Сумасшедшая семейка

      Карета прибыла с первыми гостями. Фэша и Василису встретили нарядные друзья и не менее нарядная Янтарная зала: всё помещение было украшено белыми, золотистыми и серебристыми шариками, с потолка свисала огромная люстра, которой тут раньше вообще не было (видимо, постарались старшие). Две лестницы, ведущие к балкону, были увиты сверкающей гирляндой и пушистой светлой мишурой, на которую были наклеены красные сердечки. Василиса заметила, как к одному из сердечек подбежала Римма и что-то написала на красной бумаге. Видимо, так гости могли оставить добрые пожелания молодожёнам.       — Как тебе интерьерчик? — неожиданно появилась Захарра и стиснула подругу в крепких объятьях. — Подруга, как я рада за тебя! Погоди, вот сядем за стол, ты очумеешь от еды! Представляешь, для вас… то есть для нас всех готовили повара из Змиулана, Чернолюта и даже из Чародола! Они что, думают, что мы такие обжоры?       Василиса только сейчас заметила огромный стол со всякими вкусностями, на которые уже заглядывались гости. Некоторые блюда продолжали появляться и рыжеволосая предположила, что они перемещаются прямо из кухни. Королева увидела, как Фэш пробирался к блюду с горячими бутербродами, намереваясь ухватить парочку. Но парню не повезло, потому что рядом оказалась Селена, которая тут же ударила его по рукам и пригрозила пальцем. Драгоций что-то ответил ей и закатил глаза, отходя к друзьям.       А вот и пришли Диана, Гроза и Николь. Как только Огнева увидела друзей, настроение тут же поднялось, и, поправив подол платья, рыжеволосая поспешила к ним.       — Девочки, мне всё так нравится! — воскликнула Василиса, подходя к подругам.       — Тебе ещё больше понравится, когда ты откроешь наши подарки! — Диана загадочно улыбнулась, указывая подбородком на огромную башню из ярких подарочных коробок. Василиса восторженно ахнула и кинулась к подаркам, пробуя угадать, что находится в каждой из них. Они все были разных форм и размеров. В каких-то что-то звенело, в других глухо стукалось о картонные стенки.       — Не спеши, — Диана взяла подругу за руку и подмигнула, — у вас с Фэшем будет целая ночь на подарки (спойлер: ночью им будет не до подарков).       Кажется, у Василисы окончательно разбушевались гормоны и она запищала от восторга и от всего того, что сейчас происходит, привлекая к себе внимание остальных.       — Я хочу рассказать всему миру об этом событии! — девушку распирало от радости, счастья и восторга. Она даже начала прыгать на месте.       — А я говорил вам, что это плохая затея, — сказал Нортон. — Вы видите, что происходит?       — Хватит кукситься, Норт, — произнёс подошедший к нему Миракл. — У твоей дочери праздник, так не порть ей его.       — Не хочу тут сидеть, хочу кататься по всей Эфларе! — Василиса тем временем продолжала сходить с ума.       — Ты точно этого хочешь? — тихо спросил Фэш, обнимая девушку за талию, и, после утвердительного кивка, отпустил её, таинственно улыбнулся и добавил уже громче:       — Тогда пришло время вам кое с кем познакомиться.       После этого часовщик тут же исчез.       — Куда он? — будто бы у самой себя спросила Захарра, ошарашенно хлопая глазами.       — Он, что, сбежа-ал?       — Он же сказал, что хочет нас с кем-то познакомить? — больше вопросительно, чем утвердительно сказала Диана. В этот момент послышался глухой стук где-то снаружи и солнце закрыла тёмная туча. Или это была не туча?       Василиса решительно направилась к выходу из Янтарной залы, придерживая подол платья, чтобы он не тянулся за ней длинным шлейфом. За ней потянулась большая часть гостей, и, когда они вышли к крыльцу замка, то увидели…       — Вы сейчас серьёзно? — потерянно спросил Огнев-старший, глядя на довольного Фэша. — Только не говорите, что у этого мелкого ещё и дриадэра своя есть!       — Хорошо, не будем, — улыбнулся Фэш. — Её зовут Верда.       — Он ей ещё и имя дал… — с завистью протянул Огнев.       — Хэй, Василиса, смотри, у Фэша появилась другая женщина, — Захарра легонько пихнула Огневу в бок. — Я бы задумалась на твоём месте.       — Сестрёнка, она же маленькая ещё, — ответил Фэш и посмотрел на дриадэру, которая размеренно качалась в воздухе. — Ей всего лишь 156 лет.       — Ну да, по сравнению с тобой, она очень маленькая, — хихикнула Захарра. — Так вы нас покатаете?       — Конечно, — кивнул Драгоций и обратился к дриадэре:       — Ну, что, Верда, прокатишь нас с ветерком?       Верда медленно ответила ему едва заметным кивком. Неужели она ещё и улыбнулась ему?       — Она ещё и отвечает ему… — продолжал Нортон в своей манере. Он сейчас был грознее самой грозной тучи, которую только мог видеть в своей жизни.       Фэш усмехнулся. Ему явно льстит то, что сам Огнев-старший завидует ему.       — Прошу всех желающих на борт! — сказал Драгоций и одно крыло дриадэры немного опустилось, образуя своеобразный мостик. Весь Орден Дружбы со своими друзьями сразу же забрались наверх. Конечно, они могли бы воспользоваться крыльями, но какой толк тогда от дриадэры, если вся суть в том, что тебя, словно на корабле, везут сквозь облака?       — Как ты приручил её? Где нашёл? — Нортон решил осмотреть существо подробнее и заодно «закидать» вопросами его хозяина.       — Пф-ф, Короли не раскрывают своих секретов, — с гордостью в голосе ответил Фэш и тоже взлетел на дриадэру:       — Вы с нами? Надеюсь, что нет.       — Больно надо, — как-то подавленно отозвался Огнев-старший и вернулся в Расколотый замок.       Что уж говорить, Нортон всю свою жизнь мечтал поймать дриадэру, а когда увидел её у Фэша, то чуть ли не задохнулся от белой зависти. Естественно, он этого чувства не показал, но был до кончиков пальцев возмущён.       — Все готовы? — спросил Драгоций, доставая часовую стрелу. Дриадэра покачнулась, поднялась повыше и начала двигаться по тонкой золотистой линии, которая появилась после взмаха часовой стрелы Фэша. С каждой секундой скорость становилась всё больше и больше, и вот уже все девчонки визжали от восторга, а их волосы весело развевались на ветру. Со стороны это всё явно напоминало какой-нибудь остальский аттракцион. А через несколько секунд их всех поглотил огромный сияющий портал, который переместил друзей на земли Эфлары. Они летели над водами реки Хрусталеньки и верхушками деревьев. С высоты птичьего полёта открывался потрясающий вид на мир часодеев: кристально чистая речная вода и отражающееся в ней солнце, раскинувшийся по одну сторону речки Лунный лес, а по другую Большой Дуб. Но вот летающий корабль пошёл на снижение и с мягким толчком коснулся водной глади: весь Орден Дружбы «прилип» к краю борта, глядя кто на воду, кто на речное дно, кто на своё отражение.       — Эй, Захарра, — Василиса зачерпнула рукой немного воды и обрызгала подругу, заливисто смеясь.       — Мой макияж! Василиса! — заверещала младшая Драгоций, в ответ обрызгала рыжеволосую и теперь обе девушки пытались поправить свои прически и идеально накрашенные глаза. Маар, который находился совсем рядом с Захаррой, покачал головой, мол: «Девушки, они такие». А затем повернул голову к Фэшу, который с улыбкой наблюдал за женой и сестрой:       — Эй, Драгоций, дриадэры же не любят плавать.       — Я знаю, но Верда любит. Я и нашёл её около водоёма, — Фэш оторвался от созерцания любви всей своей жизни и поедательницы печенья и пожал плечами.       — А почему ты мне ничего про неё не рассказывал? — Огнева «отлипла» от края борта и попыталась разглядеть существо получше.       — Ждал подходящего момента показать тебе её, — Фэш улыбнулся и приобнял Василису за талию. — А вообще, я хотел подарить её тебе, но понял, что Верда уже привыкла ко мне.       — Но это же не мешает нам вместе летать на ней? — прошептал парень, наклоняясь к лицу Василисы, а после последовал долгий поцелуй, сопровождаемый весёлым «Горько!» со стороны друзей.       — А полетели в Чародол? — внезапно предложила Королева, как только они с Фэшем оторвались друг от друга. — Сегодня же день Фей!       — Верда, ты слышала? Летим в Чародол! — сказал Фэш и направил золотистую ленту, по которой двигалась дриадэра, вправо. Корабль начал плавно подниматься в воздух и вскоре ребята уже могли видеть верхушку Большого Дуба и острые пики Белого Замка.       По мере приближения к Чародолу всё больше была слышна красивая музыка и всё сильнее были видны яркие огни Феерии. Оказывается, их как будто ждали. Как только дриадэра проплыла над верхушками первых чародольских деревьев, многие феи одобрительно захлопали в ладоши, а особо смелые даже взлетали повыше, чтобы увидеть само Время. Но в этом не было необходимости, ведь Время само спустилось к ним. Пока летающий корабль опускался, подул порывистый ветер, срывая с Василисы её длинную фату.       — Моя фата! — девушка попыталась схватить аксессуар руками, но скользкая ткань, подгоняемая ветром, устремилась прямо на кучку феечек, которые уже давно протянули ручки, чтобы словить вещь. Как только фата оказалась у одной из них, девушка с победным кличем хотела надеть аксессуар на себя. Но её подруги, видимо, не разделяли её победы и попытались отобрать вещь. Завязалась потасовка. Девчонки царапали друг друга острыми ногтями, вырывали друг другу волосы и неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы не внезапный спаситель в лице Диары Дэлш — Жемчужной Королевы, — которая спешно остановила время нарушительницам.       — Приношу свои извинения за этот бардак, — покачала головой Королева Фей. — Эти девчонки всегда доставляют немало проблем.       Но Диара сразу расслабилась и посмотрела на новоприбывших:       — Добро пожаловать в Чародол! Феи рады приветствовать вас на ежегодной Феерии. Но, я вижу, что и у вас сегодня праздник, поэтому мы были бы рады, если бы Время присоединилось к нам.       — Если только совсем чуть-чуть, — Василиса вернула фату на свою голову, после чего несчастным феям вернули время, — да, Фэш?       Драгоций кивнул, оставив дриадэру отдыхать в компании совсем юных фей, взял жену за руку и они вместе с друзьями и некоторыми феями, что встречали их, направились к месту основных событий. Это была большая круглая площадка под раскидистыми ветвями дуба, на которой умещался целый живой оркестр, под музыку которых и на земле, и в воздухе кружились танцующие пары.       — Не откажете ли вы мне в танце, леди? — Фэш шуточно поклонился и подал Василисе руку — та с удовольствием приняла приглашение и они тут же взмыли вверх, распуская свои крылья.       — Это самый лучший день в моей жизни! — восторженно воскликнула Огнева и прижалась ещё ближе к мужу.       — То ли ещё будет, Василиса, то ли ещё будет, — таинственно произнёс Фэш и вдруг добавил:       — Смотри, Захарра с Броннером танцуют.       Василиса оглянулась: сестра Фэша действительно танцевала в компании Маара. Девушка достоверно не знала, встречаются ли они, но точно знала, что у них было несколько свиданий, потому что сама помогала Захарре определиться с нарядом. И даже если между ними лишь зарождаются некие чувства, Василиса совершенно точно искренне рада за подругу.       После нескольких танцев подряд подуставшие ребята вновь собрались вместе, чтобы отведать вкуснейшего чаролада.       — Вот бы так было каждый день, — мечтала Захарра, с удовольствием поглощая лакомство.       — Нам надо возвращаться, — напомнила Василиса. Она бы и сама была бы рада остаться тут подольше, но нельзя же заставлять гостей ждать. Они наверняка скучают…       … Или не скучают. Вернувшись в Расколотый Замок, ребята смогли наблюдать довольно шумную вечеринку. Казалось, старшие и вовсе позабыли, какой праздник отмечают, потому что из стен Янтарной залы доносилось общее «С Днём Рождения!».       — Что значит «С Днём Рождения»? — удивилась Захарра. — Свадьбу же вроде отмечаем. Или они уже, так сказать, готовые?       Вероятно, под словом «готовые» младшая Драгоций имела в виду «пьяные», потому что назвать адекватным то, что происходило в зале, просто невозможно. Первое, что бросилось в глаза, так это Нортон, который тягал за уши Диамана, как это обычно делают на Дни Рождения. А остальные, очень весёлые и раззадоренные, сидели за столом, хлопали и считали. Увидев застывших на входе ребят из Ордена Дружбы, Нортон прекратил своё занятие и взглянул на Фэша.       — Вот видишь, Диаман, даже твой родной сын не знает, что у тебя сегодня День Рождения! — воскликнул он, наверняка желая, чтобы Драгоция-младшего при всех отругали, но, видимо, Диамана больше интересовали его красные уши, которые успели потягать уже 20 раз, но так и не дошли до нужного возраста.       — Может, я и знаю, но не помню, — нахмурился Фэш и посмотрел на отца. — У тебя и правда первого марта День Рождения?       — Нет, оно у меня 29 февраля, но в этом году такого дня нет, поэтому приходится отмечать первого марта, — ответил мужчина, всё ещё беспокоясь за свои несчастные уши (прим. автора: только, пожалуйста, не придавайте этой дате какую-то символичность, автору просто так захотелось взять именно это число, серьёзно).       — И сколько тебе исполнилось? — продолжал расспросы Фэш.       — Я тебе потом отвечу на этот вопрос, — улыбнулся Диаман (и ещё одно прим. автора: особо внимательные читатели уже давно могли догадаться, сколько лет родителям Фэша).       — А давайте уже будем кушать, а? — подала голос Захарра, которая уже успела слопать три блинчика и тянулась к бутербродам. — У нас два праздника, надо вдвое больше съесть!       И началось застолье, поздравления молодожёнов. Больше всех тараторила Селена: она коснулась всех аспектов совместной жизни, рассказала, какой у неё Фэш умничка, во сколько лет он впервые сходил на горшок и как спас девочку в песочнице от муравья. Под конец её своеобразной речи многие думали, что она сговорилась с Астариусом, а красный как рак Фэш сидел и не знал, что ему делать: смеяться или плакать. Диаман не стал распинаться как его жена, а просто вот так искренне и от души пожелал сыну удачи, и сказал, что, если он пошёл в него, то Василиса должна родить Фэшу как минимум двух мальчиков. Нортон, как всегда, в своей манере колко отозвался о выборе дочери и её избраннике, но всё же смог выдавить из себя элементарные пожелания и большую просьбу, чтобы с детьми они подождали. Лисса больше говорила о Василисе, однако не забыла упомянуть о том, что среброключник всегда симпатизировал ей и что именно она подарила ему Ключ. Чёрная Королева уже второй раз за день пообещала, что глаз не сведёт с них, а Миракл очень наделся, что молодожёны не забросят учёбу и напомнил, что он всё ещё ждёт их на своих занятиях. Остальные старшие ограничились стандартными поздравлениями и пожеланиями типа: «Счастья», «здоровья», «неземного богатства», «большой любви и много детей».       И тут Селене приспичило собирать эфлары в детские ползунки. И пока Рок пересказывал жизнь Фэша в Змиулане, свидетели: Захарра и Ник — бегали вокруг стола и собирали денежку. В итоге больше собрала Захарра с розовыми ползунками. В большей степени этому поспособствовала Селена: она давно мечтала родить дочь, но сейчас ждёт сына, и, похоже, что уже последнего. Поэтому ей точно должно повезти с внучкой.       