Ложь во благо

halestorm — amen.

Цицерон сказал: «Без истинной дружбы жизнь — ничто». Но я жил много лет без друзей, я знаю, что это такое, когда от тебя отворачиваются все, даже твой лучший друг, которого ты считал настоящим. Кем бы ты был без друзей? Я был бы маленьким мальчиком из маггловского дома, в котором меня никто не любил. Я действительно рад, что у меня есть друзья. Наконец-то есть. © Гарри Поттер.

Пробуждение было не самым лучшим: всё тело ломило, во рту стоял отвратительный привкус пыли и крови, потому что Драко не додумался выпить воды, а опухшие глаза не хотели открываться. Блейз уже встал, а Драко смог лишь уставиться на красный полог своей кровати, думая, что что-то явно пошло не так. Сейчас, после буквально часов двух сна, голова работала чуть лучше, чем ночью, и Малфой имел возможность спокойно обдумать свои действия. Для начала, нужно было извиниться перед Поттером за вопиющую наглость и за то неловкое касание. И... это было их первое осознанное прикосновение, не в драке или чтобы как-то подразнить, а нормальное. Если бы Драко повзрослел раньше, то, возможно, всё было бы сейчас не так. Но Драко оставался идиотом, совсем не так давно осознавая, что натворил его подростковый максимализм и желание показать себя только с лучшей стороны, как человека, у которого не может быть недостатков. Но недостатки есть у всех — это нормально. Другое дело, когда достоинства их перекрывают, но всё это так абстрактно и характерно, что размышлять об этом можно часами. Внезапно Блейз откинул полог, и яркое, почти октябрьское солнце на миг ослепило. Драко поднял руку, чтобы прикрыться, и кадры из сна пронеслись перед глазами, заставляя вздрогнуть. Мерлин, что это было? — Принцесса, завтрак через двадцать минут, собирайся. — Малфой поднял глаза, вглядываясь в красивые черты лица друга, но тот лишь покачал головой, давая время, чтобы Драко привёл себя и свои мысли в порядок. Блейз был отличным и понимающим — хотя бы из-за этих качеств его стоило ценить. — Потом, Драко. И Драко благодарно кивнул, аккуратно вставая с постели. Его взгляд зацепился за бинты, кое-где немного испачканные в крови, но в целом всё было достаточно неплохо. Забини прекрасно понимал, что объясняться перед мадам Помфри ровным счётом невозможно, потому сам сделал абсолютно всё возможное. Интересно, откуда у Поттера запас зелий? Взяв то, что требуется для принятия быстрого душа, Драко поспешил в ванную, надеясь не запутаться. К счастью (или нет?), из комнаты вышел Поттер собственной персоной, причём без Уизли, а в одиночку, на ходу потирая глаза и чуть не врезаясь в самого Драко. Он как-то глуповато улыбнулся, а после хриплым ото сна голосом спросил: — Ты в порядке? — и почему-то этот вопрос заставил Драко впервые улыбнуться за это не самое хорошее утро. Эта забота была такой искренней и настоящей, не притворной, что Драко не хотел делать вид, будто бы ничего не было. Поттер знал, что было, и ему было важнее знать про состояние Малфоя, нежели про сами события из сна. — Наверное. Не знаю. Я давно не был в порядке, Поттер. — Гарри поморщился, явно над чем-то задумываясь, а Драко не мог промолчать, отвечая привычной насмешкой, которая почему-то прозвучала тепло и абсолютно не злобно: — Не думай, твоя тупость не излечима, смирись с этим, Поттер. — Почему ты всё ещё зовёшь меня по фамилии, Малфой? — они дошли до развилки меж душевыми и комнатами с раковинами. Драко нужно было направо, Поттеру — налево, потому этот вопрос прозвучал слишком символично. После ответа Драко развернётся спиной к лицу гриффиндорца, уходя в другую сторону, закрывая своё сердце на ещё один замок, отгораживаясь стеклянной стеной, такой же, какие сегодня ночью были разбиты самим же Драко. Но... но: — Потому что хоть что-то должно остаться неизменным. — «или общим» — мысленно добавил Драко, отворачиваясь и уходя. И не видя, как Гарри странно посмотрел ему в спину. Потому что Гарри думал точно так же.

