Часть 1. Новый день, новая история
2 февраля 2018 г., 03:27
Теплый, беззаботный и светлый день. Стояла довольно безоблачная погода, благодаря которой солнце могло дарить чистой, процветающей земле своё тепло. Многие виды птиц сегодня нарезали крыльями небосвод, деля его с не самыми приятными соседями. Над ближайшим клином летел совсем необычный зверь. Скафогнат с ярким пятнистым гребнем и тощим подобием хвоста хищно наблюдал за пролетающими под ним птицами. Его изогнутые и торчащие из пасти острые зубы демонстрировали, что ничто не мешает ему перекусить живностью, которая почти сопоставима по размерам с ним самим. Нужен только один хороший захват, а если вдруг жертва чудом и вырвется из его хватки, далеко с полученными повреждениями она всё равно не улетит. Один укус — и скафогнату остается лишь наблюдать, как теряющая кровь жертва будет опускаться всё ниже и ниже, пока наконец не сядет на землю, где станет идеальной и безопасной трапезой.
Вот он резко пикирует вниз, направив кончик пасти на самую солидную жертву, чтобы ухватиться точно за её шею. Но резкий порыв ветра сбивает его на несколько сантиметров, и он мчится мимо своей цели, хоть и на расстоянии всего одного пера. Быстро оклемавшись, он обратно набирает высоту и продолжает погоню за будущим завтраком. Птица, заметив это, начала упорнее махать крыльями и плавно понижать высоту, пытаясь на хорошей скорости уйти от преследователя. И вот, с уровня небес они спустились вниз — в чащу леса. Жертва умело маневрирует между деревьями и ветками, над кустами и рекой, пытаясь заманить хищника в импровизированную природную ловушку. Но скафогнат был ничем не хуже и не глупее её — он молниеносно уклонялся от всех преград. Чуть не задев крылом гребень резко поднявшегося из воды громадного спинозавра, он всё-таки почти догнал цель. Широко раскрыв пасть, он надеялся ухватиться ею за будущую еду, но единственное, что он смог поймать — это пара перьев, потеря которых никак не повлияла на беглеца. Хищник упорнее начал нагонять свою жертву с яростью, ясно читаемой в глазах. Они вылетели из леса и направились в сторону небольшого городка, который располагался на берегу моря. Скафогнат был слишком упорен — он не хотел лишаться прекрасной добычи, а та, собственно, всего лишь хотела жить. Продолжая полёт, они промчались над дорогой, чуть не врезавшись в проезжающий грузовик. Достигнув критически близкого расстояния, юркий хищник снова открыл пасть для захвата, но тут птица, резко поднявшись вверх, открыла скафогнату то, чего он не видел за тушкой жертвы. Не успев повернуть в другую сторону, с болью и животным разочарованием в глазах, птерозавр врезался в оконное стекло одноэтажного и очень опрятного здания. Медленно сползая по стеклу вниз, он шлёпнулся на подоконник. Немного полежав там так, он с трудом сумел подняться, встряхнуться и кое-как полететь дальше — видимо, чтобы искать удачу в другом месте. Ну или для того, чтобы хорошенько отоспаться после удара, который даже и не подумал разбудить того, кто ещё мирно спал в комнате за тем окном.
***
Молодой ящер, коричневатого оттенка чешуи, немного посапывая, валялся в своей кровати и сладко спал, несмотря на то, что солнечный луч ярко бил через окно прямо ему в глаз. На улице кипела жизнь, а в соседних комнатах кто-то уже вовсю занимался домашними делами. Вдруг, дверь в спальню медленно приоткрылась, и в неё зашёл взрослый ящер. Он немного пригнулся, шагая к кровати, на которой спал его сородич помладше. Он подошёл к нему почти вплотную и спокойно произнёс: — Ну же, сын, просыпайся. Тот, к кому обращались, медленно приоткрыл глаз и стал смотреть прямо на отца. Тяжело вздохнув, он зевнул и сонным голосом ответил: — Ты только, будь добр, отойди и не нарушай моё личное пространство — я тебе уже не маленькая ящерка. Отец улыбнулся и снисходительно похлопал его по макушке: — Но всё же ты — мой сын. Давай быстрее, умойся и иди завтракать, ведь сегодня тебе нужно зайти… — Сделать фотографию для паспорта и на первое дежурство, — заученно пробубнил ящер. — Хорошо, пап. Я понял это ещё со вчерашнего дня. Так, давай я хотя бы для начала поднимусь с кровати. Когда отец вышел из комнаты, младший окончательно проснулся, заправил кровать и, медленной шатающейся походкой, пошёл в ванную комнату, чтобы умыться, попутно пытаясь сильно не отвлекаться на запах вкусного блюда, которое уже ждало его на кухне. Немного посмотрев на себя в зеркало, он пригладил рукой прядь своих волосков на макушке, а затем направился на кухню — к своей семье и вкусной пище. Во главе стола, на большом и мягком стуле уже сидел его отец и почитывал газету, закусывая мясным рулетом. Сын сел прямо напротив него, и тут же подошла мать — дейноних такого же коричневатого оттенка, что и вся семья, но ещё и с характерными полосами цвета ванили. На кончике её хвоста были перья, которые формировали собой своеобразный бутон. Также они лёгким