Душа на двоих

Рэд довольно смеялся, радуясь своей победе. Он одолел Санса, втоптал в грязь этого скелета. И теперь весь кетчуп его! Только его! Фелл Санс со злорадством разворовывал все запасы кетчупа, с безумством обливаясь, пачкая свой свитер в красном тягучем соусе. Он даже не сразу заметил, что его противник медленно умирает. Ему было все равно, он наслаждался лишь сладким вкусом торжества. — Что, косточка? Получил по заслугам? Соснул, да? И кто кому еще косточки пересчитал? – Рэд обернулся и только сейчас заметил, как его противник, смертельно раненый, истекал кровью. — Эй, Классик? Санс? Санс! Уже сдулся, приятель? — Рэд приподнял скелета. — Ох ты ж! Кажись, я перестарался. Бля! Не, ты что, умираешь? Стой! Минутку! Подожди, пока не помирай! Блять, что же делать-то? Фелл Санс лихорадочно оглянулся и, найдя глазницами диван, перенес на него Классика. Сняв со скелета куртку, Рэд разорвал его майку. Душа Санса была в отвратительном состоянии. Маленькая такая, она постепенно гасла, трескалась, крошилась, с каждой секундой грозящая разрушиться. Рэд вздохнул. Он не хотел этого. Он правда не хотел убивать этого глупого забавного скелета, выглядевшего точно так же, как и сам Фелл. Это был лишь всего азарт от битвы, развлечение, игра. Он не хотел, чтобы Санс умирал. — Мелкий, подожди! Тихо! Потом умрешь! Щас, щас! Не думал, что такое сделаю, но… Ты же первый Санс, мать его! Такой, блин, важный, первый, оригинальный, дери тебя! – ругаясь, Рэд рисовал красные круги вокруг себя и скелета. Словно налитые кровью глаза Фелл Санса светились ярко-ярко, его душа воспарила вверх, разгораясь. Своими костлявыми пальцами он осторожно прикоснулся к тусклой душе Санса, так бережно и нежно, боясь грубым движением все порушить. Другой рукой Рэд провел по своей душе, погладив ее. По телу прошла неприятная дрожь. Словно зачерпнув что-то из своей души, скелет протянул руку с сияющим алым комочком и осторожно полил своей энергией сердечко Санса, тем самым укрепляя ее, не давая разрушиться до конца. Половина дела сделано. Осталось заделать трещину и заполнить место, откуда откололся довольно крупный осколок. Вздохнув, Фелл Санс вновь провел пальцем по своей душе. Мягкая, почти воздушная, но одновременно и твердая душа прогнулась под пальцами, которые проскользили до ее самого низа. Рэд крепко схватился за кончик и резко и неожиданно дернул его, потянув в бок. Резкая неприятная боль уколола душу, расходясь по всему телу противными волнами. Фелл поежился. Больно, но не смертельно. От этого он не умрет. Но вот Санс… Рэд сглотнул и выпил кетчупа для храбрости. Кончик своей души он приставил к поблекший душе Классика, проведя по ее нежной, почти бархатной поверхности. Слабый толчок, еще и еще. Кусочек души Рэда постепенно продавливал душу Санса, проникая все глубже и глубже толчок за толчком внутрь. Кусочек таял в душе, растворяясь в ней, словно сахар рафинад в чае, оставляя на поверхности души алые разводы. Слабый стон Санса сообщил, что скелет жив, и его душа успешно приняла частичку души Рэда. Голубая душа слабо стукнула в один такт с красной душой, так неуверенно и робко. Тук-тук-тук… Душа засветилась, запульсировала, заняла свое обычное место в грудной клетке, блистая здоровым голубым с синевой цветом. Только кусочек один, в самом низу, был теперь красный. Рэд устало вздохнул. Глаза его потухли, круги на полу тоже. Все, работа была выполнена. Тело налилось свинцовой тяжестью, ноги стали подкашиваться. Скелет сел рядом с диваном, на котором в бессознательном состоянии лежал Классик. Все, что сейчас делал Рэд, было старинным запрещенным заклинанием. Заклинанием из человеческого мира, которое он когда-то давно нашел в старой книге и, вычитав, выучил. Он даже не помнит, когда и где это было. Наверное, еще в детстве, когда ни он, ни его брат не были такими жестокими и бессердечными. — Хэх, ну и чего я с тобой так возился, а, скажи, костяшка? – Фелл усмехнулся, окинув взглядом Санса. Какая- то тяжелая гора свалилась с костлявых плеч Рэда, позволив ему облегченно выдохнуть.