Завтра все вернет назад.

POV Соня. Никогда бы не подумала, что меня вот так тупо подстрелят! Получить пулю, летящую через окно машины – не удивлюсь, если в теле были и осколки стекла. Это же я. Мама должна была заштопать Ваню – о нем я думала даже во сне. Парень многого натерпелся из-за меня. Открыть глаза стало какой-то невыполнимой задачей. Ноги и руки наглухо прилипли к кровати – не было сил даже пошевелиться. Яркий свет не слепил глаза – этого можно было ожидать, ведь я не в больнице, а просто в импровизированной палате. В горле и во рту ничего не мешало, значит, меня оставили без кислородной поддержки. В принципе, она и не нужна была. Во время отключки меня даже не беспокоили кошмары. Перед глазами была кромешная тьма и гнетущая тишина. Даже скучно немного. "Тебе в реальности кошмаров не хватает что ли?" - отозвался внутренний голос. Хах, сейчас сплошной кошмар за этими стенами. Иногда даже внутрь просачивается. Неприятные воспоминания больно кольнули внутри. Светло-серые стены и немного спертый воздух окружили меня. На прикроватной тумбочке я заметила небольшую вазу с цветами. "Кто, интересно, такой романтик – Даня, Ваня или Марк?" - подумала я про себя. "А родители или Олег уже не считаются?" - отшутился внутренний голос. Черт, иногда диалоги с самой собой бывают самыми компрометирующими и безумными. Нужно было как-то приходить в себя. А сколько я, вообще, отлеживаюсь в палате? Глаза с трудом разомкнулись, пальцы на руках шевелятся, как и сами руки. Вообще конечности начали немного приходить в норму. А вот сесть в кровати у меня с первого раза не получилось – неприятная боль разлилась от моей послеоперационной раны по всему животу, опоясывая. Мне не нравится! Но я буду не Соней Терешиной, если не попробую снова – пока не добьюсь ожидаемого результата. Спустя несколько неудачных попыток у меня все же получилось. В положении сидя оказалось намного удобнее – спина пришла в движение, разминая межпозвоночные суставы. В палате никого кроме меня не было, да оно и к лучшему – приведу себя в божеский вид и предстану перед остальными. Только вот небольшой дренаж из резиновой перчатки, который торчит из моей брюшной полости, немного все усложняет. Выделяемого по нему не так уж и много – наверное, можно его убрать. "Не в этих условиях, чудо в перьях!" - отозвался внутренний голос. Да, нужно было идти в нашу малую операционную, где есть весь необходимый инструментарий. Хорошо, что на мне оставили хотя бы какое-то белье – трусики, бесформенная майка, которую я поменяла на широкую футболку, скрывающую большую часть моего тела. Ходить тоже было не особо приятно, но нужно было оживлять свой организм – нельзя было раскисать. Не сейчас. Интуиция и все нутро кричали в один голос, что нужно ждать какого-то очередного дерьма, в котором утонул уже почти весь мир. А, может, и весь. В коридоре было непривычно тихо – даже не было слышно звуков из дальних комнат, звона посуды из столовой, разговоров людей. Но несмотря на это, я двигалась вперед по направлению к операционной, где тоже царила гробовая тишина. Вообще, я начала думать, что сплю, поэтому ущипнула себя за кожу на виске – так всегда делает Даня. Боже, очень надеюсь, что он не узнает ничего про тот поцелуй. Надеюсь, никто не узнает! Постепенно нужная мне дверь приближалась. И все мои страхи развеялись, потому что за дверью я услышала звон металлических предметов – видимо, стерилизовали инструменты. Была не была! Я вошла внутрь, сталкиваясь у самого входа с папой. - Соня, ты почему встала с кровати? - папа перешел сразу к делу. Да, я прекрасно понимала, что нужен еще постельный режим, но это же просто