Завтра все вернет назад.

POV Соня. Поговорить с Ваней нужно было, даже если Марк был против этого. Да, Руд на меня обижен, но это не значит, что поговорить у нас с ним не получится. Он же совершенно адекватный человек– судя по тому, что парень еще не пляшет под дудку Кристины. С ней мне, кстати, тоже хотелось поговорить, даже больше – может, и руку приложить. Слишком она меня бесила, но заводить драку просто так не хотелось. Поэтому просто пошла к Ване. Он, насколько я помню, сегодня не на смене, значит, должен быть у себя. Главное снова не наткнуться на этого шкафа в коридоре. Судя по словам Мирона, а точнее, одной из девушек, с кем он говорил, они просто плодят потомство, пофиг с кем. Адамы тоже нашлись! В коридоре было тихо, отчего я облегченно выдохнула. Но, как и на пути сюда, я услышала детский плач. Судя по голосу, это была Стася. Я не бью детей, но иногда очень хочется – вот как сейчас. Неужели Вася ничего не понял и снова посягнул не на свою собственность. Никакого воспитания, хотя откуда ему взяться – на маму его посмотрите. С каждым шагом я приближалась к звукам детского плача, который уже доносился не из игровой комнаты. Он становился все громче, а потом вместе с плачем я услышала тихий смех. За поворотом передо мной предстала следующая картина: 8-летний мальчик прижимал лицом к стене 5-летнюю Стасю – он крепко сжимал свою ручонку на светлых волосах девушки, по красным щекам которой текли горячие слезы. Помимо красноты, на левой скуле у девочки красовался уже иссиня-фиолетовый синяк. Допустим, она упала, но как так упасть нужно? - Что здесь происходит? – крикнула я, быстро приближаясь к детям. - Сссоня-а-а! – сквозь слезы прокричала Стася и потянула ко мне ручки. Вася с наглой ухмылочкой отошел от нее, и теперь с вызовом смотрел на меня. Как только Стасю перестали удерживать, девочка рванула ко мне. Пришлось взять ее на руки, пока она пыталась успокоиться. Но выходило из рук вон плохо – Стася рыдала навзрыд, шмыгая носом. Даже мои тихие «успокойся, малышка. Я рядом!» не помогали. А этот мелкий засранец до сих пор смотрел на нас с вызовом. - Идем-ка! Поговорим с твоей мамой! – тихо, но со злостью проговорила я, делая шаг в сторону мальчика, но тот лишь усмехнулся, отходя назад. «Правильно, маленький гаденыш, бойся меня!» - думала я про себя. Это, наверное, единственный ребенок, которого я бы смогла убить, будь он зомби. Я люблю детей, очень, но не вот это вот исчадие ада. Стася начала немного успокаиваться, изредка поглядывая на мальчика, но по-прежнему оставалась у меня на руках. - Идем! – строго повторила я, но тот лишь отрицательно покачал головой. Пришлось схватить его за руку и тащить в сторону комнаты его мамаши. Мальчик упирался, кусался, царапался, оставляя на моей коже красные следы, иногда даже до крови. - Отпусти меня, мааа-ма! – заорал он нечеловеческим голосом, отчего пришлось выпустить его руку из своей, чтобы хоть как-то зажать уши. На этот крик галопом прискакала сама Кристина. Девушка с недоумением поглядывала то на своего сына, который до сих пор орал как резаный, то на меня. Вася же, завидев мать, бросился к ней и спрятался за ее спиной. - Что произошло, Сонь? – слишком уж наивно и приторно спросила она. - Вася сначала отобрал у Стаси игрушку, а потом и вовсе поднял на нее руку! Не знаю– может, у вас это и в порядке вещей, но не у нас. Кристина не показала ни единой гребаной эмоции. Казалось, ей вообще было плевать. Хотя, почему казалось? Ей правда плевать на всех, кроме себя. - Скажешь, может, что-нибудь? – продолжила я, привлекая внимание девушки на себя. - Мне очень жаль, что такое произошло! Вася больше так не поступит! Правда ведь, сынок? – мальчик вяло кивнул, поэтому слабо верилось, что он правда больше так делать не будет. – Вот и чудненько! Мы нашли понимание? - Не думаю! – отозвалась я. – Пусть он извиниться перед девочкой! - Не буду! – капризно проговорил мальчик. - Кристина, мне напомнить, что