Spanish holidays

      Она фактически назвала меня шлюхой? С какой стати? Я очень зла. Если я бы тогда не ушла, я бы просто начала орать на неё. Почему все так сложно! Я падаю лицом на подушку и стону. Сегодня я осталась дома одна. Притворилась больной. Не хочу никого видеть.       Когда мы встретимся, то она наверняка: 1. Будет просить прощения или 2. Мы вообще не будем говорить друг с другом. Предпочтительно второе, но одновременно и нет. Я не вижу причин почему она так сказала, потому что «спать» с ним я точно не буду и в ближайшие два года тоже. Мы просто прикалывались. Ну да, был довольно близкий и немного интимный момент, но не больше. Он симпатичный, даже очень. А такие парни знают, что они хорошенькие, поэтому просто играют с девчонками. Они знают, что их милым ухмылочкам и глазам цвета океана никто не откажет. Это ясное дело. Я ведь не дура, все понимаю. Но я также не собираюсь «начинать с ним отношения» или трахаться. Я уеду через месяц. Но почему нельзя просто провести с ним время. Причем хорошо.       Я лежу и смотрю в потолок. Все! Завтра поеду на пляж. Не буду же я ущемлять себя на отдыхе из-за какой-то девчонки! Но её я правда не понимаю. В чем её резон так говорить? Она сказала, что ей не нравится Реас, но она настойчиво продолжает делать и говорить то, что делает и говорит. А это указывает на совершенно обратное, то есть на то, что ревнует. Если же она хотела по-доброму предупредить, то могла это сделать в более дружелюбной форме, а не кидаться такими грубыми оскорблениями. Может поговорить с Кортесом? Может они встречались раньше, и она просто мстит ему? Или до сих пор любит. Вариантов очень много. Слишком. Но одно я знаю точно. Я буду тусоваться с ребятами, но не буду общаться с ней. Она не может в одну секунду вести себя, как самая милая девочка на свете, а потом просто быть такой сучкой. За такими перепадами я точно не угонюсь.       Вечером я, брат и сестра испекли кексики. Я хоть как-то отвлеклась. Мы много смеялись. Почти вся кухня была в муке и сахарной пудре, и все это было из-за брата. Готовить он не умеет, а вот отвлекать и пачкать все вокруг — это просто святое. Мы попили чай. Все разошлись по комнатам, отдыхать. Остались я и сестра. Сегодня была ее очередь убирать со стола, но я ей решила помочь. –У тебя появились друзья? — спрашивает она, подавая мне поднос. –Да, вроде того. — Я беру его в руки. –Это круто! — Лиса мимолетно улыбается. — Ну я имею ввиду, что у тебя есть практика в английском. А еще они все вроде очень милые. — Она ставит посуду на поднос. –Да, мама тоже так говорит. — Я молчу. Но все-таки добавляю. — И да, они милые. — Я выдавливаю улыбку. Она улыбается в ответ и заговорщически на меня смотрит. Я не понимаю, что она от меня хочет. –Что за взгляд? Что ты хочешь спросить? — Хмурюсь. –Кое-кто определённо милее, да? — Я молчу, не понимая, и она добавляет. — Я видела вас в воде. — сдерживая улыбку говорит она. Чёрт, я надеялась, что никто не видел. Мы были довольно далеко от того места, где они лежали. –Глазастая, — закатываю глаза и иду на кухню, — но между нами ничего нет. Просто был такой момент. Это случайно. — кричу я, чтобы она меня услышала из кухни. Беру тряпку и возвращаюсь на веранду. Она выглядит жутко довольной и улыбка у нее, как у Чеширского кота. –Случайно, значит. — ухмыляясь говорит она, указывая головой на дорогу. — Оно и видно. Я следую её взгляду и вижу Андреаса, идущего по дороге и аккуратно заглядывающего во двор каждого дома. У меня глаза шесть на девять. Что он тут делает? –Иди, я уберусь сама. — Говорит сестра. Я киваю, иду в ванную, мою руки, переодеваюсь и выхожу из дома.       