Чешуйчатая эволюция

      Отец Вэлианта стоял перед зеркалом и осматривал себя, поправляя галстук на шее. Проведя рукой по щеке напоследок, он отошел от зеркала и пошел в гостиную. Он взял документы и небрежно положил их в свою сумку. В этот момент к нему, немного спеша, подошла его жена и встревоженным взглядом посмотрела на то, как он прятал бумаги. Элиза совсем забыла о том, что она должна была сделать для Карстена.       — Куда собираешься, дорогой? — более-менее спокойным голосом спросила она.       — Нужно встретиться со знакомым. Я же тебя вчера вечером предупреждал.       — А зачем тогда тебе эти бумаги? Если это просто дружественная встреча.       — Я… я верну их ему, — в этот момент он кинул бумаги на стол, не успев их положить в сумку. — Я кошелек забыл, — сказав это, он пошел в спальную комнату.       Воспользовавшись моментом, Элиза быстро подобрала документы и выровняла их. Но только услышав топот своего мужа, который уже возвращался с их комнаты, она быстро запихнула их между своими журналами, которые лежали под столиком. В этот момент в помещение уже зашел Уилл, а домохозяйка, не успев подняться, для виду схватила самый верхний журнал.       — Что случилось? — немного удивленно спросил он, уже закидывая сумку на плечо.       — Да так, ничего… — она аккуратно увела взгляд от него на обложку журнала и, не волнуясь, ответила: — Посмотрю каталог, может, обновку закажем.       — Да куда нам ещё что-то брать. Нам всего хватает, зачем нам лишняя плита или шкаф?       — Ой, ну не преувеличивай. Лучше уж обсудим это по твоему возвращению, а теперь… — она подошла и обняла своего мужа, поцеловала в щеку и продолжила говорить. — не заставляй ждать своего друга, а я, наверное, пойду к Гере.       — А Вэлиант?       — Я думаю, ему будет чем заняться после того, как он проснется.       — Хорошо, посматривай за ним. Я тоже волнуюсь за него, — закончив говорить, он накинул на голову коричневую шляпу, которая была почти такого же оттенка, как и он сам, после чего пошел к выходу.       Как только дверь закрылась, Элиза облегченно вздохнула, кинула каталог на диван и нагнулась за документами. Достав их, спрятала в своей любимой сумочке и, перед тем как уйти, она зашла в комнату своего сына, который сладко спал, откинув от себя одеяло. Улыбнувшись, она пошла заготавливать для него завтрак, который будет ждать его по пробуждению.

***

      На столе красовалась чашечка с теплым травяным чаем, пар от которой спокойно витал в воздухе. Через пару минут к столику подошел Генри, аккуратно взял чашку и сделал небольшой глоток. После этого он облегченно вздохнул и положил её обратно, держа на морде расслабленную улыбку. Он потянулся и подошел к окну, аккуратно раздвинув шторы. Теплые солнечные лучи ударили по нему и осветили всю комнату. Насладившись ярким началом дня, орнитомим нежно прокричал.       — Дорогая?!       — Да, Генри? — зазвучал зажиточный голос женщины из соседней комнаты, а спустя несколько секунд она лично зашла в комнату. Это была орнитомим серо-зеленой окраски, которая почти один в один была каплей своего мужа, если бы не другая цветовая палитра и пара перышек на макушке.       — Как думаешь, Элиза зайдет к нам?       — Да, я минут десять назад говорила с ней, она скоро зайдет, так что не выпивай весь чай. А я пока доделаю салат, чтобы было чем позавтракать.       — Билеты же на месте?       — Не бойся, всё на месте, а до концерта ещё целый день.       — Хорошо, а на кого деток оставим?       — Думаю, Элиза согласится, она не хочет идти с нами.       — А она согласится за детьми смотреть?       — Ох, ну Генри, — она прижалась плечом к стене и улыбнулась. — Раньше же соглашалась, да и она сама не против. Я уверена, что она скучает за теми временами, когда её Вэлиант был маленьким.       — Вэлиант, вот безобразник. Давно я его, кстати, не встречал, — закончив с речью, он опять взял кружечку чая и сделал глоток.       — А я его вчера видела. Бегал, искал подарок для девушки…       — Теперь ясно, почему он даже не докапывался до меня…       — Хочешь сказать, что он прямо к нам в дом вламывается, чтобы тебя попугать? Ой, ну не моли чепухи. Лучше…       Их перебил звонок в дверь. Гера всполошилась и тихонько высказала:       — А, вот и она.       После чего побежала открывать дверь. А тем временем Генри взял свою кружку и положил её на поднос, на котором было ещё две кружечки и чайник. После этого он взял сам поднос со всем этим добром и понес в гостиную, встречать гостей.       — Элиза, приветик. Рада тебя видеть, — с искренней радостью сказала своей гостье Гера, после чего впустила её в дом.       Элиза зашла в знакомое ей помещение и отправилась к уже привычному месту. Кивком головы поздоровавшись с Генри, который положил поднос с чаем на столик, она села на диван, держа в руках свою сумочку.       — Чаю? — предложил Генри.       — Нет, спасибо, я сюда ненадолго. — легко взмахнув рукой, отказалась Элиза.       — Почему так? Ты спешишь?       — Не совсем, но… капельку да. Но времени для утреннего разговора с вами ещё хватает.       — Ну, тогда хорошо, — Генри взял свою чашку с чаем и сел на кресло, пока его жена села рядом с Элизой.       — Так ты не собираешься на концерт? — спросила Гера.       — Нет, не интересует. А вот мой сын да, пойдет. Билеты с собой принес, наверное, выиграл их. Я уже не спрашивала. Если он никуда не убежит до моего прихода, то я с ним поговорю.       — Сбежит? Что с ним такое в последнее время? Он обычно почти всё время дома сидел и книжки читал или телевизор смотрел. Я даже скучать начал по его пугалкам, — с интересом и ноткой волнения спросил Генри.       — Полагаю, что дело в девушке — он на прошлой неделе о ней проговорился, пришлось ему всё рассказывать. Вот, наверное, и бегает с ней и к ней. Тогда кино, сегодня, наверное, концерт.       — Ох, отлично, если у него всё хорошо, но прошу, смотрите за ним. После того, как он за город ушел, то страшно за него. Мальчик легко чужому влиянию поддается.       — Да, но… Он уже вырос. Скорее, я дождусь деток от них, чем послушания. Особенно в такой период, когда он нашел подругу и работу.       — Пусть она в болота его не уведет, — допив свою порцию чая, разбил тишину Генри.       — Надеюсь, что такого не будет. Надо попросить его познакомить нас, надеюсь, он не будет против.       — Не будет, я тебе гарантирую, — уверенно поддержала её Гера. — Свою родную мать он-то точно послушает. А кто она?       — Экскурсовод в музее…       — А, так я её, кажется, видела. Не уверена но… такая, чуть выше его самого на первый взгляд, немного худенькая, хотя… нет, она хорошей формы, как раз его типаж. Миленькая и добрая.       — А вы что? Собираетесь идти на концерт?       — Конечно, уже давно хочется пойти на что-то подобное. А к нам такое редко заезжает, почему бы не воспользоватся моментом, — попивая чай, говорила Гера. — Кстати, тебе не сложно будет за детьми посмотреть?       — Ой, ну что вы, нет, конечно, — с радостью ответила дейноних. — Не против время с детками провести, а сейчас они где?       — На дополнительных занятиях, — перебил их Генри. — Через пару часов будут. Так что ты завершишь свои дела к этому.       — Кстати, если не секрет, что за дела? — спросила Гера.       — Ну… да так, ничего особенного. Хочу по городу побродить.       — Я сейчас особо не занята, могу присоединится к тебе.       — Нет-нет, дорогая не надо. Да и… Простите, думаю, мне надо уже идти.       Элиза поднялась с насиженного места и отправилась уже в сторону выхода, в сопровождении своей подруги, которая нежно положила кружечку чая на стол. Она открыла ей двери и напоследок сказала:       — Тогда приходи сразу к нам по возможности, мы всегда рады тебя видеть. Целую, — она усмехнулась и дружески приобняла подругу.       Элиза ответила ей доброжелательной улыбкой и ушла на улицу, смело направившись к «работодателю».

***

      Вэлиант сладко зевнул, вытянул руки и ноги что есть сил, после чего начал очень лениво подниматься, пытаясь подпереть себя хвостом об кровать. Когда поднялся, он выполнил стандартную процедуру умывания. Посматривая в зеркало своими сонными глазами, он заметил, что пара волосков на его голове стали длиннее. Выровняв их после медленного пробуждения, он оправился на кухню с осознанием того, что он опять один дома, что странно, учитывая, что сегодня выходной. Разогрев и съев то, что мама оставила на кухне специально для него, он продолжил сидеть за столом и задумался. Когда шестерни в его голове собрались в исходное положение, он поднялся и более быстрым шагом вернулся в свою комнату, где начал собираться для вылазки в город. Кое-как накинув на себя белую, но помятую рубашку без рукавов, он взял билеты на концерт и положил их в нагрудный карман. Закончив со сборами, он нагнулся и потянул руку под свою кровать. На ощупь он пытался там что-то найти, пока рука не схватилась за что-то небольшое и деревянное. Он вытянул из-под кровати шкатулку из темного дерева, которую незамедлительно открыл и достал оттуда около двухсот евро. Он очень аккуратно сложил их во второй кармашек и «запечатал» его пуговицей, чтобы они случайно не выпали. Теперь точно будучи готовым к выходу, он отправился к двери с мыслью о том, как он обрадует Стейси.