вы тут гости? Ведите себя прилично! - Сонечка, не думаю, что мы уже гости! – ее лицо украсила злорадная ухмылка, только смеха злобного гения не хватало. - Я уже сказала, что нам жаль, но уверена– девочка сама виновата, что Вася отобрал у нее игрушку! – меня распирало от злости, но я старалась сдерживаться, при этом на моих руках еще была девочка. – Мы поняли друг друга? - Повторюсь – нет! Вот когда твой отпрыск извинится перед Стасей, тогда поймем, возможно! – злобно проговорила я. - Как ты назвала моего сына? - Отпрыском! Это самое безобидное, что мне приходит в голову! – я понимала, что обстановка накаляется, поэтому спустила девочку на пол, а она так же спряталась за меня, держась за краешек моей кофты, повязанной на поясе. - Прояви уважение– я старше тебя, и я мать! – проговорила Кристина, сжав кулаки и сделав шаг навстречу ко мне. Оставаться в стороне не хотелось, поэтому тоже шагнула в ее сторону. Наш злобный зрительный контакт не прекращался – никто не хотел проигрывать. - Ты – гнусная избалованная девчонка, которая отгоняет от себя всех, даже Даню отогнала. А знаешь, он так скучает по тебе. Даже иногда шепчет твое имя, когда со мной, и меня это так бесит! – Крис била по больным точкам, но первой срываться я не собиралась. - А мне вот интересно, кто из твоих мордоворотов отец этого сосунка. По мне, так он слишком похож на Жеку, а может, Дима или Алексей? Ты ж у нас жрица любви, я так понимаю! – я тоже умею бить по больным местам, если меня разозлить– а меня разозлили. Кристина с дикими нечеловеческими криками бросилась на меня, вцепляясь в плечи и волосы. От ее острых ногтей на моей коже остались красные следы. Сыночка точно весь в мамашу. Стася закричала и заплакала сильнее прежнего, а Вася подначивал девушку: «Давай, мам, врежь ей!» - отличное воспитание. Ага! Кристина толкнула меня к стене, тут же пытаясь зафиксировать меня около нее, но не на ту напала. Я вырвалась из ее хватки, больно прикладывая ее лицом к бетону. Девушка застонала от боли, но тут же ударила меня затылком в лицо. Еще чуть-чуть– и сломала бы мне нос. Сучка. - Так кто отец? – усмехнулась я, ударяя ее по скуле. Девушка пыталась отвернуться от удара, но скула налилась красно-фиолетовыми оттенками. - Неважно, главное, что отцом станет Олег, или Даня.Или Ваня! – прошипела она, словно змея. - Сучка! – прошептала я, беря ее темные лохмы в руки, и изо всех сил направила ее лицо в стену, но девушка отпрянула от меня, выворачиваясь из хватки. И теперь уже мое тело сводила судорога боли, после хорошего удара в живот, а после еще удар по лицу – Кристина разбила мне бровь. Кровь тоненькой струйкой потекла по лицу– она почти затекала в глаза, но я стерла ее тыльной стороной ладони и сплюнула кровавую слюну на пол. - Еще хочешь? – Крис усмехалась, а я промолчала, лишь вытянула руку вперед, и приглашающе помахала ею, чтобы та на меня нападала. - Если это все, что ты можешь, то ты– то еще дерьмо! – с кровавой улыбке на лице сказала я, усмехаясь. Такой наглости она точно не ждала. С визгом и криком она снова бросилась в мою сторону. Играть в «кошки-мышки» мне надоело, поэтому я осталась на месте. Удержать ее оказалось не такой уж и трудной задачей. Пришлось применить захват и заломить ее руку за спину, но она вывернулась, даже при хрусте костей. Чертова мазохистка! Кристина толкнула меня в грудь, попадая точно в солнечное сплетение. Дышать на секунду стало невозможно, меня дезориентировали, а потом тупая боль в затылке, от которой я громко застонала. Зато эта боль привела меня в чувства. Набравшись сил и злости, я ударила лбом девушку, которая уже принималась меня душить. Кристина не ожидала такого поворота, а вот нос я ей сломала все же. Хруст кости и брызги крови, которая окропила ее носогубный треугольник, не заставили себя ждать. Но это, казалось, ее еще больше раззадорило – девушка смахнула кровь с лица, а потом с улыбкой снова напала на меня, но теперь ударила