После всех поздравлений и пожеланий, все, наконец, смогли приступить к еде. Никто не кричал, не визжал и не хныкал: в зале царила самая настоящая семейная атмосфера — все негромко разговаривали друг с другом, делясь впечатлениями и новостями. И только Селена пыталась втайне от мужа выпить хоть глоточек чего-нибудь, крепче обычной минералочки. И вот, ей уже почти удалось…       — Куда? Тебе нельзя, — Диаман забрал у неё бокал и отставил достаточно далеко, чтобы женщина не смогла дотянуться до него. А потом подумал, взял, и сам выпил его содержимое.       — Опять я буду тут самая трезвая, — Драгоций надула губы и сложила руки на груди, а затем недовольно поглядела на мужа, который опустошал уже второй бокал спиртного, и предупредила:       — Если ты опять напьёшься, то ночевать будешь на улице.       — Не переживай, всё будет замечательно, — заверил её муж, но в этом момент случилось то, чего никто совсем не ожидал…       — Подумать только, какое неуважение, дорогой сынок, ты проявляешь к родителям, — у Диамана глаза на лоб полезли и по спине прошёлся холодок, ибо этот властный женский голос он узнает из тысячи. Он медленно обернулся: в десяти метрах от него стояли мужчина и женщина, оба в чёрном, будто бы на похороны пришли, а не на свадьбу. Её приталенное платье в пол металлического цвета с чёрными кружевами и подолом, хорошо прилегающим на уровне бёдер и расширяющимся к низу, смольные волосы, собранные в сложную высокую причёску, создавали образ некой Чёрной вдовы. Мужчина же был одет в чёрный фрак, такого же цвета короткие волосы были аккуратно уложены, делая его похожим на какого-нибудь знаменитого графа.       — Что вы тут делаете? — как можно тише спросил Диаман, подходя к ним.       Женщина внимательно оглядела его с ног до головы, будто бы оценивая внешний вид и досадно покачала головой.       — Ты не рад нам, сынок? — с наигранным удивлением спросила женщина. — Мы вообще-то пришли поздравить тебя с праздником, — милость тут же сменилась жёсткостью.       — Сначала ты нас сам пригласил, а теперь прогоняешь? — спросил мужчина сухим низким голосом.       — Я не думал, что вы придёте, — Диаман пожал плечами. — Вы же обычно игнорируете большинство моих приглашений и просьб.       — Чему мы тебя учили всё твоё детство? — женщина раздражённо вздохнула и отвела глаза. — Самостоятельности.       — Не начинай, Мириам, — остановил её мужчина. В его руках появилась небольшая металлическая коробочка в форме куба, которая с лёгкость могла поместиться в ладонь. Поверхность коробочки украшали различные шестерёнки и выпуклые стрелки, но разглядеть их издалека было практически невозможным, потому как размеры данной вещи были невелики. Мужчина вручил её Диаману и слабо улыбнулся.       — Опять решили подшутить надо мной? — Драгоций скептически оглядел предмет и попытался открыть крышку.       — Откроешь, когда придёт её время, — остановила его Мириам. Диаман вздохнул и смиренно покивал: на каждое его День Рождения родители дарят какую-нибудь вещь, настаивая при этом, чтобы она была открыта в нужное время. Впрочем, это всегда оказывалась какая-то «безобидная» шутка. Например, когда Диаману исполнилось семь лет, родители преподнесли ему огромную коробку в яркой обёртке и наказали открыть её ровно в полночь. И он ждал: сидел как на иголках возле этой несчастной коробки несколько часов, отсчитывая минуты до конца дня. А когда открыл её, весь в предвкушении, то обнаружил там несколько десятков скользких, вонючих и противных червей, которые расползлись по всей комнате. Родители тогда долго смеялись, из-за чего мальчик сильно обиделся, даже расплакался. А потом ему ещё и пришлось самому убирать этих червей. Теперь Диаман их просто ненавидит.       Казалось бы, вот идеальный пример жестоких родителей. Однако Мириам придерживалась мнения, что «не всё то золото, что блестит» и активно пыталась показать этот сыну. Правда, иногда её воспитание доходило и до фанатизма. Зато с возрастом Диаман понял, что надо критически подходить к любой ситуации, взвешивать любую информацию, что очень хорошо помогает ему по жизни.       — Пойдёмте, что ли, за стол, — Драгоций, наконец, додумался пригласить родителей присоединиться к общему празднику.       — Познакомь нас, хотя бы, со своим сыном, — попросил его отец и Диаман решил представить родителей всем собравшимся.       — Ну, здравствуй, внучок, — мужчина криво улыбнулся и представился:       — Меня зовут Рагнар.       А Фэш смотрел во все глаза на них и понимал, что его семья стала ещё больше. Ведь почти всё своё детство он провёл в Змиулане в окружении противных братьев и не менее противного дяди. С другой стороны к парню подошла его бабушка (шок, у Фэша теперь есть бабушка).       — Здравствуй, Фэшиар. Я Мириам, — в самой вежливой форме представилась она и достала из своего клатча, расшитого чёрным жемчугом, небольшой конверт.       — Тут лежат два билета в Доминикану для тебя и твоей молодой жены, — нарочито громко сказала она, чтобы Диаман точно услышал. И он услышал и чуть не взорвался от возмущения. Ему-то на его свадьбу подарили несколько кнопок в постель, чтобы жизнь малиной не казалась. Доказательство тому есть на спине у Селены в виде небольшого шрама.       — Спасибо, — кивнул Драгоций, принимая конверт и отдавая его Василисе.       Фэш заметил, как Мириам посмотрела на Селену. Этот взгляд не предвещал ничего хорошего. Или ему показалось? Правда, внимание бабушки тут же переключилась на Повелительницу Лютов. Надо ли говорить, что тот факт, что эти две друг друга знают, причем давно и очень хорошо, удивил абсолютно каждого? Фэш даже заметил, что женщины в чём-то похожи — обе носят чёрное и обладают исключительными манерами.       После недолгой трапезы гости решили размяться и отправились танцевать. Танцевали, кто как умел, но, честно говоря, танцоры из них так себе. Куда лучше у них получалось орать «Горько!», когда Фэш целовал Василису.       — Послушайте! — воскликнула Захарра, держа в руках огромный букет хризантем, — А давайте Василиса бросит букет и мы узнаем, чья свадьба будет следующей?       Никто не был против, поэтому Василисе выдали самый большой и пышный букет, состоящий из множества различных ярких цветов, и она встала в центр залы, повернувшись спиной к кучке желающих незамужних дам. Замахнулась, и отпустила букет в полёт, сопровождаемый писком девушек, которые так хотели словить его. Рыжеволосая обернулась и увидела букет в руках у… мамы. Похоже, и сама бывшая Белая Королева была немало удивлена таким раскладом событий, потому как многие, если не все, начали аплодировать и весело поглядывать на Нортона. А сам Огнев-старший сначала не понял, что произошло, но тут же состроил совершенно непричастный вид, а-ля «А я тут не при чём. А почему сразу я?».       Диаман не участвовал в этом коллективном безумии: Селене опять стало плохо, поэтому он остался с ней, чтобы, если что, ей было, куда падать. Но вдруг он увидел, как Рагнар кивнул ему, чтобы тот подошёл к нему.       — Посидишь тут без меня пять минут? — спросил Диаман у жены. — Родители опять что-то от меня хотят.       Селена слабо улыбнулась и кивнула. Когда Драгоций подошёл к родителям, он столкнулся с крайне осуждающим взглядом матери.       — Ты всё ещё женат на этой… как её? — прямо спросила Мириам.       — На Селене? Да, — Диаман кивнул, уже понимая, куда клонит мать.       — И что же ты не разведёшься с ней?       — С какой это радости? Я люблю её и не собираюсь разводиться, мать, — отозвался Диаман, складывая руки на груди и с вызовом глядя на неё.       Мириам тяжело вздохнула.       — Ты же помнишь, о чём мы говорили 17 лет назад? Скажи спасибо, что мы не настаивали на разводе, когда она была беременна.       Диаман усмехнулся.       — К сожалению, вы попали в точно такую же ситуацию, что и 17 лет назад, — резюмировал Драгоций и мысленно порадовался, что у матери точно не найдётся аргументов на эту новость.       — То есть ты хочешь сказать, что она снова беременна? — утвердительный кивок, за которым следует очередной раздражённый вздох.       — Я не завидую твоему выбору, сын, — произнес Рагнар. — Ты не видишь, она использует тебя.       — Особенно её сумасшедшая мамаша, простите за простословие, — дополнила Мириам и оглянулась, едва повернул голову:       — Надеюсь, её здесь нет.       И вот, как по заказу, по зеркалу прошлась рябь и в следующее мгновение из него шагнула уже не молодая смуглая женщина с почти седыми волосами (хотя по некоторым прядям можно было увидеть, что её настоящий цвет — каштановый), собранными в простую причёску. На ней было платье тёмно-зелёного цвета по щиколотку с широким поясом и рукавами-фонариками, которые сужались к локтям. На ногах новоприбывшей были обыкновенные чёрные балетки, а на руках висело неимоверно большое количество блестящих браслетов, что даже сложно было разглядеть в них часовой. На шее так же висело несколько цепочек с различными кулонами.       — Вы меня не ждали? А я пришла! — воскликнула женщина. Голос у неё оказался очень звонкий, совсем несоответствующий её морщинистому лицу.       — Горе на мою часовую стрелу, что она тут делает? — Мириам вложила в этот вопрос столько неприязни, сколько смогла.       Селена сразу же обернулась, как только услышала знакомый голос и увидела мать, которая уже приглашала её в свои объятья. Она тут же вскочила со своего места и пулей метнулась в сторону матери, крепко обнимая её.       — Маменька, как же я скучала, — кажется, ещё чуть-чуть и Селена расплачется.       — Ты только не плачь, моя маленькая Селя, — женщина гладила её по волосам и успокаивала. Когда же они оторвались друг от друга, то заметили, что некоторые гости с интересом наблюдают за ними, но это их ни капли не смутило.       — Маменька, у меня есть новость, — начала Селена, утирая уже скатившееся слёзы с лица.       — Ничего не говори, милая, я уже всё знаю, — улыбнулась она и задумала на секунду, а потом вдруг выдала:       — Думаю, ему 8 недель и 4 дня. Думала уже про имя? И где мой любимый зятёк?       Пока женщина оглядывалась в поисках зятя, Диаман уже понял, что ищут его и спешно спрятался за спинами родители.       — Опять она мне гадать начнёт… — бурчал он. — Спрячьте меня!       Но было поздно: к Диаману уже направлялась его «любимая» тёща.       — Опять ты спрятался! — воскликнула она, подходя к Драгоциям. — Любимые родственнички, здравствуйте!       Мириам лишь сморщилась и закатила глаза (так вот откуда это пошло!). Они с Рагнаром дружно расступились, открывая полный доступ тёще к зятю. Она схватила его руку, пару секунду вдумчиво вглядывалась, а после досадно покачала головой.       — Без изменений — умрёт твой третий внук, — сказала она.       — Послушайте, уважаемая… простите, не припомню вашего имени, — начала Мириам.       — Вильгельма де Ротти Карловна Дороти Клеопатра III Приморская (прим. автора: просто рандомный набор имён и фамилий, которые пришли мне в голову в три часа ночи), — услужливо подсказала женщина, не забывая при этом улыбаться и тут же добавила:       — Можно просто Уна.       Мириам ошарашенно хлопала глазами, но тут же собралась.       — Послушайте, Уна, не могли бы быть менее активной?       — А вы не могли бы быть менее похожими на напыщенных индюков?       — Что, простите? — вмешался Рагнар, но тут ко всей компании подошла Селена.       — Маменька, пойдём, я познакомлю тебя с внуком, — и она увела Уну в направлении Фэша с Василисой, которые теперь ни на секунду не покидали общество друг друга. Диаман заметил, как Уна начала гадать по ладони Фэшу и мысленно пожелал сыну удачи. Правда, его улыбка через несколько мгновений заставила мужчину немного расслабиться. Значит, тёща нагадала что-то хорошее.

