не сывороткой крови, а железами внешней секреции. Одной единственной железой. Слезной.       И даже если бы земля разверзлась под ногами и поглотила их обоих, блондин не был бы так контужен, как от этих слов. Слезы… Единственным материалом, который Минато никогда не брал на анализ, были чертовы, мать их, слезы! Почему отец не додумался до этого раньше?! Как он сам мог упустить это из виду?!       Наруто опустил голову и поморщился от отвращения к самому себе.       Саске продолжил.       — Этот препарат называется «серебряный дождь», он фосфорилируется в организме, разрушая оболочку вируса и разрывая соединения в цепи образования его ДНК. Механизм синтеза изобрел Итачи, однако варионы Красной смерти множатся настолько быстро, что даже попав в тело человека, вещество лишь немного оттягивает конец, но не уничтожает заразу полностью. Нужно было остановить или хотя бы замедлить процесс размножения, и брат предположил, что это можно сделать с помощью естественных антител носителей, — Учиха покрутил стеклянный резервуар между пальцев. Его подопытный хмурился все сильней, — ты тут едва не отбросил коньки, Узумаки. Я вколол тебе экспериментальный препарат и он не подвел. В тандеме с твоими иммуноглобулинами — сработал. Понимаешь?       Наруто поднял на собеседника помутневший взор. Вся его фигура напряглась, пальцы одной руки с силой впились в плечо другой, словно пытаясь перебить физической болью безумное ощущение пустоты и потерянности.       — Зачем ты это сделал?         Саске даже растерялся на секунду — настолько он не ожидать услышать подобный вопрос.       — Столько лет пытался меня уничтожить — и все для того, чтобы опять вернуть к этой долбаной реальности? Ты получил то, что хотел, Учиха, кто тебя просил лезть, куда не следует? Ты не задавался вопросом, хочу ли я возвращаться туда, где не осталось никого, кому я был бы еще нужен? Не предполагал, что я просто хочу сдохнуть?!       Наруто встал на ноги, зло буравя соперника глазами, и перешел на крик, заполняя помещение гулким эхом.       — У меня была мать! Любящая, как сама Дева Мария, защищающая, как настоящая тигрица, сильная… настолько невообразимо сильная, что умирая не проронила ни слезы! И бог забрал у меня ее, Саске, решив, что ему она нужнее! У меня был старший брат и наставник, пусть не по крови, но по духу, преследующий те же цели, понимающий с полуслова, учивший строить и созидать без того, чтобы жертвовать даже самой жалкой и ничтожной жизнью! Но и его я потерял...       В горле у хозяина лаборатории тут же пересохло, язык противно прилип к небу, губы сжались в тонкую линию. Он ничего не ответил.       — У меня был друг. Истинный, ставший со мной одним единым организмом, настолько глубоко проросший в меня, что я по сей день этого боюсь. Сначала заставивший поверить в то, что мир вокруг нас может быть чем-то получше сортира, а потом сравнявший меня с землей, как какое-то насекомое! Ты демон, Саске! Я трое суток терпел избиения и унижения в изоляторе, был готов подохнуть там, но не сказал им даже слова! А ты, проклятый черт, почувствовал себя до того униженным, что наступил на самое кровоточащее в моей душе — происхождение! Ублюдок, грязь под ногтями… Вот кем ты назвал меня, ставя свою подпись под показаниями! Вот кем на самом деле ты меня считал!!       Сухость во рту стала нестерпимой, к ней прибавилась уже знакомая ватная тяжесть во всех конечностях. Нереальной силы пульсация во всем организме едва позволяла дышать. Каждое сказанное слово, как и горькое осознание истины, проникали в тело, разрывая плоть подобно острию ловко наточенного лезвия ножа. Саске во мгновение ока преодолел пространство, разделяющее его с пленником и замер всего в пяти сантиметрах от его пунцового от злости и непрошеных слез лица.       Слишком близко. На таком ничтожном расстоянии глаза его казались огромными черными вселенными, глубокими и загадочными, живущими по собственным законам мироздания. В них то и дело посверкивали молнии, и Наруто не знал, предвестниками чего они являются. Старый знакомый смотрел на него испытывающе, ядовито сощуриваясь, словно поймал на мелком воровстве. Вскрывал этим взглядом чумные раны его души. Под ним хотелось либо излечиться полностью, либо просто сдохнуть — столько он нес укора, обиды, гордости… слабой, едва заметной надежды. Учиха заговорил медленно, растягивая слова, как горелую резину.       — Читай по губам, уссуратонкачи. Пусть мой брат перевернется в могиле, если вру. Я никогда. Никому. Ничего. Не рассказывал.       