невыносимо. - Вот, присядь, а лучше ложись! - папа усадил меня на свободную кушетку. - Пап, хватит! Со мной все нормально! - отозвалась я, вырываясь из крепкой мужской хватки. Но это ведь папа! Естественно, он меня не послушал, лишь крепче сжал свои руки на моих плечах. - Не спорь! - сказал, как отрезал. - Давай, я лучше твою рану осмотрю! - отозвался он, поднимая мою футболку, чтобы осмотреть ранение. Вокруг него еще оставался приличный отек, но по дренажу уже почти ничего не вытекало - только межклеточная жидкость. Кровь была остановлена, нагноения не произошло, но все еще по-прежнему дико болело. Папа оценил увиденную картину, о чем-то задумался, а потом отправился к стерильному лотку для инструментов. - Сейчас уберем дренаж и наложим швы и повязку, - проинформировал меня отец. Я согласно кивнула. - Придется без анестезии! У нас осталось слишком мало препарата! - это означало только одно – нужно будет снова выходить на вылазку, но меня уже вряд ли возьмут. Боли от проводимых процедур я почти не чувствовала – такое чувство, что организм немного уже привык к постоянным болевым ощущениям. Папа старался все делать по максимуму осторожно, даже слишком. Когда все было закончено, он сам проводил меня до палаты, оставляя одну и предупредив, что если я вздумаю снова выйти из палаты – мне не сдобровать. Пришлось согласиться. Делать здесь было абсолютно нечего, вот вообще! Раньше я бы засела в палате с ноутбуком, музыкой или сериалом и вкусняшками, но сейчас просто пялилась в стену напротив, проверяя свои пальцы на гибкость. Меня даже никто не навещал, хоть и с посещения операционной прошло от силы только минут 25. POV Ваня. После недолгого разговора с Олегом и парнями я отправился в свою комнату. Да, стоило остаться там на случай, если девушка проснется, но чертова слабость и усталость давили на меня. Веки сами опускались вниз, а ноги переставали держать вес. Хотелось уже уложить свою тушку на кровать. Лекарства, которые вколола мне Вера начали действовать – жар спадал, рана переставала так сильно болеть. Уже плохо соображалось, как мне добираться до комнаты, где эта комната – организм требовал отдыха прямо здесь и сейчас. Не думал я, что так пострадаю. Хотя, девушке досталось крепче. Перед глазами до сих пор стоял ее потерянный взгляд, когда мы заметили кровь на ее майке, а в ушах стоял громкий крик боли, когда ее мама промывала рану. По пути к жилым помещениям ноги сами меня понесли в сторону палат. Точнее, палаты, где лежала она. Вообще их здесь было 4, а еще операционная – она же перевязочная и процедурный кабинет. Вера предлагала мне лечь в соседнюю – подлатать мое резко испорченное здоровье, но я отказался. Соня мирно спала в кровати – ее лицо выражало спокойствие, а иногда на нем появлялась привлекательная улыбка. Стоял бы так вечно и наблюдал за ней. Ее волосы были красиво заправлены на одну сторону, ручки сжимали тоненькое одеяло, которым она была укрыта. Грудная клетка равномерно поднималась и опускалась при дыхании. Не сдержав порыва, я подошел ближе и опустился на кровать рядом с ней. Хотелось снова ее поцеловать, снова почувствовать вкус этих сладких губ. Но именно в этом я себя сдержал. Соня резко нахмурилась, а потом тихо что-то прошептала. Трудно было разобрать хоть слово, но я услышал: "Ваня, прости!" Даже во сне она думала обо мне. Это грело душу и заставляло сердце биться чаще, как бы ванильно это не звучало. Я просто наклонился над ее ушком, нашептывая: "Все хорошо! Я рядом!" Уже через несколько секунд она снова приобрела спокойное и умиротворенное выражение лица с легкой улыбкой на лице. Спящая Соня казалась еще моложе. Даже не подумал бы, что ей 20 