Запах мяты.

      Ичиго быстро метался по своей комнате, пытаясь найти все, что ему понадобится для сегодняшних лекций в университете. Куросаки опаздывал, что было нежелательным хотя бы потому, что первую их пару будет вести новый учитель. Ичиго не хотелось бы в первый же день предстать перед ним в дурном свете. Блага, университет был недалеко от дома. Собравшись, парень быстро вышел из комнаты и спустился на кухню. Нормально позавтракать он явно не успевает, поэтому повторил любимый жест чуть ли не каждого аниме: запихал ломтик тоста в рот, забрал обед и побежал на улицу. Студент находился в хорошем расположении духа и был уверен, что сегодня никто и ничто не сможет испортить ему настроение. Даже мысли о появившемся соулмейте лишь изредка царапали душу. Ичиго был уверен, что больше с ним не встретиться, потому что началась рабочая неделя, а значит и пересекаться они будут реже или вовсе не встретятся. В выходные он уезжает со своей семьей в гости к родственникам со стороны матери, так что Ичиго был счастлив как никогда. Родственники, конечно, не жаловали выбор Масаки, но все-таки смерились. Теплых отношений между ними не было, но и войны тоже. Этого вполне хватало.       Добежав до университета, Ичиго сразу заметил Урю, который терпеливо ждал его на ступенях. Куросаки тепло улыбнулся. Как бы Исида не ворчал, он всегда ждал его на занятия и после, если не торопится куда-то. — Опаздываешь, Куросаки. Если мне влетит за тебя, то я тебя ударю, — поправляя очки, поприветствовал друга Урю, но в его голосе не было недовольства. — Я тоже рад тебя видеть, — открывая дверь и пропуская внутрь друга, ответил Ичиго.

***

      Друзей у Ичиго было немного, но они были настоящими. Орихиме Иноуэ и Ясутора Садо, а для Ичиго просто Чад, были одноклассниками в школе на протяжении всей учебы. Исида Урю учился в параллели. Каким образом он смог сдружиться с людьми, противоположными ему, никто не знает, да и не задумывается над этим. Позже пути разошлись. Ичиго и Урю поступили в один медицинский университет, Орихиме в педагогический, а Чад — пожарно-спасательную академию. Однако они продолжают созваниваться, приходить в гости друг к другу и встречаться в своем излюбленном месте. Небольшой парк находится неподалеку от их школы, привлекая своим ухоженным видом. Рядом как раз находится уютная кафешка, в которой очень вкусно кормят. Клиентов не много из-за того, что внешний вид никак не привлекает к себе. Друзья и сами бы прошли мимо, если бы Орихиме не проголодалась, а до магазинов долго идти. Решили рискнуть и не пожалели. Внешний облик был не особо хорош, зато внутреннее убранство приковывало взгляды, заставляя изучать каждую деталь. Как-то Орихиме спросила, как так получилось, на что владелец, он же бармен, ответил, что хочет научить людей не зацикливаться на внешности, ведь за этой оболочкой может жить настоящее чудо. Кафе, к слову, так и называется — «Чудо». Ичиго полностью доверяет своим друзьям, но даже им он не рассказывает про свои неудачи со своими парами. Не хочет втягивать в свои проблемы, ведь они будут волноваться. Для всех Куросаки просто не встретил своего соулмейта. Просто и понятно, но так тяжело. Казалось бы, что сложно хранить такое в тайне, но ему удавалось. В школе еще ходили слухи про смерти людей, что являлись парой для одного человека. Кто-то предположил, что этот человек именно Ичиго, но мало кто поверил. Особо любопытные начали свое собственное расследование, чтобы узнать правду, но ничего у них не вышло. На что, собственно, надеялись дети? Слухи не утихали, а после Ичиго уже выпустился и стало как-то все-равно. В университете дела обстояли проще. Всем было плевать, что там с кем произошло, потому что у каждого свои проблемы. Лишь те, кому не о чем было волноваться, еще могли «перемолоть косточки», но Ичиго их никак не привлекал в этом плане. Его уважали и боялись одновременно, поэтому старались не лезть в личную жизнь парня хулиганской наружности. Ичиго рад этому, потому что не пристало будущему врачу ломать челюсти парням, тем самым запугивая девушек.