Никогда…       Горячие губы с силой впились в искусанные обветренные, выпуская на свободу влажный и настойчивый язык. Ладонь мертвой хваткой сжала на затылке копну пшеничных волос, прижимая ее к себе и пытаясь сделать этот поцелуй еще более глубоким, дерзким, жестким, сносящим крышу им обоим. Второй рукой Саске прикоснулся ко все еще бледной щеке, не давая Наруто даже выдохнуть. Он пил и пил его до дна, почувствовав, наконец, то самое насыщение, заполненность, столь желанное удовлетворение, будто ему протянули стакан сладкой родниковой воды в немыслимую жару.       Никому…       Узумаки думал, что вот-вот задохнется. По его телу от коленей до самой груди прокатила волна электрического тока, превращая руки и ноги в слабые безвольные обрубки. Его запах… Когда-то давно, всего единожды в жизни, он напился и не мог контролировать свое тело, но это ощущение не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось с ним сейчас. Терпкий вкус настойчивых губ пьянил мощней любого алкоголя. Помедлив всего мгновение, Наруто ответил на поцелуй, демонстрируя этим весь свой взрывоопасный характер.       Не рассказывал…       Саске двинулся дальше, лаская языком ложбинку прямо под ухом. Руки его опустились вниз и властно проникли под футболку, пальцы с силой вонзились в плоть между ребрами. Наруто, совершенно одурманенный поцелуем, зарычал от боли и …кайфа. Он едва разлепил веки и посмотрел на брюнета туманных взглядом, в котором не было ни укора, ни протеста, ни возмущения.       — Дай мне знак - и я остановлюсь, уссуратонкачи.       Узумаки помедлил, язык совсем не слушался. Ему казалось, что если сейчас соперник прервется, если это не дай бог закончится сию же минуту, он просто скончается от анафилактического шока.       Гори она синим пламенем, эта вражда. Они еще успеют друг друга поубивать.       — Не вздумай.       Учиха улыбнулся кончиками губ, глаза его засверкали опасным огнем. Одним мощным движением он приник к надключичной мышце, и его поцелуй тут же превратился в болезненный укус. Сильные руки резко рванули вниз по спине жертвы, оставляя на ней тонкие красные полосы царапин. Наруто вскрикнул и тут же блаженно закатил глаза.       — Я никогда не называл тебя ублюдком, — прошептал Саске, покрывая поцелуями место укуса и гладя ладонями только что исцарапанную спину. — Я никому не рассказывал о твоих родителях, с чего ты это вообще взял?       Прочь полетел белый халат и темный свитер, что был под ним. Брюнет чуть было не свихнулся, ощутив желанное тело всей своей кожей.       - Тот человек знал, - Наруто запустил пальцы в черные волосы, ощущая, как горячий язык отыскал его сосок, и резко втянул воздух, почувствовав еще один укус. - Кроме тебя никто не мог сказать.       - Серьезно? - Учиха бесцеремонно толкнул узника на койку, избавляясь от остатков одежды. - И ты ему сразу же поверил?       Узумаки замер и уставился на руки брюнета, справляющиеся с ремнем. К своему стыду он осознал, что и правда ни разу не поддал сомнению наспех сделанные выводы.       - Подумай, кто еще кроме меня был в курсе, - ладонь Учихи, знающая каждый сантиметр этой лаборатории, без труда нащупала на столе бутылек с маслянистой жидкостью, которой хозяин обычно обрабатывал руки. Наруто замер в ожидании, крепко сцепив зубы - он всеми силами гнал мысль, что единственным, кто еще мог дать следствию информацию для шантажа, был его собственный отец.       - Господи, нет, - едва различимо произнес юноша, чувствуя, как его одолевает волна удушливой вины. Сознание и тело за последние несколько дней пережили столько потрясений, что выдержать еще и это он был просто не в силах.       Брюнет навис над Узумаки, обхватил ладонью его лицо и снова поцеловал, на этот раз нежней и слаще, словно успокаивая. Затем смахнул непослушные пшеничные пряди, зарывая в них свои длинные пальцы.       - Забудь, - прошептал он, проделывая языком влажную дорожку вниз по груди прямо к глубоким впадинам внизу живота. Услышав стон удовольствия, Учиха резко вонзил зубы в бедро, тем самым вырывая из легких соперника еще более мощный вскрик.       Почувствовав у входа в свое тело сразу два пальца, Узумаки закрыл глаза. Движения Саске были медленными, плавными, непривычно томными. В какой-то момент блондину самому захотелось ускорить темп, срастись с ним воедино, проникнуть глубоко к сердцу, заживляя на нем каждую причиненную за эти годы рану.       