рядом шли от плеча до локтей. Единственная обладательница таких мягких, красивых… по-настоящему чудесных перьев в доме. Глава семейства никогда не обладал подобными причудами, какие были у его сына и супруги: гладкая чешуя, острые зубы и зоркий глаз — это всё, что ему было нужно для жизни, конечно же, если не брать во внимание семью и работу. — Доброе утро, дорогой, как спалось? У тебя сегодня должен быть очень занятный день. — Ну, тут мы ещё посмотрим, мам, и можно перекусить? Ибо я немного проголодался. — Конечно, милый, подожди секундочку. Сегодня у меня для вас двоих приготовлено особое блюдо. Мама подала сыну такой же мясной рулет, какой ел его отец, и нож, попутно поцеловав его в край морды. — Мясной рулет? Давно же мы не ели его. Из чего он? — Из мяса, конечно. А из чего же ещё он может быть? — Точнее, чьё это мясо — я неправильно выразился. — Птичье. Не бойся, дорогой, ты думал, что я стану кормить свою семью мясом непонятно какого динозавра? Мы же не дикари. — Ладно, спасибо, мам. — Наслаждайся, сыночек. Юный динозавр добродушно фыркнул, ножом отрезая часть от рулета, после чего аккуратно взял когтями небольшой кусок и поместил его в пасть, почти мгновенно проглотив. Блюдо было настолько вкусное, что на его лице появилась улыбка. Полностью довольным жизнью, он начал отрезать второй кусок. На минуту в доме воцарила тишина: можно было услышать, как переворачиваются страницы газеты, или как кто-то на улице закидывает бранью своего неудачного собеседника, что было довольно непривычным для этого места, хотя никто особо не отреагировал и не удивился. Когда мама закончила дела на кухне, она быстро подбежала к своей семье и уселась за стол. Удобно разместившись на стуле, она обратилась к мужу: — Ну, что там в газете пишут, есть что-нибудь интересное? — Сейчас… ничего особо интересного на самом деле нет, только: «Приморская администрация заявила об огромном количестве уловов в этом сезоне…». — Если это действительно так, то нам стоит перейти на рыбу на какое-то время. Я как раз вычитала в журнале новый рецепт. — Жду не дождусь его опробовать, дорогая. Так-так-так… бла-бла-бла… а, вот, что-то интересное: «Новостная Компания «Ахерон» объявила о перспективе занятия лидирующих позиций на Пиренейском полуострове, вытеснив местную компанию». Новостные войны нас особо не касаются… — отец перевернул лист газеты и своим выражением лица дал знать, что там есть что-то интересное. — «Объявлена пропажа ещё одного пахицефалозавра в районе топей…». Исчез, как и все до него. Что же за хрень там творится, никак не поймем. — Нехорошо о таком за едой говорить! Да ещё таким некультурным тоном! — Дорогая… прошу, не начинай. Я говорю серьёзно: сам чёрт не знает, чьих когтей это дело. И это уже не первый подобный случай, ты сама понимаешь. Нельзя оставлять подобное без внимания. — И сколько таких инцидентов было за последнее время? — спросил сын, попутно уминая ещё один кусок рулета. — Ну… за последние два года было зафиксировано около дюжины таких случаев. И все пропавшие динозавры были травоядными. Больше ничего не скажу, ибо другие ребята уже вплотную заняты этим расследованием. Я даже знаю, что целый отдел подключили к этому делу. Так как мне оно интересно, я пытался добиться и своего участия, но всё без толку. — Пап, а у тебя есть какие-нибудь подозрения? Кто бы мог быть к этому причастен? — Только та версия, что это может быть хищник. — Ха-ха-ха, а если серьезно? — с ироничным смехом спросил сын. — А если серьезно, то покопаюсь в архивах, когда будет время. Может, дикое животное там завелось какое-то или и вправду маньяк… Или всё же они все там просто потонули. Это же болота — они глубокие. Да и останков не находили — никто не хочет ноги в жиже пачкать, у нас ведь все чистюли. Но, как по мне, если ты спрашиваешь моё личное мнение, то это хищник, точно он. Хвост могу дать на отсечение. — Дорогие, вы случайно не опаздываете? — вклинилась в мужской разговор матушка. Глава семейства приподнял голову и пристально посмотрел на часы. — Нет ещё, всё строго по графику. Так, ты давай доедай и иди за фотографией. А мне пора на работу. Он подошел к жене, ласково обнял её и прямо у выхода из дома заговорил с сыном: — Давай, встретимся у музея. И тебе ещё раз пока, дорогая. Дверь захлопнулась. За это время сын уже успел доесть свой рулет до самого конца. Он быстро поднялся из-за стола и тоже пошёл к выходу, вслед за своим отцом. — Вэлли, забери свою сумку. — Оу, спасибо, мам, чуть не забыл о ней. Он взял сумку и заглянул в неё: там лежал ланч-бокс и важный для него документ. Он закинул себе её на шею и, открывая двери на улицу, обронил напоследок пару слов: — Пока, мам! Когда все ушли, дейнониха поднялась со стула с тем, чтобы взять с блюда кусочек недоеденного рулета, который оставил за собой её муж. Лёгким движением она закинула его к себе в пасть и подумала, попутно собирая всё миски для того, чтобы отмыть их: — Ну, совсем немножко жирненького моей фигуре не повредит.***