***

      Ичиго понял, что ему на роду написано быть неудачником. Или убийцей, что более вероятно. Иначе не назовешь все то, что с ним произошло, да и продолжает происходить. Новым преподавателем химии и биологии оказался Урахара, чтоб его, Киске. Как в дешевом романе, не иначе. Ичиго еле поборол желание сбежать с лекции, стоило блондину войти в кабинет. Первые минуты он сидел как на иголках, вздрагивая каждый раз, когда серые глаза смотрели в его сторону, но позже расслабился, потому что Киске не предпринимал ничего, чтобы как-то задеть. Да, Ичиго предполагал, что Урахара сразу же вызовет к доске Ичиго, тем самым поставив их обоих в неловкую ситуацию, но он вызвал другого человека. Того, кто еле-еле тянет химию. Ичиго усвоил урок, что нельзя судить человека лишь по внешнему виду. Киске не стал ругаться, когда парень предсказуемо не решил задачу. Прошлый преподаватель измывался над отстающими, как мог. Даже Ичиго влетало иной раз, поэтому все с радостными возгласами слушали новость об уходе на пенсию старого «Вурдалака», как его прозвали за глаза, и с замиранием сердца ждали, когда придет новый учитель. Лекция прошла на удивление быстро, когда как прошлые разы она тянулась непозволительно медленно. Киске так же не стал оставлять Куросаки после пары. За что ему большое спасибо. После окончания всех пар Урахара так же не ожидал парня, чтобы пройтись вместе. Ичиго вздохнул с облегчением, но на стороже остался. Так продолжалось несколько дней. Парень уже полностью расслабился, полагая, что Киске испугался и плюнул на него, но он ошибся. Стоило ему потерять бдительность, как новый преподаватель появился на горизонте вне университета. Он стал по-немногу прогуливаться с Ичиго, давать какие-то темы для разговора и просто быть рядом. Давал привыкнуть. Сначала Куросаки ничего не понял — все было неожиданным. Когда мысли вновь начали крутиться в правильном направлении, было уже поздно. Потому что подпустил. Потому что вдохнул чертов запах мяты. Потому что привязался. Но Ичиго был не так прост. Он, хоть и с трудом, но умудрялся противиться связи. Киске готов аплодировать ему стоя за такую сильную волю. Так Куросаки с нетерпением ждал выходных, чтобы поскорее уехать к родне. Подальше от упрямого Урахары Киске, который не понимает во что ввязался. Сам же мужчина тоже ожидал этих выходных. Не потому, что ему надоело находиться рядом со своим соулмейтом. Ему просто хотелось начать свое расследование. Рядом с Ичиго это сложно. Много соблазном отвлечься, да и не хотелось, чтобы парень прознал об этом. Зачем лишний раз волновать его?       Выходные настали быстро и неожиданно. Для Ичиго. В последнее время дни для него вообще проходят подозрительно быстро. Но сейчас он был безумно рад, чтобы задумываться над таким пустяком. Он рьяно собирал вещи в рюкзак, насвистывая какую-то песенку, не зная, что в это время Киске давно находится в отделении полиция, штурмуя информацию о смертях Ацуши, Харуко и Энтони, которых связывает лишь один человек.