Первый толчок был настойчивым, но вопреки ожиданиям Наруто - почти безболезненным. Наконец ощутив в себе крепкую горячую плоть, парень вдохнул полной грудью - наркотически приятная дрожь проскользнула по всей нижней части тела, такой же напряженной, как и у Саске. Картинки перед глазами поплыли, мысли заменили яркие вспышки новых ощущений, настолько мощных, что в них растворилось все - и вина, и злость, и страх, и все невысказанные обиды. Был только хрупкий мир, снова ставший общим пять долгих лет спустя.       Учиха был безумно терпелив, давая юноше привыкнуть к чувству заполнености, однако его терпению вскоре пришел конец. Задыхаясь от ни с чем не сравнимого удовольствия, он то и дело приникал к холодным губам своего пленника, шепча какие-то слова, понятные только им двоим. Сознание обоих отключалось, полностью поддавшись чувствам и эмоциям. Вся кожа Узумаки превратилась в оголенный нерв, дыхание сбилось, внизу живота разлился практически нестерпимый жар. Саске простонал и провел кончиками пальцев по губам, к которым столько лет не имел возможности прикасаться. Видя в голубых глазах тень надвигающегося оргазма, он обвил его крепкий орган пальцами и с громким стоном ускорил движения, приближая их обоих к моменту долгожданного экстаза.       - Ты тоже был моим воздухом, Наруто.       Очередной поцелуй поглотил стон от ядерного взрыва, и под ними разверзлась земля. Учиха безвольно покачнулся, пристально глядя на пленного из-под полуприкрытых век, а затем устало повалился ему на грудь, жадно дыша вновь обретенным Солнцем.       Оба не заметили, как провалились в сон - первый за пять с лишним лет сон без тревожных видений. *********************************       Прошло около шести часов. За окном уже была глубокая ночь, когда оба молодых человека вынырнули из безмятежной дремы. Наруто проснулся и обнаружил себя намертво скованным в двух крепких руках. Затылок обожгло горячее дыхание, слабая попытка высвободиться успехом не увенчалась.       - Лежи смирно, - Саске еще сильней сцепил ладони, - у тебя ничего не болит?       Узумаки замер и закрыл глаза. На препирания не было ни сил, ни особой возможности.       - Какая забота. Я уже и не помню тебя таким.       - Не был бы твой мозг десятипроцентным, помнил бы.       Юноша поморщился - возразить было реально нечего. Он немного поерзал, находя удобное положение, и решился задать вопрос, который его больше всего сейчас волновал.       - Саске, ты считаешь, что это наши родители натравили нас друг на друга?       - Уверен в этом, - коротко ответил тот, прислоняясь подбородком к обнаженному плечу, - только твой отец знал, чем тебя можно сломать. И только мой был в курсе всех подробностей того, что произошло на гонках.       - Хочешь сказать, они договорились?       - Как бы фантастически это не звучало - да.       - Зачем?       - Наивный, - Учиха ухмыльнулся. - Скорей всего прознали о том, что мы знакомы. Или еще хуже - о том, что между нами было.       Наруто резко сел, наконец выпутавшись из цепкой хватки брюнета. На лице его без слов читался еще один вопрос.       - Не смотри на меня так, даже я не знаю, как это возможно, - Саске встал и приступил к поиску своей одежды - делу весьма трудоемкому, учитывая то, что он накануне швырял ее во все возможные углы. - Тошноты, головокружения нет? Есть можешь?       - Как ты можешь думать о еде, когда... - и словно в ответ на этот вопрос в животе Узумаки предательски заурчало. Черноволосый насмешливо хмыкнул, застегивая последние пуговицы халата. Пальцы нащупали в кармане заветный резервуар. Цел. Слава богу.       - Рамен? - лаконично бросил он, удаляясь к выходу.       - Рамен, - ответил парень, потирая затылок.       Когда дверь за Учихой закрылась, он заметил, что его щиколотку до сих пор сковывает металлическая цепь. Странно, но он о ней совершенно забыл, и Саске, видимо, тоже. Наруто потер ступню - на месте, где был браслет, образовался небольшой синяк - не болючий, но дискомфортный. Из-за недостаточной длины поводка Узумаки так и не смог достать футболку - пришлось обойтись одними лишь штанами.       Он не представлял, что теперь делать дальше. На него за прошедшие дни столько всего навалилось, что ноги грозились вот-вот сломаться от такой тяжести. Однозначно необходимо уйти подальше от лаборатории, чтобы подозрения не пали на этого камикадзе в халате. Ушел бы сейчас, пока его нет, да нога все еще в оковах.       Прошло около двадцати минут, как размышления юноши прервал резкий звон разбивающегося стекла, прозвучавший в тишине пустой комнаты, словно взрыв атомной бомбы. От неожиданности парень вздрогнул и метнул взгляд в сторону небольшого оконного проема. В считанные секунды перед ним выросла фигура человека, которого он меньше всего сейчас рассчитывал увидеть.       - Рэй-чан? - пленник спрыгнул с койки, - ты чего здесь...       - Помолчи, - отрезала Сейрю, в два прыжка преодолевая расстояние между ними. Взгляд ее моментально зафиксировался на цепи. Молниеносными движениями она справилась с ней, выудив из складок одежды крохотную шпильку. - Тебя ищет полиция, репортеры, отряд спецназначения - отец полстраны на уши поставил. Сюда идут его АНБУ. Ты знаешь этих ребят - они тут камня на камне не оставят.       - Откуда ты...       - Не спрашивай меня ни о чем. Нет времени объяснять, - девушка решительно направилась назад к окну.       - Рэй-чи, - подопечный остановил ее, взяв за руку. Голос его звучал неестественно низко, - я никуда не пойду. Мне нужно кое-кого дождаться.       Девушка подняла на него глаза, полные недоумения, и моментально отпрянула. Они что, подружиться здесь успели, два долбаных придурка?!       - Ясно, - с плохо скрываемым раздражением процедила Сейрю. Асфальтовые глаза сфокусировались на фигуре позади Узумаки, бесшумно вошедшей в лабораторию секунду назад. Она добавила уже громче: - Я подозревала, что что-то между вами не чисто. Не могут два человека, так яростно ненавидящие друг друга, не иметь какого-то грязного развратного прошлого.       - Какого лешего ты здесь забыла? - вся фигура Саске выражала угрозу и недоверие. Он медленно отставил поднос с едой, не сводя глаз с незваной гостьи.       Рэй хохотнула. Смех ее был каким-то токсичным, зверским, как у голодной гиены, загнавшей жертву в угол. Блондин весь поежился - кто она такая, эта девка, и что она сделала с его нянькой? Перед ним стоял кто-то совершенно иной!       Моментально посерьезнев, девушка направила взгляд на подопечного, не пошевелив ни одним мускулом.       - Видит бог, я хотела тебя пощадить. Но поскольку ты действительно его подстилка... - в два счета Сейрю выхватила из-за пояса пистолет и направила на его на блондина, брезгливо морща свое красивое лицо, - разделишь с ним его участь. Руки за голову!       - Да ты с ума сошла что ли?! - парень хотел было двинуться в ее сторону, но щелчок предохранителя его притормозил.       - Вперед! - Рэй жестом приказала ему стать возле Саске. - Вы, голубки, отлично устроились. Живете себе, играете в свои идиотские игры, никак не можете определить, у кого член длиннее. Поборюкались - разбежались, заскучали - опять сцепились, как два петуха. У каждого уже готово кресло, куда он усадит свою ленивую задницу, к чему переживания? Можно развлекаться в свое удовольствие! А кто-то достойный сейчас гниет в могиле, не успев реализовать ни одной мечты, и все потому, что два богатеньких упыря слишком заигрались в кукольную войнушку, подражая папочкам!       Девушка выплевывала каждое слово, будто это была болотная тина - надрывисто, с неподдельным омерзением.       - Кого из вас прикончить первым? - она игриво помотала оружием и остановилась на Наруто. - Тебя, любитель опасных развлечений? Или тебя, мастера помахать кулаками? - ствол перекочевал в сторону Учихи. - Хотя для тебя я поначалу готовила несколько иной исход, более зрелищный. Безумно хотелось посмотреть, как ты будешь корчиться в конвульсиях, совсем как твой дорогой братец!       Хозяин лаборатории моментально побледнел. Несколько секунд он переваривал услышанное. Эта чертова девка, мелкое ничтожество... Что она сейчас сказала?!       В голове застучали отбойные молотки - он с диким криком ринулся в сторону Рэй.       - Стой, Саске! - Узумаки моментально перехватил его, заламав руки за спиной. - Успокойся, иначе словишь пулю!       - Лучше послушай своего дружка, Учиха, - девушка сощурила глаза, наслаждаясь гневом собственной жертвы.       - За что ты убила его?! - продолжал рычать брюнет, пытаясь вырваться из захвата Наруто. - Что он тебе сделал, чертова ты сучка?!       - Мне очень хотелось, чтобы ты в полной мере прочувствовал, что это такое - лишиться всего в лице дорогого тебе человека. Чтобы ты прошел через страдания, не имея возможности все изменить. Чтобы мучился, оставшись без того, кто был тебе так дорог! - Сейрю перешла на крик, в ее асфальтовых глазах заблестели слезы. - Я хотела, чтобы ты вкусил той боли, которой когда-то наградил меня!       - Ты ведь служишь ХЭЛСу, почему...       - Заткнись, Наруто! - злобный взгляд метнулся на блондина. - Я служу сама себе! Твой отец был мне нужен, чтобы подобраться к наследникам Когараши, и сегодня, наконец, я выполню данное мною обещание!       - Рэй-чи!..       - Никакая я тебе не Рэй-чи!! - закричала девушка, прицеливаясь. - Меня зовут Хината Хьюга. Передай привет моему брату, Учиха.       Дьявольским раскатом в помещении прогремел выстрел.