ногой по левому боку, а я не успела поставить блок. За этим ударом последовал следующий, но теперь ее нога была в моих руках, а через секунду девушка лежала на спине. Хотелось просто встать на горло этой мерзкой гадюке, но я просто села на нее, избивая. Кристина пыталась уворачиваться, и часто у нее это получалось. Еще бы немного– и я бы закончила с ней, но меня оттащили. POV Ваня. Бежав на крики, я ожидал увидеть многое, но не это. С моей стороны в коридоре стоял сын Кристины, кричавший: «Мама, давай!», а с другой – Стася, которая рыдала и не могла успокоиться. По середине же, Кристина и Соня выбивали друг из друга дерьмо. Серьезно? То есть избить Поперечного тогда она мне не дала, а теперь сама дерется с девушкой, которую я привел в бункер. «Не привел бы, ничего бы и не было!» - как бы невзначай буркнул внутренний голос, но я решил не обращать на это внимания. Он последнее время часто встает на сторону девушки, хотя, казалось бы, должен делать совершенно иначе. Женские драки – это, конечно, красиво, но смотреть, как у Соньки течет кровь, и как она пытается выбить жизнь из Крис, я не мог. К моему счастью, на крик прибежал и Марк. Видимо, был неподалеку. Я подскочил к Соне, которая сидела на девушке, и оттащил ее. Терешина, как дикий зверек, рвалась в бой снова и снова. Удерживать ее просто так становилось все труднее. - Соня, успокойся! – проговорил я, крепко зажав ее в своих руках. Девушка пыхтела, снова вырывалась, не обращая на меня внимания. Ну, я так думал… - Ваня, отпусти меня! Я еще не закончила! – проговорила она сквозь зубы, с остервенением поглядывая на Лешукову. - Соня, блин, успокоилась! - но мои слова не имели толка. Как Терешина рвалась в бой, так и Кристина. Марк с трудом ее держал. Вообще мне показалось, что на его лице было отвращение к брюнетке. Как я мог забыть – они же ее на дух не переносят. - Соня, - пришлось давить на больное и для меня, и для нее, - ты ведь не хочешь меня больше обижать? Ты же ведь не станешь мне снова сердце разбивать? Эти слова возымели эффект – девушка резко успокоилась, повиснув в моих руках. – Умница, я тобой горжусь! – проговорил я, легонько касаясь губами ее макушки. Мой дикий зверек утихомирился. Теперь нужно было успокоить Кристину. Брюнетка, в отличие от Сони, была не склонна на мирное разрешение конфликта. Как только Марк ее отпустил, она рванула в нашу сторону, но я успел встать между ней и Терешиной. Крис вцепилась в меня, пока Маркул уводил девушку подальше отсюда. Стася пристроилась к ним. - Крис, успокойся! - Кристина, мать твою! – прошипела она. – Да не трогай ты меня! – она скинула мои руки со своих плеч. Что ж, раз не хочет ее дело. - Давай провожу до медкрыла! – предложил я, но его отвергли. Кристина гордо подняла голову, вытерла текущую кровь, сказала мальчику, чтобы тот шел в комнату, а сама отправилась в сторону медкрыла. Чтобы она не натворила глупостей, пришлось идти следом, хоть она и была против. Но по сути, я шел на расстоянии, так что Лешукова даже не подозревала о моем присутствии. - Убью! Убью эту мерзкую тварь! Только сначала заставлю признаться, что это она погубила моего братишку. Мелкая сучка! – причитала девушка, пока не добралась до нужной двери. «Братишку? Убьет?» – эти вопросы роились в моей голове, и кажется, Мирон все же был прав, так же как и Соня. POVМарк. Я прибежал на крик, наблюдая, как Соня и Кристина дрались. Моя девочка таки добралась до врага. Что она такое сделала, что разворошила осиное гнездо? Ванька тоже уже был там– он оттаскивал Терешину от добычи. Девушка до последнего рвалась обратно, рычала даже, выкрикивала что-то вроде: «отпусти меня! Я ей мордашку начищу!» – с одной стороны смешно, с другой – грустно. Если Кристина наш новый злой гений, а Соня только что ее унизила, пусть и не совсем публично, значит, у брюнетки появилась новая цель для уничтожения. Теперь нужно было следить за Соней, чтобы та не вляпалась во что-то почище всего