Spanish holidays

–Как она быстро ушла. — С разочарованием говорит моя мама. — Даже толком не поговорили. Она могла бы остаться. –Цц, мам. — я закатываю глаза. — Во-первых, как бы вы поговорили то? Ты ж английский не знаешь. Во-вторых, ей нужно было бежать. Какие-то неотложные дела. — Оправдываю ее я. –Жалко. А она довольно милая. — Продолжает мама. Боже. –Да-да, милая. — Говорит Лиса и косится на меня. –Так! — Я их перебиваю. — Я уже хочу есть. Может мы что-нибудь закажем и пообедаем нормально? –Да, точно. Пойдемте. — Они оставляют вещи и уходят выбирать еду. Я остаюсь сидеть за столом. Оглядываюсь вокруг, осматривая кафе. Небольшое уютное кафе с приятной атмосферой. Интерьер выполнен в стиле поп арт. Для покраски стен использовались краски белого и черного цвета. На стенах располагаются различные картины современного искусства. На полу — черно-белая плитка, выложенная в интересном порядке. Мягкая мебель с элементами модерна. Некоторые детали интерьера выполнены в красных оттенках.       Я смотрю в окно на проходящих мимо людей, море, песок и пальмы. Окна тут большие и панорамные. Мой взгляд без интереса блуждает по улице, но вдруг я натыкаюсь на то, чего я не видела. Почему я не заметила ее раньше. Она сидит на песке, облокотившись спиной на пальму и смотрит вокруг. Задумчивая, меланхоличная, тихая. Не замечая за собой, я встаю и направляюсь к выходу. Ноги сами несут меня к ней. Моя мама спрашивает куда я пошла. Я быстро бросаю, что скоро вернусь и выхожу.       Я быстро пересекаю улицу и тихонько подхожу к ней с боку. Аманда сидит к закрытыми глазами. Ее волосы развеваются на ветру, ресницы легко подрагивают. Грудная клетка медленно и равномерно «ходит» вверх-вниз. И неожиданно для себя я отмечаю, что она очень красивая. Удивившись собственным мыслям я понимаю, что это правда. Темная, загорелая, бархатная кожа, острые ключицы, тонкая шея, губы сердечком. Понимание, как неожиданный удар бьет меня. Она очень привлекательная. То есть, я конечно же замечала это раньше, но не признавала это в таком смысле.       Мною движет непонятная мне сила коснуться ее. Это странное притяжение не похоже на то, которое я испытывала к Андреасу или к парням в общем. Это что-то другое. Что-то сокровенное, что-то такое, что я в себе раньше не замечала. Если с Реасом это простой физический интерес или симпатия, то здесь что-то другое.       Я тихо и осторожно присаживаюсь рядом с Амандой. Она зарыла руки в песок. Я примерно понимаю где они и пытаюсь найти ее руку. Я смотрю на окна кафе. Мои еще не за столом, поэтому у меня еще есть время сделать то, что я хочу и остаться незамеченной. Найдя ее руку, я беру ее, сжимаю и пытаюсь переплести наши пальцы. Аманда немного дергается, открывает глаза и поворачивает голову ко мне. Она выглядит немного ошеломленной. Эм переворачивает свою руку и дает полноценно взять ее за руку. Мы смотрим друг на друга. В ее глазах читается облегчение, смятение, страх, нежность. –Прости… — Тихо говорю я. –Ты тоже прости. — Хриплым шепотом говорит она. –Пообедай со мной. — Я смотрю в ее зеленые глаза. — Ну не со мной, — Я немного смущаюсь. — С нами. С моей семьей. — Я специально делаю акцент на «моей семьей» и неловко смеюсь. Она настороженно улыбается и кивает. –Ты уверена, что ты не торопишься? –Уверена. — Отвечает она и крепче сжимает мою руку. –Тогда пойдем. — Я встаю и тяну ее за собой.       Мы все еще держимся за руки и идем к кафе. Меня почему-то даже не волнует, что моя мама может это увидеть. Мне просто нравится чувствовать руку Аманды в своей. Но зайдя в помещение Эм сама отпускает меня, я оборачиваюсь и вопросительно смотрю на нее. –Твоя мама. — Она виновато пожимает плечами.       Мы сидим за столом и разговариваем. Точнее они говорят с ней, а я служу этаким переводчиком. Моя мама узнала, где она учится и что любит, кем хочет стать и каким спортом она занималась. Я также узнала много нового, но это поверхностная информация. То, что она любит читать и слушать музыку, плавать и заниматься спортом — сразу понятно. Я это и так знала, а мне хотелось бы узнать Аманду поближе, узнать что-то более личное. Узнать ее саму.       