Молодой дейноних спокойным шагом вышел из дома и направился к выходу с участка, поглаживая на свежем воздухе свою немного «горбатую» верхушку головы, которая была не совсем такой ровной и гладкой, как у его родителей. Только он закончил этим заниматься, как вдруг услышал чей-то крик в свою сторону: — Хэй, Вэлиант, куда собрался? Он обернулся и посмотрел в сторону, откуда издавался крик. Вэлиант увидел там своего соседа, орнитомима, с глупой улыбкой и чуть ли не выпученными, казалось бы, от радости глазами, хоть они были у него такими от рождения. Он резво, и одновременно довольно плавно, поливал растительность на своем участке водой, но когда заметил, что Вэлиант всё-таки обратил на него своё внимание, тут же бросил шланг, подбежал к ограде из каменной кладки, которая была им обоим по пузо, и легко облокотился об неё. — Куда топаешь? Молодой хищник с несдерживаемым зубовным скрипом повернулся в его сторону и подошел к ограде. Его миролюбивое состояние смешалось с маленькими кусочками натуральной раздраженности: — Генри, чего тебе надо? Извини, я не очень настроен сейчас к диалогу. — Просто интересно, чем там занят мой дорогой сосед. — Да так, в город вышел прогуляться, как обычно. А что? — Ой, ну зачем тебе от соседа что-либо скрывать? — А зачем соседу всё расспрашивать, да так, что и проходу свободного уже нет? — Хоть укуси, но не понимаю тебя и твоего отца, почему вы так сторонитесь нас? — Может, потому что, мы всё-таки предпочитаем компанию из себе подобных? — Да ладно, не ври. Ты на свою матушку больше похож, чем на отца, как по мне, а она общительная — с нами часто болтает и время проводит… — Дружище, ты живешь по соседству с опасным хищником, и сейчас ты с ним на расстоянии одного ленивого прыжка. Давай как-нибудь потом с тобой поговорим, сейчас мне надо идти. — На этот раз, дружище,ты меня не напугаешь, как раньше. Так может, уже скажешь, куда и зачем идёшь-то? Вэлиант улыбнулся, молча отвернулся и пошёл в сторону выхода с улицы. Орнитомим пошёл параллельно ему. Уже почти у самого края тротуара Вэлиант, всё ещё слыша, что любопытный сосед продолжает идти за ним, фыркнул и остановился. Через секунду его наросты на макушке, шее и несколько наростов на спине вздыбились, он резко повернулся, одновременно мгновенно пригнулся и прыгнул прямо в сторону бесящего его соседа. Тот только и успел, что сменить свою физиономию на очень испуганную. Вэлиант приземлился на ограду и посмотрел ему прямо в глаза, а через несколько секунд уже начал смеяться. — Ха-ха-ха… все-таки испугался, ха-ха, ладно, — он провел рукой рядом с глазами, стирая парочку слезинок счастья, которые у него проступили, — я пойду, и ты тоже иди к своим. А, и ещё, ты там забыл шланг свой выключить, — попутно указав рукой, добавил он. После всего увиденного своими выпученными глазами, сосед быстро и неуклюже кинулся выключать воду, а тем временем Вэлиант уже спокойно шёл к выходу, чувствуя удовлетворение от того, что произошло. — Прощай, сосед! — выкрикнул он орнитомиму уже своим обычным повседневным тоном.***
Спустя около двадцати минут ходьбы по улицам, Вэлиант всё-таки дошёл до пункта назначения — небольшого одноэтажного и неширокого здания из темной древесины, которое втеснилось между двумя высотными рабочими центрами. За стеклом, на витрине красовались фотоаппараты и камеры, многие — старых и довольно раритетных моделей, а само здание привораживало своим темно-красным оттенком. Резчики явно выполнили свою работу на «пять с плюсом». Вэлиант зашел внутрь и принялся осматриваться: за прилавком никого не было, а сама обстановка была очень спокойной и клонила ко сну. В помещении царила почти полная тишина. — Как давно меня здесь не было, — шепотом сказал дейноних сам себе. — Больше пяти лет, это точно. Вэлиант обернулся и начал всматриваться в ту сторону, откуда донесся хрипловатый и немного подавленный голос. За прилавком никого не было, только странный клочок перьев. Вдруг этот самый клочок зашевелился, и из-за прилавка высунулась голова старого велоцираптора. — Как же ты подрос-то. Подожди, я знаю, что так тебе не очень удобно разговаривать, поэтому… секунду. Он ненадолго исчез из виду, и послышался скрип. Через несколько секунд он подтолкнул подставку ближе к прилавку и спокойно встал за своё рабочее место. Велоцираптор был почти в половину меньше Вэлианта и дотягивал ему до основания шеи, и то только благодаря подставке. И это несмотря на его солидный возраст, хотя вообще-то все из его вида не особо хвастались большими размерами, как и другие их родичи. Он взял специальный платок и начал протирать линзы от фотокамер, которых в избытке хватало на его прилавке. — Действительно вырос. Какими судьбами решил сегодня навестить старого доброго дядю фотографа? — Новое фото нужно сделать для паспорта. — А, ну дай-ка его мне. Вэлиант достал