этого. А еще стоит узнать чуточку больше об этой темной лошадке, которая сейчас брыкалась в моих руках, вырываясь вперед, чтобы дотянуться до Терешиной. Слова Ваньки о его разбитом сердце подействовали на Соню, как колыбельная Черной вдовы на Халка. Да, в нормальном мире я следил за новинками кино, поэтому прекрасно осведомлен о Мстителях. Вообще держать в руках Кристину было очень противно. Такое чувство, что сейчас у меня в руках был не человек, а целый клубок противных змей, который расползались по моим рукам, когда Крис упиралась в них пальцами, сжимала. А когда царапала, то возникало чувство, что в меня вонзаются клыки анаконды. Нет, я никогда в жизни этого не испытывал, но почему-то мозг рисовал именно такие ассоциации. Когда пришлось отпустить Крис, она резко метнулась в сторону Сони. Терешина была готова снова сорваться, но рядом с ней уже очутилась Стася, беря девушку за руки. Что-то в Сониной голове щелкнуло, и она успокоилась совсем, сосредотачиваясь на ребенке. Дабы увести их обеих подальше, я взял девушку за руку и повел в сторону комнат. - Хорошо ты ее! – отозвался я, останавливая Соню. -Спасибо! – девушка улыбнулась одними уголками губ. – Давай отведем Стасю к маме! – девочка мило ей улыбнулась. - Соня, ты такая сильная! – Стася проговорила это с восхищением, а я заметил, что Терешину это тронуло. - Как и ты, малышка! – девушка дотронулась до ее носика. – Идем! – Соня сделала шаг вперед, резко зажмурилась от боли, но чтобы девочка ничего не заметила, снова пошла. Стася следовала за ней, а когда на горизонте показалась ее комната, девочка рванула туда. Ее мать вышла нас встречать – она стала первой из жителей бункера, кто поверил словам о Кристине. - Идем к твоим родителям, у тебя, наверное, что-то сломано! – с беспокойством сказал я, но меня проигнорировали. – Сонь! - Марк, спасибо за заботу! Но давай, лучше ты мне поможешь! Сейчас Кристина у родителей и вешает им лапшу на уши, какая у них дочурка монстр! – ее голос сквозил болью– и далеко не физической. Спорить я не стал. Мы направились в комнату. Оказывается, Соня уже в своей комнате сделала медицинский уголок, чтобы лишний раз не появляться в медкрыле. Девушка села на стул, позволяя мне обрабатывать ее ушибы и рассечения. Первым делом, я обрабатывал лицо, стараясь как можно меньше причинять боли. Но Соня даже не морщилась, не шипела, когда я прижигал все еще кровоточащую бровь – она просто внимательно смотрела на меня. - Снимай майку! – скомандовал я, приготавливая бинт, перекись и йод. - Вот уж дудки! – отозвалась Соня, опомнившись. - Не включай недотрогу, Сонь! Сама же знаешь, что обрабатывать нужно! – нехотя, но она согласилась. Снять ненужный предмет одежды у нее самой не получилось, поэтому пришлось помочь. Пожалуйста, дайте мне терпения. Я сейчас раздевал девушку, которую до безумия хочу, но совершенно в других целях. Как только Соня подняла левое плечо вверх, она вскрикнула от боли. - Ну круто! – тихо проговорила она. – Марк, будешь вправлять мне плечо! – констатировала девушка, не дав мне времени на раздумья. - Нащупай, насколько головка плеча вышла из своей впадины. - Ага. – отозвался я, когда под моими пальцами проскользнула твердая круглая ткань кости. - Хорошо! Теперь вторую руку отпусти на запястье, потяни вниз. - Но так я совсем вывихну ее из сустава! – даже не будучи медиком, я это знал. - Да. Так и нужно. Делай! – скомандовала девушка. – А теперь придерживай этой рукой головку плечевой кости и резко вставляй ее на место! Только дай мне что-нибудь, чтобы зажать между зубами – будет больно! Но теперь я не слушал ее. Сделаю по-своему. Вся медицинская часть на ней, а на мне обезболивание. Во время резкого вправливания плеча на место, я просто накрыл ее губы, глуша ее крик поцелуем. Да и крика как такового не было – Соня была слишком удивлена моими действиями. - Ну как? – спросил я. Терешина не совсем понимала, о чем я говорю. – Пошевели рукой! – пришлось