***

— Это все, что есть? — спросил Киске, смотря на тонкую папку документов, которую ему принесла Йоруичи Шихоин.       Йоруичи немного старше Киске. Они дружили со школы, пронеся это чувство до наших дней. Она красивая мулатка, что привлекает мужчин своей идеальной фигурой, длинными черными волосами, что на свете казались темно-фиолетовыми, янтарными глазами и хищной улыбкой. Шихоин часто называют черной кошкой, потому что ни с кем она не пробыла долго. Словно опасная примета она переходила дорогу, принося с собой недолгую эйфорию, а потом беззвучно исчезала, оставляя после себя лишь разбитые сердца. Только к Киске она возвращалась раз за разом, с удовольствием выпивая саке в его холодильнике. Мужчина не против. Привык. Соулмейт у нее был. Довольно ревнивая особа по имени Сой-Фон. Киске она невзлюбила сразу, как Йоруичи их познакомила. С чего это не знает ни Урахара, ни сама Шихоин. — Все. Об этом деле подозрительно мало информации. Даже с моим доступом ко всем секретным документам не удалось разузнать больше. Лично мне кажется, что кто-то стоит за всем этим, — серьезно заметила брюнетка, сложив руки на груди. — Ты права. Ладно, будем отталкиваться от того, что есть.       Киске открыл папку, сразу же попадая на фотографию Ацуши. На него смотрели голубые глаза, сияя каким-то внутренним сильным огнем. Мальчишка был симпатичным, но бледность лица и заметные мешки под глазами отталкивали. Черные волосы прилежно лежали, создавая образ пай-мальчика. Впрочем, по описанию так и оказалось. — Хм. Ацуши Сато. 1989-го года рождения. Сирота. Родители погибли в автокатастрофе, когда мальчишке исполнился год. Воспитывался в детском доме, пока не встретился с Ичиго. После, в 2005 году, его забрала семья Куросаки, став опекуном. Страдал от сердечной недостаточности. Погиб через три месяца со встречи с Ичиго. — Ну, всякое бывает. Как служители закона закрыли дело? — Остановились на том, что он перепутал таблетки. — Что? Как он мог их перепутать? У него был и яд или какие-то другие опасные для него препараты в такой же упаковке? — Не знаю, но Мисаки говорила, что свои таблетки он держал в своей комнате, поэтому с их лекарствами для больных он не мог перепутать. При обыске больше никаких препаратов не было найдено. — Значит, выпил он их где-то вне дома. Что с его взаимоотношениями с одноклассниками? — Ничего не обычного. Он был тихим и неконфликтным. Прилежно учился, с хулиганами замечен не был. Над ним не издевались, потому что с ним ходил Ичиго, да и никто желанием не горел иметь с ним дело: болел. Опасно издеваться над такими, ведь в случае чего, все может обернуться плачевно. — Это верно. Что с отпечатками на таблетках? — Глухо. Только следы мальчишки. Либо он сам выпил яд, что сомнительно, либо кто-то подменил лекарства, дождался, когда Ацуши выпил их по расписанию, а потом вернул настоящее лекарство. — Это похоже на бред. Слишком трудоемко. — Да, но вполне возможно. — Ты представляешь, как этот неизвестный должен ненавидеть Ацуши, чтобы продумать план и исполнить его в лучшем виде, что у многих даже сомнений не возникло по поводу случайности произошедшего? Тут нужно было учесть все! — Не представляю. Я бы усомнился, если бы после не было еще двух трупов, которых объединяет лишь Ичиго. — Что показало вскрытие? — Только то, что он отравился. Никаких следов насилия, алкоголя или наркотиков. — Давай дальше, — вздохнула Шихоин.       Киске перелистнул страницы, чтобы познакомиться со следующей жертвой — Харуко Ёсидо. Девушка с детскими чертами лица широко улыбалась, смотря с фотографии в левом углу листа. В медово-карих глазах плясали черти, а темные короткие волосы находились в беспорядке, показывая неспокойный характер своей хозяйки. Еле заметный румянец на щеках, улыбка и свет глаз делали ее живой, несмотря на то, что уже давно лежит в земле ее бедное тело. — Харуко Ёсидо. 1986-го года рождения. У нее тут целый список родственников. С нас двоих столько не наберется, — сказал Киске, поднимая глаза на Йоруичи. — Болезней никаких не наблюдалось, конфликтов тоже не было. Училась на втором курсе университета на факультете художественных искусств. Погибла через пять месяцев после встречи с Ичиго. — Видимо, с ней пришлось поломать голову, — усмехнулась женщина. — Причина смерти? — Пробило голову глыбой льда с крыши. Умерла на месте.       