лет, скоро уже 21. Совсем большая девочка, которая крепко засела в моем сердце. Такими темпами я превращусь в сентиментального мальчишку! Аж самому смешно. По пути к своей комнате я услышал четкий стук удара чего-то или кого-то мягкого об пол. Кот старательно пытался выбраться из комнаты, но дверь ему не поддавалась. Как только я ее открыл, Мурлен Мурло запрыгнул на меня и начал громко мурчать и тереться об мою грудь, подбородок, лицо – обо все, до чего мог дотянуться. Что с ним будет, когда он Соню увидит? - Тише ты, друг! - отозвался я, поглаживая животное по гладкой шерсти. - Я его кормил! - надо же, я Марика не заметил. Парень стоял, оперевшись на косяк двери в его комнату и сложив руки на груди, вопросительно на меня смотрел, как будто ждал какого-то подробного рассказа о вылазке. Он будто чувствовал, что я не все им сказал. Такие личные моменты не обязательно знать всем, так что я поступил правильно! - Спасибо! - тихо проговорил я, а потом зевнул, показывая, что жутко устал. - Не за что! - Маркул, как и всегда, мил и вежлив. - Отдыхай! - парень кивнул мне, а затем скрылся в своей комнате. Очень будет интересно, кого Соня выберет! POV Даня. После разговора с Ваней я хотел идти к Соне. Плевать, что она еще не очнулась, я просто посидел бы рядом с ней. Но ведь есть Олег, который оставил меня у себя в кабинете – обмозговать новые полученные данные. Друзей у нас не появилось, а вот врагов – дохрена. Мы ж "везунчики"! Выжившие, о которых сказал Евстигнеев в скором времени могли нас найти и отомстить. Больше никогда в жизни не отпущу Терешину на вылазку без меня и пошлю ее братца по известному адресу, если тот воспротивится моему решению. Ее чуть не убили – их обоих чуть не убили хер знает по чьей вине. Рудбой выставил всю ситуацию, как безвыходную, но что-то мне подсказывало, что без инициативы и желания Сони тут дело не обошлось. Может, было бы проще винить парня, что тот не смог ее уберечь, но, к сожалению или к счастью, я ее очень хорошо знаю. Соня бы ни за что не упустила момент проверить лично новых людей. Проверила! Ванька ушел задолго до меня. Вероятно, он заходил к Соне в палату. Ни за какие коврижки не поверю, что он отправился сразу к себе, не проверив ее. Хотелось тоже идти к ней, но я решил вначале выбраться на улицу. Есть во мне что-то романтическое; еще при заселении сюда я приметил небольшой участок позади бункера – там росли какие-то цветы, которые мне понравились. Теперь они расцвели и можно было их сорвать. Соньке будет приятно увидеть букет, когда она проснется. Его я уместил на тумбочке рядом с кроватью, а сам сел на стул напротив нее. Девушка все еще спала, на удивление даже, мирно. Почему-то именно сейчас в памяти всплыл наш первый поцелуй, за который я получил нехилую пощечину, а потом еще и удар в живот. Это был обычный день – работа в бункере, вылазка на улицу с целью зачистки территории. Соня тогда осталась в бункере помогать родителям, а мы с Олегом и еще парой парней отправились на улицы. Мертвецов в то время было как мусора – дохрена и больше. Это сейчас они – диковинка в наших кварталах. Один из парней, который должен был прикрывать Терешина, свалил со своей позиции. Я его не виню сейчас, но тогда был жутко зол. Олег хорошо подставился. Несколько зомби направились в его сторону, пока тот ссыкун отсиживался в тачке. Я успел заметить одного из мертвецов, поэтому крикнул парню, чтобы тот пригнулся, а сам пустил пулю в лоб тому ходячему, неудачно зацепив при этом плечо парня. А потом прижали меня, но Олег уже пришел на выручку. Мы, знатно потрепанные, вернулись в бункер. Тогда Соня относилась ко мне, как к обычному выжившему, но