***

— К нам сейчас заходил Уизли, и я офигел. Драко, давай быстрее, — с порога выдал полностью готовый Блейз, на что Малфой лишь кивнул, складывая вещи на тумбочке и заодно думая, что ему надеть. Он оглянулся назад, замечая, что классическую рубашку друг сменил на белую толстовку, а прямые брюки на лёгкие джинсы. Это было так по-маггловски, и почему-то Драко показалось, что это весьма круто. Если они на Гриффиндоре, то можно не волноваться о том, насколько ты аристократ, всё равно под школьной мантией не особо много видно Драко быстро надел синий тонкий свитер и чёрные джинсы, которые покупались в не магическом Лондоне на всякий случай. Стоит, наверное, пойти по магазинам, потому что здесь никто не оценит его золотые запонки и идеально выглаженные брюки, а значит, можно особо и не волноваться. — А почему ты офигел? Отвратительное словечко, кстати, — лениво протянул Драко, ища в своём шкафу коробку с чёрными удобными кедами, которые он точно покупал. Наконец, найдя её и надев обувь, Малфой развернулся к другу, который явно не ожидал такого преображения от парня. — Ну, он носит круглые очки и модную прическу. Эм, круто выглядишь. Стильно, — ответил Забини, беря сумку со стула и выходя в коридор. Малфой вышел следом за ним, накидывая на плечи мантию и с какой-то лёгкостью проведя рукой по волосам. Волосы... — Ты не зализался, Драко. — Предположим, что у меня не хватило времени, а? — заговорчески протянул Малфой, подмигнув. Такого Блейз явно не ожидал.

***

Их уже ждали. В гостиной остались стоять Финниган, Уизли, Поттер и Лонгботтом. Где была Панси и Грейнджер — Драко не знал, но почему-то казалось, что они явно ушли вместе. Подойдя к ним, Малфой застал непривычную картину: Поттер раздавал всем указания о том, как нужно себя вести, причём стоя в ужасных старых вещах и с всё теми же очками на глазах, хотя ночью видел и без них очень хорошо. Уизли же, наоборот, был без очков, но, присмотревшись, Драко смог заметить линзы. Симус привычно молчал, а Невилл тренировал свою неловкую улыбочку, верно служащую ему уже второй год. И не скажешь, что это те самые гриффиндорцы, которых вчера вечером увидел Малфой. Гарри повернулся к ним, оценивая маггловскую одежду Блейза с лёгким удивлением, а после уставился на Драко, слегка приподнимая брови. Да, Малфой знал, насколько сейчас не похож на себя прежнего. Но у него новый факультет и новые устои в жизни, а внешность — это лишь оболочка, которая, на самом деле, никогда не являлась чем-то незаменимым и чересчур важным. Это просто внешность — всё. — Клёвые кудряшки, Малфой. Всегда знал, что ты похож на ме́рлинов одуванчик, — лениво подал голос Уизли, от чего Поттер вздрогнул, отрывая свой взгляд от платиновых и кудрявых волос Драко. Рядом засмеялся Блейз, который явно запомнит это прозвище. Ну, всяко лучше фирменного уизлевского «хорька». — Сомнительный комплимент, но, так уж и быть, я приму его. Поттер, нам указания будут? — резко перевёл тему Малфой. Поттер сразу же кивнул, быстро говоря: — Вы счастливы, довольны. Держи́тесь около нас, можете даже с кем-то сесть на уроках. Не общаться со слизеринцами не получится, но постарайтесь пока что избегать конфликтов. Всё поняли? — кивки. — Тогда пойдём. Драко поправил мантию, глубоко вдыхая и медленно выдыхая. Рядом с ним шёл Блейз, где-то в зале сидела Панси, а гриффиндорцы не были настроены отрицательно — всё, в принципе, складывалось не так уж и плохо. И, переступая через порог гриффиндорской гостиной, Драко улыбнулся — именно так начинается его новая жизнь. К которой он не был готов.

***

— Мерлин, я, кажется, не переживу этот день, Альбус. — Переживёшь, Северус. Нам ещё рано умирать.