Время близилось к 2 часам дня, а мы все еще сидели в кафе. Мама и тетя уже разговаривали между собой, Эрн сидел в телефоне из-за бесплатного кафешного wi-fi, а я, Эм и Лиса сидели за отдельным столиком, кушали десерты и болтали.       Лиса пыталась практиковать свой не очень хороший английский. Мы все по-доброму смеялись как тем, как моя сестра коверкала слова или ставила неправильное ударение. Вскоре их беседа стала более правильной и серьезной. Лиса спрашивала Аманду о хобби и о книгах, которые она прочла. А я даже почти не слушала. Я смотрела на нее. Она такая сейчас счастливая, много улыбается и смеется. Ее зеленые глаза светятся от радости, видны ямочки на щеках. Полуденное солнце из окна освещает ее голую кожу на лице, шее и руках и делает ее еще более привлекательной и светящейся не только изнутри, но и снаружи. Хорошо, что сижу спиной к маме и тете, а то они бы явно заметили, что я уже как минут десять смотрю на Эм. Вдруг Аманда переводит взгляд и смотрит на меня. Она наверняка знала, что я наблюдаю за ней. Аманда кивает на реплики моей сестры, но не отрывает взгляд от меня. В ее взгляде читается такая нежность и спокойствие, что мне физически некомфортно сидеть от нее так далеко и не прикасаться к ней. Я ловлю себя на мысли, что уже не первый раз думаю о том, чтобы дотронуться до ее шеи и рук, до ее ключиц и плеч, до губ… Ох, в голову лезут не самые скромные картинки. Черт, надо глотнуть водички. Я встаю из-за стола и иду к барной стойке. –Ты куда? — Как-то обеспокоенно спрашивает Аманда. –Воды купить, пить охота. Жарко. — Я смотрю на нее из-под ресниц. –Да, точно. — Она краснеет.       Я стою около стойки и жду бармена. Наконец из подсобки выходит парень лет двадцати с темными волосами до плеч, собранными в хвост, и как только видит меня, то сразу расплывается в улыбке. Не уверена, что он так всем улыбается. –Добрый день, сеньорита. — Говорит он на английском. — Что бы вы хотели заказать в этот жаркий день? — С той же пошлой ухмылкой на лице спрашивает молодой человек. Он нарочито делает акцент на слове жаркий. Извращенец. –Мне только воды, пожалуйста. Негазированной. — Коротко отвечаю я. –Конечно. — Он отходит к холодильнику и возвращается с холодной бутылкой в руках. Он дает ее мне, я уже протягиваю руку, но она тут же взлетает в воздух, переворачивается несколько раз и приземляется ровно в руки бармена. А в моей руке появляется его рука. Он ее гладит, поднимается выше к моим плечам, но я резко отдергиваю руку. Фу. Бутылка снова летает в воздухе. О боже, только не это. Сейчас будет позёрство в стиле: «Смотрите как я умело могу обращаться с бутылками и делать выкрутасы с помощью их». Во время своего шоу, он подмигивает мне и улыбается. Подобное представление может быть и привлекло бы мое внимание, и я бы может и пофлиртовала с ним, но не тогда, когда за столом меня ждет Аманда. Я сдержанно улыбаюсь и все еще держу протянутую руку в ожидании, надеясь, что он поймет, что мне сейчас не до этого. Но нет. Он продолжает исполнять нелепые жонглерства с моей бедной бутылкой. –Пожалуйста, мне правда нужно идти. — Как можно мягче говорю я. Поняв мой намек, он недовольно хмурится и грубо кладет бутылку мне в руку. –Извините, но она уже теплая. Не могли бы вы поменять, пожалуйста? — С улыбкой спрашиваю я. Бармен деланно закатывает глаза, забирает бутылку, меняет ее и отдает ее обратно мне. Я уже разворачиваюсь и собираюсь уходить, как вдруг слышу тихое и невнятное: –Puta. — Кто не знает, то в переводе с испанского это значит «сука». Я разворачиваюсь на 360 градусов, грозно и ошеломленно смотрю на него и говорю: –То есть, я стояла тут минут десять и терпела твои тупые фокусы и идиотские подкаты в стиле придурка, а потом просто вежливо попросила отдать мне тот товар, за который я, между прочим, заплатила, а ты, — я указываю на него пальцем, — еще и оскорбляешь меня? Да какое чертово право ты имеешь? — Он выглядит удивленным. Думал я буду молчать?! Как бы не так. — Почему ты думаешь, что имеешь право просто так назвать девушку сучкой только потому, что она не отреагировала на твой тупой подкат? — Тут рядом со мной появляется Аманда. А я продолжаю. — Научись уважать девушек и не оскорблять их. –Что случилось? — Спрашивает меня Аманда и кладет руку мне на плечо. –Ты, — я смотрю на его бейджик, — Пабло, должен уважать чужое время и пространство. На будущее. И не трогай девушек против их воли. Это ужасно. –Ли, успокойся. — Шепчет мне на ухо Эм и касается моей руки и талии. — Иди к столику, я разберусь. Пожалуйста. — Она искренне просит меня. Я киваю, поворачиваюсь на пятках и ухожу.       