***

      Элиза гордой, победоносной походкой подошла к знакомой ей красной кирпичной стене. Чем ближе она подходила к главному ходу, тем походка становилась всё менее стойкой, пока легкое волнение не выдавило из головы мысли о хорошем и счастливом исходе. Она подошла к будке сторожа, и только тот заметил её, он молча снял кашкет со своей головы и улыбнулся.       — С какой целью прибыли, мадам?       — И вам снова здравствуйте, мистер. Я снова к Карстену.       — На короткие поболтушки или уже по серьезному делу? — язвительно и интригующе спросил сторож.       — По делу, так что можете меня пропустить, ну, пожалуйста?       — Ну, хорошо, милочка…       — «Милый», можешь даже не пытаться, и я говорила почему. Позвони своему боссу, как в прошлый раз. Скажи ему, что мать Вэлианта пришла с обещанными бумагами, — без особой радости ответила она.       — Хорошо, не психуй, а пока проходи.       Сторож одним нажатием кнопки запустил процесс открытия ворот, попутно собираясь делать звонок Карстену. В этот момент Элиза уже зашла на участок и встретила процесс кипящей жизни. Матушке уже захотелось познакомится с местным и их бытом, но некоторое мизерное чувство долга давило её сильнее, чем любой интерес. Пытаясь игнорировать всех и даже не кидать на кого-то взгляд, она целеустремленно направилась к главному зданию. Но на половине пути её остановил вопрос, который прозвучал со спины.       — Доброго вам начинающегося дня, дамочка. Приятно познакомится, — прозвучал довольно вежливый голос.       Элиза обернулась и заметила странного ящера, который был выше её и чем-то напоминал пахицефалозавра. Но наличие рогов, более длинной морды с острым клювом и подобием панциря на спине, всего укрытого шипами. Только от его вида она невольно пригнулась и занервничала, но чудом не начала дрожать.       — Молчите? Ну… — на несколько секунд он почувствовал себя неловко и сделал несколько шагов назад, а Элиза так и пялилась на него, испытывая сумбурные эмоции. — Простите, не буду вам мешать, — словно сдавшись сказал он и ушел.       Дейноних выдохнула и не понимала, что ей сейчас стоит испытывать. Вину за то, что она так некультурно повела себя в гостях у чужих для неё, или непонимание увиденного. Попытавшись забыть о произошедшем, она подошла к двери и собралась стучать, как дверь перед ней приоткрылась. Она охнула от удивления, а за дверью её уже ждал работник, который провожал её в прошлый раз. Он вежливо кивнул ей головой и направился к своему начальнику, а гостья покорно и молча пошла за ним.

***

      Карстен стоял перед зеркалом и поправлял идеально черную бабочку, которая туго сидела на его шее. За его спиной на диване сидела Беатриса и покачивала ножками, чтобы развеять скуку.       — А кто это должен к тебе прийти? — с неподдельным интересом спросила она.       — Мать одного из работников, у неё кое-что интересное есть для меня.       — И что же? — немного ревностно продолжила малышка.       — Не бойся, это рабочие бумаги и всё. Я вежливо встречу её, немного поговорю и пообедаю с ней.       — Перекусить… Может, я присоединюсь к вашей «рабочей беседе»? Я же волнуюсь за тебя… А вдруг, она хочет тебя охмурить?       — Би! — Карстен уже занес кулак для удара по столу, но вовремя остановился, а от крика сама Беатриса немного сжалась. Разжав кулак, он выпустил пар и продолжил спокойно говорить. — Я повторяю тебе: она жената. У неё есть сын, которому уже двадцать лет. Это во первых. Во вторых, у меня есть ты, а в третьих, это деловая встреча. А если хочешь перекусить, то… ох, да ты же всё равно меня уговоришь. — он взмахнул рукой и гневно вздохнул. — Так тому и быть, только прошу тебя. Не опозорь меня. Хорошо?       — Конечно, милый, пойду приготовлюсь, приправлю перышки. — уже расслабившись, сказала она и спрыгнула с дивана на землю.       — Придешь в банкетный зал, я буду там с ней. И ещё одно… ты же вроде худеть хотела, а пища будет очень жирная.       — Но ведь себя можно иногда побаловать?       — Хорошо, давай, я уже иду.       Договорив, он выровнял бабочку и направился в банкетный зал. Только место перед зеркалом освободилась, Беатриса ловко запрыгнула и забралась на комод и встала прямо перед зеркалом. Она достала из ящичка свой гребешок и, грациозно красуясь перед зеркалом, начала выравнивать каждое перышко на её теле, готовясь ко встрече с гостьей.

