Душа на двоих

Каждый из скелетов напрягся, напряжение свинцовым облаком повисло в воздухе. Каждый из них готов был сорваться с места и разорвать противника за ценный, такой желанный нектар богов — кетчуп! — И чего же ты ждешь, косточка? – с иронией проговорил острозубый, обнажив золотой, поблескивающий от света напольных ламп, зуб. — Так хочется, чтобы я тебе все КОСТИ переломал, зубастик? – глазница Классика сверкала лазурным, словно разгорающийся в камине огонечек. — От твоих речей меня пробрала дрожь до самых КОСТЕЙ, — Рэд глухо захохотал, запрокинув голову назад. Вся его костяная мордашка была перемазана в остром кетчупе. Санс, прекрасно понимая, что его противник гораздо сильнее его, и, уже испытав мощь его силы, в любой другой ситуации попытался бы избежать драки, но на кон был поставлен кетчуп. «Санс, ты обязан победить! И если не силой, то хитростью!» Скелет осторожно сделал шаг в сторону, не погашая своей ярко пылающей глазницы. Рэд с нескрываемым интересом наблюдал за ним, предвкушая дальнейшие действия скелета. Тот же медлил, словно поджидая момент. Наконец, в воздухе повеяло магией, и бледно-голубые сгустки образовали с десяток костей, плавно покачивающихся в пространстве комнаты. — Как скучно. Или ты решил с разминки? – Рэд показушно зевнул. — Я думал, ты будешь поинтереснее. Классик же направил кости в сторону Фелл Санса, и пока тот уворачивался, направил Гастер Бластер ему в спину. — Эй, а вот нападение со спины – это плохо! – Рэд едва успел отскочить в сторону, как луч прошел мимо, чуть не задев скелета. — Пожалуй, моя очередь. Тело Санса, окутанное алой, по цвету отдаленно напоминающее кровь, магией, поднялось в воздух и со всех сил врезалось в стену, оставив огромные трещины. С трудом выбравшись из-под обломков разделяющей гостиную и соседнюю комнату стены, в которой теперь была огромная дырень, скелет, откашливаясь кровью, вызвал еще с десяток Бластеров, окружив Рэда и по кругу пустивших мощный заряд. — Это уже веселее! Рэд довольно уворачивался то от одной, то от другой атаки. Было видно, что ему нравилось так забавляться со скелетом, Санс был для него не более чем игрушка. Куколка, которая была по силе почти равна ему, и с которой можно неплохо повеселиться. Остальные жители подземелья не могли доставить ему такого удовольствия, слишком уж были слабы. Даже Чара. — Уже сдаешься, костяшка? – увлекшись и расслабившись, так легко уклоняясь от легких атак Классика, Фелл Санс подобрался слишком близко к разбитому, едва стоящему на ногах скелету, на куртке которого выступало огромное кровавое пятно от открывшихся ран, а душа слабо поблескивала, потеряв уже такую первоначальную яркость, какая была прежде. Санс лишь усмехнулся. Рэд сделал большую ошибку, попав в ловушку. Его тело прижало к полу, острые кости пронзили скелета насквозь, к счастью, подпортив только куртку: Рэд вовремя успел дернуться и перехватить контроль над телом и взмыть выше, обойдясь только синяками от костей. Но, не успел Фэлл Санс среагировать, как его вынесло за пределы дома одним из лучей Бластера, пробив монстром стену насквозь. Но и там Рэда ждал сюрприз в лице стены Гастеров Бластеров и костей, что так и норовили пронзить скелета, чье тело вновь безжалостно швырял в стороны Классик. Санс улыбнулся. Было тяжело готовить это все и сражаться одновременно. Но он смог, смог! Он доказал, что ничуть не слабее этой выскочки. На секунду Рэд пропал из поля зрения Санса, оборвав всю магию последнего. Это не могло не напугать Классика. Внезапно по спине прошелся холодок, почувствовалась сильная магия. Санс в ужасе обернулся, замешкавшись всего на маленькую секунду, но этого хватило, чтобы Рэд, телепортировавшись за спину скелета, с безумной улыбкой и ярким пламенем азарта в глазах замахнулся острой костью и ударил тупым ее концом прямо в висок Санса. Удар оказался слишком сильным даже для такого монстра, как Классик. Перед глазницами все поплыло, в голове, а еще более в груди, все резко заломило. Дыхание перехватило, ноги подкосились, роняя на усеянный осколками костей и Бластеров пол тело скелета. «Неужели, это все?.. Конец?..» Перед глазницами возникла довольная мордочка Папайруса; доброе козлиное личико Ториэль, которая искренне смеялась над шутками Санса; ярко разгорающийся закат на горизонте там, за барьером; Чара, смотрящие на него теперь не с ненавистью, а, почему-то жалеющим взглядом. Из пустых глазниц скелета полились смешанные с кровью слезы. Он уже не слышал ликующего Рэда, разоряющего нещадно его запасы кетчупа. Классик не хотел умирать. Но его душа, маленькое сердечко, блекло светившееся, трескалось, а с проломленной, потрескавшейся в одном месте черепушки вытекала кровь, образовав под скелетом красную лужицу. — Прости, Папс, я не смог защитить ни тебя, ни других… Зрачки скелета все тускнели и тускнели, огонек в них угасал, пока не потух совсем. Неужели, это и в самом деле конец?