Сидя на столом, я смотрю на море и пью воду. Боже, как же меня бесят подобные парни. Я, может быть, и раздула из мухи слона, но все равно. Так делать нельзя. Я его культурно попросила, а он еще остался недовольным и в итоге еще и меня оскорбил. Класс. Какой джентльмен. Я феминистка и подобные ситуации меня крайне раздражают и расстраивают. На эти темы можно говорить бесконечно. Я просто не раз сталкивалась с ситуациями, когда парни считают, что все девушки им что-то должны, что они просто так могут их домогаться и оскорблять. Это неприемлемо.       У бара слышались то разговоры, то громкий голос Аманды, кричащий ему что-то на испанском. Была сиеста и людей в кафе не было, так что она могла позволить подобный тон. Хотя, мне кажется, даже если бы и были, то Аманду это бы не остановило. Моя мама позвала меня и спросила, что случилось. Я рассказала, и она тоже была недовольна и даже рассержена. Хотела уже пойти и разобраться, но я ее остановила, ведь во-первых, она не знает английский, а во-вторых, с ним уже говорит Эм.       Спустя минут десять шум стих. Я смотрела за угол и ждала, когда она вернется. Спустя еще минут пять Аманда вышла из-за угла, а за ней этот бармен с двумя подносами в руках и какой-то парень в костюме. Видимо администратор. Бармен мелко семенил за ними. Эм подошла к столику, села напротив меня и выразительно посмотрела на них. –Приносим свои извинения, сеньорита Лина. — с сильным испанским акцентом говорит администратор Серхио, судя по бейджику. — Наш сотрудник явно не хотел говорить того, что сказал. Я крайне сожалею. Мы принесли Вам самые хорошие и вкусные напитки заведения. Естественно за наш счет. — Вежливо сказал парень в костюме. — А теперь прошу простить меня. Мне еще нужно заполнить кое-какие документы, а точнее штраф. — Он злобно посмотрел на Пабло, который даже не поднимал взгляд с пола. Какой он жалкий. Девушек оскорблять — мастер, а как принять вину на себя — так глазки в пол.       Администратор ушел. Бармен поставил все напитки на стол и только сейчас поднял глаза. Я отвернулась к окну, но иногда поглядывала на Эм и мою семью. Они внимательно слушали и смотрели, хотя наверняка ничего и не понимали. –Простите меня. — Он замолчал и посмотрел на Аманду. Она же в свою очередь грозно стрельнула взглядом. Он вздохнул. — Я последний идиот и моральный придурок. И сам puta. — Только сейчас я коротко посмотрела на него и кивнула. –Правда, я не хотел. — он прижимает поднос к груди. — Это как-то само. Простите. — - Он жалобно смотрит на меня, но Аманда говорит что-то типо «Aire!» и он сразу уходит.       Я смотрю в окно. Аманда встает и пересаживается ко мне. Одной рукой она берет меня за руку под столом, а другую руку кладет мне на коленку и медленно и нежно поглаживает. –Успокоилась? — - Её мягкое прикосновение и вправду оказывает приятное и успокаивающее действие. Я кивнула. –Хочешь что-нибудь выпить? — предлагает она. — Коктейли жутко вкусные, я знаю. Я тут все пробовала. И они безалкогольные. Вроде. — я слышу ее переливчатый смех. — Попробуй, не пожалеешь. — Я не реагирую и продолжаю смотреть в окно. — Ну ради меня, пожа-а-алуйста. — Она крепче сжала мою руку. –Хорошо. — Я наигранно закатываю глаза. — Только ради тебя.       А коктейли и правда оказались вкусными. Мы выпили почти все, вдвоем, так как остальные не хотели. –Думаю, нам стоит прогуляться. — Говорю я. –Отличная идея. — Улыбается Аманда.       Мы встали из-за стола. Я подошла к маме и сказала, что мы хотим погулять. Выйдя на улицу, я осмотрелась вокруг. Было жарко, и поэтому народу было немного. Аманда уже ждала меня снаружи. Мы перешли дорогу и, повернув налево, пошли прямо по побережью.