***

      — Проходите, мадам, — вежливо сказал один из работников, открыв дверь в банкетную.       Лишь улыбнувшись в ответ, Элиза зашла во внутрь и, особо не думая, села за самый ближний стул. Большой стол перед ней мог уместить вокруг себя до восьми дейнонихов. На самом столе ничего не было, кроме пустых блюдец. Больше всего её взгляд приковала цепь, которая валялась у левой стены, что немного её напрягло. В этот момент она даже не заметила, как пришел троодон, который с трудом держал большую тарелку с тремя порциями жареной курицы. Элиза удивилась и не знала, что сказать, как вдруг «официант» подошел к ней и заговорил:       — Гостья желает чего-нибудь?       — Нет, не нужно ничего, спасибо вам, — вежливо отказалась дейноних, после чего троодон вышел из комнаты, оставив её один на один против соблазнительно аппетитной курицы.       Уже шла вторая минута одиночества. Элиза старалась даже не смотреть на принесенное блюдо, чтобы не соблазнятся на приеме у важного ящера и не портить хорошую, для её возраста, фигуру. Тишину, которую разрывало редкое постукивание часов, прервало раскрытие дверей и хлопок, говорящий, что они закрылись. В комнату зашел Карстен, который ускоренно двигался к своей гостье, после чего молча сел напротив неё и скорчил сносную улыбку.       — Доброго вам дня, мадам Калвер.       — И вам, мистер. Я пришла, как мы и…       Она не договорила и молча начала наблюдать, как Карстен забрал с большей миски целую курицу и положил её перед собой на тарелку, попутно оторвав ножку и начав её не спеша обгладывать, в свободное время от жевания говоря.       — Берите, не стесняйтесь.       — Нет-нет, что вы мистер, я не могу принять…       — Мадам, вы в гостях, а это обычный прием пищи в гостях, здесь нет ничего постыдного.       — Простите, но и не в этом дело, я на диете.       — Ну, хорошо, — слова сопровождались хрустом отрываем от тельца ножки, которую он сам не стал есть, а положил на тарелке, которая была рядом с ним. — С нами побудет ещё одна дама, вы не против?       — Господи, да что вы такое спрашиваете, — с улыбкой ответила Элиза. — Это же ваш дом, да и я не против компании.       — Хорошо, тогда пока её нет, перейдем к делу?       Поняв намек, Элиза быстро достала из сумочки погнутые документы, быстренько сверилась, они ли это, после чего встала со стула, подошла к Карстену и вручила их ему прямо в руки, после чего вернулась на место, но урчащий желудок сделал свое дело и она нехотя оторвала одну ножку. Пока она медленно, съедала маленькие кусочки, растягивая удовольствие, Карстен внимательно читал содержимое документа, постукивая пальцами по столу. Такую тишину прервало лишь редкое бубнение раптора. Через довольно короткий срок он положил бумаги обратно на стол и легонько подтолкнул их, что они проскользили прямо к руке гостьи, которая тем временем лишь обглодала ножку до белоснежно белой косточки.       — Не совсем то, что я ожидал, но всё равно важная информация. Вы не знаете дату написания?       — Нет, он принес их на этой неделе, а читать взялся только вчера.       — Хм… — Карстен закрыл глаза и немного задумался, а Элизе показалось, что полосы на его теле, совсем легонько начали светиться, но в тот же миг погасли. Он открыл глаза и спокойно, уже без улыбки заговорил.       — Я не хочу, чтобы у вас были проблемы с семьей, поэтому документы можете вернуть там, где вы их взяли. По вашему волнению видно, что вы взяли их без спроса. А ваш муж хоть и любящий отец, но довольно упертый в своих взглядах. А мы их не очень разделяем. Я хочу сохранить свое прошлое для всех инкогнито, а он хочет всё раскрыть. Я могу полагаться на вашу вразумительную беседу с ним?       — Сомневаюсь, я уже пыталась и не раз.       — Жаль. Но спасибо ещё раз за бумажки, надеюсь что они пришли вовремя.       — Вы же ничего плохого не собираетесь делать?       — Что? Да ни в жизни…       Не успел он договорить, как работник комплекса приоткрыл дверь, в которую забежала ухоженная Беатриса, на которой уже красовались маленькие фиолетовые бантики, которые держали вместе длинные пёрышки, которые начинались у её бровей, что давало довольно изысканности и привлекательности для такой молодой девушки. На первую оценку Элизы, эти словно декоративные перья ей отлично шли. Но вот что её смутило, это её «голые» куриные ножки и одна рука. Она на цыпочках подбежала к Карстену и хорошим прыжком забралась на стул, который был подогнан как раз для её вида. Она провела когтем по куриной ножке которая её уже заждалась, после чего она нежно, словно они уже хорошие подруги, поприветствовалась с гостьей.       — Доброго вам денёчка, миссис.       — И вам хорошего дня. Мы имеем честь познакомится? — спросила она у Карстена.       Тот нагнул голову к уже жующей ножку Беатрисе и что-то ей прошептал, на что она покорно кивнула своей головкой, перемалывая мясо своими маленькими зубками.       — Конечно, это Беатриса, одна из жительниц нашего городка и моя хорошая подруга.       — Приятно познакомится, а как вас зовут? — быстренько спросила она, вклинившись в диалог как моторная лодка в землю на полной скорости.       — Просто Элиза. Так… мистер Карстен, я, наверное, уже пойду, я отдала вам то, что должна была…       — Постойте, ну почему так рано? Перекусите, отдохните, давайте, может, и поговорим. Не каждый день, не каждый месяц я принимаю к себе гостей извне. Можно сказать, вам очень повезло. За счет того, что ваш сын попал сюда.       — Спасибо за гостеприимство, тогда… как мой Вэлиант здесь? Он вам не мешает?       — Хороший парнишка, забавный такой, — жуя свежее мясо, проговорила Беатриса.       — Соглашусь со своей подругой; поначалу я сомневался насчет него, даже немного жалел о своем быстром решении. Но… коротко говоря, он здесь уже прижился.       Только раптор хотел продолжить рассказывать о работе сыночка любящей и довольной матери, как дверь не спеша распахнулась, а сквозь образовавшийся проем протянулась голова троодона.       — Господин Карстен, вы бы могли подойди сюда? — взволнованно спросил он.       Вслед за запросом, Карстен, что-то бормоча и скрипя зубами, поднялся со стула.       — Леди, я вынужден вас покинуть, поговорите пока, а я скоро вернусь, — менее радужным тоном произнес он, после чего быстрым шагом вышел из комнаты и сразу начал говорить с троодоном.       Элиза осталась с Беатрисой, которая уже начала жевать вторую ножку, посматривая добрыми глазками на гостью, которые словно завораживали и немного умиляли её. Гостья протянула руку, и под пристальным взглядом велоцирапторши, оторвала вторую ножку, и медленно отрывала маленькие кусочки и закидывала их в пасть. Только Беатриса положила на тарелку наполовину обглоданную ножку, она решила прервать тишину, которая смешивалась с редким хрустом и чавканьем.       — Вы ведь женаты, да?       — Конечно, откуда же у меня ребенок тогда взялся? — с легким недоумением ответила Элиза.       — Вы ведь знаете сами, что разные матери бывают. Те, кто детей усыновили, или матери одиночки, которые остались одни со своим чадом.       — А к чему всё это?       — Может, хотите рассказать о своем муже? Мне всегда интересно поговорить о них.       — Уилльямс… Я даже не знаю, в какую сторону бы покатилась моя жизнь, если бы не он, ведь без него нашей семьи не существует.       — Одним словом, прекрасный муж. А кем он работает?       — Полицейский, вроде бы всё было бы отлично, но в последнее время у нас всё не так хорошо, как хотелось бы.       — Божечки, почему так? — с жалостью спросила Беатриса.       — Он так боится за нашего сына, что видит в Карстене того, кому не стоит доверять. Я его понимаю, всё-таки вы закрытое общество, а он сам… довольно консервативных взглядов в вашу сторону. К глубокому сожалению. Он боится, что его сын попал к тому, кто ничего не дает знать о себе нашему обществу.       — Чушь, я с Карсти знакома пару лет и он совсем не тот, кого стоило бы боятся. Ну, нет, конечно, иногда стоит, но он очень добр, заботлив и мил, — говоря это, Беатриса начала накручивать пёрышко себе на палец.       — Я это заметила, поэтому я надеюсь, что смогу переубедить своего Уилла. А вы сами в этом плане… вы женаты?       — Конечно, ещё спрашиваете. — довольно ответила маленькая хищница.       — И кто ваш муж?       — Ну, он сильный, храбрый, вспыльчивый, покорный, любящий. Не муж, а мечта, но он реален.       — А его имя если не секрет?       — Это уже как раз секретик, — пытаясь сдерживать подозрительную ухмылку ответила она.       — Хорошо, — Элиза задумалась над сказанным Беатрисой, но выкинула все предположения из головы и продолжила диалог. — А как вы познакомились?       — Это было так романтично, вы не поверите, — начала она, словно рассказывает о своих сокровенных и желанных мечтах. — Если бы не он, я бы, наверное, рассталась с жизнью от рук насильников, которым я не приглянулась. Он быстро прогнал их, взял меня к себе на руки и… и… — она вещала, не сдерживая эмоций, а от воспоминаний у неё закатились небольшие слезы, после чего начала немного заикаться.       — Ты влюблена в него? — на вопрос Элизы, её словно заклинило.       — Да, — тихо произнесла она. — На самом деле…       Не успела она договорить, как в помещение обратно чуть ли не ворвался обозленный Карстен и силой сдерживая поток эмоций, он, пытаясь не казаться грубым, произнес.       — Калвер, думаю вам уже пора уходить.       Элиза поднялась и пошагала к выходу, а заметив то, в каком состоянии находится хозяин этого места, лишь ускорила шаг и тихо попрощалась.       — Прощайте…       Только она вышла из комнаты, дверь в паре сантиметров от хвоста закрылась — и зазвучал его загрубелый, явно недовольный голос.       — «Ты ничего лишнего не проговорила? … «Хорошо, а теперь, прошу тебя, иди в свой дом… Не спорь, прошу тебя…»       Только должно было начаться самое интересное, а Элиза уже хотела прижаться ухом к дверям, она услышала кашель. Нервно обернувшись, она заметила знакомого ей троодона, после чего расслабилась и пошла к выходу за ним, начав лишь гадать, о чем говорил Карстен.

***

      Вэлиант не спеша шел по знакомым улицам, виляя хвостом из стороны в сторону, встречая очень редких прохожих, которые не обращали на него никакого внимания, как и он на них. Но внезапно даже для себя, он выпал из транса и заметил, что находится рядом с небольшим, одноэтажным зданием с покрытием из темной древесины, что очень эстетически выделяло среди кирпичной монотонности города. Это был фото-магазин, но вместо различного тематического оборудования, камер и того подобного, на стекле с той стороны, виднелась лишь табличка. Вэлиант подошел поближе к ней и зачитал содержимое:       «Магазин продается. Если заинтересованы, звоните на данный номер: …»       Дейноних читал это с грустью, понимая, что он уже никогда не пойдет за фото для паспорта к доброму «Дяде Фотографу». Он прислонил руку к стеклу и медленно повел её вниз. Прикрыв глаза, он отошел от здания и уже менее активно отправился дальше на ту сторону города, к своей подруге.