уточнить. Соня встрепенулась, осторожно поворачивая рукой. Кажется, все было хорошо. Теперь можно было переходить к другим ее ушибам. Девушка не произносила ни звука, пока я обрабатывал фиолетовые гематомы на ее торсе. - Так удивил, что дар речи потеряла? – с усмешкой спросил я, дабы отвлечь девушку от размышлений. - Ага! – тихо проговорила она, но, прочистив горло, продолжила – Ты умеешь удивлять, Маркул! Такое чувство, что Соня еще что-то хотела сказать, но не решилась. Когда все ушибы были тщательно обработаны, я помог девушке надеть уже другую майку– не испачканную в крови. - Спасибо, Марк! - Всегда пожалуйста! Сама же знаешь, что для тебя все, что угодно сделаю! – напомнил я. И буду это напоминать хоть каждый день, пока она не поймет. Долго в ее комнате я не побыл, как только туда ворвался взбешенный Олег, меня выперли. Ведь должен состояться серьезный семейный разговор. POV Соня. Ура, в нашем полку против Кристины прибыло – мама Стаси поверила нам, теперь не только мы знали, какую змеюку пригрели на груди. Все же эта мерзкая гадина хорошо мне врезала, болело все – от головы до пальчиков на ногах. Марк это заметил, поэтому тут же предложил отправляться на мое место работы. Но, уж так сложилось, там я появляюсь редко – Крис опытнее меня, поэтому родители решили ее забрать; но нет, меня они ни в коем случае не выгоняли, наоборот, говорили, чтобы я осталась, ибо многому научусь, но я пошла в охрану. Там было спокойнее. Даже компания зомби мне кажется более приятной, чем компания Кристины. Маркул оказывается отменный доктор. Пусть он и выполнял все по моим указаниям, но действовал четко, не отходя от плана и не теряя головы. Хотя, он меня удивил – я не ожидала поцелуя. Тем более, сейчас. С тех пор, как мы «разбежались» с Даней, я решила, что все – либо выбираю одного, либо остаюсь одна. Выбрать я не смогла, поэтому старалась не обращать внимания на парней, вести себя отстраненно ото всех, но этот поцелуй смазал всю мою картину. Эти мягкие губы, теплое дыхание, нежные руки – под их действием все мои новопостроенные ограждения разлетелись на маленькие кусочки. Снова все это строить при нынешних обстоятельствах вряд ли получится, да и слова Кристины о Дане больно ударили по моей душе. Все внутри разрывалось одновременно от радости и ужасного страха во время этого поцелуя. А Марк потом просто ухмыльнулся, пытаясь меня отвлечь от мысленного самоуничижения. Да, я не перестану себя считать ужасным человеком, пока мучаю парней. Хотелось об этом сказать, но я не стала, просто помолчала. Вообще, наверное, спасибо Кристине – если бы мы не подрались, Марк бы за мной так не ухаживал. Как он аккуратно стирал кровь с лица, как старательно обрабатывал ушибы и рассечения, как перебинтовывал грудную клетку, потому что мне показалось, что девушка сломала мне ребро. Маркул был слишком нежен и заботлив – а это многого стоит. Всю нашу идиллию нарушил братишка, ворвавшись в мою комнату. Если бы там не было Марка, то Олег бы просто прижал меня к стенке, добавляя к полученным травмам еще парочку. Знаете, эти отношения между старшим братом и младшей сестрой – чаще он заботливый, любящий брат, а иногда и старшая заноза в одном месте, которая так и норовит сделать тебе больно. Таким он был очень редко, и обычно по моей вине, заноза в заднице на постоянной основе – это я. Как только Маркул покинул мою комнату, Олег перевернул пару стульев, а потом разъяренным буйволом пошел на меня. Но я его и таким видела, поэтому осталась на месте. - Что, блин, на тебя нашло? Ты просто взяла и избила Кристину? Совсем обезумела? – кричал брат. - Я, Олег, просто защищалась. Кристина напала первой, но ты, конечно, же поверишь чужой девчонке, которая скоро будет тебя нагибать и иметь, а не младшей родной сестре, которая готова вытаскивать тебя из любого дерьма! – братишка немного остыл. – Если позволишь, я расскажу свою точку зрения! - Идем! - Куда? - Расскажешь не только мне, но и