Киске показал фотографию льда, сделанной на месте преступления. Было видно, что Урахара не считал это случайностью. Чтобы отстоять эту точку зрения, он уже сейчас мог привести несколько аргументов. — Давай, порази меня своей дедукцией, — закатила глаза Шухоин. — Во-первых, в тот день крепчал мороз и до этого не было такого тепла, при котором лед мог соскользнуть с крыши. А во-вторых, посмотри на эту грань, — приблизил фотографию к лицу женщины Киске. — И что с ней? — Здесь отчетливо видно, что глыбу спилили. Она не сама свалилась. Ее кто-то сбросил. — Теперь вижу. Да, с этим сложно поспорить. Я сомневаюсь, что в полиции работают идиоты. Они не могли пропустить это… — Именно! — прервал ее Киске. — Это значит, что неизвестный имеет какое-то влияние на ход расследования. Как ни печально, но это усложняет наше дело. — Да уж… Ну, давай перейдем к третьей жертве.       Киске молча перелистнул страницу. Теперь на него смотрел мальчишка четырнадцати лет. Очки в черной оправе подчеркивали темные, почти черные, глаза, светлые волосы обрамляли круглое лицо, а ямочки на щеках, что появлялись лишь при улыбке, заставляя умиляться. Мальчишка смущенно улыбался, смотря с фотографии. Он хотел жить, но судьба распорядилась иначе. После были еще две фотографии — Сорано и Райли Буш. Родители Энтони. Следователь точно не знает, на кого именно было покушение, поэтому взял за основу всех, стараясь узнать о каждом. Киске же интересовал только мальчишка. — Энтони Буш. 1994-го года рождения. Из родственников были только родители. Мать родом из Японии, но по некоторым причинам уехала в Англию, где познакомилась с будущим мужем. После рождения сына вернулась на родину, а позже прибыл и супруг. Семья была небедная. У них дом и здесь, в Японии, и в Англии. Сюда приезжали лишь на каникулы Энтони. Погибли все трое в автокатастрофе после двух месяцев знакомства с Ичиго. — Не повезло мальчишке. Только жить начал. — Да уж… Даже не знаю, от чего тут отталкиваться. Нажить здесь врагов они бы вряд ли успели, ведь приезжают раза четыре в год. В этом случае надо искать недоброжелателей в Англии, но приезжать сюда, чтобы убить… Это как-то… странно? — Ну, не знаю. Мне кажется, что вполне хороший шанс. Это запутает следы. Можно нанять киллера из местных, и никто даже не вспомнит о тебе. — Так или иначе, тут явное убийство. — Это почему же? — В протоколе сказано, что были перерезаны тормоза. Уж не знаю, почему здесь решили не прятаться… — Но дело не сдвинулось с мертвой точки. — Да, оно так и зависло, переходя в глухари. Думаю, без нажима тут не обошлось. — Что ж… Мы только что убедились, что имеем дело с убийствами. Вопрос лишь в том, зачем и один ли это человек? — Я думаю, что все-таки один. Странно, что все крутится вокруг Ичиго. — Получается, что мы имеем дело с каким-то психом, помешанном на твоем рыжеволосом парнишке. Надо будет просмотреть все его окружение, — тяжело вздохнула женщина. — Я этим займусь. Спасибо за помощь, — улыбнулся Киске, закрывая папку. — Не за что, но с тебя выпивка. — Договорились~       Оказавшись на улице, друзья разошлись по своим делам. Каждый размышлял о своем: Йоруичи думала, что дома ее ждет Сой-Фон и вкусный ужин, а мысли Киске крутились вокруг его персонального солнце, которое пока отказывается греть, боясь сжечь. Урахара решил во что бы то ни стало найти убийцу и развеять страхи Ичиго. Достать сведения об окружении не ставит труда, да и вряд ли у него много друзей. Надо действовать быстро и осторожно, ведь убийца может прийти и за ним. Мужчина почти жалеет о будущих бессонных ночах. Но оно того стоит.       Опустились сумерки. Уже перед самым сном Киске написал сообщение лишь с одной фразой: «Доброй ночи, моя удача». Он не знает, что по ту сторону покалеченный душой парень сильно сжимает кулаки и прикусывает до крови губу. Ответ так и не пришел.

***

      В это время неизвестный сидел во главе стола и презренно кривил губя, смотря на фотографию светловолосого мужчины с острым взглядом серых глаз, которые смотрели прямо в объектив камеры, словно догадываясь, что кто-то его фотографирует. — Его надо срочно убрать. Он слишком опасен, — властно проговорил мужчина, чей голос отразился от каменных серых стен, создавая эхо. — Как скажешь, — ответил ему мужской голос рядом. Послышались удаляющиеся шаги. — Урахара Киске. Мне жаль, тебе просто не повезло стать соулмейтом ни того человека.       Мужчина поднес фотографию к свече, стоящей напротив него, и стал наблюдать, как пламя поедало все, до чего могло дотянуться. Громкий безумный смех разнесся по помещению, заставляя черных воронов за открытом окном взмыть в небо, печально прерывая ночную тишину.