Я все сделаю для этого

      Позвонить в службу психологического спасения меня надоумил один парень, мы с ним как-то случайно разговорились в баре, вот он и посоветовал и даже номер их дал. Я долго собирался с духом, наконец, решился.       В вирт-окне терминала возник коротко стриженый здоровяк с плечами, едва умещающимися в окне, и мрачными светлыми глазами. Я даже подумал: «Типичный декс», — потом сам себя одернул — о чем это я!       — Вы позвонили в службу психологического спасения, — глухим голосом отозвался «декс», отчего-то двинувший желваками на скулах. — Чем мы можем вам помочь?       Я прокашлялся и начал:       — Здравствуйте. Меня зовут Огюст Ямагучи. — Левая бровь психолога дрогнула, мне стало немного обидно. — Ну, да, мои родители дали мне такое имя Огюст Франсуа Жюстен. Ямагучи. Сестру вон вообще Никитой Петей назвали, и ничего.       — Ничего, — кивнул головой здоровяк, — продолжайте.       — У меня недавно произошло ЧП на работе. Вы же слышали, что взорвался офис DEX-компани. Я там работаю… работал.       «Декс» снова кивнул и покосился куда-то в сторону от вирт-окна.       — Я в тот день задержался на работе допоздна. Хорошо еще живой остался! Этаж мой весь вчистую разнесло, и еще три в придачу. Там вообще все странно получилось. Сперва шарился в инфонете, пока заканчивал тестирование очередного кибера, потом в лаборатории оказалось две цыпочки. Да такие — мечта космодесантника. Представляете себе, они сказали, что они глюки.       Психолог сделал страшные глаза кому-то за пределами видимости веб-камеры. Я продолжил:       — А потом я — не знаю, как, — оказался в мусорном баке в нескольких кварталах от офиса. Представляете себе, в век портативных бытовых утилизаторов — мусорные баки! Ну и вонища там!       «Декс» поморщился, переглянулся с кем-то и угукнул.       — Там еще бомжи какие-то были, полицейские сказали, что это они могли меня стукнуть и обчистить, а я не вовремя очухался. И главное, ржали, как придурки, над моим именем!       Здоровяк сочувственно покачал головой.       — В общем, они меня даже домой отвезли, потому что я был в одних трусах и меня опять арестовать могли. Да и холодно было. Ох, и долго же мне отмываться пришлось!       «Декс» согласно вздохнул.       — Но это не главное. — Я хлебнул воды из стакана, который приготовил на всякий случай. — Я сходил в офис, но меня оттуда прогнали, сказали, что я пока в отпуске, потому что моя лаборатория уничтожена. Там что не сгорело и не поплавилось, то взрывом разнесло. В общем, не знаю, зачем, но я забрел в тот двор, где очнулся в мусорном баке. Сейчас даже не скажу, может, бомжей тех найти хотел. Их не было. Зато у бака я увидел девушку. Она тоже была без одежды, но только совсем. Ну, то есть голая. Знаете, невысокая такая, худенькая. Бедра узкие, грудь, как у подростка, личико остренькое. Я ее сразу узнал. Она киборг-телохранитель. Ее привезли по подозрению на срыв, приказ не выполнила. Я ее как раз тем утром тестировал, да и модель знаю. Специально таких делали, чтобы непонятно было, что телохран.       Взгляд психолога стал внимательным и каким-то колючим.       — Она же там была, только двумя этажами ниже. Похоже, ее выбросило из модуля, а, может, и вместе с модулем, поэтому и уцелела. Только ранена была: перелом руки открытый и ожоги, — вспомнив увиденное мной тогда зрелище, я передернул плечами. — Понимаете, там просто была опалена вся правая щека и шея, плечо. Я не знаю, что меня заставило. Я же их тестировал, наверное, сотню. А тут просто не выдержал. Значок у меня был, новый выдали. Я велел ей идти за мной. Нет, сперва велел ей надеть мою куртку — не вести же ее голую. Потом вызвал таксофлайер и привез ее домой.       «Декс» смотрел на меня все так же сосредоточенно и не произносил ни слова, но мне было все равно. Главное, что он слушал. И как слушал — не упуская ни словечка. Вдохновленный его вниманием, я стал рассказывать дальше:       — Вы, наверное, скажете, что я теперь преступник. Присвоил себе киборга. Но, понимаете, ее же должны были утром утилизировать. А она спокойная, адекватная. Показатели, конечно, подписали ей приговор, но я не могу. Знаете, я просто не могу ее сдать.       Психолог чуть наклонил голову на бок и продолжал сверлить меня своими стальными глазами.       — Я лечил ее. Сейчас уже почти все в норме, регенерация у дексов всегда на высоте была. Она живая, понимаете. Я хочу, чтобы она жила дальше. Не знаю, зачем я звоню и говорю это вам. Наверное, потому что больше мне не с кем этим поделиться, а вы не должны выдавать тайны клиентов. Мне просто нужно было с кем-то поговорить.       — Можно ее увидеть, — неожиданно хрипло спросил «декс».       — Да, конечно, — я обернулся и позвал: — Лотта, подойди, пожалуйста. — Моя кибер-девочка подошла и встала рядом.       Психолог пристально рассматривал Лотту. Да, она все еще худенькая, хотя я разрешил ей брать любые продукты, какие ей нужны. Волосы темным ежиком топорщатся на голове — в офисе ее обрили, а потом это оказалось на руку, когда я лечил ее ожоги.       — Мне хорошо у Огюста. Он хороший хозяин, — заговорила Лотта.       — Я это вижу, — кивнул психолог. — Меня зовут Страйк. Если вам потребуется какая-нибудь помощь, вы знаете куда обращаться.       — Видите, она уже практически здорова. Я не собираюсь эксплуатировать ее каким-то непристойным образом. Придумаю, как скрыть то, что она киборг. Я просто хочу, чтобы она жила. И я все сделаю для этого.       Я отключился и посмотрел на дексочку. Лотта загадочно улыбнулась:       — Страйк поможет, если потребуется. Он сказал правду.       Я склонил голову к плечу и посмотрел на нее снизу вверх:       — Он ведь тоже киборг, правда? Мне знаком такой фенотип. И он тоже живой.       Лотта кивнула. Я поднялся, провел ладонью по щекочущимся волосам кибер-девушки.       — Значит, он меня понимает.