документ из сумки и аккуратно передал его в лапу фотографу, тот раскрыл его и начал осматривать. — Эх, хорошие же времена были. Приятно смотреть, как ты изменился. Тут ты совсем кроха, — указывая пальцем на фотографию, на которой Вэлиант недавно вылупился, — а вот тут ты уже подрос; ты в тот день у меня так бегал, что успокоить тяжело было. Эх… ладно, думаю ты помнишь, куда тебе надо идти. Вэлиант шагнул за ширму и попал в затемнённое помещение, где был только один яркий островок света посередине, который исходил от лампы. Спереди можно было увидеть старого фотографа, который готовил камеру. Особенно привлекала к нему общее внимание его «прическа» — не всегда можно было увидеть самца, который мог бы обладать таким обильным количеством перьев, ещё и в таком антураже, на макушке. Но велоцираптор воспринимал это как свое достоинство, и не зря. Ведь даже спустя столько лет, они заставляют привлекать к себе внимание и помогают ему оставаться молодым в душе. И самую капельку снаружи. — Так, стой ровно, и… улыбочку! Вэлиант механически улыбнулся, и вслед за этим последовала вспышка фотокамеры. Через несколько секунд, дядя уже достал лист с фотографией из камеры и отправился обратно в основной зал. Вэлиант последовал его примеру и вышел из этой сыроватой комнаты в основное помещение. Велоцираптор тут же повернулся к нему и заговорил: — Держи, всё готово. Поздравляю тебя и приветствую во взрослой жизни, сынок. Он протянул обновленный документ владельцу в руки. Вэлиант бережно взял его из лап фотографа и начал осматривать. Теперь паспорт пополнился ещё на ещё одну фотографию. — Вэлиант. Дейноних. Мой молодой родич дромеозавр. Иногда мне хочется быть таким, как вы. Но не судьба; если я родился велоцираптором, то уж буду им до самого конца. Я надеюсь, что ещё встречу тебя здесь, у себя. — И я буду снова рад вас видеть, мистер… В общем, я обещаю, вы меня ещё увидите. — Забыл как меня зовут… хех, просто дядя фотограф. А куда тебе сейчас, сынок? — На пробное дежурство, папа устроил меня на некоторое время, посмотреть хотя бы, что да как. Выйдет ли из меня страж порядка, как из него… Сегодня мне это предстоит узнать. — И где будет твое первое дежурство? — В нашем музее, что у центрального парка. — Не думаю, что там будет много посетителей сегодня, впрочем, как и всегда, но не будем гадать. Давай, уверен, ты спешишь. — Да, вы правы, я побежал. — Бывай, сынок, надеюсь, что ещё увидимся. Вэлиант вышел из магазина и быстрым шагом пошел в сторону парка, а «дядя фотограф» спустился со своей подставки, и ушёл за кулисы в свой маленький и тесный кабинет, который он переделал из подсобки.***
Был уже полдень. Вэлиант спокойно шёл по парковой аллее, которая вела прямо к музею. По дороге ему почти никто не встречался. Только пара влюбленных на скамейке, и, в сотне метров от них, на ещё одной скамейке решивший уснуть велоцираптор. И вот, он уже отчетливо видел цель, ещё сотня метров — и он у своего первого места работы. Он задумался о том, как пройдет его первая смена и немного прибавил ходу, но вдруг почувствовал толчок в правое плечо и, быстро среагировав, отпрыгнул вбок. — Извините, я не хотел вас задеть, не рассчитал свою, хе-хе, ширину. В него только что слегка врезался орнитомим чуть выше его ростом, который занимался спортивной пробежкой; он быстро оклемался после удара и, извинившись, как ни в чём ни бывало побежал дальше. Выделялся он желтоватой раскраской, которая шла от его макушки и прямо по спине к кончику хвоста. Только Вэлиант начал быстро собирать слова в голове для ответа, спортсмен уже убежал достаточно далеко. Дейноних решил сделать вид, что ничего не произошло и пошёл дальше.***
Через несколько минут он уже стоял прямо напротив входа в музей. Вэлиант взобрался по ступенькам и начал высматривать своего отца. Потоптавшись ещё минуту на месте, он увидел, как тот чуть ли не бежит в его сторону, придерживая одной рукой фуражку, чтобы та не слетела с головы. Немного запыхавшись, он поднялся к сыну и заговорил: — Вот как так? Я и не думал, что ты первым сюда придешь. — А я не думал, что ты опоздаешь. — Ладно, — он прислонился головой к стене, сдвинув на затылок фуражку, быстро осмотрев, поправил где надо свой полицейский жилет, и, закончив беглый осмотр формы, продолжил: — Ты готов? — Думаю, да. — Мне нужно не «думаю», а чёткий ответ. — Да, готов, пап. — Теперь намного лучше, тогда давай за мной. Вэлиант пошёл за отцом. Они зашли в музей и быстрым ходом пошли к нужному месту, по мере движения набирая скорость. Подбежав к кабинету владельца музея, они остановились. — Так, подожди меня тут пару секунд. Отец забежал в кабинет и, примерно через минуту вернувшись, он положил руку на плечо сына. — Ладно, я возвращаюсь на работу, а ты смотри, ничего тут не натвори. Давай, удачи. Музей теперь на твоих плечах. — Мог бы не отвлекаться на меня, я бы и сам сюда дошел. — Нужно было