***

      Уилльямс зашел внутрь бара и начал бегло осматривать всех, кто здесь есть, пытаясь кого-то найти. Его взор резко остановился на угловом столике, где сидел его знакомый велоцираптор, который что-то жевал. Не теряя времени, он подошел к нему и сразу же сел напротив него, попутно здороваясь.       — Привет, Фрэнк, — без особого энтузиазма сказал дейноних.       — Приветствую, офицер…       — Давай без должностей, это же дружеская встреча.       — Окей, Уилл. Будешь что-то?       — Нет, никакого настроения пить сегодня нет.       — На, хоть закуски возьми, — Фрэнк переставил тарелку с вяленым мясом в центр стола, ломтик которого сразу же взял Уилл. — Так, давай к делу? Если не пьешь, значит всё серьезно.       — Сейчас, секунду, — Уилл начал копаться у себя в сумке, пытаясь отыскать документы, которые он никак не мог найти. Почти что вывернув её на изнанку, он недовольно бросил её рядом с собой и тяжело произнес: — Ну, оперный театр. Как так?       — Что? Забыл? — с ухмылкой спросил Фрэнк.       — Очень смешно. Ладно, дома, походу, забыл, спешил очень.       — Зря, я бы подождал.       — Хах, знал бы я это раньше, ладно, думаю, что они прямо так не важны. Пьер Бернард — имя тебе о чем-то говорит?       — Конечно, это мой дядя. Я тебе доверяю, как своему брату, так что и решил тебе те бумажки отдать, хоть он никак и не хотел их никому показывать. И как прошло ознакомление с ними?       — Не то, что ожидал, но всё равно хоть что-то.       — Думал, что сразу всё и вся узнаешь?       — Нет, — укоризненно посмотрел Уилл на велоцираптора. — Ты сам читал их?       — Не-а.       — А жаль. Немного узнал про самого Карстена… только не знаю, есть ли в этом смысл.       — Чего так изменил свое мнение?       — Мы чуть ли не поссорились с Элизой из-за этого. Может, она права, может, не стоит боятся этого… Карстена…       — Простите офицер, но я с ней согласен. Если бы он был кем-то уж очень плохим, то в «УЛе» он бы не состоял и…       — Я понял, — Уилл легко ударил ладонью по столу, чем перебил товарища. — Она мне это и говорила. Так что если твой дядя вернётся, я смогу с ним поговорить?       — Хорошо, я позвоню тебе сразу по его возвращению. Я даже рад, что всё уже и решилось.       — А вот и не решилось, не обнадеживай, твой дядя очень скверно относится к нашему начальнику, и у него есть пара мыслей насчет него.       — Хочешь сказать, что…       — Пока твоего дяди нет, я поинтересуюсь за босса.       — Ну, твое дело. Постараюсь опять помочь, чем смогу.       — Тогда как, по кружечке за одно успешно проваленное дело?       — Давай, с радостью.

***

      К счастью дейнониха, входные двери в подъезд были открыты, а на скамье, где он вчера видел детей, сидел пахицефалозавр и староватый орнитомим, которые что-то обсуждали. Пройдя недалеко от них, Вэлиант направился прямо внутрь четырёхэтажки. Поднявшись на нужный этаж, он увидел знакомую дверь. Проверив наличие билетов в карманах, он взволновано сжал руку в кулак, после чего несколько раз легонько ударил в дверь. Через несколько секунд он услышал шумы по ту сторону двери, а вслед за ними щелчок. Дверь открылась и Стейси вытянула голову наружу. Заметив Вэлианта, она неловко улыбнулась и не совсем радужным голосом спросила:       — Привет, Вэлиант, я… не ожидала тебя увидеть.       — Да, прости, что я так пришел, не предупредив тебя…       — Стейси? Кто там? — донесся женский голос из недр квартиры. Стейси немного скорчила мордочку, увела голову обратно в квартиру и ответила.       — Подожди минуту! — после сказанного она вернулась обратно к Вэлианту и без восторга продолжила общаться с ним. — Сможешь прийти попозже? Я сейчас…       Не успела она договорить, как за её спиной появилась знакомая фигура Лары, которую Вэлиант не сразу вспомнил. Заметив его, она немного хитрой интонацией и с подловатой улыбкой заговорила к Вэлианту:       — А это твой принц, с которым ты сбежала? Пусть не смущается и заходит, пообщаемся все вместе.       Стейси вздохнула и открыла двери пошире, уступив место Вэлианту, который также, с исчезнувшим энтузиазмом зашел во внутрь. Только Лара исчезла в комнате Стейси, как Велиант подошел к хозяйке квартиры и прошептал ей.       — Можно тебя на секунду?       — Конечно.       Сказав это, Стейси увела его в гостиную, и пока им не мешали, они заговорили более спокойно.       — Почему ты пришел сегодня? — навязчиво спросила девушка.       — Просто…        Вэлиант потянул руку к карману, достал оттуда один билет. Стейси не понимала, что он делает, но вдруг, он легко взял её руку, раскрыл ладонь и положил в неё билетик, после чего отпустил её руку. Рассмотрев то, что он ей дал, она невзначай улыбнулась и посмотрела на Вэлианта. Только она хотела что-то сказать, как донесся чуть ли ней вой с её комнаты:       — Голубки! Ну когда вы придете уже?       — Да подожди минутку! — грубовато ответила ей Стейси, после чего обратно повернулась к Вэлианту.       — Я не знаю, стоит ли тебе оставаться? Я бы хотела, чтобы ты остался, но… думаю, в её компании, нам вместе лучше не быть.       Только она договорила, как оба услышали шаги, а следом к ним зашла и сама Лара, которая прервала их разговор.       — Ну и почему убежали? Стейси, может, чаю?       — Я… я посмотрю, есть ли он. — сдержанно ответила девушка, после чего более дружелюбным тоном заговорила. — Ты же идешь на концерт?       Лара была явно ошарашена таким вопросом. Немного подумав, она всё-таки ответила:       — Ну… понимаешь… не в моем вкусе, так что нет, — облегченно закончила она.       — Хорошо, он в полдень, так-что Вэлиант погостит у нас, а после мы с ним пойдем туда.       — Ну… хорошо. — с завистью ответила она, после чего резко сменила тему диалога. — Так что насчет чаю?

***

      Уильям положил на стол опустошенную кружку и потянул руку за последним куском вяленого мяса, чем огорчил Фрэнка, который ещё не допил свое пиво, оставив кружку лишь на половине. Только Уилл начал жевать последний кусок, словно на зло, как из сумки велоцираптора зазвучали протяжные и грубые звонки. Он неспешно достал большой, по его меркам, почти длинной с морду телефон. Он принял звонок и прижал телефон к уху, держа другой конец возле рта.       — Алло?.. Уильямс? Да он со мной тут… Хорошо, я ему передам, — Фрэнк сбросил звонок и положил свой монструозный телефон назад в сумку.       — Не тяжело с таким ходить? — в шутку спросил Уилл.       — Подойти на работу должен, там у твоего нового подозреваемого для тебя уже работа появилась, — разочарованно ответил Фрэнк.       — Да он серьезно! Выходной, я батрачил без отдыха… — только он хотел продолжить свой праведный гнев, он успокоился и сделал вдох и выдох. — Ладно, я спокоен. Когда я должен туда прийти?       — Желательно, чтобы ты шел туда уже сейчас.       — Ладно, приятно было с тобой выпить, — Уилл поднялся со стола, накинул сумку обратно на плечо и повернулся к выходу.       — Эй-эй-эй, а счет?       — Как друг, сможешь заплатить? Я тебе завтра деньги отдам.       — А, ладно, — разочарованно ответил Фрэнк, начав пересчитывать деньги в кошельке, сделав ещё один глоток алкогольного напитка перед этим, провожая своего офицера к выходу угрюмым взглядом.

***

      Стейси закрыла последнюю тумбочку и с разочарованным личиком просто кивнула плечами, давая знать лишь одно:       — Что, нету чая? — изумленно спросила Лара, держа в руках пустую кружку.       — Угу, — без радостного спектра эмоций, ответила домохозяйка.       — Ладно, спасибо за гостеприимство, я тогда, пожалуй, пойду уже. Не буду мешать вашей идиллии. — грубовато ответила Лара, после чего положила кружку на стол и направилась к выходу, пока Стейси с недоумением смотрела на неё. — Откроешь дверь? Или как?       — Ключи в дверях, к твоему удивлению, — не менее дерзко, но ещё сдержанно ответила Стейси, что аж Вэлиант вздрогнул, ибо он не видел её ещё такой раздраженной. Лара пожала плечами и пошла к выходу.       Прозвучал щелчок и громкий хлопок закрытой двери. Только прозвучал этот звук, Стейси пошла и закрыла дверь за ушедшей гостьей, после чего она вернулась к Вэлианту и виновато посматривала на гостя.       — Прости, что я так…       — Чего ты так волнуешься?       — Просто… она меня бесит. Я не понимаю, почему я решила опять встретится с ней, после того, как я убежала с тобой от них. Сначала… с-сначала… — на её глазах появились блестящие слёзы, а она начала хныкать.       Хныканье постепенно переросло в плач, пока Вэлиант стоял в недоумении. Пытаясь что-то сделать, он подошел к ней и протянул свои трясущиеся руки, пытаясь её обнять. Не успел он он дотронуться до её нежной чешуи, как она схватила его и прижалась, что есть сил, закинув свою голову Вэлианту на плечи, начав полноценно рыдать и пытаться что-то говорить.       — Я-я *хнык* ничтожество… Я просто несколько часов слушала от неё, какая я дура…       — Успокойся Стейси… — попытался успокоить её Вэлиант.       — А я и есть дура! Я даже чай не могу приготовить не испортив его! — сквозь слезы прокричав это, её ноги подкосились, хватка и стойка ослабли; она начала полноценно реветь. — Я соврала, он был, просто я не умею… ничего не умею…       Вэлиант запаниковал и сам не знал, что ей сказать. Он лишь сильнее прижался к ней и попытался увести её к дивану в гостиной. Продолжая плакать у него на плече, она послушно последовала за ним, словно овечка. Усадив её на диван, он ловким движением пальца стер слезы с её щек. Её плачь стих, но она продолжила легонько хныкать, продолжая лить слезы. Вэлиант присел рядом с ней, обнял её и окрутил её своим хвостом, как только позволяла его длина и гибкость. Молча держа её в своих взволнованных глазах, Вэлиант даже не считал время, которое он проводил с ней в таком положении дел. Прошло ещё несколько минут, как она сделал ещё один, более громкий «хнык», после чего взяла с рук Вэлианта полотенце, которое он взял пару минут назад, чтобы стирать её слезы. Переведя дух, она повернулась к Вэлианту с виноватым взглядом, розовыми щечками и одной стекающей слезинкой, под путь которой дейноних поставил свой палец. Она плавно перешла на него, после чего он опустил руку до её плеча и неловко увел взгляд в сторону.       — Прости меня за это… — прошептала Стейси, пытаясь опять не выплеснуть свои эмоции.       — Ничего страшного, ты зря о себе такое говоришь… ты… — на этом, он замолчал с открытым ртом, не имея сил сказать последнее слово.       — Я…? — тем же шепотом спросила Стейси, которая словно собиралась опять начать истерику.       — Ты прекрасна с этими глазами… — через силу и с дрожью в голосе сказал он. В ответ она улыбнулась, дав волю эмоциям. Слезы медленным ручейком пошли с её обрадованных глаз, а она сама лишь сильнее прижалась к Вэлианту. — Ты умничка, ты молодчинка. — более смело продолжил Вэлиант, обняв за плечи Стейси. — Никто не в вправе решать, как тебе думать о самой себе.       — Спасибо тебе… — прошептала девушка, после чего начала словно урчать, что расслабляюще действовало на дейнониха. Он закрыл глаза и положил свою голову на её макушку, что она спокойно и дружелюбно восприняла, после чего обоих начало клонить в сон. Глаза у них начали слипаться, после чего они закрылись, пока по щеке Стейси стекала последняя слезинка.

