Карма.

      Было очень темно. Бурая кошечка чувствовала, что рядом кто-то есть. Котенок широко открыла глаза, как будто пыталась просветить насквозь густой подлесок. Место было ей не знакомо, но странные запахи манили ее за собой, все дальше в тенистую чащу. В животе у нее заурчало — она вспомнила, что голодна. Она вдохнула глубже, чтобы полнее ощутить запахи леса. Кисловатый запах прелых листьев смешивался с манящим ароматом какого-то мелкого пушистого зверька. Вдруг перед ней мелькнуло что-то серое. Кошечка замерла, прислушалась. Кто-то прятался в листьях — до него было не больше двух хвостов. Кошечка догадалась, что это мышь: чутким пушистым ухом она улавливала быстрое биение крошечного сердечка. Она проглотила слюну, успокаивая свой жадно урчащий живот. Скоро она поест. Кошечка стала медленно прижиматься к земле, готовясь к прыжку. Она находилась с подветренной стороны от мыши и знала, что она не догадывается о ее присутствии. В последний раз определив место, где находится мышь, кошечка резко подалась назад, присев на задние лапы, и прыгнула, взметнув вокруг себя ворох опавших листьев. Мышь побежала к норке, но кошечка опередила ее. Она подбросила ее в воздух, поддев своими острыми когтями, — мышь пискнула и шмякнулась оземь. Она лежала оглушенная, но живая. Потом попыталась бежать, но кошечка снова подцепила ее и отбросила, но чуть дальше. На этот раз мышке удалось пробежать несколько шагов, пока кошечка не догнала ее. Вдруг откуда ни возьмись послышался шум. Кошечка повернула голову, чтобы посмотреть, откуда идет звук, и мышь, поймав момент, выскользнула у нее из лап. Кошечка успела только заметить, как она юркнула кудато в темный закоулок меж спутанных древесных корней. Все, конец охоте. Кошечка обернулась, глаза ее сердито загорелись янтарным светом — интересно, что это за шум, из-за которого она упустила добычу? Дребезжащий звук нарастал — теперь он показался ей на удивление знакомым. Кошечка моргнула и открыла глаза. Лес куда-то исчез. Вместо леса теперь была темнота. В боку ощущалось что-то твердое, холодное. Открыв глаза, кошечка увидела, как перед ней играли Цветок и Львенок. Цветок, цвета молока, с серым кончиком хвоста и ушками уже успела замазать грязью свою шерсть и розовый носик, а Львенок, рыжего цвета, успел запачкать лишь белые лапки и грудку, на черном носу виднелась маленькая ранка.       Не ощутив теплого материнского живота рядом, кошечка приняла сидячее положение и, лизнув лапку, стала умываться. － Эй, Шоколадка, хватит спать, вылезай! — крикнула Цветок. － Я уже не сплю! － сказала кошечка, вылезая из трещины в стене. Но Шоколадка не успела ничего даже сказать, как Львенок забрызгал белую грудку кошечки грязной водой из лужи из растаявшего снега, － Эй! － Ха-ха! － захохотал котенок, － Освежись, сестренка!       Шоколадка разозлилась, ведь она только умылась! Припав к земле, кошечка оскалилась и выгнула спину. Львенок лишь выпучил глаза, таращась на кошечку. Та, распушившись, набросилась на брата, прижала к земле и стала молотить по нему лапами. － Я только умылась! － зашипела та, улыбаясь, － Как ты посмел, негодяй?! － О, нет! Помогите!.. － драматично взвыл Львенок.       Вдруг в бок Шоколадки врезалась Цветок, повалив ее, а после брат с сестрами превратились в разноцветный смеющийся комочек шерсти. Вскоре, котята врезались в сугроб. Они еще смеялись, но потом все же вылезли из снега. Вдруг послышалось тихое, едва слышное рычание неподалеку. Котята разом повернули головы на звук. За другом конце дороги, после пронесящейся мимо машины, показались два сверкающих глаза. Вдруг из темноты вылетела рыже-бурая собака с вытянутой мордой, худая из-за того, что в Сезон Белых Хлопьев мало дичи, лая, рыча и брызгая слюной. Три котенка взвизгнули и побежали к спасительной стене с щелью. Шоколадка влетела первая, оказавшись в небольшом пронсранстве из бетона и камня, за ней Цветок, а потом Львенок, но только тот вошел лишь наполовину. － Я застрял! － в ужасе вскрикнул котенок. Шоколадка вместе с сестрой схватили того за загривок. － Рассвапфя! － промычала Цветок, и Львенок последовал ее приказу, расслабившись.       Один рывок － и Львенок оказывается внутри, а морда собаки мгновенно оказывается в трещине, обдавая котят зловонным дыханием. Та брыкалась, рычала, лаяла, пыталась лапу просунуть, но когда она это сделала, котята отпрянули от лапы собаки и Цветок с Львенком укусили ее. Лапа мгновенно исчезает, появляется морда чудовища. Так продалжалось некоторое время, пока собака вдруг не исчезла с душераздирающем скулежем. Потом послышался грозный «мяв», и все затихло.       Послышался скрежет, топот лап и в щель просунулась белая голова кошки Маруси. － Мама! － пискнули котята и бросились к матери, которая тем временем выплюнула тощую крысу изо рта и протиснулась к детям. － Котятки вы мои! Вы так пищали, я так испугалась, когда увидела собаку! Что же вы, негодники натворили? － тараторила мать, подергивая кончиком хвоста. － Она сама, сама побежала к нам, мы только прятались! － пискнула Шоколадка. － Мама, мама! А я, я с Львенком укусили ее за лапу, мы храбрые, да, мама? － вскрикнула Цветок. － Конечно, мои хорошие, вы очень храбрые, － промурлыкала кошка, － О, нет! Как же так, как же так! － вскрикнула вдруг та, увидев, какие грязные ее были котятки, － Маленькие мои негодники, как так-то! － она усердно принялась вылизывать котят от ушей до кончиков хвостов.       Вытерпев вылизызывание матери, Шоколадка отошла в сторону, вглядываясь в Марусю: ее белая шерстка и бежевые полосы на спине были так же чисты, ушки повернуты в сторону трещины, хвост трубой. Значит, она насторожена и ждет, что собака могла вернутся. － Шоколадка, кушать хочешь? － спросила Маруся, тыкая лапой в крысу, которую брат с сестрой уже поедали. － Ага.. － буркнула кошечка, а сама подумала, － «Как мама могла назвать меня Шоколадкой?А когда я вырасту, меня будут называть таким же детским глупым именем?» － но злые мысли сразу исчезли, когда урчание живота прекратилось. Крыса на вкус была жесткой и неприятной, но это было питательно, поэтому Шоколадка продолжила жевать.       Закончив с едой, мать вынесла остатки из конуры, закопав под снегом. Вернувшись, та улеглась в углу норки из бетона, чтобы собаки или Безшерстные не дотянулись до нее своими лапами. Поманив котят хвостом, и те улеглись под теплым животом матери.       Последнее, что видела Шоколадка, были спящие брат с сестрой и мурчащая мать.