удостовериться; ладно, давай, я побежал, а ты зайди туда. Удачи. Он похлопал его по плечу и быстро ушел, стремительно набирая скорость. Вэлиант, глубоко вдохнув, зашел в кабинет. Там он обнаружил, что боковые стены комнаты полностью заставлены шкафами со всяким барахлом, сувенирами и книгами. Ему показалось,что между банками с бабочками стоит чей-то маленький череп. Панорамное окно на дальней стене освещало всю комнату, а рядом с окном находился рабочий стол, за которым сидел троодон, примерно одного возраста с его отцом, поддерживая одной рукой толстую книжку, а другой держа ручку. — Я так полагаю, что вы - Вэлиант, сын Уилла, местного полицейского. — Да, сэр. Он только что был перед вами. — Хорошо, значит... Ваш отец договорился со мной, чтобы вы поработали у нас некоторое время, как он сказал: «Такая будет у него стажировка, перед тем как идти на серьезную работу», поэтому будете охранником. Есть предпочтения, в какое время суток быть на посту — утром, в полдень, или в ночную смену? — Пожалуй, я хочу в полдень. — Тогда вы можете начать прямо сейчас. Вешалка левее от вас, на ней возьмите ваш рабочий жилет, чтобы все сразу поняли, кто вы. И смотрите, ничего не разбейте. Тут всё дороже, чем ваша жизнь стоит. — Так точно, сэр. — Приступайте, ваша смена будет до вечера, так что три с половиной часа работы за вами. — Принял. Можно выходить? — Конечно, вы же не будете патрулировать весь музей из моего офиса. Так что давайте, идите и смотрите мне. Кстати, меня зовут Мильген! Так что теперь обращайтесь ко мне: «сэр Мильген». И не смейте облажаться в первый же день.***
Вэлиант вышел из кабинета немного раздраженным — местный «босс», конечно, справедлив, но он пришёлся ему не особо по душе. Он поправил рабочий жилет, который не особо любил, из-за того, что с детства и по сей день он предпочитал ходить без подобных «аксессуаров». Он первым делом решил обойти весь музей, чтобы ознакомиться с местом, которое он должен беречь, благо он был небольшим а работал только первый этаж. А ступеньки на второй этаж были ещё запечатаны. Посетителей было не особо много, как и предполагалось. Вэлиант спокойно ходил и посматривал на витрины, за которыми была продемонстрирована история городка, в котором он жил. Когда он закончил осмотр задней части музея, выстроенной в форме полумесяца, он решил вернуться в центральный зал. Вэлиант вошёл в него, встал рядом с колонной для лучшего обзора и начал осматривать зал. Возле странного скелета, стоящего в центре, резвилась малышня, которая с трудом могла сдержать восторженный шум, но больше всего Вэлианту в глаза запала не толпа мелких, издающих шум динозавриков и не скелет существа, а экскурсовод. Его сородич, дейноних, как и он. Он решил подойти поближе к ней, чтобы рассмотреть её и услышать, о чем она говорит с детьми. Она была увлечена работой, а он подошёл на достаточное расстояние, но больше смотрел на неё, а не особо слушал. Она была темно-синего цвета чешуи, с тусклым желтым пятном на шее, которое шло от подбородка. Словно кто-то обронил яичный желток. А больше всего её выделяли из толпы красочные, сине-бирюзовые перья, которые были довольно большими на макушке и шли к шее, в небольшом радиусе почти вся шея была покрыта мягким перьевым покровом. Но перья кончались недалеко от того места, где уже был её темно-синий рабочий жакет вместе с шелковым бирюзовым платком. Немного отведя от неё взгляд, Вэлиант всё-таки решил вслушаться в её вычурную речь, которую она произносила приятным, звонким, резвым и, казалось бы, прямо слащавым голосом. — … подробно об истории нашего городка вы узнаете дальше, а сейчас я хочу представить вам новейшую археологическую находку: «bipedal bestia», или же «Двуногий зверь». Пока что малоизученное нам существо, но по своей природе уникальное. Как вы видите, оно стояло и могло передвигаться полностью вертикально, руки были хорошо приспособлены, и вся работа могла выполняться, и выполнялась ими. Также, по строению челюсти, можно понять, что ему приходилось очень тщательно пережевывать всю пищу — нам не нужно так стараться в этом плане. И также ясно то, что сила укуса у него была в разы слабее, чем, скажем, у нас. Более того, скорее всего, оно было всеядным, но в основном питалось фруктами того времени. — А куда они исчезли, мисс экскурсовод? — cпросил маленький велоцираптор из толпы. — Их вид… вымер, и мы пока что не знаем по какой причине, но большинство наших ученых предполагают, что они не смогли удержать свои позиции в борьбе видов. Также тяжело сказать, кем он был… но скорее всего не рептилией, как мы. Но, возможно, и предполагаемым нашим предком, ведь во время межвидовой борьбы он мог показать себя не очень хорошо, и поэтому этот вид продолжил развиваться в другом направлении. Правда, этого мы уже никогда не узнаем. А теперь, думаю, мы можем продолжить дальше нашу маленькую экскурсию. Вэлианту, на удивление, было интересно слушать