***

      Вэлиант легко проснулся от тяжести у себя на груди. Сладко зевнув и раскрыв глаза, он разинул рот от удивления. Стейси лежала вплотную к нему на тесном диване, а её пернатая голова, уложилась на грудь взволнованного и смущенного дейнониха. Девушка, учуяв шуршание на диване, начала просыпаться вслед за её гостем, медленно подняв голову с его тела, попутно себе почмакивая. Поднявшись с дивана, она потянулась и бросила взгляд на Вэлианта, необычно улыбнувшись.       — Как спалось? — вежливо спросила она, начав делать разминку, пока смущенный Вэлиант и дальше лежал на диване.       — Хорошо… А ты, тебе лучше?       — Да, и… ещё раз спасибо тебе.       — Стейси, меня не за что благодарить…       — Ты есть, — резко перебила она его. — Мне достаточно твоего присутствия, чтобы успокоится. Ты словно музыкальная шкатулка… — она облегченно вздохнула и закончила с разминкой, после чего заметила оставленные билеты. — Мы вовремя проснулись, думаю, пора собираться. Подожди меня здесь. — Сказав это, она отправилась в свою комнату, повиливая хвостов, который манил к себе взгляд Вэлианта.       Вэлиант пару минут спокойно сидел на диване, поправив свою ещё более измятую рубашку. Услышав шаги со стороны спальни, он без резких движений поднялся и встретил Стейси. Она накинула на себя темно-синий жакет, а на шее красовался тот самый платок, с которым он встретил её впервые. Он частично прикрывал желтое пятнышко на её шее и всё также напоминал цвет её перьев.       — Ну, как тебе? — желая узнать его мнение, спросила Стейси.       — Самое то для выступления. В этом жакете и ты сама можешь выйти на сцену.       — Спасибо… — с порозовевшими щечками ответила она, пряча билеты в свой надежный кармашек. — Поднимайся, пойдем уже.       Вэлиант улыбнулся и поднялся с дивана, подойдя к своей подруге, после чего оба отправились к выходу.

***

      Вэлиант и Стейси шли вместе по парку, в котором было куда больше народу, чем обычно. Скорее всего, большинство просто решили скрасить здесь время ожидания, ведь идти к сцене отсюда было не так уж и далеко. Они проходили мимо одной скамьи, на которой сидела дейноних, верхняя часть которой была закрыта газетой, и орнитомим, которая всматривалась в косметичку. Парочка прошла мимо них даже не кинув на них взгляда. Только стало видно их спины, как орнитомим, которая оказалась Герой, убрала косметичку и легонько толкнула кулаком свою соседку, тихо шепча ей.       — Лиз, это же твой сын.       Дейноних убрала газету, и показались нежные и голубые, словно лесной ручеек, глаза. Она повернула голову туда, куда указывала её подруга и улыбнулась.       — Ай, как неловко. Жаль, я её только так развидела…       — Так, может, догоним, познакомимся?       — Ой, зачем так, — махнув рукой, отказалась Элиза. — Не будем портить ему момент.       — Хорошо, — Гера обратно прислонилась к спинке скамейки и, только мимо них прошел случайный дилофозавр, она продолжила говорить. — Есть в газете что-то интересное?       — Нет, ничего интересного. Только про концерт, «Ахерон», ну и реклама.       — Ох, я уже как-то повелась на такую. Сковородка испортилась через неделю. Если бы Генри или детки съели ящерок, которые на ней готовились в тот день, то они и отравиться могли…       — Хорошо, что я на эти дурости и внимания не обращаю. Когда там твой муж должен прийти?       — Да… скоро, может, немного опоздает.       — Тогда я, наверное, пойду уже к вам, за детьми же должны следить.       — Хорошо, надеюсь, что они ничего не разнесли за те полчаса, что меня не было. Я же отдала тебе ключи?       — Да-да, ещё когда выходили. Давай, целую.       Элиза помахала рукой параллельно своей подруге, после чего она пошла к выходу из парка, перебивая свои мысли о том, что в этот день ей точно не суждено увидеть подругу её сына. Но зато её ждет двое непосед её лучшей подруги, с которыми она должна провести немного времени до возвращения их родителей. Видя множество пар, часть которых была с детишками, на неё упала глыба сожаления, что они решили не собираться на такое редкое для их дома мероприятие. Лишь огонек в виде счастливого Вэлианта помогал этой глыбе растаять, чтобы освободить душу своей любящей матери.

***

      — Билеты, пожалуйста, — суровым голосом произнес ютараптор-билетер, который, скорее всего, ещё и попутно был местным охранником, стоявшим возле единственной «бреши» в ограждении, которое наспех выставили, чтобы воспрепятствовать незаконному проникновению. Хотя вокруг всё равно было много тех, кто бы не отказался просто насладиться пением.       Вэлиант и Стейси молча, с улыбками на мордах протянули билеты билетёру. Тот пустым взглядом посмотрел на них, кивнул головой и отступился, дав им проход. Взявшись за руки и посмотрев друг другу в глаза, они вошли по ту сторону изгороди и начали идти по вытоптанной почти что до голой земли тропинке, войдя в небольшой палаточный городок. Они начали проходить между самодельными киосками и ларьками с быстрым питанием, которые в основном из себя представляли обычные палатки. Из большинства таких доносился сладкий аромат жаренного мяса, который смешивался со свежими салатами, создавая не такой уж приятный парочке аромат. Народу было действительно вдоволь, словно все население этого небольшого городка собралось на такое редкое для них мероприятия. В этот момент, очарованный нежным прикосновением руки Стейси, Вэлиант задумался, как он вообще не замечал всё это движение с подготовкой к концерту. Пройдясь ещё немного, впереди начала виднеться не самая большая сцена, к которой все тянулись ручейками, а за самой сценой уже можно было видеть границы дикой природы, так как в самом городе было не очень много места для таких мероприятий. А единственный театр был слишком тесным и не приветствовал певцов новой эстрады. Парочка уже вплотную подошла к живой стене из посетителей, которые пришли раньше них, остановилась и им оставалось лишь ждать начала, до которого осталось совсем немного.

***

      Черный лимузин с тонированными окнами подъехал к обочине, недалеко от входа на зону проведения концерта. Сквозь темное стекло, чудом можно было увидеть большую бледновато-пепельную морду, которая, прищурив глаз, всматривалась в окружающую обстановку, после чего она исчезла в глубинах лимузина.       — Ты всё-таки не пойдешь? — спросила Беатриса, проверяя тесно намотанные бинты на ногах и поправляя длинную, черную кожаную перчатку.       — Нет, я останусь здесь. Уж прости, — сдержанно ответил Карстен.       — Хорошо, — опустив взгляд, ответила его жена, надевая широкополую шляпу с красным пером на ней.       — Не слишком ярко вырядилась? Ты ведь не выступаешь, — с ухмылкой спросил у неё раптор.       — Всё будет хорошо со мной. Не волнуйся, а если что, то мой крик ты услышишь, как тогда…       — Ладно, наслаждайся, а я буду тебя здесь ждать.       Бестриса надела сумочку, неуклюже вскочила на Карстена и поцеловала его, после чего он на мгновение открыл ей дверцы. Через мгновение она уже оказалась на улице и, только оказавшись там, она жадно побежала ко входу, уже держа в руке билет, чтобы показать его билетёру. Только она исчезла из виду Карстена, он отодвинулся от стекла, прижался к спинке и начал ждать начала шоу, немного приоткрыв окошко в дверце машины, чтобы услышать хоть что-то из грядущего песнопения.