уже тогда она отмудохала того парня, которым, кстати, был Миша. Совпадение, блин! Ссыкун ссыкуном и остался. Пока ее мать занималась ранением Олега, Сонька лечила меня, точнее осматривала. Мне тогда, кроме нескольких ссадин, ничего не досталось. Не знаю, за каким хреном, но я позвал ее прогуляться по ещё необустроенным коридорам. Терешина скептично отнеслась к моему приглашению, но согласилась. Темные коридоры, час совместного времяпрепровождения и сильная симпатия к этой смелой девчонке сделали свое. Я просто прижал ее к стене и впился в губы. Соня не сразу поняла, что происходит – она не отвечала на поцелуй, просто стояла рядом и позволяла мне наслаждаться этим моментом. Но потом до нее дошел сей факт – девушка попыталась меня оттолкнуть, но первая и вторая попытки оказались неуспешными. Тогда она просто укусила меня за губу до крови, заставляя оторваться от нее. За укусом последовала звонкая, размашистая пощечина со всей силы, а потом и удар в живот коленом, после которого я согнулся пополам в немом стоне. Даже сейчас боль от этого удара хорошо вспоминалась. Соня долгое время после этого случая обходила меня стороной, старалась лишний раз не контактировать со мной. Ее гнев потом все же сменился на милость, когда мы вместе дежурили ночью у входа. Она не хотела даже на меня смотреть, но ведь я Поперечный – мертвого в гробу достану, так и ее достал. Постепенно ее крики и недовольства сменились на размеренный разговор. Мы все больше узнавали друг друга. Я узнал, что она училась в Ярославле в медицинском университете, что она заядлый сериаломан – мы долго обсуждали Игру Престолов, она вспомнила мои стендапы и шуточки, но предупредила, что если поцелую ее еще раз без предупреждения и взаимного желания – она меня сотрет в порошок. Знаете, я поверил, поэтому старался лишний раз не обращать внимания на эти красивые и привлекательные формы, не засматривался на ее губы и глаза, просто вел себя, как друг. Это было жутко сложно – Соня, будто, специально издевалась – она одевалась соблазнительно, была слишком неприступной, а это действовало как красная тряпка для быка. Я уже начал бояться себя и своих желаний – хотелось в очередной раз прижать ее к той стенке в коридоре и целовать, а потом доставить лучшее удовольствие в ее жизни, но приходилось себя ограничивать. Весь контроль полетел к чертям, когда мы вместе тренировались – Соня надела спортивный топ и обтягивающие лосины, а потом оказалась на мне, повалив на лопатки. Все полетело в тартарары – я просто поцеловал ее, как и хотел. Именно в тот день она мне ответила, она стала МОЕЙ! А сейчас она лежит на больничной койке – спит, восстанавливается после ранения, полученного на вылазке, на которую она отправилась без меня! Долго побыть у нее мне не судьба – Олег вновь вызвал к себе. Нужно было проверить имеющиеся запасы, составить список того, что нужно достать и пополнить. Надеюсь, она поймет, от кого эти цветы. Напоследок я поцеловал мою девочку в лоб, отчего она слишком по-родному улыбнулась во сне. POV Марк. Дела в бункере оставались всегда – охрана, помощь Мирону в оружейной, кормление кота. А ведь так хотелось все бросить и идти к Соне. Но ее и так многие уже навестили: Ванька, Олег, Даня. Последний слишком сильно ревновал девушку ко мне. Значит, был повод. Я разуверился в себе что ли! Да, хотелось стать для нее больше, чем просто другом, раньше бы меня не остановили ее слова и наличие парня, сейчас же – не знаю, чего я хотел на самом деле. Мне было достаточно пока того, что Соня не отвергает меня и не игнорирует. Быть хорошим другом тоже чудесно! "Ты вообще себя слышишь, или как?"