её, не только из-за её нежного голоса, а ещё и из-за интересной истории. Он внимательно осматривал это странное существо, точнее то, что от него осталось. И вдоволь насмотревшись на него, он проследовал за детьми, заодно посматривая, чтобы они ничего не разгромили. Хотя как только появилась экскурсовод, они в миг стали тихими и дружелюбными. Держа руки за спиной, он медленно за ними шагал. Как только экскурсовод остановилась возле ещё одной витрины, она развернулась к детям и случайно встретилась взглядом с Вэлиантом, не убрав улыбки, с которой она не расставалась ни на минуту во время экскурсии. Она быстро отвела взгляд и продолжила рассказ: — Наш городок был основан довольно недавно: всего лишь сто пятьдесят лет назад… — Пара сотен лет? Но это же очень давно! — воскликнул ребенок из толпы. — На самом деле нет, малыш. Обычно, для населенных пунктов это довольно маленький срок; города побольше были основаны уже тысячи лет назад, когда начали появляться наши первые объединённые общины, но об этом позже. Так, я продолжу. За свое короткое время существования наш городок стал довольно развитым за счет очень богатого на улов моря, которое в основном и кормит нас, и за счет трудолюбивого и дружелюбного населения, которое несмотря на различные виды, работает вместе и строит вам будущее, также как и вы будете строить будущее своим детям, и так далее. Ну и конечно, не забываем про достаточное финансирование нашего городка извне. Думаю, мы можем идти дальше, да, дети? — Да, мисс! — хором выкрикнула вся малышня, что следовала за ней. Она опять бросила взгляд на Вэлианта и повела детей дальше.***
Спустя несколько коротких, но уже не самых интересных по содержанию рассказов, она остановилась перед последней витриной. — И так, последний стенд на сегодня расскажет нам о том виде, который пришел к цивилизации самым первым и… — Что такое, мисс? — выйдя вперед, заинтересованно спросил маленький дилофозавр. В короткий момент её улыбка набрала кое-какую проглядываемую коварность, и взгляд устремился прямо на Вэлианта; она приподняла голову и сказала: — Думаю, что милый господин охранник скажет нам, какая роль выдалась Троодонам в истории. Вэлиант капельку приоткрыл пасть от удивления и немного растерялся, но, быстро собравшись, начал немного неуверенно говорить, от нервов почесывая шею: — Они, как самый умный вид среди всех динозавров, первыми пришли к первичной цивилизации и сумели объединить хищников и травоядных вместе, помогая нам развиваться и приспосабливаться к мирной жизни. И сейчас они также являются ведущими видом, хотя благодаря им другие виды уже ничем не хуже их, ну… почти. Ведь так? — Да, мистер…? — она убрала с лица свое немного ехидное выражение, и её улыбка опять стала милой и дружелюбной. — Вэлиант. — Приятно познакомиться. Итак, дети, этот дейноних рассказал вам всё правильно, хоть немного скомкано, но правильно и без ошибок. Поэтому, думаю, мы уже должны пройти к выходу, и, полагаю, мистер Вэлиант составит нам компанию. — Д-да-да, конечно, мисс, — неуверенно и со смущенной улыбкой ответил он. Они все вместе пошли в сторону главного зала, откуда всё началось, вместе с Вэлиантом, который всё равно шел за их спинами и, случайно, на пару секунд уронив взгляд на бёдра мисс экскурсовода, где возле основания хвоста располагалось шесть больших перьев по три с каждой стороны и такими же заканчивался сам хвост. Прямо перед выходом, широко раскрыв двери, чуть ли не ворвался большой ютараптор. Он был на два-четыре десятка сантиметров выше любого взрослого дейнониха, на его морде виднелось немного отчетливых шрамов, и сам он был в чёрном жилете. Он сразу заметил Вэлианта и обратился к нему. — Мистер Мильген здесь? — Да, Сэр, он в своем кабинете, — нервно ответил молодой охранник. Ютараптор недовольно фыркнул и с ещё более грозным тоном дал приказ: — Так, не стой столбом и приведи его сюда, дубина, босс ждет в лимузине на улице, и он хочет его видеть. Скажи, что господин Уилфред и Карстен ждут его. Вэлиант быстро метнулся и побежал к кабинету Мильгена, без стука ворвался туда, чем сильно разозлил своего начальника: — Что?! Что ты творишь?! — Извините, сэр, но… — Что «но»?! Ты просто ворвался… — Какие-то Уилфред и Карстен ждут вас на улице, — перебил его дейноних. Мильген уронил от удивления книгу и быстро побежал к выходу, оттолкнув Вэлианта с пути, но тот последовал за ним. Владелец музея пробежал мимо ютараптора, который сразу после этого обернулся и как раз успел схватить бегущего Вэлианта за шею своей лапой. После чего слегка приподнял его и, скрипя зубами, произнес: — А вы, лучше останьтесь со своей подругой здесь, а дети пусть идут домой — им тут уже не на что смотреть, как, собственно, и вам обоим. Он отпустил дейнониха и сам последовал к большому черному лимузину. Экскурсовод обернулась к детям и пригнулась, чтобы быть поближе к ним. — Дорогие, не бойтесь, тот громила ушел и все