***

      Уже начинало вечереть. Только небо покрылось розово-красным слоем краски, сцена осветилась небольшими прожекторами. Весь бубнеж и разговоры в мгновение прекратились, а взгляд всех приковался к сцене. И вот, на всеобщий взгляд, на саму сцену вышла та, из-за которой многие и пришли сюда. Вальяжно, заманчиво двигая бедрами, держа в руке микрофон и махая всем рукой под свист и аплодисменты многих зрителей пришла мадемуазель Муза. Сероватая велоцирапторша которая выше своих «соплеменниц» почти на голову и превосходящая их физически. На голове виднелась настоящая корона из восьми больших перьев, по середине которых шла длинная белая полоса, словно по ним прошлись белой краской очень толстой кистью. Именно такая, дарованная от рождения корона, и была её первым основным атрибутом. На каждом плече у неё было ещё по несколько таких же перьев, и конечно же на руках. Остановившись и встав на краю сцену, она включила микрофон и легонько выкашлялась в кулак, после чего зазвучал её второй атрибут, благодаря которому она начала быстро возносится вверх.       — Приветствую тебя молодой Нювэль! — зазвучал её энергичный и живой, словно журчание родника, голос. — Я очень рада приехать в такое спокойное и тихое место и немножечко пошуметь, — мило подмигнув, закончила она говорить под свист и радостные крики толпы. Мгновенно, она изменилась в лице явно упростив улыбку. — Совсем недавно я рассталась со своим парнем, и на такой грустной ноте, я бы хотела пожелать всем молодым парам, что находятся здесь, лишь одного. Оставайтесь собой, ничего не скрывая от своей любви. И павшей, но в то же время восходящей эмоции я хочу посвятить свою новую песню, которая ещё не звучала ни в одном месте до этого.       Она замолчала, а вместе с ней и все, кто были здесь. Прожекторы сфокусировались на ней, она приподняла голову и уже была готова петь.

***

      — Так, зачем меня призвали? — поправляя форму, спросил у полицейского Уилл.       — К нам прибыл один троодон, который попросил оставаться анонимным, ибо у него есть что-то очень важное.       — А почему я?       — Сказать примерно, или процитировать босса?       — Давай, как босс.       — «Он хотел дела? Вот, если это так важно, то пусть этим займется. Всё будет в его руках, хоть оправдает звание офицера на серьезном деле. Если оно того стоит, как я повторился», — процитировал орнитомим, сильно скорчив голос и саму мимику, из-за чего на морде Уилла просочилась улыбка. — Ну и в конце ещё что-то упомянул про то, что вы его взбесили своим любопытством связанным с поиском бумаг. Это должно вас занять. А ещё он там, в допросной.       Дейноних молча кивнул и зашел в само помещение. Никакого интерьера, полная пустота. Лишь два стульчика и стол посередине. За этим самым столом, сидел троодон с повязкой на глазу, который ехидной, немного грубой улыбкой встретил офицера. Тот сел напротив одноглазого и не успел начать расспрос, как его опередили.       —Гутен таг, официэр, — молниеносно и неразборчиво заговорил троодон, приведя в ступор Уилла, который расширил глаза от удивления. — Доброго дня офицер Вильямс. — Поздоровался незваный гость уже нормальным языком.       — Это что сейчас было? — всё также недоуменно спросил Уилл.       — А, это особенность моего рода, если можно так выразиться. Мы ангекоммен с центральной Европы. У единиц там остался такой акцент. Но есть те, кто считают это особенностью.       — А ты?       — А для меня это просто паразит, от которого я не могу лусвердн. Не приятно так слушать, да? Иногда прорывается на уровне инстинктов.       — Ладно, я уверен, ты пришел сюда, чтобы не истории рассказывать.       — О-хо-хо официэр, одной ещё найдется место. Но перед этим я хочу задаться вопросом. Готовы ли вы дать мне полную защиту, не взирая ни на что. Так как дело очень щепетильное, то я хочу, как главный приз за помощь вам, сохранить свою жизнь.       — Это прям настолько важно? Удиви, — без энтузиазма спросил Уилл.       — Видите это? — спросил троодон, молча постукивая по черной повязке, которая закрывала его глаз, на что дейноних молча кивнул. — Этак лет пять назад, я работал с одним очень нехорошим гуаньлунем и его сынком. У них немаленькая сеть по продаже наркотиков, и так как на своей родине, похоже, им места уже не было, они приехали сюда. Ну, а так как я перешел им как-то дорогу, мне пришлось попрощаться со своим глазом. Сынок оказался изысканным садистом и заядлым курильщиком, — рассказал он уже более медленным и вдумчивым голосом, иногда делая паузы, чтобы не вставлять непонятные слова.       — Интересно…       — Я знаю, официэр. И так как у меня есть парочка связей…       — Ты был более тесно с ними связан, по тебе видно.       — Закон по защите свидетелей работает?       — Да, — недовольно, стиснув зубы ответил Уилл.       — Гут, я работал с ними некоторое время и смог набрать немного деньжат и связей, которые и помогли в итоге мне узнать о грядущей сделке, которая произойдет в нашем лесу.       — Когда?!       — Завтра в полдень. На заброшенной лесопилке.       — Мы разберем всё подробнее, и ты нам поможешь в этом, высказав всё максимально подробно, и после ты будешь свободен.       — Найн-найн-найн, официэр. Это ещё не всё. Перед тем, как вы будете брать их штурмом, я бы хотел немного облегчить вам работу.       — И каким же способом?       — Понимаете, я конструктор и собираю различное стрелковое оборудование.       — Ты же понимаешь, что за это тебе уже светит срок?       — Официэр, ну, я понимаю. Но так как вы благоразумны, то пойдете на маленькую сделку. Я дал вам наводку на тех, кто торгует наркотиками, и после того, как я испытаю свою цацку, то соберу для вас пистолеты для стрельбы транквилизаторами.       — Ладно, — нехотя ответил Уилл. — Но лишь при одном условии: никого не убей.       — Хорошо, то, что не убью не гарантирую, но сломлю и напугаю точно. Арест пройдет быстро и внезапно.       — Это мерзко — заключать сговор с одним, чтобы разобраться с такими же.       — Ох, ну почему вы так говорите. Я, в итоге, помогаю вам, закону. Решился снабдить закон. Я могу даже выдать вам пример моей работы прямо сейчас, как предоплата.       — Давай, показывай.       Ханс потянулся в большую сумку, которая была возле его ног. Сначала он достал оттуда сам автомат, а после и боковой магазин. Вставив его в сам корпус, он положил орудие на стол, после чего ещё доложил пару магазинов с уже заряженными транквилизаторами под неодобрительный взгляд офицера.       — Да, соглашусь, выглядит не очень аккуратно. Но это результат кустарной работы. Официэр. Вы даете мне возможность отомстить за мой глаз, а я в вашей мастерской сделаю всё, что обещал.       — Это… это нужно обсудить с начальством, — под сказанное, Уилл поднялся со стула и вышел из комнаты, где снаружи его уже ждал и его босс, который все прослушивал.       — Ну, и как тебе этот недоносок? Со мной он вообще на своей убогом акценте разговаривал.       — Я думаю, вы всё сами слышали босс.       — Да, поэтому я сделаю выбор вместо тебя. Нужно расшевелить наш пчелиный улей, чтобы наши пчелки занялись серьезным делом. Поэтому ты будешь командовать штурмом, а тот… пусть делает, что хочет. А если мы серьезно займемся покровительством этого мастера, то можно сделать неплохие деньги.       — Но ведь…       — Что ведь? Что?       — Распространение огнестрельного оружия и его производство запрещено на законодательном уровне.       — А оно не огнестрельное, смекаешь? — шепотом ответил ютараптор, подойдя так близко к Уиллу, что тот чувствовал его дыхание на кончике своей морды.       — Так точно, я возьмусь за это задание.       — Хорошо, тогда раскалывай этого одноглазого дальше.       После сказанного ютараптор развернулся и ушел. Орнитомим молча приподнял плечи и прижался к шкафчику, где стоял ранее. Обдумав всё, что свалилось на его плечи, Уилл вернулся в допросную, где одноглазый крутил в руках свое изделие, после чего косо посмотрел на офицера.       — Как тебя зовут?       — Ханс. На унд?       — Мы согласны на твое предложение, — нехотя ответил дейноних, смотря за кривой и пугающей улыбкой того, кто сидел напротив него.       — Зер гут, официэр.