маме с папой. Мы хотим тебя послушать! – Олег грубо взял меня за только что вправленную руку и потащил в сторону своего кабинета. Естественно, там уже сидела Кристина, рыдала. Наша бедная овечка. Мама ее успокаивала, поглаживая по голове и спине, хорошо, что хоть на колени себе не укладывала, как меня когда-то. При виде меня девушка дернулась. - Не подпускайте ее ко мне! – ах, блин, какая она хорошая актриса. - Больно мне надо в дерьме копаться! – отозвалась я, за что получила подзатыльник от брата. – Олеж, еще раз и промеж глаз! – строго проговорила я, закрывая за собой дверь. Около нее я и осталась. Где-то минут десять мне пришлось выслушивать от родителей, как они мной разочарованы. Хотелось тут же броситься в истерику, но я– Соня Терешина, я плачу очень редко. Тем более сейчас мои слезы никого не тронут в этой комнате, как и разбитая бровь, синяк на скуле, сломанное ребро, вывихнутое плечо. Мою версию они, конечно, выслушали, но подняли на смех. А чего я еще ожидала? Эта тварь залила ложью уши не только моего брата и Дани, но и родителей. Отец– единственный, кто высказался в мою пользу, подметив, что его кровинушка тоже пострадала. За это я была ему очень благодарна. Когда мама перечисляла травмы девушки: сломанный нос, вывих нижней челюсти, разбитая бровь, вывих трех пальцев на руки, выбитый зуб, множественные ушибы – я радовалась. - Так, ок! Все понятно! – проговорила я, когда совсем устала слушать про несчастья Кристины. – Она - бедная овечка, а я злобный серый волк, не знающий пощады. Так какого черта я до сих пор в бункере? Какого черта я все еще член вашей семьи? Кристина же явно лучше вписывается на роль любимой дочери! Ведь почти все в этом бункере так ей опьянены, что не замечают, какую мерзкую тварь пригрели на груди! – мою тираду оглушила звонкая пощечина, как мне сначала показалось, от мамы, но это был Олег. Я усмехнулась, потирая щеку. Все было понятно. Пока я не выведу эту гадюку на чистую воду, мои слова никто из них не воспримет всерьез. Было решено не подпускать меня к детям Кристины и к самой девушке. Но вот ее амбалы свободно могли со мной общаться. Мама даже намекнула на то, что из кого-то из них получится прекрасный молодой человек для меня. Уверена, что это было сказано с легкой руки девушки. Мама бы никогда так не сделала. Когда мне высказали их вердикт, я отправилась к себе. Куда же мне без приключений? Как только я покинула кабинет брата и очутилась в коридоре по направлению к своей комнате, на моей пути возникла стена по имени Дима. И чего я ему так приглянулась? - Что тебе? - Ты Кристину избила… - начал он. - Хочешь, тебя уделаю? - спросила я. Но тот лишь насупился и опасно на меня посмотрел. Через секунду он сделал шаг навстречу ко мне. - Ох, серьезно? – после не совсем приятного разговора со своей семьей мне было абсолютно не до него. И тем более не до его попыток отомстить за свою великолепную Кристину. - Теперь твой ухажер не поможет! – прохрипел он, приближаясь ко мне. Он делал шаг ко мне, я – от него. - Зато поможет ее друг! – к виску амбала был наставлен Heckler&Koch USP. Мирон Янович собственной персоной стоял около него, держа шкаф на мушке. Строгости в его взгляде не занимать, даже не строгости, а решимости. С таким человеком спорить никто не станет. - А теперь отошел от нее! – для верности своих слов парень снял с предохранителя пистолет. Дмитрий шумно сглотнул. – Еще раз увижу рядом с девушкой– не пожалею пулю для тебя! – проговорил Мир. – А теперь пшел отсюда! – как странно наблюдать за амбалом, который в страхе бежит от некрупного парня с пистолетом в руках. - Спасибо, Мир! – поблагодарила я друга. - Пошли, Майк Тайсон! – Мирон усмехнулся. – Нужно обсудить план действий против этой мегеры. И, ради Бога, расскажи в подробностях, как ты ее отделала! – шутит парень. Так мы и приближаемся к нашим комнатам, громко обсуждая, как я отделывала эту девушку, которая сейчас из себя строит бедняжечку.