i want you 24/7

      Чондэ обожал музыку ещё с раннего детства, когда родители на ночь ставили какую-нибудь успокаивающую мелодию, чтобы тогда трёхлетний Чондэ спал хорошо и его не мучили кошмары. Всю его жизнь музыка была неотъемлемой её частью: первый поход в школу сопровождали g.o.d, первый поцелуй под Мадонну, первая драка под какой-то рок, первый секс под the neighbourhood. Возможно, поэтому Чондэ посвятил все свои университетские годы обучению на достаточно сложном музыкальном факультете в одном из старейших университетов города. (Родители были горды).       После университета Чондэ нашёл работу в одной из маленьких музыкальных студий, которая принадлежала одному из развивающихся лейблов страны. Собственно, Чондэ был на седьмом небе от счастья тогда. Теперь у него появилась возможность продавать собственные песни и зарабатывать на этом. В мечтах всё было так легко, а на деле прошло четыре с половиной года, и Чондэ написал только одну песню для женской группы, которая так и не дебютировала. Однако Чондэ не отчаивался, искал везде положительное, даже если их маленькую студию, в которой помимо него работали ещё три человека и всякий рабочий персонал, угрожали прикрыть.       Бэкхён, один из тех трёх работников, предложил собрать подписи против закрытия и отнести их главному директору, который появлялся в студии раз в полгода и постоянно носил тёмные очки. В общем, подписи собрали, отправили главному, но через неделю пришло уведомление, чтобы все искали себе новое рабочее место.       Чондэ ходил как в воду опущенный, еле спал по ночам и совсем не смеялся на пытающегося смягчить обстановку Чанёля, который сыпал шуточками двадцать четыре на семь с того самого дня, как пришло страшное уведомление. Для Чондэ студия уже стала вторым домом, если даже не первым, ведь большинство ночей он проводил именно в звукозаписывающей комнате с разбросанными листками, которые обычно были исчёрканы чёрной ручкой.       Чондэ тяжело вздохнул и залпом осушил стаканчик с растворимым кофе, тут же закашлялся, потому что обжёг язык, и сдержал рвотный позыв, потому что растворимый кофе — это самый ужасный кофе. Выбросив стаканчик, и снова поёжившись от мерзкого привкуса во рту, Чондэ отправился в комнату для совещаний, где обычно сотрудники проводили собрания или просто бездельничали, пока не получали от Кёнсу. Только зайдя в помещение, Чондэ понял, что что-то произошло. Чанёль лежал на полу, улыбаясь в потолок, Бэкхён кружился в каком-то странном танце тоже с улыбкой на лице, а Кёнсу сидел на диване, вчитываясь в какой-то лист, который держал перед собой.       — Почему вы оба улыбаетесь? — спросил Чондэ, недоумевая. — Нас скоро выкинут отсюда, а вы радуетесь.       — Кто сказал, что нас выкинут? — Бэкхён остановился и посмотрел на Чондэ. — У нас появился шанс на существование!       — О чём ты? — всё так же недоумевая, снова спросил Чондэ.       — Об этом, — ответил Кёнсу и, встав с дивана, протянул лист Чондэ.       Чондэ внимательно читал, и с каждым новым предложением его брови медленно летели вверх.       — Серьёзно!? — не веря тому, что только что прочитал, воскликнул он.       — Ага! — довольно улыбаясь, кивнул Бэкхён. — У нас теперь новый главный! Зовут Ким Чунмён. Лейбл, мы, кстати, тоже сменили.       — Правда? — Чондэ удивлённо посмотрел на Бэкхёна, а потом на Кёнсу. Оба парня кивнули. — То есть нас не закроют?       — Ну, если наш месячный заработок от продаж поднимется на пять процентов, то нет. — Ответил Кёнсу.       Чондэ нахмурился.       — Подождите, но как мы заставим артистов записываться у нас? За последние четыре года месячные продажи ненамного выросли.       — В этом-то и проблема, — потирая переносицу, отозвался Кёнсу. — Я попробую поговорить с новым начальником, возможно, у него найдутся идеи.       Идеи у Ким Чунмёна были, потому ранним утром все четверо работников собрались в комнате для совещаний.       Чондэ покусывал нижнюю губу, внимательно следя за игрой Бэкхёна.       — Ты не волнуешься? — спросил он.       — Хм? Зачем волноваться? — усмехнулся Бэкхён, не отрываясь от игры. — Если начальник Ким сказал, что знает, как нам помочь, то значит, мы не будем уволены. Причин для волнения нет.       — Но с кем он устроил встречу? — не отставал Чондэ.       — С генеральным директором «Рéдиз», — ответил Кёнсу, сидящий справа от Чондэ. — Эта фирма предоставляет любые услуги в сфере развлечений, также владеет несколькими музыкальными лейблами, включая и тот, на который мы работаем. В общем, важная шишка.       Чондэ хотел было задать ещё один (миллион) вопрос, но его прервали вошедшие в комнату мужчины. В одном из них Чондэ узнал Ким Чунмёна, который являлся их начальником. Одет он был в белую рубашку и чёрные брюки, в общем, официально-повседневный наряд. Второй мужчина был одет в серый деловой костюм и собственно ничем особо не выделялся помимо больших глаз.       Встреча прошла более чем неловко, потому что с такими важными людьми, как Ким Минсок, а так звали гендиректора «Рéдиз», работники маленькой музыкальной студии не встречались. Благо у них в команде был Кёнсу, который очень понятно и доходчиво объяснил ситуацию и рассказал об их студии всё, что требовалось и не очень.       Этой ночью Чондэ спал спокойно, надеясь, что теперь у них есть шанс на продуктивную работу.       Утром его ждал сюрприз, который был крайне неожиданным.       — Почему должен идти я, а не Кёнсу? Кажется, у него лучше получается говорить в таких, э, ситуациях, — недоумевал Чондэ, попивая гадкий кофе в коридоре вместе с Бэкхёном и Кёнсу.       — Слушай, Кёнсу вчера лимит свой превысил. Ты же знаешь, что он мало говорит, а вчера кроме него никто и слова сказать не мог, так что теперь он вне игры, — объяснял Бэкхён, морщась при каждом глотке того самого растворимого кофе.       — А ты почему не можешь? — не унимался Чондэ, потому что ему жуть как не хотелось идти в главный офис «Редиз» на встречу с гендиректором. Не то, что бы Чондэ был зажатым или боялся людей, просто сама масштабность влияния фирмы пугала его. Мало ли, что он ляпнет, а потом все они будут отдуваться из-за его ошибки. Чондэ точно не был пессимистом, он скорее был реалистом.       — Начальник Ким сказал, чтобы шёл ты, значит, идёшь ты, всё. — Бэкхён закончил разговор, выкинул пустой стаканчик в урну и пошёл в сторону комнаты собраний, Кёнсу последовал за ним, перед этим ободряюще хлопнув Чондэ по плечу.       Чондэ ничего не оставалось, как послушаться приказа и отправиться на встречу. Уже через полчаса он стоял напротив высокого стеклянного здания и пытался не паниковать. Глубоко вздохнув, Чондэ поднялся по ступенькам, зашёл в холл, где его тут же попросили предоставить пропуск, который ему пришлось искать три минуты в своём рюкзаке.       В лифте Чондэ уже серьёзно офигевал от того, что видел. Сам лифт был сделан из стекла, поэтому все этажи, которые Чондэ проезжал, были хорошо видны. Множество сотрудников, тысячи рабочих мест и всё кипело, как в муравейнике. Чондэ даже зависть кольнула, потому что на каждом этаже стояла кофе-машина.       Выйдя на тридцать первом этаже, который был не последний в этом здании, Чондэ не знал, куда ему повернуть, потому что повсюду сновали люди и хлопали двери. Обратившись к какой-то мимо проходящей девушке, он, наконец, сориентировался и направился в нужном направлении.       Перед дверью, на которой висела табличка «Генеральный директор», Чондэ застопорился. Он мысленно повторил всё, что ему нужно было сказать ещё раз, сделал дыхательное упражнение и, постучав, легонько приоткрыл дверь, медленно заходя в помещение.       Ким Минсок сидел за своим рабочим столом, как только он увидел вошедшего, то улыбнулся и попросил присесть на стул перед столом. Чондэ сел, неловко покашлял, скинул рюкзак на пол и наконец, взглянул на гендиректора.       — Так, вы согласитесь нам помочь? — спросил Чондэ, когда основная часть разговора была окончена. Честно, Чондэ больше никогда не будет участвовать в таких встречах, потому что на это уходило слишком много энергии и слюны.       — Конечно, я подпишу с вами контракт, — Ким Минсок улыбнулся, и Чондэ облегчённо вздохнул. — При одном условии.       Чондэ тут же встрепенулся, хмыкнул и мысленно взвыл, потому что ещё не хватало, чтоб им месячный процент продаж подняли.       — И какое? — Чондэ сложил руки на груди.       — Свидание, — Ким Минсок продолжал улыбаться.       — Вот как, — хмыкнул Чондэ и надул губы. — С чего вы взяли, что меня интересуют парни?       — У меня есть свои источники.       — Э, ну ладно. — Чондэ пожал плечами.              — Сходишь на свидание, притворишься, что он тебе понравился и не потеряешь работу, — инструктировал Бэкхён, посмеиваясь.       Чондэ сопел в телефон, потом фыркнул на слова друга.       — Я не собираюсь притворяться, — пробубнил Чондэ, пытаясь всунуть левую ногу в штанину джинсов. — Он мне правда нравится.       — У, так быстро, — присвистнул Бэкхён, из-за чего Чондэ пришлось отодвинуть телефон от своего уха, дабы не оглохнуть. — У тебя недавно отношения закончились, а ты уже к другому чуваку скачешь.       — Бэкхён, заткнись. — Отмахнулся Чондэ. — Если я иду на свидание, то это не означает, что я автоматически начинаю новые отношения. Ааа, просто займись своими делами. Не лезь!       — Окей, а ты разошёлся как-то, — посмеивался на другом конце Бэкхён. — Я шучу, если ты не понял.       На этом звонок закончился. Чондэ, насупившись, бросил телефон на кровать и продолжил одеваться. Натянул чёрную футболку с длинными рукавами, на которой была какая-то непонятная надпись из смеси корейского и китайского языках. Прыснув немного одеколона, Чондэ застегнул ширинку, завязал шнурки на кедах и отправился на встречу.       Ким Минсок выглядел достаточно молодо без своего делового костюма, поэтому Чондэ даже не сразу узнал его. Серая кофта и тёмно-синие джинсы с порванными коленками — совсем непривычный образ для генерального директора крупной фирмы.       Чондэ улыбнулся, любопытствуя, что они собираются делать.       — Погода хорошая, можно погулять, — ответил Ким Минсок с улыбкой. — Ты же не против?       — О, нет, — Чондэ отрицательно покачал головой, — это же вы позвали меня на свидание.       — Не нужно быть таким формальным, Чондэ-я, — Минсок потрепал его по волосам.       — Э, окей, как скажешь, — сконфуженно отозвался Чондэ и пригладил растрепавшиеся пряди.       Погода действительно была хороша, всё-таки почти сезон лета на дворе. Гулять по улицам города было приятно, особенно если и компания подходящая. Чондэ и Минсок говорили преимущественно об отвлечённых темах, никак не связанных с работой. Чондэ никогда бы не подумал, что ему будет интересно слушать о чьём-то неудачном падении с четырёхколесного велосипеда, но Минсок рассказывал очень забавно и смешно, хотя особо и не старался. (Наверно, просто то, как говорил Минсок, было само по себе мило и забавно).       Остановившись около аппарата с напитками, Чондэ взял себе колу, Минсок сделал то же самое. Наступали сумерки, поэтому в городе потихоньку зажигались фонари, фары машин становились ярче, а атмосфера вокруг двух молодых людей более спокойной и умиротворённой. Они вернулись к тому месту, где встретились, чтобы Минсок смог подвезти Чондэ к дому. В машине было приятно и уютно. Мягкие сидения, а ещё такая расслабляющая музыка, которая лилась из колонок. Чондэ откинулся на сидении, прикрыл глаза и просто впитывал в себя сегодняшний день и вечер.       Минсок ему нравился, поэтому он даже разрешил себя поцеловать. Губы Минсока были мягкими и приятными, потому целоваться было в удовольствие, а когда Чондэ ощутил чужие пальцы в своих волосах, то его медленно накрыло. Чондэ решил, что это так кола на него подействовала, раз через несколько минут они уже были у него в квартире и на его кровати, продолжая терзать губы друг друга.       — Наверно, всё слишком быстро, — тяжело дыша, прошептал Минсок между поцелуями. — Ты недавно с парнем расстался….       —Мм, наоборот всё слишком медленно, — качнул головой Чондэ и опрокинул Минсока на постель, седлая его бёдра и снова утягивая в поцелуй. — Сейчас не время говорить о моём бывшем.       Чондэ спустился с губ на шею, начиная покрывать её лёгкими поцелуями, попутно забираясь руками под кофту Минсока, ощупывая его твёрдый живот и грудь. Минсок поменял их местами, теперь нависая над Чондэ, впился в чужие губы, сразу проталкивая свой язык в рот, обвёл верхний ряд зубов, нёбо. Чондэ потянул полы его кофты вверх, тяжело дыша, постанывая в поцелуй, когда Минсок толкнулся своими бёдрами, сталкиваясь с его собственным. Член Чондэ уже был твёрдым, поэтому Чондэ продолжил тереться о пах Минсока, забрался ладонями под кофту, оглаживал спину, чувствуя, как перекатывались мышцы под кожей.       