***

      Всё близилось к ночи. Солнце уже почти спряталось за горизонтом, а луну уже было видно, но никто не обращал на неё внимание. Сцена ещё горела яркими цветами, хоть и фонарь за фонарем остывали прямо под угасающий вокал Музы. Когда она утихла, прижав микрофон к груди, аудитория закончила её последнюю на сегодня песню аплодисментами и свистом. Когда все начали затихать, она приподняла голову, расправив во всей красе свою чудную корону, после чего она опять подвела микрофон для прощальной речи.       — Спасибо тебе, чудный город, и спасибо вам всем. Я была рада побывать с вами эти чудные полтора часа…       Пока она всё это говорила, в середине толпы теснились Вэлиант и Стейси, которые всё это время держались за руки; их ноги уже устали, поэтому девушка заговорила к своему дейнониху.       — Пойдем?       — А как же автограф, ты не хочешь его получить?       — Не-а, мне хватило и тебя, давай, пошли уже, ноги и так устали.       — Хах, точно.       Вэлиант потянулся за своей звездой к выходу, протягиваясь сквозь плотную толпу, слыша голос менеджера, который объявлял выдачу автографов от самой певицы. На секунду дейнониху показалось, что он мельком увидел Беатрису, которая проскользнула между ним и Стейси, но не предал этому значения. Пока он со своей девушкой, бирюзовый платок которой развевался на легком ветерке, спешили к выходу с этого шумного места наружу, сама Беатриса спешила, что есть сил, к сцене, чтобы получить заветный автограф от певицы, умело маневрируя между ногами тех, кто был значительно больше её, аккуратно державшись за сумочку и перчатку, которая всё время то и хотела, что слететь с её нежной руки.       Выйдя уже на свободу, они отошли в более тихий уголок, где им не мешали стремительно выходящие из территории ящеры, которые делились своими положительными, нейтральными или негативными эмоциями от пения. В то время, как молодые больше радовались проведенному времени, парочка за эти пару минут уже наслышалась бубнежа от тех, кому всё в корень не понравилось. Остановившись под одинокой не срубленной ивой, которая стояла недалеко от дороги, Вэлиант взял её за обе руки и с покрасневшими щеками, дрожащим голосом спросил:       — Ты… ты не хочешь сходить в ресторан?       — Ох, Вэлиант… — также смущенно ответила Стейси, начав вилять хвостом. Лишь её взгляд говорил о согласии, после чего они, продолжая держаться за руки, подошли к ресторану, который стоял как раз возле этой ивы, в честь которой он и был назван.

***

      Зайдя в очень изящное помещение, Вэлиант пожалел, что у него не было костюма подороже, ведь почти все посетители, что здесь были, были одеты в основном в черные пиджаки и платья. Словно здесь собралась вся несуществующая элита этого города. Краем глаза заметив вдали свободный столик, где рядом никого не было, Вэлиант повел свою даму прямо туда. Удобно расположившись в мягких сидениях, оба начали ждать прихода официанта. Пока Стейси вынюхивала запах цветов стоящих у них на столе, сам кавалер кинул взгляд в основной зал, откуда звучала музыка. Как оказалось, там стоял рояль, на котором изящно играл кислотно-зеленый велоцираптор всё в таком же черном пиджаке. Со спины он никого в нем не узнал, но после того, как он закончил игру и развернулся посмотреть на аплодисменты, которые доносились от массы что сидела рядом с ним, Вэлиант вспомнил в нем велоцираптора из музея, который очень сильно хотел увидеть выставку посвященную музыкальным инструментам. Выслушав аплодисменты, он обернулся обратно к роялю и начал играть новую мелодию. К интересу дейнониха, на крышке рояля стоял какой-то портрет, но кто там был, он не мог разглядеть. Только он засмотрелся на то, как велоцираптор изящно играет на довольно большом для него рояле, как эту прекрасную мелодию перебил чих рядом с ним. Он повернулся к Стейси, которая сидела со сложенными руками и смотрела на Вэлианта.       — Это же можно назвать свиданием? — довольно вольным и добрым тоном спросила она, романтично улыбаясь.       — Д-да… — немного панически ответил Вэлиант, не ожидая такого дерзкого шага с её стороны. — Но ты не волнуйся, деньги у меня есть, я заплачу.       — Наше первое свидание, а ты о деньгах… — с улыбкой ответила она, водя пальцем по черному столу из дерева.       — Прости, я хочу, чтобы ты провела это время достойно.       Не успела Стейси ничего ответить, как к ним подошел официант с меню, которое он тихо положил на стол. Вэлиант взял меню и начал бегло его осматривать. Через некоторое время он приподнял голову и посмотрел на Стейси, неловко прошептав ей:       — Будешь вино?       — Ох… давай капельку, — ответила девушка, будучи удивлена таким заказом.       — Тогда прошу подать нам два бокала вина и большое ассорти «Жаренный мясной бум».       Записав всё на бумажку, официант молча кивнул головой, забрал меню и ушел, опять оставив пару наедине.       — Честно признаться, я никогда не пила, — неловко разбила тишину Стейси.       — Я заказал совсем немного, сам хочу попробовать вино. Родители никогда мне его не давали, — со смешком закончил Вэлиант.

***

      Официант покорно принес большой поднос, который был усыпан различными стейками и сосисками на любой вкус. Настоящая сочная, жилистая, аппетитная солянка из мясных блюд. Только поднос коснулся стола, за ним последовало два бокала наполненных темным вином. Расположив всё максимально удобно для посетителей, официант сражу же положил счет, на который Вэлиант незамедлительно положил деньги.       — Я вернусь со сдачей. Приятного вам аппетита.       Только официант скрылся, Вэлиант приподнял бокал, что вслед за ним сделал и Стейси.       — За тебя, — с улыбкой произнес дейноних, смотря прямо в глаза своей избраннице.       — И за тебя, дорогой.       Они оба сделали по мелкому глотку. Вэлиант скривился и сразу же начал заедать кислинку свежей сосиской. А в это время Стейси глупо улыбнулась, закрыла морду рукой, как только могла, стараясь не показывать свое выражение мордочки и появившихся румянцев.       — Что случилось? — с интересом спросил Вэлиант, увидев её странное поведение.       — Такой необычный вкус… А как тебе?       — Нет, ожидал большего, — кивая из стороны в сторону, поделился своим мнение дейноних. — А что?       — Ты не будешь пить?       Поняв к чему всё идет, он передал бокал Стейси, поставив его рядом с её бокалом, после чего продолжил опустошать поднос, а через короткое время к нему присоединилась и Стейси, иногда запивая вином, бесконечно обмениваясь влюбленными и, казалось бы, возбужденными взглядами. И всё это под аромат вкуснейшего блюда, которое стало на ровне с блюдами Элизы.       — Как тебе? — спросил Вэлиант, наблюдая как Стейси доедала сосиску.       — Невероятно, я ничего лучше этого никогда не пробовала. Спасибо тебе, Вэли.       Услышав такое прозвище, он со смущенной улыбкой опустил глаза, наблюдая, как довольна девушка, радовалась такому щедрому банкету, как никогда. Её искренняя радость грела душу Вэлианту как пламя очага в холодную ночь.       — Я… я могу тебя познакомить со своей мамой. Она бы могла помочь тебе и научить великолепно готовить.       — Это так мило с твоей стороны, но она не была бы против?       — Нет-нет, ты что? Она очень добрая и дружелюбная. Она с радостью поможет тебе, а если узнает что ты… что ты моя… — под конец Вэлиант начал заикаться, не имея сил закончить предложение.       — Девушка, — с теплой улыбкой закончила за него сама Стейси, тихо посмеиваясь со смущенного Вэлианта. — Расскажи про своих родителей, ты ведь ничего про них не говорил.       — Папа офицер в полиции, а мама домохозяйка. Семья мы дружная и любящая. Уверен, они бы тебя встретили с распростертыми объятиями как свою родную дочь.       — Если это и правда, то я уже завидую такой семье. А ни братьев, ни сестер у тебя нет?       — Нет, нету, — закусывая стейком, произнес дейноних.       — Ясненько, завтра, кстати, у нас выходной. Завозят новое барахлишко. Поэтому я с радостью приду к тебе, чтобы познакомится с лучшим изготовителем бутербродов в этом городке.       — Ха-хах, спасибо тебе. Ещё и Карст говорил, что у него есть очередное задания для меня на примете.       — Очередное?       — Да так, по пустякам. Ничего особенного.       — Если так, то давай об особенном. — она протянула изначально свой бокал с вином Вэлианту, а его присвоила себе, после чего максимально близко высунулась к Вэлианту и нежной прошептала ему: — Давай, выпьем за нас с тобой.