- мой внутренний голос негодовал. "Ты Марк Маркул или мальчишка с улицы, который всего и всех остерегается? Шишек набить боишься что ли?". Возможно, он прав. Мир изменился, изменился и я. Парня, который прогуливал свою молодость в компании девушек на одну ночь и с почти постоянным приемом алкоголя, уже не было. Был новый я, который ценит отношения людей, ценит, мать его, людей. Их сейчас не так и много. Но Соню я ценил вдвойне – она, сама того не замечая, стала моим маяком, который направляет меня. Никогда еще девушки не занимали в моей жизни так много места. На первом плане всегда были и будут семья и друзья. Родителей я, скорее всего, уже больше никогда не увижу, а друзей у меня осталось не так и много – Мир, Ванька, Дарио и Соня. Хотя, какая к херам дружба – я влюбился в нее, как мальчишка. В ее смелость, характер, стойкость, заботу о ближнем, в конце концов, внешнюю привлекательность. В этих размышлениях я добрался до нужной палаты, где сейчас находилась девушка. К моему удивлению, она уже не спала. Когда я открыл дверь и вошел внутрь, Соня с интересом посмотрела на меня, а потом мило улыбнулась. - Привет! - иногда она напоминала маленького ребенка, который радуется всему и всем. - Привет! - я поздоровался в ответ, но не сдвинулся с места. - Так и будешь стоять там, или, может, подойдешь, обнимешь? - девушка вопросительно подняла одну бровь и раскинула руки, приглашая в свои объятия. Разве от такого можно отказываться? Я прошел вперед и обнял ее. Тонкие сильные руки обвили мой торс, а на шее отчетливо ощутилось теплое дыхание. Соня в какой-то момент прижалась ко мне еще ближе, зарываясь лицом в мою шею. - Все хорошо? - вопрос вырвался сам собой. Девушка, не отрываясь от меня, легонько кивнула. - Просто скучала. - отозвалась она. - А где все, почему не заходят? - спросила Соня, отстраняясь. - Олег, Ваня и Даня заходили к тебе, пока ты спала. - девушка многозначительно кивнула, поглядывая на цветы. - Данька, значит, цветы принес. - Где их нашел? - этот вопрос меня волновал с первых секунд, когда я заметил их в вазе. - Сама не знаю, он откуда-то их берет время от времени! - Соня пожала плечами, не сводя с меня взгляда. - Как ты? - спросил я встряхнув головой. - Ну, я чувствую себя бесполезной, а это очень не круто. - Соня пожала плечами. Теперь она снова вела себя со мной, как с другом. "Если не хочешь, чтобы это продолжалось – действуй, истукан!"- проворчал внутренний голос. Как я должен был действовать – схватить ее и сделать своей? Ага, сейчас! - Ты далеко не бесполезная! Без тебя бы тут уже ничего не было, никто бы настроение мне так не поднимал, никто бы не крошил ходячих направо-налево, никто бы мне жизнь не спас несколько раз! - я просто перечислял все, что приходило в голову, пока Соня все это слушала с улыбкой на лице. А потом ее щечки начал заливать легкий румянец – прямо такой же, как в душевых. Я просто любовался ею, пока в палату не вошел Мирон. - Оу, помешал? - друг хотел было уже выходить из палаты, когда заметил нас. Я сидел к нему спиной, немного наклонившись вперед, моя рука была на лице и шее девушки. Парень явно подумал, что мы целуемся – я бы так тоже подумал, но я просто поправлял выбившуюся прядь волос за ее ушко. - Нет! - мы выкрикнули хором, посмеявшись над командной работой. - Соня, ты как? - Мирон всегда был внимательным к близким людям. Почти все в этом бункере нам такими стали. - Хорошо, спасибо, Мир! - отозвалась она. Я предпочитал молчать, наблюдая за их диалогом. Соня выглядывала из-за моего плеча, чтобы поймать зрительный контакт с парнем. - Это чудесно! Марк, а я за тобой! Мы отправляемся в тот супермаркет - я, Олег, Данька, Толик – он помогает