Наконец, Минсок скинул с себя слишком ненужную кофту, и Чондэ ликовал, припадая сразу же к чужой груди. Он облизывал каждый сосок по очереди, посасывая. После оторвался, облизнулся, смотря в глаза напротив, и потянулся к ширинке на джинсах Минсока, медленно расстегнул её, слушая прерывистое дыхание около своего уха. Расправившись с чужими джинсами, Чондэ разделся сам, нетерпеливо сбрасывая футболку и всё остальное на пол.       Минсок оглаживал его бёдра, дотрагивался до стоящего колом органа, и Чондэ дышал через раз, чувствуя, как жар распространялся по всему телу, что даже кровь кипела в венах. Чондэ запрокинул голову на подушки и тихо простонал, двигая бёдрами в такт руке Минсока на его члене. Чондэ облизнул пересохшие губы, просил большего, целовал Минсока глубоко, переплетаясь языками и сжимая его плечи.       Растягивал Минсок его медленно, будто дразнился: то один палец засунул, а потом сразу вытащил, то два или три и проталкивал внутрь так не спеша, что Чондэ готов был заорать от того, как это было приятно и несправедливо одновременно, потому что он хотел, чтобы его уже хорошенько трахнули, а не издевались. Будто услышав его мысли, Минсок убирал пальцы, заставляя Чондэ заелозить на постели. Через некоторое время Чондэ почувствовал, как Минсок медленно протолкнул свой член внутрь, крепко вцепившись в чужие бока. Чондэ запрокинул голову, ощущая себя полностью заполненным, и дышал тяжело, потому, как отвык от таких ощущений.       Минсок склонился к его лицу, мокро поцеловал и сделал пробный медленный толчок, от которого у Чондэ перед глазами образовалась темнота, а в заднице—ад. Он забросил ноги Минсоку на пояс, скрещивая лодыжки, а руками схватился за плечи. Минсок начал двигаться очень медленно. Чондэ тихо постанывал, пытаясь подмахивать бёдрами, и это получалось особенно хорошо, когда Минсок попал прямо по простате, и Чондэ вскрикнул, ногтями впиваясь в кожу на чужих плечах. Минсок вылизывал его ухо, пока размеренно двигал своими бёдрами. Чондэ недовольно сопел.       — Быстрее, — попросил он и тут же закатил глаза, когда Минсок ускорился и снова попал по правильному месту.       Чондэ просил его не останавливаться, стонал всё громче и ощущал себя на девятом облаке, пока Минсок продолжал вбиваться в него так резко и быстро, отчего было очень приятно, и жар ещё больше охватывал всё тело. Чондэ стало неописуемо прекрасно, когда Минсок обхватил его член, начиная водить ладонью вверх-вниз, пытаясь подражать скорости его бёдер. Через пару таких движений Чондэ излился себе на живот и в руку Минсока, громко вскрикнув. Недолго погодя Минсок последовал за ним, после чего сразу вышел из расслабленного тела и, завязав презерватив, бросил его на пол.       — Я не буду называть тебя папочкой, — немного отдышавшись, сказал Чондэ и повернул голову в сторону улёгшегося рядом Минсока. — И старшим братиком тоже.       — Называй меня, как хочешь, —рассмеялся Минсок и, придвинувшись ближе, нежно поцеловал Чондэ в губы.       — Тогда «мой бойфренд» мне очень нравится, — отвечает Чондэ и широко улыбается, но тут же зевает. — Теперь спать.       — А душ? — недоумённо спросил Минсок, наблюдая за тем, как Чондэ забрался под одеяло и закрыл глаза.       — Утром, — машет ладонью Чондэ и через несколько минут окончательно засыпает.       Проснулся Чондэ, чувствуя себя как-то особенно легко, даже не смотря на то, что зад и поясница немного откликались ноющей болью. Чондэ зевнул и, уловив запах кофе, тут же открыл глаза и сел на кровати. По правую сторону от него сидел Минсок, уже полностью посвежевший, и протягивал кружку с кофе.       — Ух ты, ты ещё и кофе варить умеешь, — удивлённо сказал Чондэ, но не без радости принял из чужих рук бодрящий напиток.       — Во сне ты что-то говорил о кофе, поэтому я решил, что с утра он тебе понадобится, — пояснил Минсок и улыбается.       Чондэ улыбнулся в ответ, чувствуя тепло, разливающееся внутри. Нет, это не была любовь с первого взгляда, но Минсок определённо задержится в его жизни.       — О, точно! — вдруг воскликнул Чондэ, чем немного озадачил Минсока. — Раз теперь ты наш спонсор, партнёр и очень хороший начальник, то первое, что ты должен сделать — купить нам кофе-машину.       — Ненавижу растворимый кофе, — поморщился Минсок.       Чондэ был с ним солидарен.