Шагая, я смотрю на него. Он выглядит так умилительно нелепо, что меня пробирает на смех. Тут он замечает меня и широко улыбается. Мы идём друг другу навстречу. Не останавливаясь передо мной, он обнимает и поднимает меня. На секунду я удивляюсь, но потом тоже обнимаю его. От него хорошо пахнет. Неудивительно. Приятные духи, гель для душа, цитрусовый шампунь и сам Андреас. –Вчера ты пропала. Я вышел из воды, а тебя не было. Эм ничего не сказала, но выглядела очень хмурой. — Беспокойство слышится в его голосе. — Сегодня тоже самое. Я волновался. Что весьма странно для меня… — он все ещё меня обнимает. Я улыбаюсь ему в шею. –Причин для волнения не было. Просто болела голова, должно быть от солнца. Но сейчас все в порядке. –Хорошо. — он отпускает меня на землю, но продолжает обнимать. А я и не против. Я чувствую его сильные руки на своей талии и теплое дыхание на шее. –Хорошо. — тут я вспоминаю Аманду и её слова. Хорошее чувство лёгкости пропадает. Я начинаю немного отстраняться. Он понимает и отпускает руки. И тут до меня доходит вполне логичный вопрос. –Как ты узнал, где я живу? Ты следил за мной? — я наигранно хмурюсь и прикрываю рот рукой, изображая ужас. –Да, каждый день. — Коварно улыбается он. — На самом деле, я спросил твоего брата. Он назвал название улицы, но не номер дома. Я уже часа полтора хожу тут и ищу тебя. Хорошо, что ты сама меня заметила. — Он неловко смеется и запускает руку в волосы. —  Кстати, как ты вообще меня заметила? Твой брат сказал, что я приду? Вот именно, что нет. Засранец, а он ведь вообще об этом не говорил! –Я была на веранде с сестрой. Она тебя заметила и сказала мне про странного, подозрительного парня-извращенца, который заглядывает к людям в окна. — Смеюсь я. –По-моему, описание очень верное. Прям про меня. Это моё хобби. Извращенчество. — гордо говорит он и хлопает себя по груди. Мы смеёмся. –Пошли, проведу тебе экскурсию что ли. –С удовольствием.       Мы много ходили и разговаривали. В конце концов, легли на лужайку в саду. Мы лежали на спине. Мои руки были горизонтально телу, по бокам, как и его. Протянись немного, и наши руки нашли бы друг друга.       Было темно и можно было увидеть звезды. –Обожаю звезды. У меня в городе их не увидишь, а тут видны почти все созвездия. — говорю я, завороженно смотря на небо. –Согласен. У меня дома раньше был телескоп, но папа его продал. Когда мне было лет семь, я увлекался космосом итд. Дядя подарил мне на день рождение телескоп. Я был вне себя от счастья. Тратил много времени, смотря на небо ночью. — Говорит он с улыбкой на лице. — Но долго это не продлилось. Папа решил, что это «опасное» отвлечение от футбола и продал его. На вырученные деньги он купил мне новые бутсы. — Как-то огорченно сказал Реас. –Ой, тебя это должно быть очень расстроило. –Я даже плакал. — смеётся он. — Я очень любил небо и привык к нему. Но отец был непреклонен. «Футбол — это карьера. А разглядывание неба нет!» — Андреас забавно изобразил папу. — Он постоянно так говорит. Такое давление. Он просто помешан на футболе. Всегда что-то говорит про