Killjoys

Понтиак, рыча, мчался вперед, машину несло, рвало вперед, все дальше и дальше от города. Теперь уже совсем редко и быстро в окне мелькали здания, небольшие постройки, разваленные окраины мегаполиса. Они ехали на безумной скорости, стрелка спидометра ползла выше и выше, перевалив за отметку в сто километров в час. Двигатель гудел, а в салоне стояла тишина. Парень в шлеме, защитное стекло которого теперь было поднято вверх, крепко держал руль и жал на педаль газа, выжимая из машины всю мощь, видимо, опасаясь преследования. Освобожденный то и дело поглядывал в зеркало заднего вида, высматривая вдалеке вражеский патруль. Но там не было никого, лишь ровная полоска горизонта и удаляющиеся очертания города. Вскоре из поля зрения исчезли и последние постройки. Мелькали лишь редкие засохшие кусты-колючки без листьев и пожелтевшая трава, больше похожая на жесткую щетку. Город сменился пустыней. Сухой и бесконечной. Она простиралась на многие километры, да что там, большая часть США теперь превратилась в пустыню. После использования едких химикатов, ядерного и вредоносного оружия, примененного корпорацией во время войны, от природы не осталось ничего, кроме высохшей земли, покрытой слоем песка. Леса оказались выжжены, трава пожухла от химии и ядовитых веществ, многие виды животных навсегда исчезли с лица планеты. Война ударила по всем, не оставляя никого в стороне. Машина мчалась по прямому шоссе, уходящему вдаль, за горизонт, в окружении песка и невыносимой жары. Воздух, казалось, плавился, и весь пейзаж дергался и дрожал в лучах испепеляющего солнца. За понтиаком поднимался густой шлейф дорожной пыли. Киллджой в синей куртке только сейчас решил посмотреть на пленного. В разгар боя было совсем не до этого. Он даже не знал, кого выхватил из этого дыма, просто сгреб того, кто сидел ближе всех к нему. Им оказался этот парень. Сейчас, разглядывая его, он понимал, что парень... странный. Он не был похож на типичного гражданина, проживающего в США, и строго соблюдающего законы. Нет, на нем не висело какой-то таблички, просто это было видно невооруженным взглядом. Парень был невысоким и тонкокостным. На вид ему было лет восемнадцать, он выглядел совсем молодым. Его длинные черные волосы никак не подходили к тому, во что он был одет - в официальный костюм. Видимо, он надел его только потому, что его вызвали в зал суда. Его поза, в которой он сейчас сидел, расслабленно откинувшись на сидение, его вид, говорили о том, что он не типичный житель города с промытыми мозгами. Он не был похож на овощ или паникующего человека. Обычно в таких ситуациях люди, полностью подчиняющиеся корпорации, были именно такими. Просили пощады, молили отпустить или убить на месте и не мучить, некоторые просто впадали в анабиоз, отключаясь от реальности. А этот сидел и молчал, дожидаясь, когда они сами скажут ему, что нужно делать. Киллджой пытался заглянуть в его глаза из-под своей длинной челки, но парень сидел, закрыв веки. Глаза многое могут рассказать о человеке, даже по движениям зрачков можно узнать намерения и мысли. Глаза - зеркало души. Но киллджою не повезло изучить их прямо сейчас, поэтому он отвернулся, и впился взглядом в лобовое стекло, думая о дальнейших действиях. - Эй, Джет, веди аккуратнее или сбавь скорость, - запричитал бывший заключенный, когда они в очередной раз высоко подскочили на кочке. - Не паникуй, малыш Кид, Стар умеет держать руль, нам лучше поторапливаться и убираться как можно быстрее с этой территории. Южная область слишком хорошо охраняется, - возразил киллджой с заднего сидения, открывая окно и впуская в душный салон долгожданные порывы ветра. Водитель на это лишь покачал головой, усмехнулся и прибавил скорости. Тот был прав, надо скорее валить из центра корпорации. К вечеру сюда прибудет ежедневный ночной патруль, контролирующий окраины южной территории. Прошло уже несколько часов, а они все ехали и ехали, и ехали. Машина гнала по пустынной дороге вперед, в неизвестные места. Солнце находилось в зените, крышу раскалило до такой степени, что можно было обжечься, прикоснувшись к ней даже изнутри салона. Невыносимая жара мучила путников. Ветер, продувающий машину насквозь, не спасал, он был горячим и сухим. Киллджой в синей куртке, сидящий прямо около открытого окна, постоянно облизывал высохшие губы, которые начинали трескаться. Стояла тишина. Через несколько минут машина вдруг стала заметно сбавлять скорость, пока та не упала до привычных шестидесяти километров в час, и теперь казалось, что они ползли по горячей пустыне. Водитель повернул зеркало заднего вида для лучшего обзора и, обернувшись назад, поинтересовался у другого киллджоя. - Нам надо решить, что делать с заложником, Пойзон. Не собираемся же мы тащить его на базу. - Что ты предлагаешь, Стар, говори, и я с удовольствием выслушаю тебя. Фрэнк, до этого смирно сидевший, встрепенулся и вслушался в разговор, который, в очередной раз за сегодняшний день, решал его судьбу. - Высадим его, и все дела. Чего заморачиваться? - Тем более, я бы не сказал, что мы уехали слишком далеко, мы ещё не пересекли границу этой области, - поддержал его Кид. У Фрэнка пересохло во рту. Они высадят его? Прямо посреди пустыни? Одного? Киллджой