Терешиным с пациентами – и ты! - что ж, отказываться от такого не в моих правилах, а лекарства нам нужны, как и продовольствие, одежда и оружие. - Сейчас подойду к выходу! - Мирон бросил следом, что они будут ждать, а я развернулся к девушке лицом, рассматривая ее погрустневшее личико. - С тебя пока приключений хватит, отдыхай! - под влиянием желаний я провел по ее щеке большим пальцем, мило улыбаясь, а потом легко коснулся ее губ, почти целомудренно. Скажете: "Друзья так не делают!" и будете правы – я ей не друг, как и она мне! Мы явно что-то большее друг для друга! POV Соня Оказывается, почти все, кого я хотела увидеть, посещали меня, пока я дрыхла. Интересненько! Зато Марк пришел. Не знаю, что мной двигало, но хотелось именно объятий. Поэтому именно о них я и попросила. Естественно, Марк мне помог. В них очень уютно – вечность бы так сидела, ощущая его крепкие руки на своей спине и шее, его дыхание на своих волосах, щеках, его, на удивление, нежные пальцы, когда он поглаживал меня по щеке, его чертовы губы на своих, нет, губы, пожалуй, где угодно! Боже, что со мной не так? Марк, Олежа, Мир, Толик и Даня отправились на улицы. С удовольствием бы отправилась с ними, но пока нет не сил, не возможностей. Мне еще как минимум день валяться в этой кровати, что я, естественно, делать не буду. Сидеть в четырех стенах, без возможности с кем-то поговорить, подвигаться – самый настоящий ад, из которого надо было спасаться. Дренаж мне убрали, швы наложены, как и повязка – можно отправляться в свободное плавание, но слабость в теле еще сохраняется. Нужно хоть до комнаты своей дойти, там все равно лучше. "Конечно, там лучше – там Ваня!"- ехидно проговорил мой внутренний голос. Я просто хмыкнула в ответ – это было не так. Мне просто нужно оказаться в родных стенах, чтобы скорее восстановить свое прежнее состояние, а соседство с Ваней – приятный бонус. " Ага!" - вновь услышала я у себя в голове. Порой мне кажется, что я чертова героиня "Гостьи". Мой внутренний голос не затыкался, особенно в такие моменты. Сидеть в кровати надоело, поэтому я отправилась вон из этой палаты, придерживаясь за больное место. Вообще, стоило бы закинуть в себя пару таблеток обезболивающего, но моя боль не настолько сильна. Да и нет вероятности, что парни принесут достаточно лекарств – нужно было экономить эти. Я прекрасно понимала, что от палат до жилых помещений слишком большое расстояние, но раз дело начато, нужно его закончить. Да и нужно расхаживаться. Идти пришлось медленно, держась одной рукой за рану, которая еще болела, а другой – за стеночку, дабы не свалиться на пол мешком с мясом и костями. Вообще, я только сейчас поняла, что жутко хочу кушать – готова была целую сковородку мяса умять. Но вначале надо было дойти до комнаты, переодеться и немного отдохнуть. Из-за того, что я шла, постоянно глядя под ноги, не заметила приближающегося ко мне Рудбоя, который оказался рядом со мной в считанные доли секунды. - Какого полового органа ты не в постели? - Ваня недовольно проворчал, умело вуалируя мат. - Оу, черт! - я резко подскочила на месте, потому что до последнего его не замечала. - Ваня, чего орать-то? - Потому что ты упрямая и вредная, а еще не заботишься о себе! - для красочности картины он перечислил каждый довод, загибая пальцы. Видимо, на моем лице было выражение а-ля "Серьезно?", потому что Евстигнеев грозно сложил руки на груди, включая заботливого и строгого папочку. Ему бы мне об этом говорить – у самого чертова инфекция и пулевое ранение. - А сам-то какого черта слоняешься по коридорам вместо того, чтобы спокойно лежать на кровати и выполнять рекомендации врача? Ваня открыл