других и сравнивает меня с ними. Это очень раздражает. Была бы моя воля, я бы давно бросил футбол. –Тебе не нравится футбол? –Нравится? — Переспрашивает он и пожимает плечами. — Не знаю, я уже привык. Возможно, он мне нравился тогда, в начале. А сейчас, это уже как должное. Это поможет мне уехать в Барселону или Мадрид и там начать профессиональную карьеру. Это мечта отца. –А какова твоя мечта? — спрашиваю я. –Моя мечта… — он переворачивается на бок и смотрит на меня. — Не знаю. — Он думает, смотря на деревья за моей спиной. — Я всегда мечтал быть счастливым. — Андреас снова переводит взгляд на меня. — Такие моменты есть, но они не постоянны. Но когда я с тобой, — он берет мою руку и начинает играть с моими пальцами, — я почему-то ощущаю себя счастливым. Ты как мой личный источник счастья и спокойствия. Смотря на тебя так и хочется улыбаться. И я даже не понимаю почему так. — Он говорит очень тихо, словно опасается, что его кто-то услышит. Я смотрю, как его пальцы перебирают мои. Так аккуратно и нежно, как будто он боится ранить меня или спугнуть. Тут он резко перестаёт и тихонько отпускает мою руку. Опять ложится на спину. –Это глупо. Прости. Выглядит он так, будто жалеет, что сказал лишнее. Я переворачиваюсь на бок и поднимаюсь, опираясь на локоть. –Не глупо. Не говори так. — Говорю я с жаром и поправляю его челку. Он ловит мою руку, сплетает наши пальцы и целует тыльную сторону моей ладони. У меня бегут мурашки. Мы молчим пару мгновений. Андреас смотрит на небо, а я на него и на наши руки. Я чувствую себя так легко и хорошо, но назойливые слова Аманда не выходят из головы. Я и отнимаю руку, но он не даёт мне этого сделать. –Я знаю, что Аманда тебе что-то сказала. — Как будто прочитав мои мысли, говорит он. — Не верь ей. Это не правда. — Он с мольбой в глазах смотрит на меня. Я молчу, опустив взгляд. Жду, когда он продолжит. –Мы с ней уже несколько раз ругались из-за этого. — Пауза. — Точнее из-за тебя. –Из-за меня? Но почему? ­­­–Она ревнует. — Он смотрит на наши руки и нежно гладит мою ладошку большим пальцем. — –Ревнует? Вы когда-то были парой? — решаюсь спросить я. –Мы? — Он поворачивает голову и удивленно смотрит на меня. — Конечно, нет. С чего бы нам встречаться? Она же… — тут он затыкается и косится на меня. Я вопросительно смотрю на него. –Мы не были парой, Лина. Мы друзья. — Он пожимает плечами. Он так и не договорил. Ну ладно. Не буду настаивать. –Хорошо. — Отвечаю я, смотря прямо ему в глаза. Ночь, мы лежим на траве, он держит меня за руку — все что нужно для романтики. –Что именно она тебе сказала? — Интересуется он. И я думаю, стоит ли мне ему говорить. –Ничего особенного. — Отвечаю я. –Скажи. Она не узнает, что ты мне рассказала. Обещаю. Секунду я думаю, стоит ли мне ему доверять и говорю. –В целом, она сказала, что ты бабник и что с тобой лучше не связываться, потому что ты меня трахнешь и бросишь. — быстро выпаливаю я. У него глаза на лоб лезут, и я смеюсь. –Трахну и брошу? Вау… — теперь он тоже смеётся. –Как будто я собираюсь с тобой спать. — Я закатываю глаза. Он перестаёт смеяться. Округляет глаза. –А что? Нет?! ЧЁРТ! Только время зря потратил! — Он корчит гримасы. — А я ведь только этого и хотел! Ну всё. Тогда пока! — Мы смеёмся. Тут он берёт меня за талию, поднимает меня и переворачивается. Я оказываюсь под ним. Как я уже убедилась, ему вообще не