медленно кивнул, принимая предложенную версию, и повернулся к заложнику. - Парень, мы высадим тебя прямо здесь. Ты вернешься в город, и всё будет в порядке. Мы уедем и не будем требовать от тебя молчания. Нам всё равно. Спасибо, что выручил. На этих словах водитель, имя которого, судя по всему, было Стар, остановил машину. Резина колес резко впилась в асфальт, останавливая средство передвижения. Киллджой, втянувший Фрэнка в весь этот кошмар, быстро перегнулся через него и открыл противоположную дверцу, намекая на то, что Фрэнк свободно может выйти. - Можешь быть свободен. Нет, он что, серьезно? Или просто издевается? Слишком на это похоже. Может, он двинутый? Фрэнк, чье удивление и возмущение пересилило страх, который он испытывал к своим похитителям, не выдержал: - Ты больной? - Что? - киллджой удивленно отодвинулся назад. - Я серьезно - ты больной! - Какого черта? - Какого черта? Ты спрашиваешь, какого черта? - Фрэнк начинал злиться, и его голос стал на тон выше. - Это я должен спрашивать, какого черта? Да! Какого черта здесь происходит? Ты великодушно отпускаешь меня, разрешая покинуть вашу прелестную компанию? Ну спасибо, я очень тебе благодарен. - Чего ты хочешь? - киллджой в маске начинал злиться. Стар и Кид недоуменно переглянулись, определенно не догоняя происходящего. - Вы берете меня в заложники, прикрываясь моей жизнью, чтобы спасти свои шкуры, выходите из ситуации, обреченной на провал, живыми и невредимыми, благодаря тому, что угрожали расправой со мной. А теперь ты берешь и говоришь "Можешь быть свободен"! Издеваешься? - Фрэнк высказывал всё, что думал об этих парнях. В разговор вмешался водитель. - Здесь не так уж и далеко до города, ты в состоянии и сам дойти до своего дома. Киллджой, лицо которого до сих пор скрывалось за маской, кивнул. - Он прав, ты сам доберешься до мегаполиса и вернешься к своей жизни. Ты не ранен, и у тебя ничего не сломано. В чем проблема? Дойдешь где-то на вторые сутки или, если повезет, тебя подберёт ночной патруль и доставит в город в два раза быстрее. - Ты понимаешь, что сейчас говоришь? - Фрэнк не следил за своими словами, ему было глубоко плевать на то, как он выражается. - Какой, твою мать, патруль? Да этот ваш хваленый патруль если и подберет меня, то доставит прямиком в тюрьму, но уж точно не домой! - С чего ты это взял? - недоуменно поинтересовался молчавший до этого Кид. - Интересно, вы в курсе, что вы киллджои? - Да, спасибо, что осведомил, мы бы сами не догадались, - съязвил разозленный Пойзон. - А вы в курсе, что делают в нашей стране с теми, кто помогает киллджоям? - Казнь. - Вот именно! Казнь! Я помог вам! Пусть и не добровольно, но помог! Я мог бы вырваться и убежать, мог бы кинуться под заряд бластера и умереть, но не дать вам уйти, используя меня как прикрытие! По возвращению, меня ждет такой же суд, с которого вы только что благополучно удрали, только вот из-за меня никто не придёт громить здание заседания! Патруль доставит меня прямо к месту казни, а вы предлагаете прогуляться по пустыне до своего дома. Тем более одному! Без запасов, без воды и еды, даже без оружия. Теперь понимаете?? Киллджои замолчали. Да, они были не правы. Они втянули его в это. Из-за них он лишится жизни, из-за их стремления выжить любым возможным способом. Это они обрекли его на безвыходную ситуацию, и они это понимали. Киллджои были жестокими, но только не по отношению к невинным людям. Они не могли выкинуть его сейчас на дорогу, оставив на произвол судьбы. Теперь они были бы ответственны за это. Они не могли оставить его на растерзание корпорации, которая будет жестока вдвойне, зная, что он - причина побега киллджоев. - Что ты предлагаешь? - после долгой паузы всё-таки выдавил из себя Пойзон. Ему было неприятно признавать свою ошибку, но парень был прав. Пойзон не мог бросить его вот так, он виноват в том, что произошло. - Я не предлагаю ничего! Но я не выйду отсюда, не сделаю и шага из этой машины. Сами подписались, сами и выкручивайтесь, а я останусь сидеть на этом месте, - твердо и уверенно заявил Фрэнк, понимая, что правда сейчас на его стороне. Он - безоговорочный победитель в этом споре. А киллджои, попавшиеся ему сейчас, были правильными и совестливыми для такого бесчеловечного поступка, как убийство невинного заложника, спасшего им жизнь. Мало сказать, что киллджои были удивлены таким заявлением. Они были просто ошарашены. Этот парень вел себя так уверенно и твердо, зная, что он разговаривает с преступниками и убийцами. Но заложник, видимо, слишком хорошо и четко понял их позицию, он был уверен в правильности своих действий. И он не ошибся. Однако киллджои не имели понятия, как поступить в сложившейся ситуации. Они должны были решить все как можно быстрее и поскорей убраться с опасной земли. - Что будем делать, Пойзон? - тихо спросил блондин, глядя на красноволосого киллджоя. Стар вопросительно смотрел, также дожидаясь ответа на интересующий его вопрос. Пойзон глубоко вздохнул, прикрыл на мгновение глаза, а потом четко и ясно произнес. - Пусть остается. Он поедет с нами. Дальше решим, как с ним быть. Это все. Стар, заводи машину, едем дальше, - с этими словами он снова перегнулся через ошарашенного Фрэнка и захлопнул дверь автомобиля.