было рот, чтобы что-то еще мне сказать, но промолчал, продолжая буравить меня недовольным взглядом. Мы стояли в этом коридоре несколько минут, гадая – кто же из нас выиграет в эти гляделки. Я сдалась первая. - Если ты не занят, то, пожалуйста, помоги добраться до комнаты и давай поедим! А то мой желудок начал уже переваривать сам себя. - Ваня усмехнулся, подхватывая меня под руку. Если бы не рана на плече, он бы на руки меня, наверное, взял. До комнаты мы добрались намного быстрее – одна я бы плелась намного дольше. Мурлен чуть не сшиб меня с ног, бросаясь на меня. Еще немного – и он стал бы писать кипятком от радости. Этот кот меня удивлял с каждым разом всё больше и больше. Ваня засмеялся в голос, когда Мурлен не хотел от меня отцепляться. Черт! Я же только в гребаной футболке на почти голое тело, а Евстигнеев в моей комнате, и та самая футболка опасно задралась вверх. Конечно, когда я обернулась к нему, то заметила, как тот рассматривает меня. - Не наглей, Вань! - отозвалась я, одергивая предмет одежды ниже, насколько это было возможно с котом на руках. - Я не наглею! Просто любуюсь тобой! - с улыбкой на лице сказал он. Даже когда он шутил, или вел себя вызывающе и провокационно, я всегда смотрела в эти добрые глаза, черт бы их побрал. Один его взгляд мог свести с ума половину женского населения, в которую входила я. А эта его милая улыбка! Она же растопит огромный айсберг – не то что сердечко девчонки. Так, Терешина, это ненормально! Успокойся! Только вот это было куда сложнее. Я дернула головой, прогоняя наваждение, а вот парень, видимо, заметил моё замешательство, но не предпринимал никаких действий. Ваня тихо напомнил, что принесет нам что-нибудь поесть, а я пока за это время переоденусь и приведу себя в порядок. Когда он вышел из комнаты, я глубоко вздохнула и осела на кровать вместе с этим пушистым чудом. - Мурлен, спасай! - кот с интересом и непониманием на меня посмотрел. - Это неправильно – чувствовать одно и тоже к трем парням сразу! Неправильно! - кот, кажется, вообще не понимал о чем я говорю. Он просто спрыгнул с меня, скрываясь где-то в комнате, пока я обдумывала все свои чувства. Спустя какое-то время я услышала громкое единичное мяуканье. Кот сидел на шкафу, смотря на одежду, пока я занималась самобичеванием. Даже этот пушистый комок умнее и сообразительнее меня. Ваня вернулся, как раз вовремя – я уже была подобающе одета, а именно свободные спортивные брюки и футболка; волосы заплетены в пучок. В его руках был поднос с двумя тарелками гречи и котлет, 2 чашки чая, а в зубах маленькая упаковка сухофруктов. "Романтический ужин?"- отшутился мой внутренний голос, но я предпочла не отвечать на это. Черт, я все же очень сильно проголодалась, потому что вскоре моей порции уже не осталось, как собственно и его. - Знаешь, романтический ужин у нас не очень удался! - парень засмеялся в голос, заражая меня своим смехом. - Это больше походило на поедание еды на скорость! - у Вани плохо получалось выговаривать слова сквозь смех, а я уже держалась за живот, который заболел еще больше, как и щеки. Я ведь даже не поняла, когда он убрал чертов поднос на тумбочку, а сам повалил меня на спину, нависая сверху. - Вань? - я вопросительно на него посмотрела, но Рудбой даже не ответил. Его пронзительный взгляд, кажется, заглядывал в самую душу, обжигая ее. Я попыталась подняться, но мне не дал – даже на локти. В любой другой раз он бы получил хорошую оплеуху, но не в этот. От всего происходящего я ловила какой-то странный кайф. А в голове билась целая орава мыслей: "Что ты творишь?", "Это неправильно!", "Ты чертова эгоистка!", "Боже, как он мне нравится!"