составляет труда меня поднимать. Я чувствую его тело своим. На мне только легкие шорты и широкая майка. –Ты очень красивая. — Он трогает моё лицо. Лоб, нос, скулы, линию лица, шею, ключицы. Он смотрит дальше, вниз. Его глаза кажутся полностью чёрными. Зрачки расширены. Дыхание учащенное. Его рука нежно касается моей шеи и возвращается на лицо, как и его взгляд. Он проводит большим пальцем по моим губам. Облизывает свои. На секунду мне кажется, что он меня поцелует. Но он говорит: –Я счастлив. С тобой. Сейчас. — Его лицо очень близко. Я чувствую его горячее и сбивчивое дыхание на своей коже. –Я тоже счастлива. — Шепчу я, и добавляю, — С тобой. Сейчас. — Мы смотрим друг на друга. –Тебе, наверное, пора домой. — Его вторая рука у меня на талии. Моя майка задралась, и он трогает мою оголённую кожу. Снизу живота разливается странное горячее чувство. Мне жарко. Я сгибаю ногу и моё бедро поднимается. Я чувствую, как задела что-то твёрдое. Чёрт. Чёрт. Чёрт. Он краснеет и немного отодвигается от моей ноги. Все слишком горячо. –Думаю, да. Завтра рано вставать. — Шепчу я. –Точно, мне тоже. Тренировка. — Его голос очень хриплый. –Значит пошли? — спрашиваю я. –Пошли. — отвечает он, но никто из нас даже не шевелится.       Я поднимаю руку и поправляю его челку. Он закрывает глаза, как бы разрешая сделать то, что он сам недавно делал. Я кладу ладонь на его лицо. Легко провожу пальцами по высоким скулам, длинным ресницам, по линии подбородка и пухлым губам. Опускаю руку ниже, пробегаюсь по шее и ключицам. У него бегут мурашки, ресницы дрожат. Он тяжело и сбивчиво дышит. Реас очень привлекательный. Я провожу рукой дальше, ниже ключиц, по груди, по плоскому и твердому прессу. Он распахивает глаза, аккуратно толкает меня на траву, нависая надо мной. Смотрит прямо в глаза, наклоняется ко мне и начинает целовать меня: линию подбородка, скулы, шею. Опускает к ключицам и целует их. Его руки блуждают по моей голой коже на талии и животе. Я прижимаю его к себе и запускаю руки в волосы. Он возвращается к шее и целует ее, легко покусывая. Не в силах сдержать себя, я слабо стону. Тут он резко останавливается. Поднимает голову и смотрит на меня. Мы оба дышим громко и тяжело. –Думаю, тебе правда пора идти. — Хрипло и тихо говорит Андреас. Он еле отрывается от меня, встаёт и подаёт мне руку. Я поднимаюсь на ноги, но меня ведёт в сторону. Он успевает меня поймать. Я краснею, а он нежно улыбается. Он протягивает мне руку. Я смотрю на неё, но мое внимание привлекает то самое, что упиралось мне в бедро все это время. Он замечает, что я увидела это и теперь его очередь краснеть.       Мы доходим до дома и останавливаемся. Он обнимает меня и крепко прижимает к себе. Я упираюсь ему губами в шею. Мы стоим так пару мгновений. –Чёрт, ты как наркотик. — Он усмехается. — Ты очень круто пахнёшь. Я смеюсь. –Тебе еще домой ехать. Мы увидимся завтра. Правда. — говорю я ему в шею. –Увидимся. Мы будем только вдвоём. Я обещаю. — шепчет он мне на ухо. И добавляет. — Если ты не против, конечно. –Не-а, не против. Мы отпускаем друг друга. Он смотрит на меня. Наклоняется и нежно целует в лоб. –До завтра. — шепчет он. –До завтра. — вторю я. Он уходит, а я смотрю ему вслед. Он оборачивается и кокетливо подмигивает. А вот и прежний Андреас — веселый, дерзкий, вольный и обаятельный.       Я улыбаюсь. Как же я рада, что я здесь.