Ложь во благо

— Вы же понимаете, что это нереально? Они не согласятся. — Под "они", мальчик мой, ты подразумеваешь кого?

***

Драко Малфой никогда не жаловался на свою судьбу. Да, вместо детских игрушек и кучи сладостей у него была родословная семьи, ворчливая старуха, что преподавала этикет, отвратительные туфли для танцев и синие пятна на ногах, потому что размер явно не тот. Но Драко Малфой не жаловался на это. Даже несмотря на то, что его не ставили ни во что, Драко никогда не отчаивался. Он заучивал имена основателей. Он заучивал названия вилок и их назначение. Он заучивал движения вальса, терпя ноющую боль в пальцах и пятках. Он просто хотел быть примерным сыном, примерным Малфоем, примерным учеником в Хогвартсе. Но, вау, что-то пошло изначально не так. Хотя поначалу всё было хорошо. Мать дарила ему лёгкие улыбки и короткие поглаживания по голове; взгляд отца теплел при виде сына, получившего очередную похвалу от учителя. И так продолжалось до того, как он поехал в место, которое наполняло изнутри чувством свободы, давящим на грудную клетку. Драко честно хотел вдохнуть его, совсем немного, правда, но… Он не стал первым в учёбе. Он не стал первым в квиддиче. Он остался за кадром, второстепенная роль в спектакле «Мальчик-который-выжил». Земля не сошла со своей орбиты, солнце не взорвалось, а маги не прекратили своё существование. Просто та зияющая маленькая дыра внутри его души, бережно закрытая семью замками из детских слёз и несбывшихся мечт, переродилась в огромную воронку, засасывающую изнутри в непроглядную тьму. Мир остался целостным. Личный маленький мирок Драко Малфоя, усеянный холодным презрением и усмешками за спиной, разбился вдребезги, когда собственный отец влепил хлёсткую и болезненную пощёчину, как какой-то второсортной девице. Он не бил по-настоящему, кулаком, размазывая кровь по юношескому, точеному лицу. Он бил в самую душу, разбивая замки и вырывая ошарашенный выдох. А после смотрел: долго, пристально, выжидающе. Драко молодец, Драко молча ушёл, чересчур высоко задрав подбородок, не желая оглядываться. И не видя, как его собственный отец трясущимися руками завязывал шёлковой лентой волосы, отчаянно желая, чтобы Лорд ему поверил. Драко просто не захотел кому-то подчиняться. Это нормально — хотеть свободы в свои семнадцать. Это ненормально — прислуживать человеку, который самолично обещал убить половину Британии, просто за то, что они не поддерживают его интересы. Драко отказался от метки, так желаемой им ещё пару лет назад. Но тогда он был маленьким ребёнком, считавшим, что его отец поступил вполне неплохо, и Тёмный Лорд принесёт его семье ещё больше уважения. Принёс лишь грязь и клевету, а с годами уверенность в силе Пожирателей медленно таяла, обрастая недоверием и противоречивыми доказательствами их силы. Драко не хотел отдавать свою судьбу в руки того, в ком он не был уверен. Иронично, но он никогда его не боялся. Не чувствовал липкий страх, подкашивающиеся коленки и дрожь в пальцах. Он читал о нём, и ему было всё равно. Зато сейчас Малфой действительно боится. В какой момент его жизнь свернула не туда, ведь доселе уважаемый и любимый на Слизерине коронованный принц остался у разбитого корыта, как в чёртовой маггловской поговорке. В какой момент успешность и популярность помахали рукой, гордо уходя в закат, а на их смену пришли ненависть и постоянные издёвки? Поначалу они просто его игнорировали, делали вид, что такой ученик никогда с ними не учился и не существовал в принципе. После начались мелкие подколы, чаще всего злые и раздраженные, а когда Панси — боже, как стыдно — сказала, что не собирается принимать участие в этом театре абсурда, её вычеркнули из списка главных людей факультета. А потом начался ад. Вот вам весёлая игра на ночь: найдите Драко Малфоя и выскажите ему о том, какое он дерьмо, не заслуживающее и места рядом с представителями знатной аристократии и настоящими прислужниками Тёмного Лорда (в реальности они лишь простые слуги). Надоело? Переходим на уровень выше. Подстерегите Драко Малфоя в коридоре и разукрасьте его милое личико, а то ходит какой-то слишком счастливый. О, может, сдадите его? Драко надоело. Осточертело. Въелось под корку сознания. Он жил с сумасшедшим Лордом в одном доме, делил с ним одну гостиную во время обеда, а сейчас бегает от толпы одичавших слизеринцев, гордо называющих себя аристократией и верхушкой Британии. Никакая это не верхушка, если честно. Почему-то единственным, кто сразу отказался его преследовать, был Блейз. Они неплохо общались и часто вместе сидели на Зельях и Чарах, но не то, чтобы были близкими друзьями. Просто семья Блейза не интересовалась политикой, а сам наследник считал себя в первую очередь будущим колдомедиком, а уже потом политической фигурой. Ему было всё равно на Лордов, Дамблдоров, он не особо грезил общим благом и представлял собой типичного итальянца, любящего лишь свою страну. Панси была близкой подругой и человеком, с кем Драко разделил свой первый поцелуй, первую близость и первое чувство влюбленности. Они были юны и неопытны, а потому все их чувства казались настоящими и прекрасными. И лишь спустя полгода они поняли, что не то. Перегорело, выцвело, вывело из крови. Они остались лучшими друзьями и неизменной парой на Балу. И всё вроде бы было не смертельно, но когда тебе подкладывают в кровать полчище пауков, твоя мантия в клочья порвана, а лицо некрасиво разукрашено синяками, наступает апатия и абсолютная безразличность к тому, что происходит. То самое состояние, когда ты живёшь, ешь, ходишь, но не чувствуешь ровным счётом ничего. И это по-настоящему отвратительно.

***

— Альбус, вы уверены? — На все сто. — Тогда я позову Драко, а вы зовите… — Она согласна, Северус. Просто позовите мистера Малфоя... с друзьями. Звук закрывшейся двери и курлыкание Фоукса. Это должно быть интересным.