хорошо… — Какой он большой был, мне бы таким быть, — произнес маленький велоцираптор из толпы. — Такими большими как ютарапторы никто ещё не вырастал, а они, к тому же, хочу сказать, наши родственники. Поэтому, я надеюсь, что вы хорошо провели сегодня время, ведь вам уже пора домой. Официально объявляю, что экскурсия окончена, вы можете идти по домам, но держитесь вместе и не потеряйтесь. Из толпы вышел напуганный троодончик и сказал; — О-о-он с-с-сказал п-п-пр-про У-у-уил-ф-ф-реда. — Не бойся, он ничего не сделает, он сейчас занят и далеко. — Мои р-р-родители говорили что он н-н-не похож на других т-т-троодонов — в-вес-сь шип-п-пастый, и со с-страшными глазами. — Не пугайся. Так, дети! Держитесь рядом и не отставайте друг от друга, он далеко и, как я сказала, он занят, так что просто обойдите его. — Прощайте, мисс! С вами было интересно. — И с вами, детки. Надеюсь, что мы ещё встретимся. Дети перевели дух и все вместе, дружной толпой отправились на выход. Почти вплотную прижавшись к стенке музея, они обходили лимузин, чтобы не быть ни на метр ближе к нему. Тем временем Вэлиант и экскурсовод вышли на улицу и смотрели, как Мильген в окружении двух ютарапторов-телохранителей общался с кем-то, кто сидел в лимузине. — А я видела, как ты на меня пялился, — сложив руки на груди, с укором сказала девушка. Вэлиант чуть не покраснел от стыда и не знал, что ответить. Она заметила это и захихикала. — А как тебя хоть зовут? — кое-как выдавил из себя Вэлиант. — Стейси. Для тебя просто Стейси. — А что, можно и по-другому? — Хмм, нет, меня просто все так зовут. Ты новенький? — Да, не прошло и часа, как тут такой сюрприз. Стейси подошла к нему поближе и начала осматривать его шею, нежно приподняв его подбородок. — Воу, что ты делаешь? — Смотрю, не ранил ли тебя тот верзила. А он вполне мог, всё-таки нет страшнее хищника в ярости, чем они. — А как же мы? — Ну… тоже страшны, но не так сильно. — А что дети так испугались этого… Уилфреда? Кто он вообще? — Я мало что о нем слышала, но из местных сплетен узнала, что он довольно необычный троодон. — И как это понять? — Он катастрофически сильно отличается от других, по описанию большинства. Даже другие сородичи отстраняются от его и ему подобных. Они их вывели даже в отдельный вид… апотродоны. Ну как-то так, прости, если ошиблась. Но их очень мало, и из-за боязни к ним их же сородичей, они одиноки, в то время как все другие троодоны — социальные существа, и иногда они просто не могут и дня без другого троодона продержаться. — Как-то жестоко и несправедливо, как по мне. — Да, пожалуй соглашусь с тобой. Интересно, о чем они там говорят… — Кстати, а сколько ты здесь работаешь? — cловно не услышав её заявления, охранник продолжил задавать вопросы. — Уже почти месяц. — Я и заметил, что ты детей любишь. — Конечно, как же их не любить? — Да… всякие есть, знаешь ли. Тебе, кстати, сколько? — Вот как, — она заулыбалась посильнее, — мне двадцать с половинкой уже, а тебе? — Ну, ты ровно на полгода старше. Она тихо захихикала, Вэлиант удивился и спросил: — Эй, что здесь смешного? — Ничего, просто… Ой, смотри. Мистер Мильген возвращается. Мильген подошел к ним, демонстративно поправил свою бабочку и, скрипя сквозь зубы, сказал: — Вы свободны, у меня непредвиденная ситуация, и поэтому музей закрыт. Так что сдайте мне свою форму, и вы свободны. Приходите на работу через два дня. Вэлиант и Стейси начали небрежно и с трудом снимать свою рабочую одежду, а по взгляду Стейси можно было понять, что ей ещё было и грустно расставаться со своей формой, ибо она и так неплохо смотрелась на ней, и, возможно, ей просто было приятно с ней. Но на её шее остался её бирюзовый шелковый платок, который шел в контраст с её кончиками перьев. Она вздохнула и медленно пошагала вниз. — Всего хорошего вам… — легонько наклонившись, обратился Вэлиант к своему раздосадованному начальнику. — Да иди ты уже. Вэлиант резко обернулся и подбежал к Стейси с уже очередным вопросом в голове. — А где ты вообще живешь? — Далековато, почти на другом конце города, так что мне надо сворачивать, на север идти. — А мне на улицу Основателя. Ладно… с тобой было очень приятно познакомиться. — И мне с тобой, хоть каким бы это знакомство не было странным. До следующего рабочего дня, пока, малыш. Вэлиант застеснялся и остановился на месте. Немного постучав своим большим когтем о землю, он посмотрел как и куда уходит Стейси. Он вздохнул и пошел на запад, к реке.***