***

      Беатриса всё это время стояла в длинной очереди за автографом, которая чудом сохраняла свою целостность, чтобы никто никого не вытолкал и не раздавил. И вот, наконец-то настал её черед. Она сделала гордый шаг вперед и предстала прямо пред взором Музы, которая, стараясь держать улыбку, заговорила к ней.       — Вы за автографом леди?       — Да-да, секундочку.       Беатриса раскрыла свою сумочку и достала оттуда рамочку с фотографией, внутри на которой был изображен бледно-пепельный раптор. Она протянула эту рамочку в руки Музы, которая следом сама засмотрелась на фотографию.       — Кто это? — с интересом спросила она, уже готовя ручку.       — Мой муж, — гордо и бесстрашно ответила Беатриса, словно забыв о безопасности.       — Какой… необычный, — после сказанного, Беатриса с подозрением присмотрелась к певице, которая поставила подпись на фото, после чего протянула рамку обратно. — Всего счастливого в вашей супружеской жизни.       Спрятав фотографию обратно в сумку, Беатриса развернулась и побежала прочь, к своему муженьку с радостной улыбкой и чувством выполненного долга.

***

      Влюбленная парочка вышла из ресторана, откуда ещё доносилась игра на рояле, которая успешно перебивала шум, идущий с улицы. Благо, вся массовка уже почти рассосалась, остались лишь те, кто хочет получить автограф, и те, кто ждет своих товарищей и подруг с длинной очереди       — Миледи позволит проводить её до дома? — спросил Вэлиант, смело держа девушку за талию.       — Конечно, мой рыцарь, — ответила Стэйси со смущенной улыбкой на лице.       Только выйдя к дороге, где недалеко от них стоял черный лимузин, прозвучал монотонный и продолжительный свист, на который пара сразу же обратила внимание. К ним подошло двое дейнонихов и орнитомим, которые окружили их с трех сторон. Самый старший дейноних встал перед Вэлиантом, продолжая держать руки за спиной. Сам он немного напоминал своего оппонента, но был выше ростом, а морда была тоньше и длиннее.       — Вэлиант, да? — скрипя зубами спросил он.       — Да, что такое? — испуганно был задан ответный вопрос, после чего Вэлиант прижался к Стейси.       — Мы тут прознали, что ты в том закрытом корпусе промышляешь. Ухаживаешь за уродами там, мутантами.       — И что? Что тут такого?       — Та ничего, просто мы тут подумали, что им будет приятнее на душе, если за ними будет присматривать тот, у которого морда будет такой же перекошенной.       Закончив говорить, он резко дернул головой, дав знак своим двум товарищам, которые мгновенно схватили Стейси в вырвали её из схватки Вэлианта, уводя её в сторону.       — Ай! Что вы делаете подонки! — грозно, как только она могла это себе позволить, кричала Стейси, яростно брыкаясь и махая хвостом.       Вэлиант не успел повернуться, чтобы ухватить её обратно, как старший резко достал руку со спины, в которой находилась длинная металлическая палица. Он мгновенно замахнулся ею и изо всей силы ударил по голове Вэлианту. Весь удар ушел на бровь, чудом не задев сам глаз. Дейноних пригнулся и схватился за свою рану, откуда в малых количествах сочилась кровь. Стейси перепугалась и от увиденного резко остановилась сопротивляться, начав с раскрытым ртом и глазами, в которых появился ужас, наблюдать за избиением своего парня, не имея возможности что-то сделать. Вэлиант сжал руку в кулак и сделал неуклюжий замах, который старший легко перехватил свободной рукой, уже занеся палицу для второго удара. Он так увлекся своим делом, что даже не услышал звук открывающейся дверцы.       — Дейм, Дейм, лучше развернись. — начал щебетать орнитомим, который отпустил Стейси и начал медленно отступать.       — Ты куда, трус! Держи эту стерву! — брызгая слюной кричал старший.       Орнитомим не послушал его и бросился прочь. Одна рука Стейси освободилась, которой она незамедлительно воспользовалась, нанеся резкий удар своими изящными когтями по руке дейнониха, который продолжал её держать. Тот болезненно аукнул и отпустил её, также начав сдавать назад. В этот момент старший нанес уже не такой сильный удар по шее Вэлианта и, готовясь нанести самый мощный удар, он приподнял руку, которую кто-то сжал в такую мощную хватку, что дейноних мгновенно отпустил палицу, которая упала на землю. Он перевел напуганный взгляд себе за спину и увидел там грозного Карстена, который с яростью в глазах смотрел на обидчика своего подчиненного.       — Я не позволю тебе избивать всех, кто тебе не по нраву, урод.       Сказав это, Карстен резко увел руку вниз, с хрустом заломив руку обидчика. Старший взвыл от боли и завалился на землю. На его нежный живот вступила нога Карстена, который не обдумывая прижал большой коготь прямо к нежному тельцу. Потекла теплая кровь, а атакующий лишь начал плакать и неразборчиво вымаливая о пощаде. Карстен плюнул ему на лицо и резко увел когтем вниз, оставив длинный, но не серьезный порез. Он сделал несколько шагов назад и пригнулся прямо к голове обидчика, который смог разглядеть пепельного дракона во всей его зловещей красе. Вздутый парус говорил о не самых дружелюбных намерениях Карстена, но он лишь прошептал.       — Беги, смотри только, чтобы кишки не вывалились, хоть я особо и не старался. И только подумай руку поднять на кого после этого часа.       Старший, схватившись за живот, ползком попятился назад, после чего побежал вдаль, куда подальше от ужасного монстра. Сам Карстен прошелся взглядом и заметил, как на него смотрели напуганные и удивленные гражданские. Плюнув на них в глубине своей души, он подбежал к Вэлианту, который сидел на бордюре в объятиях Стейси, которая осматривала его ушибы. Только громадина подошел к ним, Стейси лишь напугано посмотрела на него, но храбро ответила, сильнее прижавшись к своему возлюбленному.       — Чего вам нужно.       — Успокойся Стейси… Спасибо вам, господин… — уже более спокойно ответил Вэлиант.       Карстен подсел рядом с Вэлиантом и убрал руку Стейси с его головы, начав осматривать повреждения, попутно кинув взгляд на окровавленные когти девушки.       — Царапины, на шее вмятина, которая к завтрашнему дню болеть перестанет, с бровью серьезнее, чуть не рассекли, но до свадьбы заживет, так что жить будешь. Даже твоя девушка больше неприятностей нанесла своему обидчику.       — Кто вы? — более расслабленно спросила она, смотря, как бледный раптор прилаживает такой же белый платок к брови дейнониха.       — Карстен…       — Не ждал я вас увидеть здесь, сэр.       — Я тоже не ожидал, что выйду из машины, но… я могу тебя отвезти к нам. Доктор тебя осмотрит, на всякий случай. Ты то не я, такой ушиб бы за денёк на мне затянулся.       — Спасибо за гостеприимство, но нет, я, наверное, домой на своих двоих…       — Господин Карстен, простите, что перебиваю вас обоих, но не могли бы вы отвезти нас двоих к моей квартире? — неожиданно для обоих заговорила Стейси.       — Стейси… — прошептал ей дейноних, влюбленно смотря на неё.       — Хорошо, только скажешь, где ты живешь. Вэлиант, поднимайся.       Все поднялись и отправились к лимузину под взгляд более спокойных гражданских. Уже дойдя до самого лимузина, к троице подбежал пахицефалозавр держа в руке тканную сумку с красным крестом на ней.       — Простите, молодому дейнониху не нужна помощь? У меня есть бинты и йод, чтобы продезинфицировать ранение, — взволновано спросил пахи.       — Нет, спасибо, нет нужды, всё не так плохо, — ответил Вэлиант, уже забираясь в среднюю секцию лимузина, начав ожидать рядом с собой Стейси, которая последовала прямо за ним, с восторгом осматривая красную и мягкую обшивку.       — Господин раптор, спасибо, что помогли ему. Никто бы даже когтя не поднял, чтобы защитить прохожего, — искренне заговорил пахицефалозавр, смотря на Карстена, который был сильно удивлен.       — Да… благодарю вас, — неловко ответил хищник, быстро прячась в недрах лимузина.       Только пахи отошел от лимузина, прямо за его спиной прошмыгнула Беатриса, которая с разгону запрыгнула внутрь машины. Когда последняя дверца закрылась, двигатель лимузина нежно заурчал, ожидая своего часа, чтобы начать движение.       — Что случилось дорогой? — удивленно спросила Беатриса, посматривая на Вэлианта и незваную гостью в центральной секции.       — Тихо, мы довезем эту пару к их дому и поедем назад, хорошо?       — Ладно… — подавленно ответила велоцирапторша, сев рядом со своим мужем, держа себя в руках, чтобы прямо сейчас не раскрыть сюрприз.       Карстен повысил голос и заговорил к влюбленной парочке:       — Так можно название улицы?       — Да, третий подъезд многоэтажки на Улице Основателя.       — Хорошо, думаю, скоро приедем. Так что вы можете расслабиться, теперь вам ничего не грозит.       — Ещё раз благодарю вас, не знаю, как мне вам отблагодарить.       — Не утруждайся, давно хотелось размять кулаки на этих подонках. И да, чуть не забыл, раз уж так вышло, то завтра оставайся дома. Моя просьба переносится на день, ибо у нас свои важные дела.       Вэлиант облегченно вздохнул и положил голову на плечо Стейси, которая нежно поглаживала его голову, стараясь не задевать ушиб на своем возлюбленном.