***

      Вечером, наконец, началась одна из приятных и любимых частей праздников у Захарры: принесли огромный трёхъярусный бисквитный торт, украшенный розочками, золотыми стрелочками и самой разнообразной кондитерской посыпкой. На верхушке торта, по традиции, возвышались фигурки молодожёнов. Лёшка, которого тоже позвали, притащил с собой фотоаппарат и весь праздник бегал и фотографировал всех подряд. Та же участь ждала и торт: парень успел сфотографировать его со всех сторон и ракурсов, как будто это он женится (на Захарре?).       — Давайте, вы должны вместе разрезать торт, — поторапливала Захарра, которой уже не терпелось его попробовать. Василиса улыбнулась и взяла нож, а Фэш положил свою ладонь сверху и они вместе отрезали первый кусочек. После Василиса каждому сама отрезала по кусочку и разложила по тарелочкам. Захарра с наслаждением накинулась на десерт, даже глаза от удовольствия прикрыла.       Василиса наблюдала за всеобщим счастьем за поеданием торта, но что-то её душе не хватало.       — Что-то случилось, любимая? — обеспокоенно поинтересовался Фэш. — Торт обалденно вкусный, попробуй.       Если бы Василису спросили, что двигало ею в данный момент, она бы никогда не смогла ответить на этот вопрос, потому что то, что произошло в следующее мгновение, просто выходит за рамки нормального.       — Фэш, — рыжеволосая позвала мужа слишком громко, чтобы это услышали остальные. — Не хочешь попробовать этот торт? — она взяла в руки блюдо с пирогом, густо покрытым взбитыми сливками и… просто припечатала его к лицу Драгоция, широко улыбаясь.       Повисла немая пауза.       Казалось, в этот момент время в комнате остановилось, потому что абсолютно никто не двигался: все смотрели то на Василису, то на Фэша, который так же не спешил убирать с лица взбитые сливки, потому что до него ещё не дошел смысл происходящего.       Как ни странно, обстановку разрядила Захарра. Она с криками «Битва едой!», сгребла в охапку кучу кексов и начала бросаться ими во всех без разбору. К ней тут же присоединились и остальные ребята из Ордена Дружбы, а так же Гроза, Лёшка, Данила и даже Рок. Николь с разбегу запустила в Нортона, который до сих пор не мог отойти от того, что Лисса словила букет, свой кусочек торта.       Что касается Николь, так её встреча с отцом была самым трогательным моментом, который Василиса когда-либо видела. Так как девушка пришла на свадьбу сестры из другого времени, Нортон узнал её не сразу, а как только понял, что перед ним стоит его младшая дочь, которой на самом деле и года нет, то сразу же крепко обнял её и сказал, что она вырастет очень красивой девочкой, похожей на Ниру.       Между тем, битва едой была в самом разгаре. Ребята соорудили баррикады и оттуда вели обстрелы. Старшие прятались под столом, а Уна использовала своего любимого зятя в качестве щита. Рагнар и Мириам успешно ретировались ещё в самом начале боя, а Селена носилась по всей зале и неустанно напоминала всем, что она в положении и её трогать нельзя. Впрочем, в неё так никто и не попал.

***

      Диаман всё-таки напился. Он с Нортоном, Мираклом, Роком и даже Лазаревым-старшим, доедая на себе остатки недавнего боя, шатающейся походкой удалились в Змиулан, но только уже с другой целью — продолжать праздновать День Рождение Драгоция-старшего.       Селена почти сразу ушла к себе в комнату, потому что ей снова стало плохо и она серьёзно обиделась на мужа. С собой она прихватила ещё и мать. Вообще все гости начали потихоньку расходиться по домам, потому что время перевалило за полночь.       Лёшка пообещал Василисе в скором времени принести свежие фотографии. А вот сама Василиса вместе с Фэшем отправились в Южную башню…