Уже скоро начинался закат, а Вэлиант медленно бродил возле края глубокой реки, не зная, что ему делать — или уже возвращаться домой, или ещё побродить. Он остановился и начал смотреть прямо в свое отражение на спокойной и гладкой воде. Со временем ему казалось, что это не его морда в отражении. Он немного нагнулся, чтобы присмотреться к изображению на воде, как вдруг резко из неё вынырнула большая хищная пасть, которая могла легко схватить его и утащить на дно реки, но он среагировал, уклонился от выпада и отпрыгнул. Наросты Вэлианта выпрямились, он был готов к новой атаке, хоть уже находился на безопасном расстоянии. Вдруг из воды показалась та же морда — большой и опасный нотозавр. Казалось, что он хочет вылезти на землю и напасть на жертву уже на суше, ибо в отличии от других морских обитателей, он это вполне мог. Хоть Вэлиант и считал их вполне цивилизованными, но выражение его морды говорило о другом. — Господи, парень, извини, что я так резко, не хотел тебя испугать! — Испугать?! Да ты со скалы рухнул или что? Ты меня чуть не схватил! — Пожалуйста, прошу меня простить, я не хотел этого. — Ты так перед всеми выпрыгиваешь? — Нет, но иногда бывает. Я довольно оптимистичен. Да и всякие заботы… — По твоей морде это видно. И какие заботы — прохожих пугать? — Вообще-то у меня своя рыбная ферма. Ах да! Забыл добавить, что не надо забываться, пялясь в свое отражение — это тебе не зеркало. Какими судьбами тут? — Предприниматель, значит. А я так… гулял просто. — Предприниматель? Хм. Ну допустим. А ты? Предприниматель? Служащий? — Скорее, пока-что «независимый». — Ммм… То есть, безработный? Может хочешь к нам устроиться? У нас отличная компания, большие бонусы рабочим и дружный коллектив! — Я же не земноводный. Лучше танистрофеев уговори или других нотозавров. А я в воду даже когтя не суну. Особенно после такого знакомства. — Эх… Нотозавры хороши в руководстве. В работе мы не очень. — Уверен, что есть такие, которые думают наоборот. Кстати, если уж заговорил о знакомстве… Как тогда вас зовут, сэр? — Ах да. Премного извините, я — Макс. Забыл сразу представиться. А вас как величать? — Вэлиант, — коротко и ясно ответил дейноних. — Очень приятно. Живешь неподалеку? — Ну, пройтись немного надо. Но для меня это не проблема. — Тебе пройтись, как мне проплыть, — он аж приоткрыл пасть от улыбки, и действительно, сейчас казалось, что даже в тяжелейшие времена, он может держать её и дарить другим радость… или бесить их. — Рад знакомству. Будем друзьями? — Как будто в этом есть что-то плохое. Кстати, а что ты прямо здесь в реке забыл? — А я тут каждый вечер проплываю, нравится мне здесь, да и всё равно надо будет возвращаться назад, ибо почти там, где речушка впадает в море, там моя ферма. А это совсем недалеко. Хотя… ну может чуть подальше. Не морочь себе голову. Её на самом деле несложно найти. — Может вообще что-то о себе расскажешь? Мы, выходит, почти не знакомы, а уже друзья. — Моя жизнь слишком уныла, если разобраться. Работа-дом-работа. Ферма — наследство умершего папочки. Не поверишь — нет времени обзавестись порядочной мисс и завести себе маленьких нотозавриков. — Скучновато у вас там, в воде, выходит. — Отнюдь. Водный Мир полон радостей, веселья и всяческих приколов, если можно так выразится. Но я немножко от него оторван. Правда, как я слышал, выбор собеседников у вас в разы больше, ибо с земли я мало с кем общаюсь, только или с поставщиками, или, например, с тобой. Рыбки, кстати, не желаешь? — Сейчас я не особо голоден, недавно перекусил, но всё равно. Наш мир живее. Особенно учитывая «маньяка», который орудует в окрестностях. Хоть какое-то разнообразие в новостях. — Маньяк?! Опять ваша полиция бездействует. Или, как всегда, в ваших газетах всё замалчивают. — Не знаю, что там она, но работает. Я надеюсь. Ну, а кроме этой плачевной новости, узнал о том, что вы поставили новый рекорд по вылову в этом сезоне. — О нас я слышал. Рабочие порадовали, — он опять заулыбался, и можно было понять, что он или очень рад прибыли, которую он ждет, или его рабочие почти ему как семья, — а что этот маньяк натворил? — На болотах ещё один пропавший, убийца — это просто предположение, но мой отец склонен к этому варианту. — А какой это уже по счету? — Пятый-десятый, плюс-минус. Точно не знаю. — Кошмар, бедные души. А эти чертовы топи сами по себе гиблое место, я уверен. Туда и без учета маньяка не сунешься. — Ну, я сомневаюсь, что он на нас нападёт. За всё время его жертвами были только травоядные. И только в том районе. Если он существует, конечно. — Мне кажется, он и в воду не полезет. — Болота глубокие. Может, он как раз и неплохо плавает. Да и, учитывая местность, они могли утонуть или ещё что-то. Кстати, может… ты бы хотел туда сходить? Всё проверить? — Далеко посуху. Не мое это — на суше бродить, ну только если изредка. — Ладно, я и сам бы туда не пошел, хоть и интересно. Но мне мой дом милее. — Правильное решение! Кстати, мне уже пора — дела, знаешь ли. Мило поболтали. Можешь приходить на это место, если тебе далеко до моей фермы. Еще о чем-нибудь поговорим. — Ага, давай, до встречи. Макс нырнул под воду, и можно было увидеть его удаляющийся силуэт, который шел в сторону фермы, о которой он говорил. Вэлиант поднял немного настроение за счет нового знакомого, а мысль посетить болота сильно ему привязалась в голове. Слишком сильно.
